НОВОСТИ
ЭКСКЛЮЗИВЫ
sovsekretnoru
Тайна смерти изобретателя

Тайна смерти изобретателя

Тайна смерти изобретателя
Автор: Сергей НЕЧАЕВ
24.05.2022

Незадолго до коронации Наполеона Бонапарта, намеченной на 2 декабря 1804 года, прохожие обнаружили на Елисейских полях, почти в самом центре Парижа, труп человека с тринадцатью кинжальными ранами в груди. Прибывшие полицейские быстро установили, что это был Филипп Лебон. Убит был талантливый инженер, совсем недавно сделавший открытие (он изобрел газовую лампу), которое очень скоро завоюет весь мир. К сожалению, в 1804 году вся Франция жила исключительно Наполеоном, и расследованием загадочного убийства никто толком заниматься не стал. Кто-то говорил, что инженера убили после ссоры, кто-то утверждал, что его ограбили. А может быть, убийцами вообще были иностранные шпионы?

Филипп Лебон родился 29 мая 1767 года в Браше, что возле Жуанвилля (Шампань). Его отец, королевский офицер Жан-Франсуа Лебон, женившись на мадмуазель Мовуазен, дочери известного адвоката, претендовал на дворянское происхождение и всегда подписывался исключительно как Ле Бон. Человеком он был небедным и, по тогдашнему обычаю, он дал своим детям имена, связанные с названиями его основных владений: его старший сын стал Ле Боном д’Эмброном, а младший – Филиппом Ле Боном д’Амберсеном (Амберсен – это было название маленькой фермы, затерянной где-то среди холмов Шампани).

ФИЛИПП ЛЕБОН, СЫН ЖАНА-ФРАНСУА ЛЕБОНА

Когда Филипп подрос, отец отправил его в Париж, чтобы он продолжил там свое образование. Закончив колледж, Филипп поехал в Шалон-сюр-Марн, где занимался рисованием в местной Школе искусств и ремесел, а потом он вновь вернулся в столицу. Там 10 апреля 1787 года его приняли в престижную Школу мостов и дорог, и он занял почетное десятое место на вступительных экзаменах. Выпускался из этой школы он уже под первым номером, получив чин майора.

Казалось бы – блестящая карьера. Но это было лишь начало, лишь прелюдия к будущим открытиям инженера-изобретателя. И что удивительно, изобрел Филипп Лебон не только газовую лампу. Сейчас, например, его имя вплотную связывают и с опытами по усовершенствованию паровой машины.

«СЛУЧАЙНОЕ» ИЗОБРЕТЕНИЕ

А свое главное изобретение, как это обычно и бывает, он сделал практически случайно.

Однажды он бросил горсть древесных опилок в стоявший на огне сосуд. Густой дым повалил из горлышка и, вспыхнув, дал яркое пламя. Так зажегся первый, по сути дела, газовый рожок. Лебон понял, что дерево и каменный уголь под действием жары и без доступа воздуха выделяют некий светильный газ.

Дело было в Браше, в 1791 году, когда Филипп Лебон гостил у своего отца. Конечно, эффект, связанный с дымом и пламенем в подобных обстоятельствах, был известен тогдашним химикам, но именно Лебон стал первым из тех, кто занялся этим серьезно, изучив все возможные области применения данного эффекта. А это, по сути, стало революцией в индустрии освещения.

Местным крестьянам он тогда сказал: – Друзья, наступит время, и я освещу для вас всю дорогу от Браше до Парижа.

Но те лишь пожали плечами, а про себя подумали: «Этот парень, наверное, совсем сошел с ума».

Фото_09_25.JPG 

Свои опыты по получению светильного газа посредством сухой перегонки древесины Лебон вел несколько лет, и 28 сентября 1799 года ему даже был выдан на этот способ патент: «За новый способ более полезного использования топлива в целях освещения». В 1800 году он создал так называемую «термолампу», работавшую на светильном газе, а на следующий год предложил первый проект газового двигателя внутреннего сгорания со сжатием смеси газа и воздуха.

Чтобы было понятно: фактически, светильный газ – это смесь метана, окиси углерода, водорода и других горючих газов, которые можно получить при сухой перегонке древесины или каменного угля. Лебон начал с сухой перегонки древесины, то есть с ее разложения при нагревании до 450–550ºС без доступа воздуха. При этом образовывалось около 32–38% древесного угля, около 10% углекислого газа, а также окись углерода, метан, смолы, углеводороды и множество других продуктов. Газообразные и жидкие продукты выделялись в виде парогазовой смеси.

Сейчас это написано в любом учебнике физики, а двести с лишним лет назад это было чудесным открытием, которое, впрочем, не принесло изобретателю ничего, кроме проблем.

ЗЛОКЛЮЧЕНИЯ ФИЛИППА ЛЕБОНА

Безусловно, злоключения Филиппа Лебона были связаны с тем, что во Франции произошла революция, и стране тогда было не до изобретателей. Но упрямый инженер не сдавался. Он вышел в отставку, работал в родном Браше, в Шаранте и в Париже, но на него никто не обращал внимания. В результате, он практически разорился. В отчаянии он писал письма в различные министерства: «Я люблю науку и хочу быть полезным для своей Родины. Мне нужно усовершенствовать кое-какие свои изобретения. Я уже научился получать из древесины специальный газ, очень чистый, и он может в течение двух часов освещать все вокруг гораздо лучше, чем четыре или даже пять свечей».

Но ответы приходили малоутешительные. Страна была разорена революционными войнами, и никому не было дела до какого-то там «специального газа». Лебон сумел пробиться на прием к главному инженеру, ответственному за мостовые в Париже, но и это не дало ему ровным счетом ничего.

А потом имел место государственный переворот, и к власти во Франции пришел генерал Бонапарт, которого вскоре провозгласили первым консулом.

Лебон тут же направил свое предложение по газовому освещению улиц Бонапарту. Более того, в 1801 году он сумел получить еще один патент: на ставшую потом классической искровую систему зажигания, которая лишь шестьдесят лет спустя нашла применение на газовом двигателе внутреннего сгорания Этьена Ленуара.

ИЛЛЮМИНАЦИИ ЛЕБОНА

Чтобы доказать свою правоту, Лебон занял денег и арендовал парижский особняк Сеньеле, располагавшийся на улице Сен-Доминик-Сен-Жермен. Там он оборудовал мастерскую и установил термолампы, которые, по свидетельству очевидцев, «распространяли свет и тепло в больших комнатах, во дворе и в саду».

В августе 1801 года Лебон опубликовал трактат, в котором объяснялась суть его изобретения. Он состоял из двенадцати страниц и представлял собой интереснейший рекламный проспект, предлагавший различные варианты газового освещения зданий и улиц. А в самом конце трактата находилось приглашение в дом изобретателя на публичные демонстрации результатов его исследований: они планировались раз в десять дней, и цена билета составляла всего три франка.

Первая публичная демонстрация имела место 11 октября 1801 года. Это уже был настоящий спектакль со всевозможными световыми эффектами. Толпы любопытных приходили посмотреть на иллюминации Лебона. Это был настоящий рай газового света: фасад особняка, его парадный вход и залы были ярко освещены, и даже зелень сада сверкала изумрудом в лучах газовых рожков Лебона. Но больше всего парижан поражал подсвеченный разноцветными термолампами фонтан.

К сожалению, у изобретателя нашлось и немало противников. Парижские власти уличное освещение почему-то сочли безнравственным. Сейчас это выглядит странно, но тогда Лебону сказали, что божественный порядок, предусматривающий свет и тьму, не дано разрушать человеку. Изобретателю газового освещения пришлось выслушивать глупости о том, что лампа без фитиля гореть не может, так как это противоречит законам природы! С медицинской точки зрения уличное освещение было признано опасным для жизни – возможные утечки светильного (угарного) газа до сих пор считаются крайне вредными. Но главный аргумент против газа был задокументирован следующим потрясающим пассажем: «В связи с тем, что уличное освещение соблазняет людей на ночные прогулки, повышается опасность простудных заболеваний. Большая продолжительность освещенности соблазняет слабых – и, прежде всего, пьяниц и влюбленных – на новые эксцессы. Недопустимо освещать улицы также и с точки зрения полиции – ночной свет газовых фонарей делает лошадей пугливыми, а воров и разбойников, напротив, смелыми».

Конечно, газовые фонари Лебона имели массу недостатков. Прежде всего, светильный газ для них Лебон добывал не из недр земли, а путем переработки древесины, то есть, по сути, из дров. Но все равно, это было грандиозное открытие.

И, в конечном итоге, счастье улыбнулось талантливому изобретателю. В 1803 году информация о нем все же дошла до самого Наполеона. Заинтересованный новинкой, будущий император потребовал Лебона к себе и поручил ему сделать презентацию его изобретения во время торжественных празднований после предстоявшей церемонии коронации. Окрыленный инженер не заставил себя долго уговаривать…

УБИЙСТВО, ДО КОТОРОГО НИКОМУ НЕ БЫЛО ДЕЛА

А накануне коронации, как уже было сказано, прохожие обнаружили на Елисейских полях труп человека с тринадцатью кинжальными ранами в груди. Это был Филипп Лебон.

В те времена Елисейские поля представляли собой темную «пустынную клоаку». Так что же случилось с изобретателем? Этого до сих пор не знает никто. Тогда же Лебона принесли домой, но ни члены его семьи, ни друзья так ничего и не поняли. В свидетельстве о смерти было написано, что Филипп Лебон умер 1 декабря 1804 года. И все, никаких уточнений…

Полиция этим убийством, по сути, и не занималась. Ей было не до этого. Дело в том, что резолюцией Сената от 18 мая 1804 года, получившей название Конституции XII года, Наполеон был провозглашен императором. Так называемый «всенародный референдум» (на него был вынесен только вопрос о наследственной преемственности, но не об императорском титуле) дал три с половиной миллиона голосов «за» и лишь 2579 голосов «против». В ноябре 1804 года были получены результаты этого референдума, а 2 декабря (так решил Наполеон) в Соборе Парижской Богоматери должна была состояться тройная церемония: посвящение Наполеона Римским Папой, собственноручная коронация Наполеона в императоры и принесение присяги на Конституции.

Принятие императорского титула «милостью Божией» и «согласно Конституции Республики» стало логическим результатом амбициозной политики Наполеона и выглядело вызовом всем наследственным монархиям Европы. Весь Париж, вся Франция в тот момент жили только этим событием…

Франсуаза-Тереза-Корнелия, вдова Филиппа Лебона, осталась с сыном на руках и совсем без средств к существованию. Однако она набралась мужества и продолжила дело своего покойного мужа. В частности, она предложила министру морского флота установить большую «термолампу» Лебона в Гавре. Тот ответил, что нужно провести дополнительные исследования.

В 1811 году, то есть через семь лет после смерти Лебона, его вдова сняла дом в пригороде Сент-Антуан, на улице Берси, и там «термолампы» освещали комнаты и сад, как в свое время в особняке Сеньеле. Она тоже приглашала к себе зрителей, надеясь заработать денег и привлечь внимание к делу жизни своего мужа.

А 10 февраля 1811 года Общество поощрения национальной промышленности объявило о премии в 1200 франков за «опыты в области использования продуктов переработки древесины». Естественно, мадам Лебон откликнулась на этот призыв и 29 апреля представила обществу обстоятельный доклад, в очередной раз описывающий открытие ее покойного мужа. И 4 сентября 1811 года она получила эту премию. Более того, через три месяца министр внутренних дел подписал декрет, согласно которому вдове изобретателя «термолампы» должны были выплачивать пожизненную пенсию в размере все тех же 1200 франков. Но упрямая женщина недолго получала эти деньги: она умерла в 1813 году.

УСПЕХ ПО ДРУГУЮ СТОРОНУ ЛА-МАНША

Истинный сын века Просвещения, Филипп Лебон видел в своем детище не только техническую новинку, но и возможность «упорядочения хаоса природы по рациональным естественно-научным принципам». А на другом берегу Ла-Манша владельцы британских мануфактур уже давно мечтали обуздать «хаос природы» и «превратить ночь в день». С ростом промышленного производства свет от традиционных керосиновых ламп и свечей уже был явно недостаточным (странно лишь, что французы этого не поняли или не захотели понять).

Фото_09_26.JPG 

Филипп Лебон. Бронзовый бюст. Худ. Эдуард-Анри Делесалль

И вот что удивительно, ход изобретению Филиппа Лебона после его смерти был дан именно в Англии. По странному стечению обстоятельств, его убили в самом конце 1804 года, а уже в начале 1805 года в Лондоне было образовано первое общество газового освещения, оснастившее газовыми фонарями улицы и дома британской столицы.

Благодаря «термолампе» Лебона, у извечных противников Франции продолжительность рабочего времени уже в 1805 году перестала зависеть от длительности естественного светового дня. И лишь в 1818 году газовые фонари появились в Париже, а потом газификация быта вообще стала синонимом прогресса. При этом финальный патент на изобретение и на поставки газовых фонарей, естественно, достался не Лебону и не Франции.

Одним из главных идеологов центрального газоснабжения городов и жилых домов был эмигрировавший в Англию моравский химик Цахеус Винцлер. В 1810 году он даже создал специальную фирму, которая занялась разработкой этих проектов, и именно он впервые использовал газовую духовку во время званого ужина. Что же касается освещения, то на фоне газовых фонарей прежние источники света – свечи и керосиновые лампы – теперь представлялись лишь каким-то жалким и тусклым мерцанием.

Но самое интересное заключается в другом. Филипп Лебон первым понял, что его светильный газ можно использовать не только для освещения. Изобретателю пришла в голову мысль взяться за конструирование двигателя, способного заменить паровую машину. И 26 августа 1801 года он получил патент на конструкцию газового двигателя. Движущая сила в нем возникала после взрыва газовоздушной смеси внутри рабочего цилиндра. То есть, по сути, у человечества появился двигатель внутреннего сгорания. Однако и тут Лебону было не суждено продолжить свои работы: он был убит, а все лавры гениального изобретения вновь достались не ему и, как следствие, не Франции.

Фото предоставлены сайтом Wikipedia.org


Автор:  Сергей НЕЧАЕВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля



 

Возврат к списку