ПОДПИСКА Новости Политика В мире Общество Экономика Безопасность История Фото

Совершенно секретно

Международный ежемесячник – одна из самых авторитетных российских газет конца XX - начала XXI века.

добавить на Яндекс
В других СМИ
Новости СМИ2
Загрузка...

Запретная война

Опубликовано: 15 Ноября 2018 08:55
0
392
"Совершенно секретно", No.9/410, сентябрь 2018
Фото: РИА "Новости"
Виталий Подвицкий

 

Возможно, к моменту выхода этого номера газеты уже станет известно, насколько ожесточенным будет новый этап войны санкций между Россией и Западом. Обозреватель «Совершенно секретно» попытался выяснить, что будет влиять на дальнейшее развитие ситуации, какие решения могут быть наиболее болезненны для российской экономики и карманов граждан страны, а также чем все это может закончиться.
 
Август уже традиционно многим добавил седых волос. Начался он с того, что 2 августа в Конгресс США был внесен законопроект с красноречивым названием «Акт по защите американской безопасности от агрессии Кремля от 2018 года». И в самый разгар страстей из-за проекта, внесенного группой сенаторов (республиканцев и демократов) во главе с Линдси Грэмом, грянул «второй акт»: 8 августа текущего года представитель Госдепартамента Хизер Нойерт объявила о решении администрации Президента США ввести против России санкции во исполнение закона от 1991 года о контроле и запрете химического и биологического оружия. Причина – отравление Скрипалей в Великобритании. И вишенкой на торте стал подписанный Президентом США Дональдом Трампом оборонный бюджет на 2019 год с беспрецедентным финансированием в $716 млрд и отказом от программы «Открытое небо», в рамках которой военные самолеты России и США могли летать над территориями друг друга.
 
 «ЖЕСТКИЙ ВЕНИК» 
 
Так называли в СССР поправку, внесенную в 1974 году конгрессменами Генри Джексоном и Чарльзом Вэником, к Закону о торговле США. Поправка Джексона – Вэника ограничивала торговлю со странами, препятствующими эмиграции и нарушающими права человека. И хотя действие поправки распространялось не только на СССР, но и на КНР, Албанию и Вьетнам, именно в России она стала символом того, как медленно, но неотвратимо действуют санкции и как трудно и долго их отменять. Достаточно вспомнить, что вызвавший поправку указ Президиума Верховного Совета СССР о компенсации уезжающими в эмиграцию затрат на высшее образование был принят в 1972 году, отменен в 1981-м, – а поправка Джексона – Вэника для России была отменена только в 2012 году, хотя реально перестала действовать много раньше. При этом для Азербайджана, Белоруссии, Казахстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана она действует по сей день, пусть местами и номинально.
Сегодня, похоже, времена «жесткого веника» возвращаются. На Россию странами ЕС и США наложено столько санкций, что впору запутаться. Нередко новые санкции покрываются уже введенными. Так, в частности, произошло с примененным законом 1991 года: предусмотренный в нем на первом этапе запрет на электронную продукцию двойного назначения уже действует в соответствии с ранее наложенными санкциями. 
«Акт по защите американской безо-
пасности от агрессии Кремля от 2018 года» предусматривает меры гораздо более жесткие: санкции в отношении юридических и физических лиц, связанных с поддержкой кибервмешательства в дела США или «незаконной и коррумпированной деятельности от имени Владимира Путина»; санкции за инвестиции в международные российские энергопроекты с участием государства стоимостью свыше $250 млн, а также за любое участие в новых нефтедобывающих проектах в России, которые могут быть оценены дороже $1 млн; запрет на покупку новых российских гособлигаций со сроком погашения более 
14 дней; запрет на работу в США (а значит, и на операции с долларом вне России) для российских госбанков: Сбербанка, ВТБ, Газпромбанка, Россельхозбанка, Промсвязьбанка и Внешэкономбанка. Предусматривается даже поиск «богатства Путина».
Столь жесткая риторика и столь быстрое нанесение двух санкционных ударов подряд – впервые. Что касается второго пакета санкций, то, как признают сами американцы, причина их по времени (и, заметим, месту) отдалена более, чем положено: закон 1991 года требует ввести санкции в течение 60 дней после применения химического или биологического оружия, а отравление Скрипалей произошло почти полгода назад. Просто опоздали? Или это – такое начало предвыборной борьбы? 
 
 ДОРОГА ЛОЖКА К ОБЕДУ
 
Напомним, что в ноябре – промежуточные выборы в конгресс, и от них зависит, сохранится ли удобное Трампу республиканское большинство, а если сохранится – останутся ли в нем сторонники президента или оно пополнится его внутрипартийными оппонентами. А может, это качественный скачок: Россию впервые внесли в список «стран-изгоев», «стран-террористов», и теперь юридическое обос-
нование новых санкций – лишь повод для дальнейшего давления?
Это одно и то же, считает политолог, завкафедрой по связям с общественностью МГИМО Валерий Соловей. «В данном случае промежуточные выборы в конгресс предполагают повышение градуса риторики. При этом во внешней политике, которая обычно американцев интересует мало, есть одна больная тема – Россия и Трамп. Но это повышение градуса можно будет заметить и оценить только осенью, когда нач-
нется предвыборная борьба. Сейчас же объявление о новых санкциях – это реакция на встречу Путина и Трампа, которая, с точки зрения конгрессменов, была невыгодна для США. Вот на поведение Трампа, который, по их мнению, вел себя неподобающе, они и среагировали таким образом. Так что причинно-следственная связь здесь другая», – пояснил он.
На связь новых санкций с выборами в конгресс указывают многие. «Отношения с Россией – одна из карт в карточном домике перед выборами в Конгресс США в ноябре. Конгрессмены, Дональд Трамп и все причастные к выборам стороны пытаются заработать на этом вопросе политические очки», – пишет в своем обзоре старший аналитик ГК «Альпари» Роман Ткачук.
На связь с выборами указывает даже само время внесения предложений. Так, промежуточные выборы в конгресс пройдут 6 ноября этого года. Нынешние конгрессмены вернутся с каникул 4 сентября. То есть обсуждение законопроекта группы Грэма начнется в самый разгар предвыборных баталий. Учитывая, что все – и демократы, и республиканцы – будут использовать тему «Трамп и Россия», обсуждение идеально подходит для выборного пиара. Так что реальная тяжесть санкционных мер будет выясняться, скорее всего, на избирательных участках. Причем важна будет не риторика принятого закона, а его правоприменение. Стоит вспомнить, как в рамках закона «О противодействии противникам Америки посредством санкций» (CAATSA) Минфин опубликовал «кремлёвский доклад» о связанных с властью персонах. После долгих напряженных поисков нужных критериев экспертными группами, после полетов в США обеспокоенных олигархов и походов по вашингтонским коридорам их лоббистов, свет увидел просто перечень высших чиновников и участников российского списка Forbes, прозванный телефонным справочником. Да, некоторые его фигуранты уже пострадали от персональных санкций – к примеру, Олег Дерипаска и Виктор Вексельберг. Поговаривают и о возможности санкций по отношению к Владимиру Евтушенкову. Но причины их наложения – явно серьезнее, чем попадание в «кремлёвский список».
С законом от 1991 года, который ранее применяли к таким странам, как КНДР и Сирия, еще интереснее. Первый этап санкций по нему начал действовать с 22 августа текущего года. Как уже говорилось, эти санкции во многом перекликаются с уже применяемыми, так что особого ущерба не нанесут. Ну применялись раньше для высокотехнологичной продукции двойного назначения индивидуальные разрешения – теперь запрет тотальный. Но на космическую отрасль это не распространяется. Космос – сектор, где пока Россия и США продолжают тесно сотрудничать.
А вот второй этап наступит 22 ноября, уже после выборов в конгресс. И тут, даже если Россия не сделает никаких шагов к выполнению, хотя бы формальному, требований закона (прекращение использования химического оружия и предоставление соответствующих гарантий, допуск международных инспекций), президент может сам выбрать, какие санкции ввести. Может ввести все шесть, перечисленные в законе (голосование США против предоставления стране любых кредитов международными банками; запрет на кредитование правительства страны банками США; запрет на экспорт в страну любых американских товаров; запрет на импорт из страны в США любых товаров, кроме продуктов питания; понижение уровня или приостановка дип-
ломатических отношений; запрет на авиаперевозки авиакомпаниям, подконтрольным правительству страны), а может ограничиться любыми тремя из них. И тут опять очевидно, что очень многое будет зависеть от положения Трампа и расстановки сил в новом составе конгресса. «Всерьез обсуждаться санкционное давление на Москву будет после выборов. Сейчас же даже сам Трамп заинтересован в жестких жестах – не действиях, а именно жестах», – подтверждает эту гипотезу Валерий Соловей.
 
 ПЕРСПЕКТИВА НЕХОРОШАЯ, НО ДАЛЕКАЯ 
 
С озвученными санкциями понятно – все решат промежуточные выборы в конгресс. А что дальше? Остановится ли на этом санкционная война? Чтобы ответить на этот вопрос, вначале нужно понять, какую именно цель преследуют санкционные удары со стороны США и ЕС. Что они хотят: революции, переворота, хаоса или просто, чтобы Россия «не лезла»? Что?
Во-первых, нанести как можно больший ущерб, ослабить Россию в финансовом и экономическом смысле, считает Валерий Соловей. «На самом деле практически от всех наложенных и объявленных санкций можно ускользнуть – но это сложно и дорого. Значит, они в любом случае приведут к экономическому и финансовому ослаблению», – делает он заключение. 
Во-вторых, Россия становится «токсичной». «Ведь американцы рассматривают свои санкции как глобальные – они распространяют их на всех, кто имеет дело с Россией. В результате с Россией будут просто бояться работать», – говорит эксперт. 
В-третьих, это попытка спровоцировать напряжение внутри российской элиты. «Не думаю, что американцы мыслят как-то коварно, что обычно им приписывают в России. Они просто хотят показать русским их место: у вас коррумпированная элита – вот ваше место. И делают то, до чего могут дотянуться», – рассуждает политолог. 
Санкционное давление, отмечают эксперты, будет нарастать постепенно. «Развиваться все это будет неспешно. Я еще весной говорил, что осенью возможен запрет на покупку госдолга. Кстати, запрет на покупку нового госдолга не критичен для России», – утверждает Валерий Соловей. Более значимо, по его словам, частичное нефтяное эмбарго, но оно, прогнозирует политолог, будет всерьез обсуждаться не раньше следующего года.
Пока существенных, затрагивающих денежные потоки государства, санкций не было, замечает советник по макроэкономике гендиректора «Открытие Брокер» Сергей Хестанов. При этом он не исключает скорого ужесточения санкций, но считает, что до санкций по типу иранских (с нефтяным эмбарго и перерезанием финансовых потоков) еще далеко. Причины чисто экономические. «Пока российский газ для ЕС не имеет альтернативы. Только к концу 2019 года заводы СПГ (сжижения природного газа. – Прим. ред.) в США потенциально смогут покрыть 60% российских поставок в ЕС», – поясняет эксперт. 
Впрочем, в перспективе года-двух почти любые санкции для России неприятны, но не смертельны. Даже в случае частичного нефтяного эмбарго российская экономика не рухнет, заверяет Валерий Соловей. «Рухнуть она может только в том случае, если к санкциям прибавится падение цены нефти до 30 долларов за баррель, но этого не произойдет», – добавляет он. Такого же мнения придерживаются и американские хедж-фонды. К примеру, одни из крупнейших, Andurand Capital и Westbeck Capital, в августе предсказали рост цены на баррель Brent до $150 в ближайшие год-полтора – из-за возвращения санкций против Ирана и падения добычи в Венесуэле. А фонды миллиардеров Джорджа Сороса и Стэнли Дракенмиллера значительно увеличили свои вложения в нефтегазовом секторе.
Не слишком опасны и санкции в отношении российских ОФЗ, считают эксперты: бюджет сбалансирован, долг низкий, резервов много. «Пока бюджет профицитен, любые санкции в отношении госдолга бессмысленны», – считает Сергей Хестанов.
«Что по-настоящему беспокоит Кремль – это секретный список из нескольких десятков фамилий, приложенных к объявленному персональному списку. Беспокоят не сами персональные санкции против олигархов, а то, что, к примеру, Дерипаска уже закрывает алюминиевые заводы – а это чревато ростом социальной напряженности. Очень боятся распространения санкций на членов семей. Остальное – не критично», – заключает Валерий Соловей. 
 
 «ЧТО НАСЧЕТ ВОРОНЕЖА?» 
 
Эта известная шутка, как и другая – «не так страшны санкции, как антисанкции», отражает обеспокоенность граждан тем, как ответит Россия на новые санкции. Всем памятны и запрет продовольствия из ЕС, и заморозка пенсионных накоплений ради помощи Крыму, и объявленное подорожание авиабилетов после того, как правительство решило помочь попавшему под санкции Виктору Вексельбергу.
На момент написания этой статьи никаких новых контрмер объявлено не было, хотя прозвучали заявления про «зеркальный ответ» и предложения по ответным мерам – к примеру, об отказе от доллара при торговле нефтью. Зато граждане активно обсуждают – что делать? «Люди бегут «из рубля», одно-
временно опасаясь за валютные счета. Очень уж легко представить себе «контрсанкции» в виде их заморозки или принудительного обмена валюты на рубли по «установленному» курсу в случае запрета корреспондентских счетов (то есть возможности международных расчетов. – Прим. ред.)», – говорит Сергей Хестанов. 
Независимый финансовый консультант, гендиректор «Эмкварта. Персональный советник» Наталья Смирнова советует таким гражданам переложить свои деньги на валютный счет в системно значимый, но негосударственный банк или купить российские еврооблигации со сроком погашения 1–2 года – сейчас они как раз подешевели «на панике». «Не верите в РФ совсем – открывайте брокерский счет с доступом на зарубежные рынки и покупайте еврооблигации иностранных эмитентов. Есть такие, которые торгуются малыми лотами по $1000–$2000. Только для подстраховки лучше тоже выбирать облигации с погашением через 1–3 года, ликвидные, исключительно «на пересидеть», – пишет она в своем блоге. Самые рисковые могут попробовать спекулировать, продавая доллары «на панике» и покупая их, когда ажиотаж схлынет – до конца года рубль может еще не раз прокатиться на «американских горках».
Можно брать пример и с правительства, которое тоже готовится к трудным временам, избавляясь от американских заимствований (к августу было продано 85% гособлигаций США) и приобретая валюту. «Судя по политике финансовых властей, которые активно скупают валюту, доллары в том числе, в России готовятся к ухудшению возможностей своих финансовых заимствований и продолжению санкций, в том числе их ужесточению», – говорит Валерий Соловей. 
Что касается возможных контрсанкций, особо ответить американцам нам и нечем. «Могут ввести запрет на поставки ряда видов американской продукции – это небольшие объемы, но они есть. От сотрудничества в космической области вряд ли откажемся: оно приносит России и деньги, и рабочие места. Запрет доллара обсуждается, но до этого, думаю, дело не дойдет. Это вызовет политическое недовольство и недовольство бизнеса. И финансово России не выгодно. Нефть традиционно номинируется в долларах. Перейти на расчеты в другой валюте можно, но сразу же вырастут издержки», – рассуждает политолог. Сотрудничество в космосе выгодно и американцам – их ракеты до сих пор летают на российских двигателях РД-180, и, хотя принято решение найти им альтернативу, дело это не скорое. А уж космическая станция МКС и вовсе вряд ли может быть поделена. 
Похоже, обе стороны «запретной войны» сейчас находятся в некоем клинче. Ни одна из сторон не может (а то и не хочет) наносить такие удары, которые отразятся и на ней самой. А других уже мало. При этом российская экономика обладает еще достаточным запасом прочности. Как и российское общество. «Ни к каким «заговорам элит» против Путина санкции, конечно, не приведут. Другое дело, что санкции, вкупе с внутренними процессами, могут вызвать рост социального недовольства и политических выступлений, но пока и этого вряд ли стоит ждать», – считает Валерий Соловей. По его мнению, первые ощутимые признаки роста политического недовольства мы увидим не ранее конца 2019 года. 
Но к тому времени может многое измениться – в том числе в раскладе политических сил ЕС и США. А пока российским гражданам, чтобы знать, что будет с их личным карманом и российской экономикой на короткой дистанции, достаточно следить только за тремя параметрами, не зависящими от желаний российских властей, считает экономист, завотделом международных рынков капитала Института мировой экономики и международных отношений РАН Яков Миркин. «Первый – цена на нефть. Второй – курс доллара к евро (усиление доллара – это ослабление рубля, снижение цены на нефть). Третий – доля нерезидентов на финансовом рынке РФ, кэрри-трейд», – советует он. Ну и, разумеется, не терять хладнокровия – оно еще не раз всем понадобится.

поделиться: