НОВОСТИ
Турция предупредила Россию о подготовке второго теракта после «Крокуса» и помогла избежать новой трагедии
ЭКСКЛЮЗИВЫ
sovsekretnoru
УЙГУРСКИЙ КАПКАН ДЛЯ КИТАЯ

УЙГУРСКИЙ КАПКАН ДЛЯ КИТАЯ

УЙГУРСКИЙ КАПКАН ДЛЯ КИТАЯ

ФОТО: STOPTERROR.UZ

Автор: Андрей СЕРЕНКО
11.08.2023

В талибском Афганистане («Талибан»** – террористическая организация запрещена в РФ) по оценкам ООН, обосновалось более 20 различных джихадистских группировок. Среди них есть как минимум три, в рядах, которых состоят уйгурские боевики – выходцы из Синьцзян-Уйгурского автономного района (СУАР) Китая. Уйгурский джихад давно превратился в самостоятельный политический и террористический феномен, который вызывает растущие опасения не только у центральноазиатских соседей Афганистана, но и в Пекине. Китайские власти не без оснований рассматривают разветвленную уйгурскую террористическую сеть в качестве инструмента, с помощью которого геополитические конкуренты КНР пытаются взломать систему национальной безопасности Поднебесной.

Уйгуры – древнейший тюркский народ Центральной Азии (Восточного Туркестана), придерживающийся суннитской версии ислама. Многовековая уйгурская история богата на события и интриги, исследователи давно обнаружили связи этого народа с хунну, хазарами, монголами, татарами… Давно утратив свою относительно независимую государственность, уйгуры сегодня существуют в двух социально-политических измерениях – диаспоры в практически всех постсоветских государствах региона (наиболее крупные в Казахстане и Киргизии) и компактное проживание в СУАР Китая (около 30 миллионов человек). Среди уйгурской молодежи довольно популярны радикальные религиозные и политические идеи (некоторые исследователи доводят долю радикалов до 30% от общего числа синьцзян-уйгуров). Это заставляет службы безопасности КНР и республик Центральной Азии с настороженностью относиться к уйгурам как этнической общности в целом.

Уйгуры 1.JPG

Семья уйгуров, Ланьчжоу, Китай, 1944 год

ПОЛЮСА УЙГУРСКОГО ДЖИХАДА

«В Китае, Центральной Азии среди части уйгуров популярны идеи борьбы за независимость, создание самостоятельного уйгурского государства, – рассказывают источники, имеющие отношение к органам безопасности некоторых центральноазиатских государств. – При этом сепаратистские идеи тесно переплетаются с идеями радикального политического ислама, которые нередко принимают экстремистские формы. Не приходится удивляться, что в последние десять лет уйгуры довольно активно участвуют в разнообразных джихадистских проектах на территории Пакистана, Афганистана, Сирии, Ирака».

Уйгурские боевики сегодня особенно заметны в трех террористических организациях (все они запрещены в РФ). Первая – «АльКаида»*, ветеран международного джихада в регионе и мире. Присутствие уйгурских моджахедов в ее рядах зафиксировано с конца 80-х – начала 90-х годов прошлого века и с тех пор постоянно усиливается. По данным компетентных афганских источников, «уйгурские командиры пользуются авторитетом у руководства филиала «Аль-Каиды»* в Афганистане, нередко отодвигая в сторону не только афганских, но и арабских оперативников этой террористической группировки»: «Большая часть уйгурских боевиков в Афганистане и Пакистане сегодня позиционируют себя именно в качестве сторонников «Аль-Каиды»*. И хотя численность уйгурской группы в афганском филиале «Аль-Каиды»* относительно невелика (по разным оценкам, она не превышает нескольких сотен человек без учета членов семей), сплоченность, агрессивность и профессионализм этих боевиков делают их реальной угрозой для региональной безопасности. «Даже афганцы-талибы с опаской относятся к джихадистам-уйгурам, считая их очень жестокими и решительными бойцами», – заметил в частной беседе один из бывших афганских силовиков.

Афганский филиал «Исламского государства»*** – «Вилаят Хорасан»**** (ИГ, ИГИЛ, запрещен в РФ) является вторым центром притяжения уйгурских боевиков в регионе. Компетентные афганские источники из числа бывших сотрудников спецслужб республиканского правительства, утверждают, что численность уйгурских моджахедов в «Вилаяте Хорасан»**** сопоставима с уйгурским «контингентом» в «Аль-Каиде»*: «В последние несколько месяцев произошел рост численности уйгуров-игиловцев за счет переброски боевиков ИГ*** из Сирии и Ирака в Афганистан. Вместе с боевиками-арабами и чеченцами, уйгуры с конца весны 2023 года усиливают иностранное крыло ИГ*** в регионе, иногда выдавая себя за сторонников «Аль-Каиды»*, чтобы избежать ненужной напряженности в отношениях с талибами».

Третий полюс концентрации уйгурских боевиков в регионе – Исламская партия Туркестана***** (ИПТ), которая до недавнего времени носила название Исламского движения Восточного Туркестана***** (ИДВТ, запрещено в РФ). Это уже этнически-монолитное уйгурское террористическое объединение, насчитывающее, по официальным данным, около 1 тысячи человек (неофициальные источники предлагают эту цифру, как минимум, удвоить). Политическая цель ИПТ– ИДТВ***** – создание независимого исламского уйгурского государства на территории СУАР КНР («уйгурского халифата» с перспективой расширения его влияния на Центральную Азию). Такая постановка задачи автоматически превращает уйгурский джихадистский проект в одну из приоритетных угроз для Пекина, который реагирует на нее соответствующим образом – жестко и бескомпромиссно.

По словам афганских источников, основным центром базирования уйгурских боевиков в Афганистане с осени 2021 года и по настоящее время является долина Хостак (северо-восточная провинция Бадахшан): «Помимо этого часть боевиков-уйгуров, а также террористов чеченского и арабского происхождения находятся в городах Даркат (провинция Тахар) и Дашт-и-Арчи (провинция Кундуз). Большая часть размещенных в этих районах уйгурских боевиков находится под флагом «Аль-Каиды»* и курируется ее оперативниками». Как отмечают наши источники, в уезде Вардудж провинции Бадахшан в настоящее время дислоцируется группировка афганского филиала «Исламского государства»*** под командованием уйгурского полевого командира Хаджи Кари Ибрахима: «Это вооруженное формирование имеет в «Вилаяте Хорасан»**** статус «спецгруппы», ее численность – до 700 человек. Основу группировки составляют боевики, ранее воевавшие в рядах ИГИЛ*** в Сирии и Ираке. Командир группировки Хаджи Кари Ибрахим – этнический уйгур, он и его боевики пользуются прямой поддержкой талибов, хотя официально «Талибан»** и ИГ*** являются врагами».

В ПРИЦЕЛЕ – КИТАЙ

Уйгурская джихадистская сеть, несмотря на отсутствие единого командования в регионе и разброс боевиков по нескольким террористическим брендам, преследует общие цели. И главная ее цель – Китай. Именно вооруженная борьба с Пекином объединяет уйгурских моджахедов, каким бы флагам они не присягали. Уйгурские террористы обвиняют власти Поднебесной в репрессивной политике в отношении уйгурского меньшинства, в преследовании мусульман и заявляют о своем намерении мстить за это китайскому правительству, которое также отказывается удовлетворить стремление джихадистов создать на территории СУАР «уйгурский халифат».

Уйгуры 3.JPG

Уйгуры обвиняют китайские власти в многолетнем притеснении  

Анализ открытых источников и инсайдерской информации позволяет зафиксировать несколько стратегических и тактических приоритетов уйгурского джихада.

Во-первых, вооруженная борьба с Китаем, с китайским правительством, его институтами и представителями – везде, где только можно, куда дотянется «меч джихада». В рамках этой борьбы уйгурские джихадисты формулируют следующие цели: подготовка террористических акций внутри КНР (как в СУАР, так и в Пекине); организация террористических акций на границе с Китаем; нападения на граждан КНР на территории Афганистана, Пакистана, Сирии, Ирака, республик Центральной Азии и т.д.; разрушение объектов китайской стратегической инфраструктуры (речь идет о проектах «Пояс и путь», Китайско-пакистанского экономического коридора, китайских предприятиях и организациях за рубежом, дипломатических миссиях КНР); террористические нападения на граждан Китая (дипломаты, туристы, представители общественных, образовательных, культурных и иных организаций).

Во-вторых, поддержание единства джихадистского «интернационала» на платформе талибского эмирата в Афганистане – как главном «плацдарме джихада» в регионе. При этом уйгурские моджахеды пытаются одновременно сохранить за собой место под солнцем сразу в трех террористических «акваториях» – «Аль-Каида»*, ИГ*** и Исламская партия Туркестана***** (ИПТ–ИДВТ).

В-третьих, получение международного (прежде всего, западного) признания «справедливости целей и требований» уйгурского джихада. Здесь особое значение для уйгурских лидеров получил проект Исламской партии Туркестана*****, с которой осенью 2020 года Соединенные Штаты сняли клеймо террористической организации. «Фактически, США признали легитимное существование ИПТ–ИДВТ***** и это, несомненно, крупный политический успех джихадистского сообщества в регионе, – комментируют ситуацию компетентные афганские наблюдатели. – Вернувшиеся к власти в Кабуле талибы уже два года безуспешно пытаются решить проблему международного политического признания их режима. Проекты «Аль-Каиды»* и ИГИЛ*** обречены оставаться террористическими неопределенно долгое время, им признание со стороны мирового сообщества не грозит. Получается, что только уйгурская группа в региональном джихадистском движении смогла получить легальную в глазах Запада политическую структуру для своего публичного позиционирования».

Очевидно, что такой политический реверанс Вашингтона в отношении уйгурской Исламской партии Туркестана***** (ИПТ–ИДВТ) обусловлен, прежде всего, стратегическим соперничеством с Китаем: американцы ищут сегодня различные способы создать неудобства и проблемы Пекину и уйгурский сюжет лишь одна из таких возможностей. В связи с этим следует ожидать дальнейшего укрепления «умеренно-политического крыла» в уйгурском джихадистском сообществе и усилении над ним контроля со стороны США. Можно только догадываться, какие возможности откроются перед американцами и в части игры на «радикально-джихадистском полюсе» уйгурского движения, с которым тесно связан проект ИПТ*****.

КИТАЙСКИЙ ОТВЕТ

Разумеется, Китай не сидит сложа руки в ситуации усиления вооруженного уйгурского проекта в регионе. Несколько лет назад, в конце 2020 года, стало известно об активной деятельности китайской разведки в северо-восточных провинциях Афганистана, направленной на нейтрализацию полевых командиров и наиболее опасных боевиков Исламского движения Восточного Туркестана***** (ИДВТ). Речь идет о резиденте спецслужб КНР в Кабуле Ли Яньяне, который не позднее июля 2020 создал разветвленную агентурную сеть в северных и восточных афганских районах. В эту сеть вошли не только более 10 китайских разведчиков, но также завербованные агенты из числа боевиков «Сети Хаккани»******, «Талибана»** и даже «Аль-Каиды»*. Как рассказывают бывшие сотрудники афганской разведки, китайские разведчики действовали, как правило, под «чужим флагом», используя посреднические возможности Межведомственной разведки Пакистана.

Уйгуры 2.JPG

Многие уйгурские мужчины активно вступают в ряды афганских боевых отрядов моджахедов

В результате деятельности агентурной «сети Ли» Пекин не только был в курсе того, что происходило в отрядах уйгурских моджахедов, дислоцирующихся в провинции Бадахшан, но и имел возможности для физического устранения наиболее «проблемных» командиров и боевиков ИДТВ***** руками коррупционно-отзывчивых агентов из числа талибов и хакканистов.

Очевидно, деятельность «сети Ли» была слишком активной и успешной, что вызвало беспокойство у американских спецслужб: в декабре 2020-го американцы руками афганской контрразведки республиканского правительства нейтрализовали работу группы китайских разведчиков, которых сначала арестовали, а затем выслали из Афганистана в КНР. После бегства США из Афганистана и краха республиканского режима китайские спецслужбы продолжили взаимодействие с правительством «Талибана»** по «больной» уйгурской теме. Так, осенью 2021 года в Кабуле состоялась встреча представителей китайских спецслужб с руководителями талибов, на которой обсуждалась «уйгурская проблема». Как сообщают афганские источники, знакомые с ситуацией, «тогда китайцы попросили талибов вернуть находящихся в Афганистане уйгуров вместе с семьями в Китай – в обмен на предоставление гуманитарной помощи талибскому правительству»: «Представители «умеренного крыла» в «Талибане»** вроде бы даже согласились на это и выразили готовность попросить уйгуров уйти из Афганистана. Однако когда об этих договоренностях узнали в «Аль-Каиде»*, то талибы были немедленно подвергнуты критике: в ходе закрытых переговоров представители «Аль-Каиды»* потребовали от главарей «Талибана»** отказаться от сделки с китайцами. В результате руководители правительства талибов были вынуждены последовать де-факто приказу из «Аль-Каиды»* и отказаться от идеи депортации уйгуров в КНР: Пекину была обещана передислокация уйгурских джихадистов в центральные или западные провинции Афганистана, однако и это обещание в итоге талибы не выполнили».

Фото_14_24_Кит.jpg 

Этот эпизод красноречиво показывает не только влияние «Аль-Каиды»* на талибов в первые месяцы их возвращения к власти в Кабуле, но и весьма трепетное отношение «аль-каидовских» лидеров к «уйгурскому ресурсу». Пожалуй, в этом вопросе США и «Аль-Каида»* действовали удивительно синхронно и энергично, каждый на своем месте спасая и защищая уйгурский полюс в региональном джихадистском сообществе. Можно не сомневаться, что и причина для неожиданной солидарности американцев и «аль-каидовцев» была общая – Китай и планы стратегической игры против него «вдолгую».

НА ПОРОГЕ БОЛЬШОЙ ПЕРЕЗАГРУЗКИ

В ближайшей перспективе следует ожидать дальнейшей активизации «уйгурской темы» в Афганистане и центральноазиатском регионе в целом.

Очевидно, что США попытаются использовать «уйгурскую игру» с привлечением ресурса ИПТ***** для ослабления политических позиций Китая. Пекину нужно готовиться к новым публичным обвинениям в свой адрес – как к главному источнику всяческих несчастий уйгурского народа: «геноцид», «массовые репрессии», «узники совести» и прочее. Одним словом, весь классический набор от профессиональных борцов за права человека.

«Аль-Каида»* и ИГИЛ*** усилят борьбу за контроль над перспективным уйгурским ресурсом, рассчитывая усилить с его помощью свои позиции в регионе.

Афганский «Талибан»** наверняка будет активно использовать «уйгурское мясо» в переговорах с Пекином, предлагая разменять обещания своего контроля над беспокойными уйгурскими джихадистами на китайскую финансово-экономическую помощь режиму талибов. Для подтверждения серьезности своих намерений и за отдельную плату талибы даже пойдут на точечную физическую ликвидацию отдельных уйгурских командиров, особенно тревожащих китайскую сторону. Но, конечно, «забивать все джихадистское стадо» талибы не станут – иначе как потом вытягивать деньги с китайских спонсоров…

Представляется, что сам проект уйгурского джихада стоит на пороге большой перезагрузки. Одни серьезные силы в регионе хотят этот проект уничтожить. Не менее серьезные силы хотят этот проект продолжать. Посмотрим, чья в итоге возьмет.

______________

* «Аль-Каида» – террористическая организация запрещена в России.

** «Талибан» – террористическая организация запрещена в России.

*** «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ) – террористическая организация запрещена в России.

**** «Вилаят Хорасан» (афганский филиал «Исламского государства»***) – террористическая организация запрещена в России.

***** Исламская партия Туркестана (ИПТ), которая до недавнего времени носила название Исламского движения Восточного Туркестана (ИДВТ), (ИПТ – ИДВТ) – террористическая организация запрещена в России.

****** «Сеть Хаккани» – террористическая организация запрещена в России.


Автор:  Андрей СЕРЕНКО

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля



 

Возврат к списку