ПОДПИСКА Новости Политика В мире Общество Экономика Безопасность История Фото

Совершенно секретно

Международный ежемесячник – одна из самых авторитетных российских газет конца XX - начала XXI века.

добавить на Яндекс
В других СМИ
Новости СМИ2
Загрузка...

КИПРИОТЫ РОДИНЫ

Опубликовано: 10 Июля 2014 16:06
0
26464
"Совершенно секретно", No.10/305
Фото: РИА "Новости"
ДО 95% КРУПНЫХ РОССИЙСКИХ КОМПАНИЙ УПРАВЛЯЮТСЯ ИЗ ОФШОРОВ
 
Несмотря на то что государство взяло курс на деофшоризацию экономики, целые ее отрасли по-прежнему остаются в тени. И выходить из нее, как свидетельствуют происходящие события, не собираются. В последнее время правительство и бизнес ведут тяжелые позиционные бои с офшорами. Судя по последним данным, бизнес выигрывает. Благодаря лоббированию Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) от подготовленного Минфином антиофшорного законопроекта мало что осталось. Правда, сейчас существенное влияние на ситуацию оказывают политические события вокруг Украины.  Если головной офис российской компании находится за границей, то и центр принятия решения находится там же. И даже в тех случаях, когда это не наносит стране экономического ущерба, очень велики риски политические. 
 
Напомним, что в своем декабрьском Послании к Федеральному собранию Президент России Владимир Путин заявил, что офшорные компании, бенефициарами которых являются российские собственники, должны облагаться налогами по российским правилам и платить эти налоги в российский же бюджет.
 
Поручение на возврат «блудных капиталов» получил Минфин. Уже к весне он разработал соответствующий законопроект, который обязывает граждан и юрлиц сообщать в налоговые органы о наличии у них офшоров в странах так называемого черного списка (такой список ведет Росфинмониторинг, основываясь на аналогичных списках FATF (The Financial Action Task Force – Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег) и других стран. Предполагалось, что это будет необходимо делать, если гражданин или компания имеют от 10% уставного капитала в таких офшорах или от 1% участия в нем (в виде акций, доли, паев и прочего) – тогда считается, что это контролируемый ими иностранный капитал. Соответственно платить налоги полагается по российским правилам: 20% от полученной прибыли, если она превышает 3 млн рублей.
 
Сказать, что законопроект был воспринят бизнесом отрицательно, значит, не сказать ничего. На круглом столе в РСПП предприниматели отмечали, что в таком виде закон принимать нельзя. Более того, они уверяли, что даже после правок он должен вводиться поэтапно. Торопиться не следует, уверял президент РСПП Александр Шохин.
 
«Было бы правильным деофшоризацию проводить одновременно с мерами по улучшению привлекательности российской юрисдикции, – отметил он. – Должна быть сохранена конкурентоспособность российских компаний, работающих за рубежом. То есть речь идет о том, чтобы поддержать экспансию российских компаний за рубежом, особенно если речь идет о производственной деятельности. Ну и самое главное, чтобы все эти меры могли применяться на практике, чтобы у компаний была техническая возможность выполнять требования, которые предъявляет закон».
 
Сопредседатель «Деловой России» Антон Данилов-Данильян напомнил, что Россия стремится к вступлению в Организацию экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), которая объединяет наиболее развитые страны. «Эти страны довольно спокойно относятся к офшорам, – заявил он. – Да, время от времени возникает давление на офшоры, но тем не менее никто с ними не борется. Если бы страны этого хотели, они давно бы их прикрыли. Наша деофшоризация выглядит даже не как борьба с офшорами, а как борьба с собственными компаниями. Радикализм чиновников беспределен, бюрократи-
ческая фантазия неисчерпаема».
 
ПРАВИТЕЛЬСТВО ОТСТУПИЛО ПОД ДАВЛЕНИЕМ ГАЗПРОМА?
 
Против законопроекта Минфина выступили даже госкомпании.
 
«У нас есть компании, зарегистрированные, например, в Швейцарии. Они созданы для реализации крупных международных проектов, для транспортировки газа. Каким образом такую компанию можно рассматривать как созданную в офшорной юрисдикции?» – возмущался при обсуждении законопроекта в Госдуме представитель Газпрома. Офшоры снижают риски кредиторов при финансировании экспортных поставок, уверял парламентариев представитель Внешэкономбанка.
 
В конце концов правительство отступило. Премьер-министр Дмитрий Медведев поручил доработать законопроект с учетом замечаний бизнеса. В результате доля участия, при которой офшор признается контролируемым иностранным капиталом российского гражданина или юрлица, поднята выше 50%. Правда, офшор будет считаться контролируемым, и если доля участия постепенно снизится до 25% для одного лица или до 10%, если в совокупности доля российских налоговых резидентов в иностранной организации составляет более 50%».
 
Будет и поэтапность введения положений закона: сначала закон будет распространяться только на собственников – физических лиц, владеющих долей в иностранной компании. А налог на нераспределенную прибыль офшоры, кон-
тролируемые россиянами, хоть и начнут начислять с 2015 года, как и планировалось, но штрафы и пени за неуплату введут только с 2017 года.
 
Отказался Минфин также от требования уведомлять налоговиков о собственности в иностранных компаниях при доле участия 1%. Глава ведомства Антон Силуанов пообещал, что планка будет повышена. Особое налогообложение будет предусмотрено для тех, кто уходит в офшор не ради уменьшения налогов, а ради ведения там реального бизнеса. Более того – сейчас не исключают, что некоторые виды бизнеса могут получить налоговые льготы. Поднимется и порог необлагаемой налогом прибыли – вначале до 30–50 млн рублей. Впоследствии, правда,  планку предлагается снизить до 10 млн.
 
В ОФШОРАХ ЗАРЕГИСТРИРОВАНО 295 СИСТЕМООБРАЗУЮЩИХ РОССИЙСКИХ ПРЕДПРИЯТИЙ
 
О проблемах офшоризации экономики в России говорили давно, но не исключено, что масштаб проблемы власти окончательно осознали только зимой 2011 года, когда после теракта в Домодедово тогдашний президент Дмитрий Медведев потребовал найти его собственников. Запутанная схема собственности вела в офшоры. «Вроде бы известно, кто собственник, но начинают проверять – собственник спрятан за структурой бенефициарных владений, а это крупнейший транспортный узел, где садится огромное количество самолетов!» – посетовал Медведев. Разобраться в схеме управления аэропортом правоохранительным органам и спецслужбам удалось лишь через месяц.
 
О том, какая доля российской экономики выведена в офшоры, спорят до сих пор. Депутат Госдумы Евгений Фёдоров, долгое время возглавлявший Комитет по экономической политике и предпринимательству, считает, что 95% крупных и крупнейших российских компаний управляются из офшорных юрисдикций. По сведениям председателя Комитета ГД по промышленности Сергея Собко, в офшорных юрисдикциях зарегистрировано 295 системообразующих российских предприятий, относящихся к добыче полезных ископаемых, энергетике, инфраструктуре. Лидер партии «Справедливая Россия» Сергей Миронов заявлял, что «в России офшорные структуры контролируют практически всю черную и цветную металлургию, большую часть угольной промышленности. Даже водоканалы в некоторых городах у нас сегодня управляются из офшоров». Доктор экономических наук, профессор Никита Кричевский утверждает, что в офшорах находится почти вся наша алюминиевая промышленность.
 
Аглэнд-хаус на каймановых островах. В нем было зарегистрировано 18 857 фирм
Фото: www.americanprogress.org/David McFadden
 
По данным журнала «Эксперт», за рубежом – главным образом в офшорных зонах на Кипре, в Нидерландах или на Британских Виргинских островах – зарегистрированы 23 из 50 крупнейших российских компаний (то есть 46%) рейтинга «Эксперт-400» с совокупной выручкой 16 трлн рублей, принадлежащих частному капиталу и не являющихся дочерними структурами иностранных корпораций. При этом за офшорами числится от 40 до 90% акций таких компаний – то есть там находится центр прибыли или центр принятия решений.
 
Руководитель общероссийской организации защиты прав потребителей «Финпотребсоюз» Игорь Костиков говорит, что определить топовые в плане офшоризации отрасли практически невозможно. «Могут быть только экспертные оценки. Но они довольно сильно различаются, поскольку само явление офшоризации очень неоднородно. Технически офшорная компания – это любая иностранная компания, которая владеет бизнесом в России», – говорит эксперт. Данные по отраслям закрыты, добавляет Валерий Миронов, замдиректора Института «развития ВШЭ». По оценке профессора кафедры фондового рынка и инвестиций ВШЭ Александра Абрамова, наиболее офшоризированы сфера инвестиций (в акции, недвижимость, частично – прямые инвестиции), обрабатывающая промышленность (в части трансфертного ценообразования), оптовый рынок и крупные экспортно-ориентированные компании.
 
НАИБОЛЕЕ ОФШОРИЗИРОВАНО ОБРАБАТЫВАЮЩЕЕ ПРОИЗВОДСТВО
 
Самые офшоризированные сектора и отрасли можно определить по косвенным признакам. Например, по зарубежным инвестициям. Ни для кого не секрет, что их львиная доля является финансированием российского производства через офшорные центры.
 
По данным Росстата и ЦБ, в  2013 году на долю прямых зарубежных инвестиций приходится лишь 15,4% (порядка 26,1 млрд долларов), на портфельные инвестиции (спекулятивный капитал фондового рынка) – 0,6% (чуть больше 1 млрд долларов). А оставшиеся 84% (или 142,9 млрд долларов) пришлись на «прочие инвестиции», которые на 99% состоят из иностранных кредитов и займов: именно через них офшорные головные офисы и финансируют свои российские подразделения.
 
Итак, судя по зарубежным инвестициям, наиболее офшоризировано обрабатывающее производство: в прошлом году туда пришло 58,6 млрд долларов. В основном – в производство кокса и нефтепродуктов. Далее идет оптовая и розничная торговля, получившая 15,1 млрд долларов, и финансовая деятельность с 11,3 млрд долларов.
 
По объему накопленных иностранных инвестиций в экономике России лидируют Нидерланды (66,5 млрд долларов), на втором месте – Кипр (64,6 млрд долларов), на третьем – Люксембург (47,9 млрд долларов). В основном это связано с тем, что эти страны имеют очень сильное законодательство в области защиты прав собственности. Поэтому даже госкомпании, к примеру, Газпром, имеют здесь «дочек», через которые удобнее проводить внешнеэкономические сделки. Крупнейшим получателем российских инвестиций многие годы был Кипр, однако в 2013 году поглощение «Роснефтью» компании ТНК-ВР вывело в лидеры Британские Виргинские острова (59,6 млрд долларов).Они же, по словам Костикова, являются конечным пунктом назначения для капиталов многих российских собственников.
 
Степень офшоризации российской экономики видна еще и по такому примеру: первая экономика мира США накопила в России капитала меньше, чем Ирландия – 11,4 млрд долларов против 18,6 млрд.
 
ЧИНОВНИКИ ИСПОЛЬЗУЮТ ОФШОРЫ ДЛЯ ВЫВОДА КАПИТАЛОВ
 
Однако так ли страшны офшоры? «Можно говорить о четырех совершенно разных функциях офшоров, и, очевидно, не со всеми надо одинаково активно бороться», – считает Костиков.
 
Во-первых, офшорные компании создаются иностранными инвесторами для финансирования проектов в нашей стране. «Западные партнеры привыкли работать в области англо-саксонского права», – объясняет Абрамов. Учитывая, что в России право собственности защищено более чем слабо, их трудно за это судить.
 
Стремятся через офшоры защитить свою собственность и владельцы российских компаний. Но для них – и это вторая функция – важна также возможность использования финансовых инструментов, которых нет в российском законодательстве. Это, например, scroll-счета: в этом случае банк может прокредитовать даже сомнительного заемщика (а сегодня для зарубежных банков таковыми являются многие российские компании), а в обеспечение кредита направлять на себя платежи по экспортным контрактам в адрес заемщика.
 
В-третьих, есть офшоры, которые используются для  оптимизации налогообложения. Они удобны для трансфертного ценообразования в компаниях, где есть производственная цепочка добыча – обработка – продажа. Добыла, к примеру, российская компания нефть или уголь – и продала ее офшору – скажем, по 50 долларов за тонну. Значит, НДС возвращается, так как товар был экспортирован. Затем уже офшор продает нефть или уголь российскому НПЗ или металлургическому комбинату – но по 100 долларов за тонну. Он даже оплачивает налог на получившуюся прибыль – вот только налог этот, скажем, на Кипре, всего 10% против российских 20%.
 
Готовую продукцию НПЗ или меткомбинат снова продают офшору, который и реализует продукцию за рубежом, повторяя ту же схему. Есть и более сложные модели: к примеру, офшор кредитует предприятие под поставки продукции. В конце цепочки из общей прибыли в офшоре отделяется прибыль собственников компании в виде дивидендов, налог на которые также ниже, чем в России (в России – 9%, на Кипре – 5%).
 
Офшоры необходимы и для вывода капиталов. Чиновники и их ближайшие родственники, к примеру, таким образом пытаются скрыть подлинный размер своих доходов. Как признают эксперты, найти спрятанные в офшорах средства можно только по серьезной наводке: деньги и ценные бумаги хранятся, как правило, в офшорах таких юрисдикций, которые до сих пор отказываются предоставлять данные по запросам любых органов любых стран – именно такие попадают в черные списки FATF. Как правило, в них отсутствуют и налоги для нерезидентов.
 
И наконец, в-четвертых, офшорами пользуется откровенно преступный бизнес (наркотики, проституция, нелегальные игорные предприятия и тому подобное).
 
ЗАПАДНЫЕ САНКЦИИ ЗАСТАВЛЯЮТ КОМПАНИИ ВОЗВРАЩАТЬСЯ В РОССИЮ
 
Борьба с офшорными компаниями должна учитывать причины, по которым они создавались.
 
«Без сомнения, мы не заинтересованы в отказе от западных инвестиций, поэтому трогать сегодня офшорные компании, которые созданы именно для этих целей, не нужно, это просто вредно, – утверждает Костиков. – Что касается тех технических офшорных компаний, которые созданы российским бизнесом в целях защиты права на собственность, то здесь также надо быть максимально осторожным. Если мы в основном решили проблему с воровством в реестрах (сегодня она уже неактуальна), то проблема рейдерских захватов остается весьма острой. Офшор позволяет снизить такого рода риски. Проблема сохранности собственности проистекает из несовершенства нашей судебной системы. Она и в наши дни не может обеспечить необходимый уровень защиты прав собственника. По мере развития наших судов будет снижаться потребность в использовании офшоров».
 
Очевидно, что объектом государственной борьбы должны стать последние две группы офшорных схем. «Поэтому основными задачами деофшоризации должны стать: оптимизация системы налогообложения,  контроль за движением денежных средств, в целях выявления нелегальных потоков. Принципиальным остается вопрос раскрытия бенефициаров. Наиболее актуальна эта проблема в энергетической отрасли, а также в сфере финансов, – подчеркивает Костиков. – По поводу этих форм офшоров принимаются сегодня активные действия: это и закон о противодействии отмыванию денежных средств, и контроль за движением денежных средств, и усиление контроля со стороны Росфинмониторинга. Ужесточение в этой сфере необходимо, полагаю, и основная часть легального российского бизнеса заинтересована в этом».
 
«Нужно и полезно идти в глобальном тренде – то есть требовать у компаний раскрывать бенефициаров офшоров – это заставит их перестать пользоваться офшорами для налоговой оптимизации», – говорит Абрамов. Необходимо, по его мнению, бороться и с офшорами у госкомпаний, и с офшорами, созданными теми же чиновниками.
 
«При этом надо не давить на бизнес, не заставлять его быстро выходить из офшоров, – добавляет эксперт. – Иначе компании могут просто перебраться за границу».
 
В последнее время, правда, идет возвращение российских компаний в страну из-за опасения западных санкций, отмечает Миронов. Правда, статистики «репатриации» пока нет: со второго квартала Росстат перестал публиковать данные по иностранным инвестициям, а ЦБ делает это с опозданием. Но кто знает, может, именно этот процесс запустит и другие, необходимые для деофшоризации российской экономики: улучшение законодательства в части защиты прав собственности, достижение независимости суда и истинной состязательности процесса, снижение административного бремени и тому подобное.
 
САМОЕ БОЛЬШОЕ МОШЕННИЧЕСТВО В МИРЕ
 
Борьба с офшорами – вовсе не российское изобретение. «Еще на заседании G20  в Каннах давалась оценка, что ежегодно через офшоры выводится порядка триллиона долларов. Эти деньги гуляют по всему миру», – отмечает Игорь Костиков. Именно на эти «гулящие» деньги сегодня принято возлагать основную вину за финансовый кризис 2008 года: трудно спрогнозировать, когда и куда они двинутся.
 
После кризиса во многих развитых странах остро встал вопрос о снижении дефицита бюджета – а значит, уклонение от налогов стало неприемлемо не только по экономическим, но и по социально-политическим причинам. Так, в США, по официальным оценкам, казна ежегодно лишалась по крайней мере 100 млрд долларов из-за использования американскими налогоплательщиками офшорных схем. Актуально и отслеживание финансовых потоков в рамках борьбы с мировым терроризмом.
 
В США подготовка законопроекта «О предотвращении злоупотреблениями налоговыми гаванями» началась еще до того, как разразился финансовый кризис, но с его наступлением американские власти перешли в решительное наступление на офшоры.
 
Особенно энергичные заявления на этот счет стал делать Барак Обама. Под его прицелом оказались прежде всего Каймановы острова – излюбленное место американского капитала. Дочерние фирмы там имеют гиганты американского и мирового бизнеса – Coca-Cola, Procter & Gamble, General Motors, Intel, FedEx, Sprint и другие. В финансовом мире в ходу шутка: самым известным зданием в мире финансов является не Нью-Йоркская или Лондонская фондовые биржи, а «Аглэнд-хаус», скромное пятиэтажное офисное здание на Большом Каймане, юридический адрес многих тысяч зарегистрированных на островах компаний.
 
«На Каймановых островах есть здание, в котором располагаются 12 тысяч американских корпораций, – заявил Барак Обама 5 января 2008 года в Манчестере, штат Нью-Хэмпшир. – Это или самое просторное здание в мире, или самое большое мошенничество в мире. И мы выясним, что это такое».
 
Впрочем, разобраться с «Аглэнд-хаусом» не удалось. Наиболее серьезным практическим шагом в области борьбы с офшорами стало принятие в США в мае 2010 года «Закона о налоговой дисциплине», касающегося использования зарубежных счетов. Данный акт предусматривает, что банки и иные финансовые институты других стран должны стать добровольными агентами американской налоговой службы. В ином случае им и их партнерам будет закрыт вход в США. В феврале 2012 года с Францией, Италией, Германией, Великобританией и Испанией заключено соглашение по совместному проведению данного законодательного акта в жизнь. После некоторых изменений в российском законодательстве его смогут исполнять и отечественные банки. В рамках этого соглашения национальные налоговые службы также имеют право взаимно обмениваться информацией и предоставлять отчетность.
 
В 2011 году Швейцарию вынудили заключить соглашения с США, Великобританией и Францией, направленные на всяческое содействие властям этих трех стран в раскрытии информации о неуплате налогов их гражданами, являющимися клиентами швейцарских банков. С января 2012 года Министерство юстиции США ведет расследование в отношении 11 швейцарских банков, включая Wegelin, Credit Suisse и Julius Baer, о содействии их в «неуплате налогов американскими гражданами». Уже в начале 2012 года один из старейших банков Швейцарии – Wegelin – продал свой бизнес из-за начавшегося расследования.
 
После 2008 года к борьбе с офшорами подключились все основные страны Запада и многие известные политики. Даже Папа Римский Бенедикт XVI заявил, что «лишает финансовые офшоры своего благословения». Однако после завершения первой фазы финансового кризиса антиофшорный запал Запада пошел на убыль.
 
Сегодня реальная политика отдельных стран Запада в отношении офшоров весьма противоречива. С одной стороны, они поощряют сохранение (и даже развитие) тех офшорных территорий, которые обеспечивают приток со всего мира капитала на счета банков своих стран – как, к примеру, Великобритания. С другой – предпринимают попытки предотвращения оттока капитала в офшоры со своих территорий. При этом многие не считаются с моральными издержками. Так, к примеру, власти Германии не раз приобретали нелегальные диски с информацией о счетах своих налогоплательщиков в офшорных банках. И, как заявляли федеральное и земельные правительства, собираются делать это и впредь. О готовности пользоваться нелегальными источниками информации, о спрятанных капиталах своих граждан заявляли и Франция, и Великобритания, и США.
 
Похоже, наибольшим эффектом обладают именно такие практические шаги, а не антиофшорное законодательство. Потому что самые жесткие законы в этой сфере имеет Италия – в которой теневая экономика занимает наибольшую долю среди развитых стран.

поделиться: