ПОДПИСКА Новости Политика В мире Общество Экономика Безопасность История Фото

Совершенно секретно

Международный ежемесячник – одна из самых авторитетных российских газет конца XX - начала XXI века.

добавить на Яндекс

Архив номеров

Материалы номера

Сын конструктора Валентина Глушко не согласен с версией космонавта Алексея Леонова, который утверждал, что Королева арестовали по доносу его отца.

В газете «Совершенно секретно» (№9/2012) было опубликованоинтервью с летчиком-космонавтом СССР Алексеем Леоновым «С небес на Землю», в котором он, в частности, заявил: «Директор института (НИИ-3. –Ред.) Клейменов, Лангемак и Валентин Глушко составили на него донос. В результате в 1938-м Королеву дали 10 лет каторги…» Это утверждение ошибочно. Мне удалось собрать документы, из них видно, что на самом деле события развивались совсем иным образом. Начало репрессиям в Реактивном научно-исследовательском институте №3 (РНИИ-3, позднее – НИИ-3) положило заявление начальника одного из отделов Андрея Костикова, написанное им весной 1937 года и направленное в ЦК ВКП(б) – Николаю Ежову, в котором он все ошибки, совершаемые при разработке новой техники, выдал за вредительство и растрату народных средств, обвинив директора института Ивана Клейменова, его заместителя Георгия Лангемака, а также ведущих инженеров Валентина Глушко и Сергея Королева в бездарности и профнепригодности.

В апреле исполняется 70 лет со дня создания новых структур госбезопасности, объединенных названием СМЕРШ

Вавгусте 1944 года был опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении орденами и медалями большой группы военных авиаторов. Но, просматривая наградные листы, я приметил пару товарищей совершенно нелетных специальностей, в графе «должность, часть» у которых значилось: отдел контрразведки СМЕРШ.

Сам факт создания СМЕРШ  наводит на мысль об абсолютной непригодности не только традиционных форм чекистского контроля за армией, но и недееспособности чекистской организации вообще. Война наглядно показала: машина НКВД себя исчерпала, оказавшись совершенно непригодной для дел, когда противник – настоящий, а не шпионы, придуманные в кабинетах. К началу 1943 года это уже огромная, забюрокраченная, неповоротливая и просто зажиревшая структура, практически переставшая «ловить мышей» – реальных шпионов и диверсантов.

Правы ли те, кто считает Алексея Навального главным оппонентом Владимира Путина?

Анна Ведута, пресс-секретарь Алексея Навального, в ответ на просьбу об интервью заявила: «Это будет невозможно». Это был ожидаемый ответ: еще недавно Навальный сам отзывался на звонки по мобильному, потом мобильный отвечать перестал, потом появился пресс-секретарь, потом пресс-секретарь стала ра-
ботать на отбой. Что, в общем, понятно. По итогам 2012 года Навальный входит в сотню самых влиятельных людей мира, по версии журнала The Time. Косвенно с этой оценкой соглашается и российская власть, заведя на него три уголовных дела, из-за чего он находится под подпиской о невыезде. Восторженные журналисты называют его будущим президентом, и такой статус за Навальным закрепился – по крайней мере, среди многих людей, считающих себя интеллектуальной элитой страны. Оправданны ли ожидания?

Развивается скандал вокруг поставок российского оружия в Китай. Сначала официальные китайские источники передали, что во время визита председателя КНР Си Цзиньпина в Москву 22-24 марта между странами были подписаны контракты о совместном строительстве четырех подводных лодок класса «Лада» и о покупке Китаем 24 истребителей Су-35. Потом российская сторона эти данные опровергла.

Что же на самом деле происходит в российско-китайских отношениях в военной области? Расследование обозревателя «Совершенно секретно» Владимира Воронова  — о том, как Россия помогает Китаю вооружаться в ущерб себе.  Что делает Россия, поставляя современное оружие в Китай: обеспечивает работой свой ВПК или вооружает потенциального противника?

Москве не на кого пенять, кроме как на себя. С кем имеют дело, там прекрасно знали: уж китайские успехи в пиратском копировании ни для кого никогда секретом не были. По крайней мере с начала XX века (и по сей день) ничего своего и оригинального в сфере вооружений Китай не создал. Китайскую военную промышленность – фактически с нуля – создавал Советский Союз: авиационную, ракетную, боеприпасов, судостроительную, артиллерийскую, танковую. Советские инженеры Китаю помогли освоить выпуск первого образца автомата Калашникова (получил обозначение «тип 56»), самозарядных карабинов Симонова (СКС-45) (тоже «тип 56»), различных пулеметов, самолетов, зенитных ракет, бронетехники. После разрыва отношений с Москвой образцы советского оружия для клонирования добывала уже китайская разведка.

Адвокат Борис Кузнецов рассказал о самых громких делах, которые он вел, и о том, по чьей инициативе стал одним из первых политических эмигрантов из современной России.

– А когда вы почувствовали, что начался разворот и движение в обратном направлении по сравнению с временами Горбачева и Ельцина? На каком-то конкретном деле вы это поняли?

– Это началось с приходом к власти Владимира Путина, у которого появилась манера объявлять людей преступниками до вынесения приговора. Началось с того момента, когда его назначили директором ФСБ. В этом качестве в 1999 году он выступил по делу Игоря Сутягина, публично назвал его шпионом, назвал имя. А потом стал президентом, и судьба Сутягина тем самым была предрешена. Для меня разворот начался именно с дела Сутягина. Я был его защитником…

В деле этом было два периода. Первый – это арест Сутягина и рассмотрение дела в Калужском областном суде. Там не было присяжных, дело рассматривал один судья, который оказался порядочным человеком – он видел, что Сутягина не в чем обвинять. Он отправил дело на доследование – тогда это еще было возможно. И в определении было сказано примерно следующее: Сутягин не понимает, в чем его обвиняют, суд этого тоже не понимает – тем самым нарушаются права обвиняемого. Дело было возвращено в прокуратуру, и начался второй период. ФСБ решила исправить ошибки и приняла дело к своему производству. Центральный аппарат этим занялся.

Ректор Первого Меда Петр Глыбочко – о реформах, врачебной этике, коррупции в медицине и своем участии в политике в интервью главному редактору «Совершенно секретно».

— Хочешь заработать дополнительные деньги – у тебя есть такая возможность. Только надо быстрее переходить на прозрачные внебюджетные формы оплаты врача. Там, где эта система действует, у пациента появляется возможность официально оплатить дополнительные услуги, а у врача – заработать. Ну почему человек не может за собственные деньги попасть на консультацию к конкретному профессору или академику? Или без медицинских показаний пройти какое-то дорогое обследование? Чего тут бояться? Это нормально. А нам говорят: давайте все будет бесплатно. В результате – опять конверты. А мы уже не хотим так работать. Мы не хотим! Тут многое поменялось. Если вчера еще какие-то врачи могли публично заявлять «я бесплатно не работаю», то сегодня такие уходят из медицины. Никто уже не бравирует тем, что взял деньги, к примеру, за операцию...

Известный сценарист и режиссер начинает съемки нового фильма «Милый Ханс, дорогой Петр» – о преддверии Великой Отечественной войны. Александр Миндадзе и его бессменный соавтор – режиссер Вадим Абдрашитов удостоены спецприза национальной кинопремии «Ника»: «За выдающийся вклад в отечественный кинематограф». Вручение состоится в апреле, в марте спецприз «Ники» назвали именем Алексея Германа-старшего.

– Как и почему зрители сделались равнодушными к Чернобылю в частности и неразвлекательному кино в целом?

– Предъявить счет можно всем понемногу. Во всем мире все штучное, нестандартное, не входящее в рамки трафарета мало интересно среднему буржуа, который захвачен потреблением. Однако к людям, которые хотят чего-либо вкусить, можно отнестись с пониманием. Потребление как приоритет – это часть общего цивилизационного процесса. Впрочем, в жизни самой читающей страны, в которой кинотеатр был одной из немногих отдушин, это ощущается особенно горько. При этом, как бы ни было горько, происходящее естественно.

Если уж это случится, то пусть лучше дело будет в Тарусе. Дело – это тяжелая болезнь, которая заставит вас прочитать на двери табличку с надписью «Реанимация».

Интересно, почему в списке того, от чего не стоит зарекаться, сума и тюрьма значатся, а больница отсутствует? Вероятно, потому, что глупо сопротивляться неизбежному: не ты сам, так старики, или дети, или друзья – но каждый рано или поздно окажется на больничной койке или рядом с ней. И там начнет жить – долго или коротко – по особым правилам: часы приема, расписание процедур, список разрешенных к передаче продуктов…Среди многих запретов, действующих в российских больницах, есть один, который соблюдается свято: если вы попали в реанимацию, никто вас там не потревожит своим визитом. И если ваш близкий оказался в этом месте, тоже можете не суетиться, вас к нему не пустят: друзьям и коллегам, мужьям и женам, детям и родителям – никому в российскую реанимацию хода нет. Очутиться там, если вы не врач, можно только в горизонтальном положении – на каталке и с катетером в вене.