НОВОСТИ
Убивший в столичном МФЦ двух человек — психически больной антиваксер
sovsekretnoru

Золотой коридор

Автор: Сергей МАКЕЕВ
01.05.2006

 
Таисия БЕЛОУСОВА
Обозреватель «Совершенно секретно»

Небольшая часть золота и драгоценностей, которые регулярно задерживают российские таможенники
TOPSEC

В Шереметьеве-2 у пассажира, прибывшего из Мадагаскара, изъято 30 килограммов драгоценных камней. Приблизительная оценка контрабандного груза – 2 миллиона долларов… Таможенники обнаружили в нижнем белье гражданина Израиля 2537 мелких и 23 крупных бриллианта, 19 изумрудов, 13 колец и 6 пар сережек, оцененных в 150 тысяч долларов... На ленту новостей подобные сообщения попадают с завидной регулярностью. Незаконный ввоз и вывоз драгоценных камней и ювелирных изделий давно уже превратился в хорошо отлаженный бизнес…

Грузите драгоценности тюками

В 1990-е годы, в попытке защитить отечественную ювелирную промышленность от конкурентов, государство ввело жесткие меры. Желающие торговать в России ювелирными изделиями иностранного производства должны были получить лицензию и заплатить 20-процентную пошлину. Предприимчивые люди сделали вывод: дешевле ввозить драгоценности контрабандой. Тем более что с середины 1990-х многократно увеличившийся пассажирский поток заставил таможенников пойти путем всего цивилизованного мира: создать на таможнях «красные» и «зеленые» коридоры. По «красному» коридору проходят лица, имеющие предметы, подлежащие декларации. Остальные могут воспользоваться «зеленым», где досматривают выборочно – при наличии оперативной информации или веских подозрений инспектора. Удобства этого коридора быстро оценили контрабандисты. И повезли в Россию с Востока драгоценные камни и ювелирные изделия, а из России на Запад – российские алмазы.

– Публику, осуществляющую контрабанду драгоценных камней и ювелирных изделий, условно можно поделить на три категории, – объясняет мне сотрудник Главного управления по борьбе с контрабандой (ГУБК) Федеральной таможенной службы РФ Виктор Караваев. – Это организованные группировки, курьеры-одиночки и обычные туристы, челноки, командированные. Самый большой ущерб экономике наносят группировки. Люди там работают умные, хитрые, хваткие. Мы перекрываем один канал, а у них наготове еще пять-шесть. Посылая четырех курьеров, они готовы к тому, что один из них будет задержан.

33-летняя уроженка Бурятии, прилетевшая в Москву из Арабских Эмиратов в декабре 2004 года, вызвала подозрение у таможенников не беспокойством и нервозностью, а нарочитым спокойствием. При проверке документов инспектор заметила на ее правой руке перстень белого золота, усеянный бриллиантами. Дама заявила, что с этим кольцом она улетала в Эмираты, но предъявить декларацию о его вывозе не смогла. В это время рентгеноскопический аппарат высветил в ее дорожной сумке часы. Золотые часики также украшали бриллианты. После того как в дамской сумочке пассажирки обнаружили две пары золотых с бриллиантами серег, ее пригласили на личный досмотр. Когда она расстегнула шубу, на груди засверкало роскошное бриллиантовое колье. «Купила себе подарок, за 115 тысяч долларов», – лепетала дама. А еще на ней был одет бриллиантовый бандаж. Потребовалось 12 часов, чтобы подсчитать количество камней – 35,5 тысячи штук, среди которых были образцы до 8 карат, – на 2,5 миллиона долларов.

Дама призналась, что драгоценности и бриллианты ей не принадлежат, она всего лишь курьер. Судя по отметкам в паспорте, женщина до задержания успела побывать в Арабских Эмиратах восемь раз.

Сегодня большинство ОПГ специализируются на поставках крупных партий «ювелирки» из Турции и Арабских Эмиратов. Это дешевые – по цене и по качеству – изделия, с малым содержанием драгоценного металла. После клеймения их в России товар реализуют через сеть наших ювелирных магазинов, лавок, киосков по цене российского золота.

Прилетел в Домодедово чартерный рейс из Турции. 60 тонн ширпотреба, привезенного челноками, попали на грузовой склад. Досмотр там выборочный. И у контрабандистов был расчет на то, что в 500-килограммовых тюках копаться никто не станет. Однако таможенники, которым поступила оперативная информация, вскрыли все тюки. В каждом оказались толстенькие полиэтиленовые «батоны» с ювелирной начинкой. Всего таможенники изъяли 400 килограммов украшений из «самоварного» золота

Для перевоза контрабанды ОПГ либо покупают шоп-туры для членов своей группировки, либо используют челноков. С ними могут договориться или же использовать их «в темную». Находят общий язык с владельцами фабрик и мастерских, у которых покупают товар челноки, и те при упаковке товара вкладывают контрабанду. А на выезде из российского аэропорта челноков поджидает машина с крутыми ребятами.

Турецкие ювелиры, снабжающие товаром контрабандистов, обычно делают вещи современного дизайна. Лишь однажды, прослышав, что в России высоко ценятся произведения дореволюционных ювелиров, они наштамповали аж 100 килограммов «Фаберже». Груз, благополучно прошедший таможню, задержали сотрудники милиции.

Был случай, когда таможенники дважды обнаруживали странную контрабанду из Турции – золотые ушки от цепочек. Всего их завезли 5 килограммов. А фокус был прост – на золотые ушки ставилось российское клеймо (585-я проба), но прикрепляли эти ушки к цепочкам из… меди, покрытой тончайшим слоем золота.

Немало контрабандистов работают по заказам владельцев ювелирных магазинчиков, желающих получить недорогой товар из Турции или Арабских Эмиратов. Они закупают за границей товар и на собственный страх и риск перевозят его через границу.

В январе 2005 года на Шереметьевской таможне взяли господина С.В. К-ва, прилетевшего из Турции. В его багаже находилось 14 тысяч ювелирных изделий (в том числе и православных медальонов-иконок) весом 42 килограмма. На изделиях, выполненных из золота 585-й пробы, имеющего красноватый оттенок, характерный для российского золота, не было проб и клейм. Вероятно, драгоценности собирались клеймить в России и затем реализовывать через розничную сеть. К-в был «вооружен» двумя заполненными таможенными декларациями: одной на конфискованные драгоценности, а другую он заполнял годом раньше. Если верить последнему документу, в 2004 году он ввез в Россию более 36 килограммов драгоценного груза.

Два месяца спустя на той же таможне задержали еще одного россиянина, посетившего Турцию. Тот ввез 3821 штуку ювелирных изделий (золотые цепочки и браслеты, кулоны, серьги, броши со вставками из фианитов, сапфиров, изумрудов и бриллиантов). К драгоценностям, расфасованным в 12 бумажных пакетов, прилагался инвойс, согласно которому стоимость ювелирки составляла более 90 тысяч долларов. Весили эти сокровища почти 11 килограммов.

Наиболее часто попадаются с контрабандой челноки и туристы, везущие от 100 граммов до килограмма ювелирных изделий. Но порой среди одиночек встречаются личности, которые могут дать вперед сто очков любой организованной группировке. К примеру, в рамках операции «Даймонд», проведенной ГУБК ФТС РФ в 2004 году, в поле зрения его сотрудников попала дама (назовем ее Ириной), имеющая двойное гражданство – России и Бельгии – и руководившая двумя столичными фирмами. Подозревалась она в контрабандном ввозе драгоценных и полудрагоценных камней из Индокитая и ювелирных заготовок из Турции. Взять на контрабанде ее не успели, поскольку с подачи ГУБК «ювелирной» деятельностью Ирины заинтересовались МВД и ФСБ.

При обысках в ее квартире обнаружились портфели с двойным дном и обувь с полыми каблуками, а также поддельные паспорта и устройства для клеймения ювелирных изделий. В квартире, в тайниках под плинтусами, в офисах фирм обнаружили 500 тысяч штук драгоценных камней на 2 миллиона евро. В дальнейшем выяснилось, что Ирина для клеймения привезенных из Турции и ОАЭ дешевых золотых заготовок пользовалась услугами Центральной государственной инспекции пробирного надзора. При обыске в лабораториях, раздевалке и даже в столовой этой организации нашли несколько больших пакетов, забитых ювелирными заготовками. Как рассказали рядовые работницы инспекции, за клеймение каждого «левого» изделия они получали, с ведома руководства, по 25 рублей. И трудились не покладая рук три года.

Драгоценный эксклюзив

Временами в Россию контрабандой ввозят и эксклюзивные драгоценности. Так, в декабре прошлого года в Шереметьеве попался гражданин Турции с 39-ю ювелирными изделиями из золота 585-й и 750-й пробы. Там было на что посмотреть: колье с крупными изумрудами и бриллиантовой россыпью, подвеска и серьги с черным тайским жемчугом и рубинами, кольцо с сапфиром в 2 карата, обрамленным бриллиантами, кольцо в виде двух морских звезд с сапфирами и бриллиантами. Эксперты отметили, что «все вещи высокого качества и по своим характеристикам приближаются к мировым брендам «Cartier», «Stefan Hafner» и «Damiani».

Для перевозки дорогих драгоценностей контрабандисты используют и VIP-залы. 19 марта 2005 года в аэропорту Внуково приземлился небольшой самолет бизнес-авиации из Швейцарии. Три его пассажира быстро прошли через VIP-зал и уже намеревались сесть в поджидавший их «фольксваген», но тут их притормозили таможенники. В багаже задержанных обнаружили ювелирные изделия и часы со вставками из драгоценных и полудрагоценных камней. Драгоценности весом более 106 килограммов были выполнены знаменитыми европейскими ювелирными фирмами – «Carerra y Carerra», «CioCio Viskonti», «Valente» и др. Стоили, к примеру, часы 50 тысяч долларов, кольцо – 35 тысяч. Общая себестоимость изделий составила 2,5 миллиона долларов. Говорят, реализовать их можно было за 5 миллионов. На выручку к задержанным, а ими оказались глава столичной фирмы, занимающейся продажей эксклюзивных импортных ювелирных изделий и его сотрудники, вскоре примчался один из самых известных московских адвокатов. Но, узнав, что делом занимается ФСБ, отбыл восвояси.

Сокровища Березовского

Как показывает практика, обычные пассажиры редко пытаются ввезти контрабандным путем драгоценности, имеющие историческую или культурную ценность. Исключением являются два случая.

Как-то авиарейсом, следовавшим в одну из закавказских республик, должна была улететь 109-летняя бабуля – старейшина семейного клана. Провожали ее многочисленные московские потомки в национальной одежде. В аэропорту они устроили настоящее представление – играли на гармошке, пели, танцевали лезгинку. Поскольку бабушка не владела русским языком, таможенник просил родственников спросить, если ли у нее золото. Старушка, весело покивав головой, достала из-за пазухи увесистый мешочек с фамильными реликвиями, которые могли бы стать украшением любого столичного музея. Ценности эти долгое время хранились в Москве, а потом клан принял решение вернуть их на историческую родину. Рассказывают, что после уплаты штрафа за отсутствие декларации драгоценности все-таки улетели на Кавказ.

А в октябре 2005 года на Шереметьевской таможне задержали россиянку, пытавшуюся вывезти 65 уникальных ювелирных изделий (бриллиантовое колье работы 1910 года, золотой хронометр, золотая брошь начала XX века, серебряный наперсный крест с самоцветами и эмалями, выполненный в мастерской поставщика двора Его императорского Величества ювелира Хлебникова, и т.д.). Драгоценности принадлежали жене Березовского Елене Горбуновой. Она попросила подругу привезти драгоценности в Киев, откуда их должны были переправить в Лондон. Та, не подумав, что на вывоз таких вещей нужно иметь специальное разрешение, невольно стала контрабандисткой.

Прокол на трапе

Драгоценные камни товар дорогой, а посему контрабандисты предпочитают держать его при себе. Женщины нередко прячут упакованные камни в интимных местах, мужчины умудряются прикрепить к гениталиям.

Интересный способ провоза драгоценных камней придумали студенты из Индии, Таиланда, Индонезии, обучающиеся в Москве. Находчивые ребята создали в России фольклорную группу и для украшения своих сценических костюмов принялись завозить всякую бижутерию, блестки, бисер, паетки, цветные стекляшки. Под видом стекляшек ввозились драгоценные камни. Пару раз им повезло. Потом таможенники, прикинув, что блестками давно пора обшить наряды всех институтских модниц, решили разобрать сваленную в пакеты мишуру. Тут-то и выяснилось, что под видом стекляшек танцоры ввозили драгоценные камни.

Время тайников и маскировок драгоценностей прошло, уверяли меня в ГУБК. Нынче контрабандисты все чаще везут их открыто. Одни надеются на авось, другие договариваются с таможенниками. С человеком, чей оклад равен 6 тысячам рублей, найти общий язык, видимо, нетрудно. Договориться можно не только с таможенниками, но и с работниками аэропорта.

Яков Блюменкранц – уроженец Москвы, гражданин США, проживавший в Нью-Йорке, вице-президент (с незаконченным высшим образованием) торговой компании «CFKINC» – в Россию наезжал с 1998 года. Владельцам российских ювелирных компаний он представлялся главой торговой фирмы, предлагал свои услуги в качестве оценщика драгоценных камней. Чем он занимался в Москве, никто толком не знал.

Однажды Блюменкранца, прилетевшего в Москву из Таиланда, встретил на телескопическом трапе сменный заместитель директора по оперативному управлению производством аэропорта Шереметьево-2 Виктор Бушин. Наблюдавшие за теплой встречей оперативники ГУБЭП заметили – американец, обнимая Бушина, положил ему в карман портмоне. Как только Бушин, имевший право свободного прохода через пограничную и таможенную зоны, миновал контроль, его задержали. В портмоне оказались 8504 штуки ограненных природных сапфиров на сумму более миллиона рублей. Бушин признался, что камни принадлежат Блюменкранцу, что подобные услуги он ему оказывал несколько раз.

При обыске в квартире, снимаемой Блюменкранцем, он выдал девять коробок с ограненными сапфирами, изумрудами, рубинами таиландского происхождения. Драгоценности, хранившиеся на балконе, потянули на 5,5 миллиона рублей.

Бриллиантовая четверка

– Любой иностранец, оказавшись в таможенной зоне, к примеру, в США, декларирует то, что он ввозит, как миленький, – объясняет мне Виктор Караваев. – Попробуй он слово сказать, его тут же скрутят. У нас через «зеленый» коридор без боязни тащат контрабанду американцы, немцы, австралийцы и т.д. Не дай бог их задержи, тут же проявляют гонор, оскорбляют. Многие считают, что в России все допустимо. Здесь можно выйти сухим из воды

И кое-кто действительно выходит. Пример тому – история четырех бельгийцев.

В 1999 году у московского ООО «Ривер-М», занимавшегося огранкой драгоценных камней, появился новый хозяин – бельгиец Альберт Хаберкорн, владелец ювелирных предприятий в Бельгии и Израиле. Он часто бывал в России, закупал алмазы в Гохране и «АЛРОСЕ». Его друг Эдгар Лансют сортировал алмазы, а их обработкой занимались российские мастера. Полученные бриллианты продавали бельгийской фирме «А. Хаберкорн и сыновья».

Как установило в дальнейшем следствие, у «Ривер-М» не было реальной возможности обработать в срок закупаемое алмазное сырье, а потому тут гранили только мелочь. Согласно существующему законодательству, после получения алмазного сырья «Ривер-М» должна была обработать его и экспортировать полученные бриллианты в течение 150 дней. Если бы успеть в срок не удалось, в силу бы вступили серьезные штрафные санкции. Но, как ни странно, такого не случалось.

По версии следствия, бельгиец вовсе не собирался обрабатывать в России крупные алмазы. Но чтобы вывезти их за границу, необходимо было получить квоту и уплатить большую пошлину. Выход нашелся: контрабандой в Бельгию вывозили крупные необработанные алмазы, а в Россию – чтобы отчетность по «Ривер-М» была в ажуре – ввозили недорогие бриллианты и мелкие дешевые алмазы.

В январе 2000 года Хаберкорн поручил двум бельгийцам – супругам Осиасу Петерфреунду и Рахел Неуфелд доставить в Москву партию драгоценных камней и передать их Лансюту, проживавшему в гостинице «Аэростар». 18 января они прибыли в Москву. Благополучно миновав таможенный контроль в Шереметьеве – пожилая пара подозрений не вызвала, – они отправились в гостиницу. Вечером они передали Лансюту бриллианты и алмазы на 600 тысяч долларов, получив взамен пакет с 12 200 алмазами стоимостью 358 386 долларов.

Супруги упаковали камни в контейнеры, спрятав их – перед выездом в аэропорт – в нижнем белье. Пройдя таможенный контроль, в туалете зала транзитных пассажиров Неуфелд переложила два контейнера с алмазами в дамскую сумочку. И тут таможенники пригласили супругов пройти личный досмотр… Оказалось, что к респектабельной паре, не однажды прилетавшей в Москву, давно присматривались оперативники ГУБЭП.

Петерфреунд добровольно выдал таможенникам один контейнер, вынув его из плавок. «Я не могу объяснить, каким образом этот пакет оказался у меня», – написал он в объяснении. Еще два контейнера у Петерфреунда обнаружили в ИВС на Петровке. Оказалось, у бельгийца под плавками были надеты еще и трусы, к которым и были прикреплены контейнеры.

Потом был задержан Лансют и проведен обыск в «Ривер-М», где также изъяли алмазы и бриллианты в общей сложности на 4 миллиона долларов. Расследование дела поручили Следственному комитету при МВД РФ.

– Супруги отрицали знакомство с Хаберкорном, – вспоминает следователь Геннадий Кларов. – Но здесь нам помогла бельгийская полиция. Как только СМИ сообщили о задержании в Шереметьеве их соотечественников, полиция тут же нагрянула к Хаберкорну. И тот сознался, мол, мои люди, мое предприятие. Потом он все отрицал, но было уже поздно.

Мы установили, что супруги приезжали в Москву под видом туристов неоднократно. В 1999–2000 годах муж прилетал 16 раз, а жена – 9. При этом всякий раз в столице они находились не более суток. Выяснили, что у супругов было по пять паспортов.

Следователь ходатайствовал об изменении меры пресечения для Хаберкорна, однако Генпрокуратура не увидела оснований для его задержания и заключения под стражу. Затем по указанию заместителя Генпрокурора В. Колмогорова была изменена мера пресечения Лансюту, страдавшему ишемической болезнью сердца.

– Я чувствовал, что Лансют сбежит, – говорит Кларов. – Поскольку Хаберкорн был его другом, я был уверен: тот попытается вытащить его из России. Просил установить залог в миллион долларов, но Генпрокуратура остановилась на 500 тысячах. В итоге после завершения следствия Лансют благополучно отбыл в Бельгию.

Супружеская пара Хаберкорна волновала меньше, что наводило на мысль, что работали они не только на него. Супругов тоже выпустили под залог. Осенью 2001 года они сняли в Москве квартиру. Начались судебные заседания. Потом судья разрешила им выехать к месту постоянного жительства. А когда отправили им повестку, на суд они не явились. Поначалу присылали справки, что больны. Потом Неуфелд скончалась. Судья приняла решение об экстрадиции Петерфреунда в Россию, но воз и ныне там.

Срок или штраф?

Хотя в «зеленом» коридоре кроме таможенников работают и оперативники ГУБК, и сотрудники Службы собственной безопасности ФСТ РФ, но из всего потока контрабанды драгоценных камней и ювелирных изделий удается задержать, по их собственному свидетельству, только 10–12 процентов. Сели или нет контрабандисты на скамью подсудимых, какой срок они получили – эта информация редко возвращается к таможенникам.

После задержания контрабандиста материалы на него передают в прокуратуру, которая решает вопрос о возбуждении уголовного дела. Дама провезла драгоценности на 600 тысяч рублей (контрабанда в крупных размерах – более 250 тысяч рублей). А прокурор отказывает в возбуждении уголовного дела, дескать, у нее не было злого умысла, она ввезла все по незнанию. С каких пор незнание закона избавляет от уголовной ответственности – непонятно. Возможен и другой вариант – на даму заведут административное дело. Она заплатит штраф – от 50 до 200 процентов стоимости ввезенных вещей. Правда, после этого драгоценности ей обязаны вернуть. Да-да, не удивляйтесь! Пару лет назад в закон внесли поправку об отмене конфискации контрабандных товаров.

Как улучшить ситуацию? «Зеленый» коридор уничтожить сегодня невозможно. Чтобы пропустить через «красный» пассажиров среднего самолета, потребуется три часа. А в аэропорту практически одновременно их приземляется пять. Кое-кто полагает, что следовало бы увеличить сроки наказания за контрабанду. В США за нее дают от 5 до 20 лет; в России – от года до трех, а если удастся доказать, что контрабанда дело рук группировки, – от 7 до 15 лет. Но по мне так пусть лучше штраф заплатят – хоть какое-то пополнение федерального бюджета…


Авторы:  Сергей МАКЕЕВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку