Знак беды

Автор: Владимир АБАРИНОВ
01.02.2001

 
Ирина МАСТЫКИНА,
обозреватель «Совершенно секретно»

Она позвонила ему и спросила: как жить дальше? Не складываются отношения с любимым. «Подождите минутку», – отозвался он и мысленно начал входить в контакт с субматериальным миром, который якобы управляет миром нашим, материальным. «Мне сказали, – наконец услышала она его голос, – что для гармонизации отношений вам необходимо заработать ресурс, а это возможно, если вы немедленно займетесь продажей танков». «Каких танков? Кому?» – опешила она. Он снова связался с источником информации, который находился далеко, за пределами Космоса. «Танки надо продавать на мясокомбинат». – «Но для чего?!» Ему пришла новая порция информации: «Свыше говорят, что под выхлопной трубой танка хорошо коптить колбасу. Это очень ресурсовыгодно и продвинет технологию пищевой промышленности далеко вперед. За это Господь Бог выделит вам неимоверные ресурсы, с их помощью вы и наладите отношения с любимым». Она бросила трубку...

Доцент факультета молекулярно-биологической физики и заместитель декана по работе с младшими курсами Владимир Дмитриевич Матюхин охотно давал советы всякому, кто в этом нуждался. Он разрешал звонить ему даже среди ночи. Как-то весной на своих семинарах призвал студентов бороться с сексуальным возбуждением. Мальчишки без конца бегали к нему за помощью, и он, медитируя, выходил на связь с Центром управления информацией, и ему сообщали: помощь послана. Но в конце прошлого года обстоятельства вынудили его «уйти в подполье», он не выходит из дома и общается по телефону исключительно с членами своей группы, в которой осталось человек восемь – десять, самых преданных Делу своего Учителя, которого они называют «избранником божьим».

Года четыре назад семинар доцента Матюхина собирал полную лабораторию его учеников – занимались они в ту пору исключительно наукой. Но потом как-то стали все дальше и дальше от нее отходить. Владимир Дмитриевич всегда интересовался лозоходчеством и влиянием параметров биополя человека на различные предметы. Он даже создал для этого специальный прибор и переориентировал свою семинарскую работу.

– Но эксперименты на биополе человека ставились грубо, кондово, и вскоре тематика эта отпала, – говорит бывший студент Матюхина, теперь аспирант физтеха Алексей А. – А вот маятниковая тематика, наоборот, захватывала все больше. Владимир Дмитриевич привязывал к пальцу нитку с грузом и пытался посредством колебаний маятника определить свойства предметов. Так он исследовал иконы, фотографии знакомых, другие неодушевленные объекты... Он ведь был последователем учения Сергея Лазарева о полевой структуре человека. Досконально изучил его книгу «Диагностика кармы», много над ней работал и считал, что продвинулся гораздо дальше. До поры до времени занятия носили безобидный характер. Но потом Матюхин стал заниматься чем-то вроде оккультизма, и здравомыслящие ребята из его лаборатории ушли. Научный семинар прекратил свое существование. Начались обычные сборища, к науке отношения не имеющие...

Если бы не скандал, возможно, об «увлечениях» Матюхина никто из руководства МФТИ и не узнал бы. Уважаемый, компетентный педагог, с хорошим чувством юмора, никаких странностей за ним отродясь не наблюдалось.

Но вот к одному из «семинаристов» Матюхина – Сереже С. – приехала бабушка. Привезла внуку к сессии домашних разносолов. А увидев его, ахнула: исхудал, глаза словно стеклянные, безо всякого выражения, с бабкой не разговаривает, огрызается: «Ты чего сюда приперлась?» Сумки, полные харчей, наотрез отказался брать: «Нам такое нельзя». Пришлось бабуле, проделавшей ради любимого внука трудный путь на поезде да на попутках, потчевать соленьями и вареньями его сокурсников, к «сектантству» отношения не имеющих.

Кстати, сами «сектанты» называют себя не иначе, как членами группы или «полевиками». Будем так называть их и мы.

Бабушка оказалась очень решительной. Две недели занималась дознанием, собирая информацию о группе, дошла до ректората, где даже не подозревали, что в стенах их прославленного вуза происходит такое! Семинар-то начинался в семь-восемь вечера, когда институтские аудитории пустели. Чтобы как-то погасить скандал, не выносить сор из избы, Матюхина для начала с должности заместителя декана сняли. Но запретить ему преподавать пока не решились. Не стали трогать и его семинар...

– За четыре года существования семинара, – рассказывает один из бывших членов группы третьекурсник Петр А., – парапсихологические теории Матюхина менялись чуть ли не каждый месяц. Я понимал с самого начала, что к науке это имеет лишь косвенное отношение, но меня заинтересовал изобретенный Матюхиным прибор, читающий мысли человека. И я стал ходить к нему. Матюхин рассказывал нам про информационный мир, или, как говорят верующие люди, мир духовный, который состоит из информации без материального носителя. Им, мол, управляет Бог. Говорил он и о том, что, согласно теории Лазарева, последователем которого он сам был, человек страдает оттого, что в его полевой структуре, то есть в окружающем человека биополе, несущем о нем полную информацию, из-за неправильного поведения и мышления появляются дефекты. И причина их в привязках: к материальному миру, материальным ценностям, отношениям с другими людьми... Все это надо убирать. Как? У Матюхина существовала своя теория. Но прежде чем мы перешли к ней, он стал учить нас им самим же придуманным методам познания мира...

Первое время методы эти были до банальности просты. Требовался только маятник (веревка с грузом) и листок бумаги, разделенный чертой надвое. С одной стороны – «да», с другой – «нет». Студент должен был мысленно задавать вопросы, затем перебирать, опять же про себя, варианты ответов и наблюдать, в какую сторону отклонится маятник. В основном, конечно, всех интересовало здоровье и взаимоотношения в семье.

Потом Матюхин усложнил задание. Он начертил на бумаге шкалу с процентами. Так, он считал, будет более понятно, какая привязка сильнее затягивает человека и больше ему вредит. Позже ввел логарифмические шкалы, графики и так далее. Дошло до того, что ни один поступок члены группы не могли совершить, не «посоветовавшись» с маятником! Например, одному парню, Антону Б., понравилась девушка. Он – мгновенно за маятник. Тот показал, что девушка тоже испытывает к Антону чувства. И парень раструбил это по всему институту. А когда информация дошла до той студентки, она устроила парню жуткий скандал!

Кстати, этот же Антон так увлекся работой с маятником, что забросил учебу. На один из экзаменов, сдать который ему должен был помочь Матюхин, просто не явился – постигал мир. После этого беднягу отчислили из института, из общежития выгнали, и парень стал бомжевать. Спал где придется, ел что придется, только бы не пропускать «семинары».

– Осенью 1998 года встречаю его – помятого, невменяемого, – продолжает Петр А. – Говорит мне: «Слушай, у твоей мамы есть какие-нибудь ценные вещи? Продавайте и закупайте тушенку! Владимиру Дмитриевичу дали информацию, что в Москве скоро начнется голод! Выживут те, кто запасется консервами!» Я к тому времени семинары уже не посещал, поэтому очень удивился, как там все быстро переменилось. Любопытство взяло верх, и после годичного перерыва я снова пришел в лабораторию к Матюхину. Теперь там посередине стоял большой стол, и каждое занятие члены группы пили за ним чай и обсуждали разные «полевые дела». Семинар так и назывался – «Полевые методы». Все разговоры конспектировались в большом амбарном журнале. Я сразу обратил внимание на изменение техники приема информации. Никакого маятника не было уже и в помине. Теперь все принимали информацию «напрямую от Бога», то есть медитируя. Если, войдя в контакт, узнавали, к примеру, что «почки у вас болят из-за пристрастия к сексу», то должны были об этой мирской радости напрочь забыть...

Поначалу, считает Петя, семинары проходили без относительного вреда для здоровья ребят. Но потом Матюхин решил заняться врачеванием. И стал учить этому своих подопечных. Медицину он за науку не считал. Утверждал, что все можно выправить на полевом уровне, черпая информацию из духовного мира. Разрешит Бог снять боль, Матюхин передаст это больному, тому и станет легче. Если речь идет, конечно, о психосоматических, внушенных болях. На хронических больных подобные трюки не действовали. Хорошо, они это быстро поняли и дорогу в лабораторию Матюхина забыли.

Но сам он, уверовав в свою теорию, решил не останавливаться на достигнутом. Взялся за лечение тяжелых недугов. Самый первый и самый длительный опыт, по данным из физтеха, он проводил над ребенком своей родственницы. У мальчика в раннем возрасте развилась злокачественная опухоль сетчатки глаза. Врачи констатировали, что болезнь еще не очень запущена и, удалив глаз, ребенка можно спасти. Предложили и химиотерапию. Но Матюхин уговаривал родственницу лечить сына у него. Женщина все же согласилась на курс химиотерапии. И после него, по данным медиков Онкоцентра на Каширском шоссе, опухоль значительно уменьшилась.

Матюхин и это сумел истолковать в свою пользу: медицина здесь ни при чем, я снял с мальчика грязь, болезнь и отступила. Уверенность Матюхина, как ни странно, подействовала на мать, и она доверила ему лечение сына. Лечил Владимир Дмитриевич, как всегда, получая информацию из космического Центра управления. Узнавал о дефектах в полевой структуре ребенка и устранял их. Несмотря на это, болезнь вдруг резко обострилась – Матюхин списал ухудшение состояния мальчика на неудачную работу на канале. И снова медитировал... Теперь уже вместе с матерью, обученной «полевым» премудростям.

Временами опухоль действительно уменьшалась, и Матюхин, в качестве доказательства своих побед, демонстрировал ребенка на семинарах. До тех пор, пока болезнь не начала необратимо прогрессировать. Только тогда несчастная мать поняла, какую ошибку совершила, и помчалась к медикам. Но «полевиков» поражение Учителя не разочаровало. Напротив, они рассказывали всем, что Матюхин сам пятьдесят шесть раз переболел раком и всегда вылечивался...

Говорят, преподаватель физики пытался лечить и другие болезни. Например, вызвался помочь соседу. Очень уж плохо ему стало ночью – то ли гипертонический криз, то ли инсульт. Матюхин «поработал на канале», и соседу непостижимым образом полегчало. Врачей решили не вызывать. А через полчаса заплаканная соседка сообщила, что муж ее приказал долго жить...

В институте поговаривают, что Матюхин не позволил лечиться в больнице даже собственному сыну – настолько фанатично уверовал в свою теорию. После давней черепно-мозговой травмы тот скончался от кровоизлияния в мозг.

После смерти сына у Матюхина возникла идея его воскрешения. Он придумал новую теорию, связанную с зарабатыванием ресурса. Для этого надо выполнить работу, которую даст Центр, и тогда с помощью полученного ресурса можно уже возвращать сына к жизни.

Матюхин всем своим «семинаристам» внушал мысль, что, «служа Богу, можно обрести жизнь вечную», стать бессмертным. И его ученики всерьез верили, что «избранник Божий» делает из них, рабов, личности...

В последние года полтора «крыша поехала» чуть ли не у половины «полевиков». По бредовым теориям Учителя, легко внушаемые мальчишки и девчонки должны были от многого отказаться. Например, им запрещалось притрагиваться ко всем продуктам, кроме кефира, простокваши, шоколада, зефира, конфет, некоторых овощей и фруктов. (Один из медиков, к которому мы обратились за консультацией, объяснил: «Содержащееся в данном наборе продуктов большое количество глюкозы и какао ведет к выработке эндорфинов – внутренних, собственных наркотических веществ. Они нужны организму для адаптации к стрессовым ситуациям, но при их избытке отмечается «отупляющий» эффект. Как результат – сниженная эмоциональность, некритичность, неприятие проблем. Налицо – ущерб психическому здоровью человека».) В перспективе планировалось отказаться от пищи вообще.

О сексе также следовало забыть, хотя на семинарах, говорят, Матюхин очень любил обсуждать сексуальные проблемы своих воспитанников. По одной из теорий, членам группы не рекомендовалось мыться. «Полевики» резко сократили потребление мыла. И это отбивает охоту близко общаться с ними. Сами же ученики Матюхина на подобные мелочи внимания не обращают. Сейчас они ждут, когда тела их станут невесомыми – настолько организмы очистились.

В связи с этим «полевикам» запрещено общаться с окружающими, грязными людьми. И вообще, указывает Учитель, на улицу лучше выходить пореже. Поскольку наука себя изжила, с учебой необходимо покончить. Из всей группы в физтехе осталась одна Рыжая, Женя С., – она получила особые указания Центра.

Но самое страшное во всей этой истории – никто из группы не имеет права считать себя дочерью или сыном, отцом или матерью. Это тоже привязка. Поэтому с любимыми и дорогими людьми необходимо порвать. «Полевик» не должен думать, чувствовать, им всегда будет руководить голос сверху...

Сколько сердец разбила эта последняя заповедь Учителя! Ведь в группе две семейные женщины – Женя С. и Соня П., у которой четырехмесячный ребенок. Их мужья, тоже из физтеха, игнорировали семинары, поэтому касаться своих «чистых» жен права не имеют.

Как любили друг друга второкурсница Сонечка и третьекурсник Никита! Соня с первого курса посещала семинары Матюхина, но, поскольку никаких изменений к худшему Никита не замечал, он не запрещал ей ни «получать информацию», ни «посылать помощь». А вскоре Соня и сама решила уйти от Владимира Дмитриевича. Испугалась: ведь любовь – это привязка, а Соня не хотела от нее избавляться, очень любила Никиту.

Они поженились. В начале сентября 2000 года на свет появился Данилка. Когда Никита забирал жену и сына из роддома, счастливее его не было на свете человека. А позже пришел счет за переговоры по мобильному телефону, который родители давали Соне в палату, – двести долларов, около восьми часов разговоров! Все сразу поняли: Соня общалась с Матюхиным.

Из дома (ее родители живут в Люберцах, МФТИ – в Долгопрудном) Соня тоже украдкой звонила своему наставнику. А когда в октябре молодая семья переехала в студенческое общежитие в Долгопрудный, вообще часами «висела» на телефоне. К полуночи она оставляла ребенка на Никиту и уходила к соседке – Ире К., у которой был телефон.

Ира и ее муж Сережа М. вместе посещали семинары доцента. Поэтому их не трогали. А вот Никита не проявлял к теориям спасения мира никакого интереса. Какой же он спутник Соне?

Это Матюхин при любой возможности старался внушить молодой женщине. И она начала поддаваться. Решила снова посещать семинары. Никита чувствовал за собой вину перед семьей – мало бывал дома, возвращался поздно, потому что учился, работал – и отказать Соне не смог. И вот по вторникам с семи до десяти вечера с Данилкой сидела подруга, по пятницам Никита возился с сыном сам. При этом ночные отлучки жены не закончились. Никита не вытерпел, высказал жене свое недовольство. С тех пор мир и согласие покинули молодую семью. А однажды Соня, вернувшись с семинара, заявила мужу: «Все! Теперь твои интересы – это твои интересы, а мои – только мои. Мы можем друг друга не любить, но жить ради сына вместе будем. Так многие сейчас делают! Например, Ира с Сережей». Никита был в шоке. Соню словно подменили. Глаза пустые, никакого интереса ни к мужу, ни к сыну. Отказалась готовить, потому что «полевикам» запрещено касаться мяса. Отношения супругов обострились. Родители тоже очень переживали.

И однажды решили увезти дочь с внуком в Люберцы, подальше от «секты». «Операция» была назначена на вторник. Но в воскресенье вечером Никита, вернувшись в общежитие, застал такую картину: сын заходится криком в кроватке – мокрый, голодный, а Сони нет. Не выдержав, он пошел к Ире К. Соня в коридоре разговаривала по телефону с Матюхиным.

– Я тут же позвонил Сониным родителям, – рассказывает Никита. – Попросил: увезите ее завтра. Боялся, что не выдержу, и не знал, чем это все обернется. На следующий день родители приехали в Долгопрудный. Соня в резкой форме попросила их не лезть в ее личную жизнь. Владимир Николаевич, Сонин папа, не сдержался... Он очень страдал. В итоге в Люберцы Соню все-таки увезли...

Там она упрекала Никиту в том, что не защитил от отца, называла предателем, не подпускала к себе. А вскоре вообще заявила, что больше не любит его. «Подонок» и «тварь» – самые мягкие слова, которыми она его называла. Никита собрал друзей и пошел с ними в лабораторию – выяснять отношения с Матюхиным.

«Что вы сделали с моей женой?! У нас была такая любовь, а теперь от семьи не осталось ни-че-го!» – кричал он «избраннику Божьему». Матюхин предпочел ретироваться.

Скорее всего, Соне сообщили о дебоше в лаборатории, и, пока никого не было дома, она с Данилкой сбежала в Долгопрудный. Без вещей. Никита тоже вернулся в общежитие. Мало ли что. Данилка ведь...

– Как только я вернулся в Долгопрудный, ко мне чуть ли не каждый день стала заходить Ира К., – продолжает Никита. – Требовала оставить Соню в покое, иначе у меня будут проблемы. Соня жила у Иры, и я несколько раз буянил в ее комнате, требовал отдать мне ребенка, как-то силой затащил Соню в нашу комнату – поговорить. Но Соня попросилась в туалет и – исчезла. Я остался с голодным Данилкой на руках и не знал, что делать. Потом жена кого-то прислала за сыном...

Сначала Соня не хотела, чтобы я виделся с ребенком, потом передумала, и каждый вечер Ира стала передавать мне Данилку – минут на двадцать. А вскоре Соня потребовала, опять же через Иру, дать ей развод. Я отказался. Но, думаю, жить нам с ней больше вместе не придется... Сколько можно терпеть угрозы и проклятия! Сначала они звонили нам и оскорбляли, а недавно позвонили соседке родителей Сони – опять грязь и угрозы... Знаете, сколько у меня было драк с Ирой! Однажды она швырнула в меня топор, потом схватила гвоздодер. С Соней мы тоже... Из-за Данилки. Я бы его очень хотел у нее забрать, но меня уже месяц не впускают в комнату Иры...

Пришлось Никите и родителям Сони обратиться за помощью к одному из уважаемых преподавателей МФТИ – доценту кафедры общей физики Владимиру Александровичу Овчинкину. Все очень переживали, здоров ли мальчик, как с ним обращаются.

Овчинкину Ира дверь открыла, но, увидев Никиту и Сонину родню, вступила в перепалку. Закончилось все потасовкой.

– И смех и грех, – говорит Владимир Александрович. – На следующий день мои коллеги тоже было посмеялись. Но после звонка Иры на кафедру – она пригрозила мне таким же дебошем, какой будто бы устроил у нее я, – стало не до смеха. Я еще раз потом ходил к этой даме – тоже Сонины родители с Никитой попросили. Но Соня спряталась, и мы вернулись ни с чем. Разве что снова «обменялись любезностями». От матюхинских «сектантов» вообще трудно добиться адекватной реакции. Хотя все они и называют себя «полевиками», членами группы, это самая настоящая секта. Все признаки налицо. Прежде всего – деструктивный характер, который разрушает психику. Человек перестает спать, почти ничего не ест, часами медитирует. Уход в другой мир становится для него чем-то вроде наркотика. У всех адептов – их около десяти – напрочь отсутствует критическая самооценка. Их ответы алогичны или агрессивны. Все ограничения в группе тоже как в секте – контакт с родителями и близкими запрещен, установки на разрушение семей...

Родители Сони очень переживают за здоровье уже почти пятимесячного Данилки. Понимают, что малыш фактически заброшен. Соня с ним редко гуляет, считает, что сыну воздуха хватает и в комнате. А там проживают пять человек. По мнению медиков, ребенок, с которым особенно в первый год его жизни родители не занимаются, сильно отстает в психомоторном развитии: не «гулит», почти не улыбается, эмоции у него не развиты. Кроме того, из-за курения матери – а оно очень поощряется в секте – у него может развиться малокровие.

Это подтверждается и на примере Ириного сына Костика, которому один год и три месяца, но на сегодняшний день его развитие остановилось на уровне одиннадцатимесячного ребенка. Он почти не говорит – лишь отдельные слоги, также малоэмоционален... Что может получить сын от мамы-зомби?

Кстати, как-то одного из «полевиков» в институте так и назвали, на что Матюхин дал официальный ответ: «Это не зомби, это особый вид выражения лица, которое вы не понимаете». Членов группы тревожат слуховые галлюцинации, кто-то регулярно видит ауры окружающих людей, кто-то на полном серьезе собирается строить летающую тарелку, один парнишка по примеру Учителя готов воскрешать мертвецов. «Сдвиг» заметен даже по их внешнему виду – застывшие, словно у покойников, лица, вытянутые вдоль туловища руки сжаты в кулаки.

Проявлять собственные чувства и мысли «полевики» не могут. От своего имени тоже не имеют права говорить: либо слова Бога, либо слова Матюхина, который постоянно контролирует своих подопечных.

По имени друг друга в группе давно уже никто не называет. Исключительно по номерам. Матюхин у них, естественно, Первый.

– Владимир Дмитриевич просто духовно больной человек! – высказался один из коллег Матюхина. – Все его желания – следствия болезни, а теории – такая мешанина! Подавляющее большинство студентов МФТИ относятся к нему, как к психически больному, преподаватели тоже. Лишь немногие жалеют. Начальство... Сначала его сняли с должности заместителя декана по работе с младшими курсами. Через несколько лет, когда скандал вышел за стены института, отстранили и от преподавания, назначив служебное расследование. И если адепты «секты» радуются приобретенной известности – они даже открыли свой сайт в Интернете, то для руководства МФТИ такая слава сомнительна.

Слухи о том, что в МФТИ существует секта, растеклись уже по всему Подмосковью. Но только после статьи доцента МФТИ Владимира Овчинкина «На физтех пришла беда» в долгопрудненской газете Матюхин, якобы получив указание свыше, заперся дома. А члены группы теперь собираются у Иры в общежитии – садятся в кружок, связываются по телефону со своим Учителем и медитируют. Все «семинаристы» знают особый телефонный код. Остальным до Владимира Дмитриевича теперь не добраться. Он очень занят. Как говорят его ученики, медитирует по шестнадцать часов в сутки, очевидно, зарабатывая ресурс для спасения мира. А кому спасать искалеченных им ребят?

Р.S. Мы обратились с просьбой прокомментировать эту статью в Комитет по делам общественных объединений и религиозных организаций Госдумы. Нам сообщили, что единственный советник по делам религии, В.С.Полосин, уволился. А заменяющий его М.Р.Заргишиев принимает два раза в неделю, поскольку работает по совместительству.

До выхода этого номера в печать мы не сумели ни дозвониться, ни записаться на прием к Мураду Расильевичу.

Поэтому и обращаемся ко всем, кому не безразлична судьба наших детей, попавших в руки сектантов. Давайте объединим усилия. Возможно, вместе нам будет легче достучаться до законодателей.


Авторы:  Владимир АБАРИНОВ

Комментарии


  •  Антон четверг, 21 августа 2019 в 15:35:32 #53107

    Перезвоните мне пожалуйста  8 (962) 685-78-93  Антон.



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку