Время больших перемен

Время больших перемен

GORBTIN.SU

Автор: Антон КРИВЕНЮК
11.07.2019

В 2019–2024 годах Россия будет готовиться к историческому процессу – легитимной передаче власти новому лидеру страны. Будет жарко.

Главный вопрос внутренней политики России предстоящих лет – трансферт власти. На фоне усиливающихся социальных проблем, роста локального протеста, турбулентности в элитах. Сейчас, за пять лет до президентских выборов 2024 года, нет даже контуров властной конструкции, которая может сравнительно безболезненно перехватить власть. Но очевидно, что в недрах политических, силовых институтов, в управленческой системе, начинается широкая дискуссия и торг. Политическую стабильность в стране это точно не укрепит. С помощью экспертов, газета «Совершенно секретно» попытается спрогнозировать элитные коалиции и проблемы, с которыми столкнутся все участники большой игры за власть.

МЯГКО НЕ БУДЕТ

Трансферт власти в 2024 году будет происходить, очевидно, в совершенно новых политических и экономических реалиях. Российская элита не знает, как можно обеспечить планируемые политические изменения в условиях непредсказуемости общественных настроений, роста протеста, невозможности использовать традиционные инструменты модерации общественного поля. Политтехнологическая среда в канун кампаний по выборам муниципальных собраний и губернаторских выборов в отдельных регионах, прогнозирует уровень электоральной поддержки «Единой России» от 20% до 30%. И это сейчас, задолго до думских выборов 2021 года, которые станут прелюдией президентских выборов 2024 года.

Общественный протест, это мы сейчас видим повседневно, вносит непреодолимые корректировки в планы, проекты, в том числе и в первую очередь в те, которые обеспечивают коррупционные взаимосвязи между разными уровнями и институциями федеральных, региональных элит, силовиков и аффилированного с государством крупного бизнеса.

Мы наблюдаем рост качества протестных кампаний что называется, на глазах. По мусорным протестам, например, можем судить о том, насколько вырос уровень, охват, профессионализм участников. Сравним с последними шумными историями, аналогичную, но более раннюю историю в Калужской области. На ее примере хорошо видны операционные возможности коррупционного сплава региональных властей и аффилированного с властями крупного бизнеса.

Когда в деревне Михали Износковского района на северо-западе Калужской области потребовалось построить полигон для вывоза твердых бытовых отходов (ТБО) из Московской области, нужно было формальное согласие местного населения, которое, естественно, против. Для этого в двух домах прописали дополнительные 150 человек, они выступили тем самым активом «за». Далее провели выборы в местное собрание, которое утвердило все нужные «голоса народа». Несмотря на продолжающийся протест, технологически в правовом и медийном пространстве вопрос оформлен. Так работает привычная схема – манипуляция и имитация. Но она теперь все чаще дает сбои.

Обеспечить в таких условиях транзит власти по конечному соглашению элит будет очень трудно. Социальная среда в стране должна быть под контролем. Сделать это можно только через региональную политику, губернаторский контроль за социальной повесткой в регионах. Но в реальности протестное поле сейчас как минное – рвет то тут, то там. В этих условиях, как считают эксперты, есть два серьезных вызова. Во-первых, протестные волны в течение последующих лет могут поставить под вопрос легитимность политической системы. Но даже если у федерального центра хватит ресурсов и гибкости для того, чтобы сдержать революционные запросы, то есть вторая проблема. «Разбалансировка» в верхних эшелонах элит. Они сами заинтересованы в генерации конфликтов и встраиваются в протестную повестку для того, чтобы иметь возможность ослаблять и устранять конкурентов. Объективно, ключевые фигуры в региональных элитах сегодня раздражают Москву своими «авторскими» проектами политических игр.

В частности именно об этом резонансный ныне волгоградский кейс, где был арестован главный силовой «смотрящий» региона, бывший глава СУ СКР области генерал Михаил Музраев. Этот сюжет очень характерный для современных российских политических реалий.

«Музраев в Волгограде обеспечивал не базовую стабильность, а базовую нестабильность. Посмотрите, как в Волгограде и Волгоградской области менялись мэры и губернаторы. Да и не только они. Я уж не говорю про инвестиционную привлекательность, бегство волгоградского бизнеса в соседние регионы и прочее. Зачем такие как Музраев нужны федеральному центру если они не гасители, а источники конфликтов? Вопрос риторический», – считает политолог, в прошлом вице-губернатор Волгоградской области Константин Калачёв.

«Раздражение и соответствующие издержки для политического процесса – результат отсутствия диалога власти с обществом, в этом и главная причина протестных акций. То есть, когда на конкретные требования людей власть отделывается пустыми фразами, либо как пензенский губернатор ищет в требованиях людей происки США и коллективного Запада, то раздражение естественным образом нарастает», – продолжает Калачёв.

БУНТА НЕ БУДЕТ

Политолог Константин Калачёв: «Однако от протестных настроений до протестных действий дистанция большого размера, и промежуточной и безопасной станцией между недовольством и народными сходами, митингами, шествиями, демонстрациями является избирательный участок. Я бы точно не стал пугать власти якобы назревающим бунтом, а вот риски и угрозы протестного голосования растут. Прежде всего потому, что оно тайное, а выход на митинг – это уже открытый вызов. Социальное недовольство, которое ищет выгод, найдет его на выборах. Не стоит обольщаться, что недовольство фокусируется вокруг локальной повестки. Болезненные для людей вопросы локальной повестки играют роль триггеров. Триггеры и лидеры, вот что нужно протесту в условиях снижения социального самочувствия и нарастания социального пессимизма. Создают ли электоральные проблемы власти турбулентность и проблемы для трансфера? Пока речь идет о региональных выборах и тщательном отборе участников, в худшем случае мы имеем победу какого-нибудь случайного, но системного персонажа типа Сипягина (нынешний губернатор Владимирской области). А вот 2021 год гипотетически может стать возвращением 2011 года с его Болотной. Тем более при отсутствии на выборах какой-либо реальной оппозиции. Транзит власти предполагает помимо всего легитимизацию выбора президентом преемника через выборы. Тут тоже могут возникать проблемы. Но этому должно предшествовать нарастание ощущения глухоты и самодостаточности власти, дальнейшее падение уровня жизни, очевидная социальная несправедливость, вопиющая коррупция и кумовство, беззаконие и правовой беспредел, откровенное и жестокое преследование оппозиции. Я не сторонник очернительства. Решением некоторых из этих проблем власти занимаются», – говорит Калачёв.

ЗАСТОЙ ИЛИ НОВАЯ ПЕРЕСТРОЙКА?

Политолог Владимир Новиков: «Сейчас фактически страна стоит перед двумя вариантами дальнейшего развития. Первый – это консервация существующего порядка, что в сочетании с ростом международной напряженности и непопулярными экономическими мерами типа пенсионной реформы может привести к взрыву. Второй – это озвученный на завтраке Сбербанка на ПМЭФ главой РСПП (Российский союз промышленников и предпринимателей) господином Шохиным путь перестройки-2. Мы уже помним к чему привела перестройка-1, когда Горбачёв (видимо, не понимая последствий) и Яковлев (видимо, хорошо понимая все последствия и желая катастрофы) выпустили джинна либерализации из бутылки. И мы помним, как разрушительно воспользовался предоставленными свободами не блещущий в массе своей интеллектуальными способностями советский политизированный обыватель конца 1980-х годов. Причем обыватель этот был очень многолик: от ненавидящего «партейных начальничков» шофера до старшего научного сотрудника какого-нибудь академического НИИ, мечтающего заработать миллиард долларов, воспользовавшись либерализацией советской экономики; от вечно ноющего от невозможности читать то, что ему хочется, интеллигента-гуманитария до номенклатурщика второго эшелона, который ненавидел первый номенклатурный эшелон. Если всмотреться в контуры нынешнего российского общества, то совершенно очевидно, что такого «взрывчатого материала» и в нынешнем российском обществе очень много. И вопрос о транзите власти – это во многом вопрос о выборе третьего пути между застоем и новой перестройкой», – считает эксперт.

СОБЯНИН – «ДУШИТЕЛЬ СВОБОДЫ»?

И все-таки, кто ключевые игроки в предстоящем трансфере власти? Еще один наш эксперт в Администрации Президента РФ (АП) участвует в работе по разработке экспертных материалов, в том числе, по региональным вопросам, по нашей просьбе анализирует позиции ряда топовых фигур.

«Я напомню фразу Сергея Собянина, которую он сказал в сентябре 2018 года сразу же после победы на выборах мэра. Он сказал, что его полномочия как мэра кончаются в сентябре 2023 года и больше избираться он мэром не будет. Возникает вопрос: а куда же пойдет Сергей Семёнович? На пенсию? В Совет Федерации? Кстати, Совет Федерации зачастую является формой пенсии. Совершенно очевидно, что вес фигуры Собянина свидетельствует о том, что он вряд ли станет рядовым членом Совета Федерации. Если речь идет в его случае о Совете Федерации, то в роли спикера. Кроме того, не исключено, что он реально станет новым премьером и даже кандидатом в президенты. В пользу этого говорит то, что он не просто мэр Москвы, но и человек, который пытается выстраивать достаточно сложные региональные альянсы. Многочисленные источники говорят о влиянии Собянина на региональные процессы вплоть до выборов губернаторов. В частности, аналитики говорят о его влияния на Урале, в Пермском крае и даже в Дагестане, где мэром Махачкалы недавно стал бывший глава одной из районных управ Москвы. Говорят также и о его лобби в некоторых федеральных министерствах. Кстати, в чем-то Собянин повторяет шаги своего предшественника и антагониста Лужкова. Тот ведь тоже активно играл в период 1996–1998 годов на поле региональных выборов. Причем, не только губернаторских, но и мэрских. В этой ситуации не исключено, что Сергей Семёнович может стать одним из кандидатов на пост председателя правительства и даже преемника. Однако, памятуя о судьбе Лужкова, можно предположить, что Собянину будет противостоять целая группа влиятельных игроков как в Кремле, так и в силовых структурах, так и в регионах. И в этом смысле я бы порекомендовал повнимательнее присмотреться к ситуации с Иваном Голуновым. Сначала какое-то странное задержание, которое не просто нарушает закон, а даже так сказать «правила» фальсификации уголовных дел. Потом, когда Голунова не только освободили, но и закрыли против него дела (то есть, предмет конфликта исчерпан!), зачем-то определенные люди выводят массы на протест и происходят задержания. Эти задержания потом спешно отменяются. А мэру Москвы рисуется репутация «душителя свободы». Таким образом, Собянин – это фигура, которую рассматривают как серьезного игрока и даже возможного бенефициара в транзите власти. И есть силы готовые этому противодействовать. О многом будет свидетельствовать результат выборов в Московскую городскую думу в сентябре 2019 года. Если мэр сумеет получить контрольный пакет в региональном парламенте, то докажет, что он серьезный игрок», – считает источник «Совершенно секретно» в АП.

Фото_05_12.JPG

ТОРЖЕСТВЕННАЯ ЦЕРЕМОНИЯ ОТКРЫТИЯ ДНЯ ГОРОДА В МОСКВЕ. 

ФОТО: ДМИТРИЙ АСТАХОВ/ТАСС

ДИМОН ВАМ НЕ ПРЕЕМНИК?

«Есть люди, которые считают, что Медведев – это и есть преемник. Мол, чего экспериментировать? Есть вот проверенный вариант. Действительно, Дмитрий Медведев в период своего президентства проявил максимум лояльности по отношению к Владимиру Путину. И это далось ему нелегко. И дело не в том, что у каждого человека, севшего в президентское кресло, возникает соблазн взять на себя всю полноту власти. Дело в том, что в окружении Дмитрия Анатольевича существовала группа, которую ассоциируют с его бывшим пресс-секретарем Натальей Тимаковой, которая выступала не только за второй срок Путина, но и за то, чтобы отправить Путина в отставку и начать некий новый либеральный курс. Однако Дмитрий Медведев не только не поддался исходящим от этой группы соблазнам, но и фактически согласился на то, что в его первую премьерскую каденцию – 2012–2018 годы - она была отодвинута от важных решений. А после выборов 2018 года фактически разгромлена. Знаменитое «самолетное видео», на котором Тимакова и сотоварищи дегустировали спиртные напитки и занимались хоровым пением, как считается, было частью удара на «добивание» политической активности этой группы.

Таким образом, Дмитрий Медведев хорошо подходит на роль не просто супер-лояльного преемника, но и местоблюстителя президентского кресла. Однако насколько он подходит к этой роли в настоящее время? Вот тут могут быть вопросы. Во-первых, Медведев как председатель правительства был непопулярен до выборов 2018 года. Его новая премьерская каденция стоила президентскому рейтингу нескольких пунктов. Во-вторых, он слишком ассоциируется с непопулярными экономическими решениями последнего года (пенсионная реформа, повышение НДС и т.д.).

В этой ситуации Медведев может и не справиться со своей ролью образца 2008 года», – говорит наш эксперт.

КАЗАХСКИЙ ТИП ТРАНЗИТА?

Очевидно, что Владимир Путин после истечения срока его президентских полномочий останется ключевым игроком, влияющим на политические процессы в России. Но в каком формате это будет, пока конечно не ясно.

«Мне кажется, что речь идет о борьбе двух типов транзита. Первый тип – это вариант, при котором будет выбран тот или иной преемник, и Путин как политически влиятельный пенсионер будет находиться в тени.

Второй тип – это тип, при котором будет выбрана своего рода квази-казахстанская конструкция, при которой есть президент и есть Путин, который занимает пост главы какого-то влиятельного совещательного органа, в котором сосредотачивается обсуждение стратегических вопросов.

Совершенно очевидно, что такой влиятельный орган не может не быть не зафиксирован в Конституции. В этой связи обращаю внимание на прошлогоднюю статью главы Конституционного суда Валерия Зорькина, который заявил о возможности точечных поправок в Конституцию. Валерий Дмитриевич, безусловно, оригинальный мыслитель, который может, например, обсуждать проблемы права, противопоставляя героев Грибоедова и Чехова. Но, совершенно очевидно, что Зорькин не будет выдвигать идеи, отличные от некоего политического мейнстрима. Совершенно очевидно, что внутри каждого из типов транзита нет единства. Разные группы выдвигают разные кандидатуры преемников. Кто им будет? Собянин? Дюмин? Медведев? Кто-то еще?

Разные группы также предлагают различные органы в качестве нового постпрезидентского варианта для Путина. Что это будет за орган? Совет Федерации? Госсовет? Совбез?

Сейчас идет накопление сил различных корпоративных групп, которые хотят участвовать в транзите власти. Острая схватка, видимо, начнется перед выборами в Госдуму в 2021 году.

Отдельно стоит сказать о протесте. Не исключено, что различные группы будут пытаться оседлать протест, чтобы использовать его в своей политической игре. Совершенно очевидно, что и лидеры протеста будут использовать такую поддержку в своих интересах. Такое использование, видимо, имеет место и в настоящее время. Стоит указать на то, что тема «корпоративные группы и протест» уже ходит в паблике. Ситуация с использованием протеста корпоративными группами протеста добавляет непредсказуемости в истории с транзитом власти», – считает источник «Совершенно секретно» в Администрации Президента РФ.


Авторы:  Антон КРИВЕНЮК

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку