ВОЗДУШНАЯ ТРЕВОГА

ВОЗДУШНАЯ ТРЕВОГА
Автор: Леся ДУДКО
05.12.2014
 
ЖИЗНЬ МОСКВИЧЕЙ ОТРАВЛЯЮТ СВИНЕЦ, ДИОКСИДЫ АЗОТА,  СЕРОВОДОРОД
 
Отравленный воздух стал уже неотъемлемой частью жизни москвичей. И дело не только в естественной, увы, загазованности большого города, переполненного стоящими в бесконечных пробках машинами. Все мы отлично помним лето 2010-го, когда дымились торфяники. Тогда последствия были страшными – в столице фактически угорели 11 тысяч человек (это люди с хроническими заболеваниями, пенсионеры, просто оказавшиеся не в состоянии пережить этот адский смог). Сегодня мы вновь задыхаемся каждое утро, выходя из подъезда: в Москве устойчиво пахнет гарью или хуже того – тухлыми яйцами!
 
10 ноября 2014 года года каждый третий житель столицы почувствовал в воздухе запах тухлых яиц. Это был сероводород, который из-за чьей-то безалаберности попал в атмосферу. До сих пор следствие пытается найти виновника сего торжества.
 
Как рассказал нашей газете председатель Совета «Общественный экологический контроль России» Валерий Волошин, выброс случился в 10 часов 20 минут утра. Уже к 11 часам на пульт дежурного МЧС по Москве поступили тысячи жалоб от жителей. И только в 5 часов вечера Росприроднадзор отреагировал – его представители приехали в Котельники, на Московский нефтеперерабатывающий завод «Газпром нефти», который называют одним из наиболее вероятных виновников загрязнения. «Они, естественно, всё пропустили, – говорит Валерий Волошин, – выброс рассеивается мгновенно. И захватывает территорию не только этого района, но и всех остальных. Например, на Таганке нечем было дышать. По моему мнению, все было понятно, но требовалось потянуть время, чтобы скрыть достоверную информацию от москвичей». Наш источник в Правительстве Москвы версию с «нежеланием найти виновного» подтвердил.
 
СТОЛЬ ЗНАЧИТЕЛЬНЫЙ ОБЪЕМ СЕРОВОДОРОДА МОГЛИ ДАТЬ ТРИ ПРЕДПРИЯТИЯ
 
Эколог Максим Шингаркин, зампредседателя Комитета Госдумы по природным ресурсам, природопользованию и экологии, называет свои варианты возможных виновников: «Столь значительный объем сероводорода в Москве могли дать три предприятия. Это две очереди Курьяновских очистных сооружений, очистные сооружения в Некрасовке и Московский нефтеперерабатывающий завод».
 
Стоит отметить, что  Московский нефтеперерабатывающий завод в Капотне – давно стал занозой для жителей района. По данным природоохранной прокуратуры, которая подала на предприятие в суд, завод на протяжении нескольких лет сбрасывал отходы в буферный пруд, откуда они по системе стоков попадали в Москву-реку.
 
Юрист Дмитрий, живущий в Капотне, неподалеку от НПЗ, в день выброса сероводорода вовремя вызвал скорую и зафиксировал у себя повышение артериального давления. Таким образом, Дмитрий надеется расквитаться с «обидчиком» в суде, как только тот будет официально назван.
 
По словам руководителя независимой московской лаборатории Александра Щербакова, выявить виновного в загрязнении воздуха нельзя, и это вообще недоказуемо. «Для того чтобы это стало возможным, необходимо принять закон, который бы обязал все предприятия снабдить специальными датчиками контроля выброса вредных веществ.
 
Такой законопроект уже разрабатывается Министерством природных ресурсов, но нужно понимать, что понадобятся немалые вложения, чтобы это осуществить», – говорит нам Щербаков.
 
Наша редакция решила провести собственный эксперимент. Мы пришли в одну из районных поликлиник в Капотне и попросили показать нам медицинские карты десяти пациентов пенсионного возраста. Жалобы на недомогания от пациентов с 11 по 21 ноября 2014 года были в семи из десяти. А это, на минуточку, 70%.
 
17 ноября в Общественной палате РФ прошел «круглый стол» по экологии и безопасности, который был посвящен теме выбросов в Москве, в частности, сероводорода. Чиновники МЧС отчитались, что наибольшая концентрация наблюдалась в Люблинском районе, она превышала норму в четыре раза. Но председатель Совета «Общественный экологический контроль России» Валерий Волошин эти данные опровергает и называет свои – превышение было не менее чем в восемь раз. Его лаборатория провела фундаментальные исследования. По его словам, все сводилось к тому, что виновен московский НПЗ, расположенный в Капотне.  «Однако руководство завода и государственные надзорные органы это отрицают. Хотя мы считаем, что доказательства есть, а чиновники просто прикрывают нарушителя», – рассказывают нам в Совете «Общественный экологический контроль России».
 
САМУЮ БОЛЬШУЮ ОПАСНОСТЬ ПРЕДСТАВЛЯЮТ ДИОКСИДЫ АЗОТА
 
Ольга Богданова живет с мужем и двумя детьми на юге Москвы, прямо у метро «Улица Академика Янгеля» и жалуется на то, что начиная с осени, как только заканчивается дачный период, ее семья постоянно болеет.
 
– Стабильно раз в два месяца нас накрывают насморк, кашель, краснеет горло, – рассказывает Ольга Богданова. – В классе у моих детей посещаемость составляет не более 30% в день. Всякий раз мы вызываем районного врача, и она нам поясняет, что столько вызовов, как в последние годы, у нее не было никогда, мол, всему причина то, чем мы тут дышим, и отсюда снижение иммунитета.
 
Дело в том, что пару лет назад началось строительство скоростной магистрали на Варшавском шоссе. Городские власти вырубили все деревья перед домом Ольги, и теперь вместо зеленого парка перед окнами красуется трасса из четырех полос, а рядом появился ее дублер – и все это, ко всему прочему, намертво встает в часы пик.
 
– Самую большую опасность для здоровья человека в столице (речь идет о воздухе) представляют диоксиды азота – это газ, красно-бурого цвета, с характерным острым запахом, – рассказывает в эксклюзивном интервью нашей газете доктор медицинских наук,  руководитель лаборатории прогнозирования качества окружающей среды и здоровья населения Борис Ревич. – Их источник – транспорт. NO2 способны вызывать кислотные дожди, а также сами по себе являются токсичными веществами, вызывающими раздражение слизистых оболочек. Двуокись азота воздействует в основном на дыхательные пути и легкие, а также снижает содержание в крови гемоглобина. Воздействие на организм человека диоксида азота вызывает кислородное голодание тканей, особенно у детей, усиливает действие канцерогенных веществ, способствуя возникновению злокачественных новообразований.
 
Мы пообщались с человеком, который работает на государственной службе в Правительстве Москвы. Имя его по понятным причинам называть не можем, но род деятельности нашего источника тесно связан с градостроительной политикой и нормами СанПиНа.  Оказывается, нормы СанПиНа по диоксиду азота были изменены в 2003 году тогдашним главным санитарным врачом России Геннадием Онищенко и Роспотребнадзором. Зачем это было сделано? – спросите вы. До 2003 года предельно допустимым значением уровня диоксида азота считалась цифра 0,085 мг/метр кубический, при измерениях эта цифра была постоянной и не снижалась. Согласно СанПиНу, было запрещено строительство магистралей, предприятий и других объектов, деятельность которых нарушала предельно допустимую норму.
 
Именно тогда и было принято решение поднять цифру до показателя 0,2 мг/метр кубический, что позволило проводить градостроительную политику. И теперь, когда, выглядывая в окно и любуясь на магистраль, загруженную автомобилями, мы слышим, что уровень концентрации предельно допустимых вредных веществ в воздухе в норме, мы должны понимать, что пора собирать вещи и уезжать как можно дальше от города.
 
СУТОЧНАЯ СМЕРТНОСТЬ В СТОЛИЦЕ ВЫРОСЛА НА 2–3 ПРОЦЕНТА
 
По словам Ревича, властями проводится абсолютно безграмотная градостроительная политика – городские магистрали возникают прямо внутри улиц. «Суточная смертность только за последнюю неделю в столице выросла на 2–3 процента, а доказать, что причиной тяжелого легочного заболевания или смерти стал именно воздух, абсолютно невозможно», – отмечает Ревич.
 
Наименее опасным для проживания человека считается запад Москвы, по всем остальным направлениям желательно отъехать не менее чем на 100–120 км от МКАД. «Там дыхание грязного московского воздуха вас уже не настигнет», – советует Борис Ревич.
 
Мы связались с Российским экологическим центром, который осуществляет свою деятельность по проведению независимой экспертизы уровня загрязнения воздуха уже более двадцати пяти лет. Нам рассказали, что все официальные измерения может производить только один государственный орган. Это Росгидромет – Федеральная служба по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды, относящаяся к Министерству природных ресурсов и экологии Российской Федерации. А в регионах  – подведомственные ей учреждения.
 
По словам председателя Российского экологического центра Валерия Петрова, «так как мониторинг проводит государственная служба, мы видим расхождения с реальными показателями. На эту территорию никого не пускают. В свое время мы просили передать нашей организации вопрос контроля уровня выхлопных газов от транспорта. Нам тогда ответили: это наш хлеб – и не пустили. В итоге они сами толком не делают и другим не дают. В любом суде к сведению принимается только экспертиза государственных служб». 
По данным Петрова, в столице – масса объектов, которые просто должны быть запрещены для проживания. К примеру, все, что в 100 метрах от Третьего транспортного кольца, попадает в эту категорию.
 
У меня возникает сразу вопрос про деловой центр «Москва-сити», где аренда офисных площадей и квартиры стоят запредельно дорого. Оказывается, по словам Петрова, там повсюду опасный свинец. И лучше не жалеть о том, что у вас нет средств на приобретение жилья в данном элитном комплексе. С выхлопными газами свинец выбрасывается в виде оксидов, хлоридов, сульфатов и других соединений. Твердые частицы этих соединений образуют аэрозоли. Наиболее крупные частицы оседают в полосе 5–10 метров от края дороги, более мелкие – в полосе 100–200 метров, а наиболее мелкие уносятся в верхние слои атмосферы. Мы проконсультировались у нашего источника в Правительстве Москвы по поводу свинца, ведь он может выделяться только в том случае, если автовладельцы заправляются некачественным бензином, который в принципе запрещен для использования. Источник нам подтвердил информацию, что свинец имеет место быть. 
 
В НИИ ВАКУУМНОЙ ТЕХНИКИ ПРОИЗОШЛА УТЕЧКА РТУТИ
 
На днях в Сети появилось отчаянное письмо москвички Марины Хрусталёвой, которая 23 ноября «увидела у своих детей вокруг глаз огромные темные круги. Серо-буро-малиновые – лучше слова не подберешь, такие и были, – пишет в своем блоге Марина. – Утром в понедельник я встала разбитая, их поднять не смогла, оставила дома. Думала, что мы все подцепили грипп, хотя странный – ни температуры, ни кашля. Только бледность, слабость, дурная голова, резь в животе, заложенный нос». В итоге причину недуга семьи Марина все же выявила – это разлив ртути, к которому привел пожар, случившийся накануне в НИИ вакуумной техники, что на юге Москвы. Загорелись 50 квадратных метров антресольной части здания. В огне оказались емкости с ртутью. От воздействия на них огня произошла утечка ртути, при этом предельно допустимая концентрация ртути в воздухе была превышена в 40 раз. По сообщению организации «Гринпис России», «важно помнить: ртуть не исчезает, она лишь меняет состояние и местоположение, а значит, продолжает представлять опасность для человека».
 
Как отмечает председатель Российского экологического центра Валерий Петров, чтобы что-то кардинально изменить в плане выявления загрязнения воздуха в Москве, да и по всей России, «необходимо полностью сменить всю структуру контроля, потому что государственные организации мониторинга сильно подвержены влиянию государственной политики. Если бы нас допускали к станциям, мы бы давали точную информацию».
 
В Совете «Общественный экологический контроль России» подчеркивают: «Все, что сегодня происходит в окружающей среде, – это нарушения, которые чиновники скрывают. Они прикрываются нормами ПДК и СанПиНа, в которые уже за последние годы внесено столько «изменений и дополнений», лишь бы прибыль предприятий была побольше. Выбросы СО2 (углекислого газа), автомобильные выхлопы, сжигаются вырубки леса (многие из них незаконные или поджигаются пеньки специально, чтобы скрыть эти незаконные вырубки). Вообще, любое сжигание леса, листьев, мусора и т.п. на открытых территориях запрещено природоохранным законодательством. Конечно, это все влияет на здоровье людей».
 
По словам эксперта независимой московской лаборатории, «только в Москве 27 предприятий химической промышленности дают столько выбросов в атмосферу и водоемы, плюс ТЭЦ и котельные, плюс автомобили, плюс «теневики», которые на территориях, казалось бы, выведенных из города предприятий перерабатывают нефтепродукты – «гонят» бензин из газового конденсата, всевозможные масла, контрафактные порошки для бытовых нужд и т.п. – и везде выбросы, и выбросы в основном незаконные, без очистных фильтров – это все за счет здоровья москвичей».
 
Но наши чиновники не устают рапортовать о том, что в столице дышится легко, и призывают москвичей не паниковать, если вдруг запахло гарью или тухлыми яйцами. Мосэкомониторинг Департамента природопользования и охраны окружающей среды города Москвы дает ежедневные отчеты о пороге концентрации вредных веществ, который «опустился ниже установленных норм».
 
МНЕНИЕ
 
Владислав Жемчугов,  врач-иммунолог, доктор медицинских наук, директор Малого инновационного предприятия «ПОЛИ-ОС» при Первом МГМУ им. И.М. Сеченова: 
 
«В воздухе больших городов, особенно около оживленных автотрасс, – большое количество ядовитых веществ, особенно при длительном их воздействии. Например, окись углерода – угарный газ, губит гемоглобин, превращая его в форму, не способную переносить кислород. Кроме того, снижается иммунитет и отравляется наш мозг. Окислы азота – тяжелейший яд. При его хроническом воздействии «сгорают легкие», открывается прямая дорога к раку, развитию бронхо-легочных заболеваний. Мне хотелось бы еще отметить не только воздух, которым мы дышим, находясь на улице, но и сказать о нашем метро. К сожалению, налицо экономия на кондиционерах и фильтрах.
 
Даже в новых вагонах они очень слабо работают, в результате – распространение микробов: от вызывающих ОРВИ до возможных особо опасных, например вируса Эболы. И люди, выходя на мороз мокрыми из вагонов, легко простужаются, заболевают.
 
Что касается истории с выбросом сероводорода, бензола и стирола, то эти вещества очень токсичны для нервной системы и канцерогенны, но дело всё в концентрации и во времени их воздействия. Предприятия, имеющие в своих производственных циклах сероводород, стирол, окислы азота, не имеют права находиться в черте города, должны иметь большую санитарно-защитную зону на случай аварии, которая может привести к выбросам смертельных количеств перечисленных веществ. Дизельные грузовики и автобусы, особенно зимой, вместе с черным выхлопом выбрасывают бензпирен – опаснейший канцероген.  Горящий мусор источает диоксин – яд, которым американцы травили леса во время Вьетнамской войны».
 
СПРАВКА
 
«Не пей водицу – козленочком станешь…»
 
Еще один интересный факт – качество воздуха в парке «Кузьминки» в Москве. Это историческое место, его земли в свое время были подарены Петром I Григорию Строганову. Затем усадьба перешла во владение к Голицыным. Сейчас парк посещают тысячи москвичей, туда ходят дышать свежим воздухом и пить воду из «целебного» источника. Но мало кто знает, что осенью 1918 года в районе деревни Кузьминки был организован первый военно-химический полигон площадью 9 квадратных километров для проведения опытов с химическим оружием. Кузьминский лесопарк – в самом его центре. Согласно архивным документам, в 1921 году полигон использовался не только для опытов с хлором и фосгеном, но и для исследования ядовитых средств, применяемых для боевых целей.
 
Вот данные из доклада, направленного в 1937 году наркому обороны К. Ворошилову заместителем начальника ВОХИМУ РККА: «Извлечено из ям зараженных СОВ лабораторных отходов 20 т, металлолома и утиля – 4 машины, мышьяковистых ОВ – 3 т, зараженного СОВ химпоглотителя – 4,5 т. Все это перевезено в полевой отдел на полигон в Кузьминки и уничтожено».
 
На химическом полигоне в Кузьминках происходило также захоронение ОВ и токсичных отходов. Вот что докладывали наркому обороны руководители ХИМУПРа в феврале 1940 года: «На опытном поле в Кузьминках промышленность г. Москвы уничтожает ненужные ОВ, которые нельзя транспортировать на дальние расстояния, и тем самым очищает Москву».
 
Испытывали химическое оружие, а затем проводили его захоронения на полигоне до 1962 года. Зараженную почву до сегодняшнего дня не очистили.
 
По данным наших источников в Российском экологическом центре, полигон – это не все тайны Кузьминского парка. Дело в том, что под землей, прямо под парком «Кузьминки», расположен крупный военный завод, который занимается производством топлива для ракет. В середине 1990-х годов сотрудники Российского экологического центра обращались в Верховный Совет. «Мы хотели навести там порядок, – рассказывает наш источник, – но нас заставили молчать. И сейчас там люди по парку гуляют, цветочки-василечки срывают, водичку пьют из источника, а чем дышат – не подозревают… Это очень опасно. Этот завод и сейчас функционирует. Это закрытые части. Они через метро там все привозят и увозят. Там нужно проводить серьезные исследования и выявлять уровень радиации, грунт проверять и менять».
 

Авторы:  Леся ДУДКО

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку