НОВОСТИ
Бывшего схиигумена Сергия посадили в колонию на три с половиной года
sovsekretnoru

Вокзал на троих

Автор: Дарья ОВАРЕНКО
01.10.2003

 
Дарья ОВЧАРЕНКО
Специально для «Совершенно секретно»

фото МАКСИМ НОВИКОВ

Комсомольская площадь с августа нынешнего года называется площадью Трех вокзалов. Смысл в таком решении московских властей, принятом с подачи МПС, есть. Уже давно площадь и прилегающая к ней территория ничем не напоминают о ленинском комсомоле – разве что по ней постоянно слоняются граждане комсомольского возраста. Одни (женского пола) предлагают свои услуги прохожим, другие (мужского и при этом в форме) либо наводят шорох на местных обитателей – чаще кавказской внешности, либо просто прогуливаются по территории, присматриваясь, у кого еще можно проверить документы. Жить всем надо. Если с чем-то означенная площадь и ассоциируется в глазах большинства москвичей, так это с вокзалами.

Кстати, в милицейской сфере на площади Трех вокзалов недавно произошла подлинная революция. Устав от постоянных жалоб на разгул мелкого криминала и несанкционированных торговцев, начальство в начале июля препоручило поддержание порядка на прилегающей к вокзалам территории сотрудникам транспортной милиции (ранее этим занимались обычные отделения). Пока что в виде эксперимента – на год. Результат революции оказался налицо – часть торговцев и многих «укоренившихся» жителей без роду-племени с площади изгнали, бомжи отодвинулись подальше от входа в метро. И даже, по мнению знающих людей, резко возросло количество «посадок» местных воров, несмотря на новый УПК, от которого наши правоохранители до сих пор стонут. Теперь каждого жулика надо тащить к судье, чтобы получить санкцию на арест, которую раньше подмахивал прокурор.

Любой обзор вокзальной и околовокзальной жизни будет неполон – тема эта неисчерпаема. Мы предлагаем читателю лишь несколько набросков к пока не написанной «Саге о вокзалах».

Брысь или «прысь»?

 

Новое милицейское начальство первым делом ополчилось на книжные лотки, в изобилии расплодившиеся на территории между Ленинградским и Ярославским вокзалами. Теперь – только официально утвержденные киоски.

Но еще совсем недавно у вокзалов можно было купить практически любую книгу, вышедшую в Москве относительно крупным тиражом. «Внеклассное чтение» Бориса Акунина поступило на лотки недели за полторы до официальной презентации в московских магазинах. Правда, два тома появились не сразу: сначала первая книга и лишь через несколько дней – вторая. Но все равно успели раньше, чем официальные торговцы. Рассказывали, что из типографии удалось вытащить (выкупить или выкрасть – история умалчивает) лишь экземпляры первого тома, а со вторым вышла осечка. Разумеется, цена была раза в два выше официальной.

Особое место на лотках занимала литература фашистская и неофашистская. После того как торговцев подобным товаром «попросили» от бывшего Музея Ленина, чтобы не позориться перед многочисленными зарубежными туристами, центр реализации подобных книг и брошюрок переместился к вокзалам. «Майн кампф» продавали из-под полы, а вот повешенный в Нюрнберге Розенберг в виде портрета на суперобложке «Мифа ХХ столетия» красовался на прилавках. Ведь сотрудники милиции, время от времени все же устраивавшие «шмоны», не обязаны знать нацистских лидеров второго ряда, про которых ничего не сказано в бессмертных «Семнадцати мгновениях весны».

Если лотков с сомнительной литературой на площади теперь нет, то торговлю порнофильмами искоренить не удалось. Их продают и в киосках, и с рук. Недавно к моему знакомому подошел молодой человек и заговорщическим тоном спросил, не интересуют ли его кассеты с разными видами интима. Настроение у приятеля было неважное, и единственной ответной реакцией было слово «брысь». Однако вместо того, чтобы исчезнуть с глаз долой, подпольный торговец явно оживился и спросил: «Брысь или прысь?» И удалился лишь когда был отшит более многословно. Только потом до благопристойного и филологически подкованного человека дошло, что загадочная «прысь» – это не что иное, как искаженное Privace – слово, которым вокзальные торговцы обозначают самую вульгарную «порнуху»

фото МАКСИМ НОВИКОВ

Единственное серьезное изменение в сфере вокзального порнобизнеса – кассеты все чаще продают в приличной упаковке, на которой даже что-то изображено. Все меньше остается торговых точек с неряшливыми грязно-белыми наклейками про «горячих девочек». Порнопираты тоже адаптируются к современным реалиям.

Цена милосердия

 

Обычная привокзальная сцена – мальчик или девочка (возрастной диапазон от 5-6 до 14-15 лет) пристает к прохожим к просьбой помочь мелочишкой. Милосердный прохожий достает кошелек и...

Благоприятный для доброго прохожего вариант заключается в том, что он спокойно удаляется с привокзальной территории, довольный совершенным благодеянием. Ребенок же, поднакопив деньжат, приобретает тюбик с клеем и кайфует. В полночь на «кресте» (ряд киосков, расположенных в форме квадрата у выхода из метро «Комсомольская») пришлось наблюдать кошмарную сцену: пацан ударом кулака повалил на землю девочку лет пятнадцати и несколько раз сильно ударил ее ногой. При этом окружающий люд смотрел на это без особого сочувствия к жертве, так как драчун, нанося удары, орал: «Если еще будешь нюхать клей, убью!» Потом он выдохся, сплюнул и ушел. А девочка спокойно встала, сомнамбулически поправила остатки прически и пошла дальше. Она вряд ли что-нибудь осознавала.

Однако для доброго прохожего есть и другой сценарий. Ребенок (маленький, но уже опытный) мгновенно проводит аудит открытого кошелька на предмет наличия в нем крупных купюр. Потом благодарит подающего и отходит, делая незаметный для посторонних знак взрослым дядям, стоящим поодаль. Это местные «щипачи», то бишь карманники. Если маленький наводчик счел предприятие выгодным, кошелек с высокой долей вероятности будет экспроприирован. Немного (вероятно, на все тот же клей) достанется ребенку.

Что касается карманников, то их на вокзальной территории всегда немало. Как, кстати, и на прилегающих к вокзалу станциях метро: в тамошней толчее легче легкого вытащить кошелек. Впрочем, особого счастья ворованные деньги не приносят – они тут же спускаются на пиво и водку, которые смешиваются в печально известном коктейле «Полярное сияние». Истории, кажется, неизвестны случаи, когда бы вокзальный вор скопил приличную сумму денег. В отличие от бомжей, про которых рассказывают невероятные вещи. Наиболее популярен (и, как клянутся рассказчики, совершенно правдив) сюжет о том, что у скончавшегося от неизвестной болезни завшивленного привокзального обитателя в лохмотьях нашли 5 тысяч «зеленых».

Опасайтесь платной любви!

 

Вход в метро со стороны площади Трех вокзалов – любимое место кучкования особ женского пола разных возрастов. Как ни странно, приверженцы платной любви в ее относительно дешевом варианте предпочитают общаться с наименее привлекательными из них – дамами средних лет с бегающими глазами. Это сутенерши, которые могут проводить клиента к группе девушек помоложе, чтобы он мог сделать неспешный выбор. Эта процедура проходит либо в ближайшей забегаловке, либо в вокзальном вестибюле. В этом случае клиент получает гарантию от того, что его «кинут». Если нужно, то могут помочь с крышей над головой – в одном из ближайших домов. Гарантии от венерических болезней не предоставляется. Скорее наоборот, такой исход приятно проведенной ночи более чем вероятен – по различным данным, больны не менее 70 процентов «ночных бабочек». А уже больше года по «плешке» (так еще называют площадь) ходят упорные слухи, что на ней появился СПИД.

Впрочем, не все прибегают к услугам дам-посредниц. Некоторые предпочитают «снимать» девушек непосредственно на улице – так дешевле (не полторы тысячи, а тысяча рублей за ночь). Однако этот «дискаунт» почти на сто процентов чреват «болезненными» последствиями. В одиночку работают в основном наиболее опустившиеся представители древнейшей профессии, у которых обязательно присутствует целый букет инфекционных заболеваний.

Впрочем, на площади есть и еще одна категория девушек, предлагающих свои услуги проходящим мужчинам. Они не используют посредников и при этом выглядят весьма прилично, хотя на их лицах при внимательном изучении можно заметить тщательно запудренные «боевые шрамы». В случае если клиент воспользуется их расположением, он полностью застрахован от опасностей венерического свойства. Потому что в интимные отношения ему вступать не придется. Как только девушка получает деньги (а предоплата обязательна), начинается самое интересное. Парочка проходит несколько десятков метров в направлении предполагаемого уютного гнездышка, и тут пара крепких ребят просит у мужчины прикурить. Пока джентльмен пытается освободиться от назойливых незнакомцев, девушка исчезает за ближайшим углом. Проститутка оказывается «кидальщицей», специализирующейся на подобного рода «операциях»

фото МАКСИМ НОВИКОВ

В роли проституток и «кидальщиц» обычно выступают жительницы областей европейской России. В предыдущей, благопристойной жизни они были вполне обычными девушками. Бывшая ивановская ткачиха, продавщица из небольшого городка недалеко от Владимира, недоучившаяся в техникуме девушка из поволжской республики... Предел их доходов – 10-15 тысяч рублей, часть денег отсылается домой родителям, которые делают вид, что верят: их дочери работают в Москве на вещевых рынках. Что же касается остальных доходов, то их приходится отдавать сутенерам и (или) «крышам». Да еще нужно улаживать дела с милицией – ведь вся эта иногородняя компания проживает без регистрации, а часто и без документов, удостоверяющих личность. Документы давно украдены или потеряны – у одной проститутки, к примеру, клиент за какую-то провинность отобрал паспорт вместе с косметичкой и унес в неизвестном направлении. Даже если попытаться получить новые документы, сделать это можно только по месту жительства. А добраться до него непросто – свободных денег обычно нет.

Филантропы старых времен полагали, что девушек с улицы можно вернуть в общество, дав им возможность зарабатывать на жизнь честным трудом. К сожалению, это утопия. Одна из «вокзальных» девушек пошла работать на завод, где ей предложили 5 тысяч рублей в месяц. Однако быстро выяснилось, что на заводе надо выполнять план – в противном случае хозяин ничего не платит. Через пару месяцев ее снова видели на «плешке». Большей популярностью пользуется «вариант Золушки» – попробовать выйти замуж. Иногда случается, что клиент увлекается всерьез – так, один московский бригадир ремонтников со стабильной зарплатой долго ухаживал за своей возлюбленной, встреченной на площади Трех вокзалов. Принц не принц, но регистрация в Москве и сносное существование – дело важное. Однако такие чудеса случаются нечасто – гораздо реже, чем перемещение из подмосковной квартиры (где обычно обитают такие девушки на съемных правах) на «трубы».

«Труба»

 

На задворках за Ярославским вокзалом есть место, которое называют просто «трубы», – там проходит отопительная система и можно согреться ночью. На «трубах» живут те, у кого уже нет возможностей снимать квартиру ни во Фрязево, ни во Фрязино. Двадцатилетняя симпатичная девушка после трех месяцев бурной жизни на площади переселилась на «трубы» – к тому времени она выглядела уже лет на 35. Попасть на «трубы» означает утратить даже подобие социального статуса и всякую надежду на будущее. На «трубы» не заходят местные правоохранители – антисанитарно и просто противно общаться с тамошним контингентом.

У вокзалов не живут стаи бродячих собак, хотя возможностей подкормиться там хватает. Случайно забредшую зверюгу ожидает печальная участь – она пойдет на шашлык для обитателей «труб». В общем, «трубы» – это самая печальная часть вокзальной саги. И в то же время там тоже существует жизнь – люди встречаются и расстаются, влюбляются и умирают.

О вреде туалетов и пользе турникетов

 

От «труб» вернемся к цивилизованным местам, которыми, в частности, являются отхожие. В нынешнем июне екатеринбургский житель Сергей Смердов оказался на Ярославском вокзале и не смог бесплатно воспользоваться общественным туалетом. 99,9 процента пассажиров воспринимают этот факт как неприятность, которую можно стерпеть: заплатить требуемые 8 рублей или в случае безденежья отбежать в ближайшие кусты. Однако студент не поленился посмотреть правила, в которых сказано, что железная дорога обязуется обеспечить пассажира бесплатным туалетом, и подал в суд на нарушение своих прав. Вокзальное начальство решило пойти навстречу студенту и выплатило ему 510 рублей компенсации. Уступчивость объясняется просто – г-н Смердов еще в прошлом году в Верховном Суде отстоял свое право на возмещение материального и морального ущерба из-за часового опоздания поезда. Так что теперь в вокзальный туалет можно ходить, предъявляя билет на поезд

Железнодорожное начальство оказалось вовлечено в еще одну тяжбу – по поводу законности установки турникетов на пути к пригородным поездам. Их установка (как на вход, так и на выход) позволила в два-три раза увеличить прибыль за счет сокращения числа «зайцев». Однако наиболее отчаянные граждане все равно рискуют – перепрыгивают через препятствие, перехватывают створки, немилосердно их портя, и протискиваются к заветным поездам.

Пока что иски не привели к желаемым для пассажиров результатам – хотя суды неоднократно признавали действия путейцев незаконными, турникеты по-прежнему стоят. Казус в том, что можно оспорить не сам факт установки препятствия, а ведомственную инструкцию, согласно которой введены турникеты. Но как только судебное решение вступает в законную силу, ведомство издает новую бумагу, и все начинается сначала. (Наконец, за пассажиров вступилась городская прокуратура – было возбуждено уголовное дело. Теперь по решению суда сотрудники МЖД в месячный срок должны убрать турникеты на вокзалах столицы и пригородных станциях. – Ред.)

Между прочим, появление турникетов привело к новому способу заработать в вокзальных условиях. Молодые люди за символическую плату помогут вам преодолеть препятствие, подержав пресловутую створку. Это все равно дешевле (и быстрее), чем покупать билет, пусть даже самый дешевый – за 7 рублей. А молодежь довольна – провели несколько человек, и бутылка дешевого пива гарантирована. Что же касается контролеров в поездах, то несмотря на грозные официальные штрафы за безбилетный проезд – сто рублей и ни копейкой меньше, – в большинстве случаев удается сговориться на сумме раз в пять-десять меньшей. А те, у кого нет в кармане даже десятки, предпочитают бегать от контролеров из вагона в вагон. При этом возникают забавные коллизии: так, на моих глахах «заяц», пробежав по платформе на станции Пушкино, где электричка обычно стоит минуты две, пару вагонов, прыгнул в третий, считая, что отделался от контролеров, – и тут же столкнулся с ними в дверях. Пришлось опрометью выскакивать обратно и ждать следующего поезда – благо они ходят часто.

Вокзалы и конфессии

 

фото МАКСИМ НОВИКОВ

На площади Трех вокзалов есть киоск от Православной церкви – там торгуют иконами, религиозной литературой, другими предметами, имеющими отношение к культу. Чаще всего туда обращаются пожилые люди – спросить иконку своего святого. Как и другие православные киоски в разных концах Москвы, «привокзальный» отличается замкнутостью на сугубо церковном ассортименте. Этого в нашем расцерковленном обществе явно недостаточно, чтобы привлечь внимание большого числа людей, тем более ожидающих поезда. Похоже, правда, такой задачи и не ставится – в Церкви многие ожидают, что люди придут к ней сами, и не надо прикладывать больших усилий, чтобы ускорить этот приход. Неудивительно, что киоск рано закрывается: летом еще светло, а продавец уже собрался домой.

На Казанском вокзале есть другой религиозный киоск – торгующий исламской литературой. Он явно рассчитан на отъезжающих в Татарстан и Башкирию. Туда можно прийти и в 9 и в 10 часов вечера – киоск открыт: ведь поезда ходят круглосуточно. Но главное, в нем можно купить не только труды исламских богословов или религиозные принадлежности. Рядом с ними выставлены многочисленные аудиокассеты с записями популярных в поволжских республиках абсолютно светских исполнителей. И видеокассеты с художественными фильмами, озвученными в телевидеокомпании «Исламский мир». Причем некоторые фильмы тоже носят вполне светский характер, хотя и повествуют о жизни благочестивых мусульман. Например, египетский блокбастер «Салахуддин – освободитель Иерусалима», англо-ливийский «Омар аль-Мухтар» (он же «Лев пустыни»), иракский «Аль-Кадисия». Перевод приличный, а кассеты стоят дешевле, чем в светских киосках, – полноценный двух-трехчасовой художественный фильм можно приобрести всего за 95 рублей.

* * *

Все рассказанное выше – лишь несколько фрагментов вокзальной саги. На трех вокзалах и в их окрестностях можно увидеть еще много примечательного – например, в отделениях милиции, куда свозят «беспачпортных» граждан и проводят с ними «воспитательные беседы». Или на стоянке такси, где за проезд в соседний округ Москвы водилы требуют денег, как за поездку в Шереметьево.

Похоже, что вокзал – общество в миниатюре, где есть своя иерархия, свои правила, писаные и неписаные. Последним следуют не менее, а то и более ревностно, чем первым, которые можно оспорить или подтвердить в судах. Все, даже самые энергичные попытки «навести порядок» приводят лишь к временному эффекту – в точности, впрочем, как и в других сферах жизни.


Авторы:  Дарья ОВАРЕНКО

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку