ВАРВАРЫ? МЕЩАНЕ!

ВАРВАРЫ? МЕЩАНЕ!
Автор: Юрий ПАНКОВ
11.11.2015
 
ЗА ЧТО ОТПРАВИЛИ В ССЫЛКУ ПАМЯТНИК ВЕЛИКОМУ РУССКОМУ ПИСАТЕЛЮ МАКСИМУ ГОРЬКОМУ
 
В России с тихим возмущением осуждают «ленинопад» на Украине: мол, дикари-варвары, не бережёте нашу общую историю! Но те ничего слышать не хотят. И вот уже вслед за Ильичём летят с пьедесталов монументы Серго Орджоникидзе, Якову Свердлову, Николаю Ватутину, Михаилу Кутузову… На очереди – обсуждают снос памятника Екатерине II в Одессе.
 
В России, между прочим, тоже не прочь иногда «подчистить» историю. Только у нас это происходит при полном безразличии граждан, тихо, ненавязчиво и без агрессии. То снесут по стране несколько мемориалов героям Гражданской войны. То пару лет назад в Александровском саду у стен Кремля демонтировали памятник мыслителям-социалистам, переделанный в 1918 году из обелиска в честь 300-летия царствования Романовых. А 10 лет назад с площади Белорусского вокзала под предлогом реконструкции исчез памятник Максиму Горькому, созданный советскими скульпторами под руководством Ивана Шадра и Веры Мухиной. Никакого бурного негодования общественности тогда это не вызвало – реконструкция же, вернут. Не вернули. Прошло уже 10 лет.
 
13 июля 2015 года вступил в силу Указ президента «О праздновании 150-летия со дня рождения Максима Горького». План основных праздничных мероприятий 2018 года находится пока в разработке у правительства. Однако уже ясно, что главнейшим вопросом в связи с годовщиной станет возвращение на площадь Белорусского вокзала памятника великому писателю.
 
Фото: Юрий Машков/ТАСС
 
Максим Горький исчез с площади Белорусского вокзала 16 декабря 2005 года. Семиметровая бронзовая скульптура, а также трёхметровый пьедестал из гранита были подцеплены краном, сгружены на два больших самосвала и эвакуированы. Бронзу свезли в район Крымского вала и свалили на землю на территории, ныне относящейся к «Музеону». Куда делся дорогущий гранитный пьедестал, неизвестно.
 
Всё это было проделано по личному распоряжению Юрия Лужкова. Официально утверждалось, что памятник мешает проведению генеральной реконструкции площади Тверской Заставы. Место Горького отводилось под сооружение развязки, многоярусной автостоянки, торгово-развлекательного комплекса, нескольких элитных жилых домов и одного пятизвёздочного отеля. Однако мировой экономический кризис все эти планы отменил. Денег не хватило. Площадку, где стоял памятник, закатали асфальтом и объявили платной парковкой.
 
И тишина.
 
ПЛОЩАДЬ ТВЕРСКОЙ ЗАСТАВЫ ДО ДЕКАБРЯ 2005 ГОДА…
Фото: Ю. Мяснянкин/ТАСС
 
ОБЪЕКТ КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ № 7710858000
 
Что же касается самого памятника работы великих Шадра и Мухиной, то летом 2006 года, в канун 70-летней годовщины смерти Горького, его поставили на ноги. Правда, от падения и полуторалетнего лежания на одном боку по левой стороне пошла трещина. Теперь её аккуратно заделали. А потом памятник ещё и внесли в реестр объектов культурного наследия под номером 7710858000.
 
Сегодня, как считает депутат Московской городской думы от КПРФ Елена Шувалова (которая задумалась о судьбе памятника Максиму Горькому после обращения к ней корреспондента «Совершенно секретно»), нет никакого смысла ждать 2018 года. В следующем году, 18 июня, исполнится 80 лет со дня смерти писателя, что является значимым поводом для восстановления монумента. «В ближайшее время я буду по этому поводу делать депутатский запрос».
 
Вряд ли ситуацию с памятником великому русскому писателю целесообразно загонять в ряд таких же историй, как с Лениным, Сталиным, Дзержинским, Свердловым, равно как и другими советскими руководителями. Ведь если их деятельность носила сугубо политический характер, являющийся абсолютно антагонистическим по отношению к государственному строю современной России, то Алексей Максимович Пешков (Максим Горький) прежде всего писатель, причём равных ему история отечественной литературы после Льва Толстого не знает.
 
Несмотря на молодой возраст, близость к большевикам, радикальные политические убеждения, попав в 1905 году в казематы за участие в революционной деятельности, Горький был освобождён из Петропавловской крепости под давлением самой что ни есть прогрессивной мировой общественности той поры. С требованием немедленно освободить Максима Пешкова тогда выступили столпы мировой культуры – от Анатоля Франса и Гауптмана до Родена и Пуччини.
 
Много позже маленькие итальянские города, где приходилось жить и лечиться русскому писателю в 1920-е годы, с его приездом моментально превращались в очередную европейскую Мекку для интеллектуалов со всего мира. С ним встречались Шаляпин, Алексей Толстой, ему писали Ромен Роллан, Стефан Цвейг.
 
В книге «Портреты словами» Владислав Ходасевич, также живший в Италии с Берберовой, написал: «Популярность Горького у неаполитанцев была столь велика, а любовь их так экспансивна, что ходить с ним по улицам было почти невозможно. Многие проходящие мимо или увидевшие его из окон магазинов бросались на улицу, хватали его руки, пожимали, целовали, на ходу становились перед ним на колени…
 
Во время одной из поездок в Неаполь, чтобы спастись от этого, увидев извозчика, мы сели в пролётку, но экипаж был окружён людьми, кто-то уже выпряг лошадь, и несколько человек, схватив оглобли, лёгкой рысцой потащили экипаж. Кругом бежали «охранявшие покой синьора Горького» поклонники и во весь голос кричали: Viva Gorki! Саго! Carino! Che Cello! («Да здравствует Горький! Дорогой! Дорогуша! Какой красавец!»)
 
Доктор филологических наук, профессор Лидия Спиридонова изучением наследия Горького занимается с 1964 года, а с 1995 года возглавляет отдел изучения и издания творчества Горького в Институте мировой литературы РАН (ИМЛИ). В интервью газете «Совершенно секретно» по поводу постыдного исчезновения памятника она сказала:
 
«Вопрос возвращения памятника принципиален, так как связан с очень важным событием в жизни Горького и всей страны. В 1928 году он первый раз приехал в СССР. А зазывали его долго – с 1925 года… Сначала хотели, чтобы он приехал на празднование 10-летия революции в 1927 году. Но он не приехал. Сослался на болезнь. Потом, в 1928 году, советское правительство создало комиссию по празднованию 35-летия его писательской деятельности и 60-летия со дня рождения. Ждали к 28 марта. Но и тогда он остался в Италии. Зато приехал 28 мая. Уже после всех юбилеев – не хотел, чтобы его чествовали. А в Москве ему готовили шумиху. В правительственную комиссию по празднованию входили Бухарин, Луначарский, Скворцов-Степанов.
 
…ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ
Фото: «Совершенно секретно». Алексей Пирожков
 
«ОН НАЗЫВАЛ СЕБЯ ГРАЖДАНИНОМ МИРА»
 
В эмиграции к тому времени ему уже было неуютно. Переломным стал 1926 год, когда умер Дзержинский. И Алексей Максимович откликнулся несколькими тёплыми словами в его адрес в частном письме Екатерине Павловне Пешковой, долго работавшей с Дзержинским, а также Якубу Ганецкому (польский социал-демократ, принимавший участие в деятельности РСДРП. После 1917 года работал в Наркомате иностранных дел СССР. – Ред.). Увы, Ганецкий допустил утечку, и про это письмо стало известно в эмигрантских кругах. Представляете, какая началась истерика и травля!
 
Чего только не видела площадь Белорусского вокзала. Но такого… Вся площадь и подходы к ней были забиты народом. Горького несли на руках, на специальных носилках. Есть фотография – справа идёт Бухарин. А слева – тот самый Ганецкий.
 
К тому времени Горький уже шесть с половиной лет прожил в Европе. И его сманивали в Америку. Считалось, что он европейский писатель, мировая известность. К нему, как в Мекку, приезжали в Сорренто. И вот теперь уже эта Мекка перенеслась в Советский Союз. Он сознательно отдал предпочтение своей родине.
 
Это сложно понять нашему современнику, у которого возникают проблемы в связи с понятием «авторитет писателя».
 
Он настоящий гений, то есть человек, который своим трудом продвинул в развитии всю человеческую культуру. В первую очередь – художник, во вторую – мыслитель. У него был очень широкий взгляд на процессы, происходящие в обществе. Он называл себя гражданином мира. Да, Горький воспевал нового человека, который вырастет при социализме. И что бы ни говорили – этот новый человек вырос. И именно он выстроил страну, победил в войне, полетел в космос. Его человек не был идеально гармоничным. Он был противоречивым. Горького интересовала, как разрешаются в нём эти противоречия. В него Горький верил. А главное, он ненавидел мещанина, который сегодня везде. И за это мещане ненавидят его, делает вывод профессор Лидия Спиридонова.
 
ВО ВСЕХ ПАРКАХ ИМЕНИ ГОРЬКОГО (КРОМЕ МОСКВЫ) ЕСТЬ ПАМЯТНИК МАКСИМУ ГОРЬКОМУ
Фото автора
 
***
Эти 25 лет делалось всё, чтобы о нём забыли. Какой-то деятель в телепрограмме Швыдкого заявил: «У Горького руки по локоть в крови»… Какие же невежды нынешние телевизионные витии! Не знают, что верный своему принципу («счастье свободы не должно быть омрачено преступлениями против личности, иначе – мы убьём свободу своими же руками») Горький выступал в защиту даже тех людей, политические взгляды которых не разделял.
 
«Этика социализма» продиктовала ему в 1917 году протест против ареста Владимира Бурцева, только что публично травившего его в печати. Будучи атеистом, Горький в 1922 году протестовал против ареста патриарха Тихона, протестовал против разграбления церквей, в 1921 году защищал Николая Гумилёва и других арестованных по «таганцевскому делу».
 
В 1930-е годы по его настоянию Лев Каменев был назначен директором издательства «Академия», Михаил Томский – руководителем Госиздата, Карл Радек – одним из руководителей журнала «За рубежом». Именно Горький организовал в июне 1931 года встречу Сталина с Михаилом Шолоховым, чем спас не только третий том «Тихого Дона», но и самого автора. Именно он защитил Корнея Чуковского от несправедливой критики Надежды Крупской, грозившей запретом «Крокодила» и некоторых других детских книг. Горький протестовал против травли Дмитрия Шостаковича, Евгения Замятина, Михаила Булгакова. По настоянию Горького в 1934 году Бухарин был назначен ответственным редактором газеты «Известия».
 
Люди не могут понять, как обычный человек, поднявшийся до верха мировой культуры из самых низов, мог так много сделать за относительно недолгую жизнь – прожил всего 68 лет. Всё его собрание сочинений насчитывает более 80 томов. Оно до сих пор полностью не издано. Выпущены только художественные произведения – 25 томов. Вышел 18-й том писем. Всего их будет 25. А серия «Публицистика» вообще пока не готовилась к изданию. Но там тоже будет, думаю, не менее 24 томов.
 
Когда всё это литературное наследие дойдёт до читателя – неизвестно. Как, собственно, и с памятником. Тем более что в прессе опять появились сообщения со ссылкой на заместителя мэра Москвы по градостроительной политике Марата Хуснуллина о том, что реконструкция площади Тверской Заставы около Белорусского вокзала в 2016 году вроде бы всё же начнётся. Снова завели речь о развязках, парковках и коммерческой недвижимости. Правда, инвесторов пока нет…
 
«МУЗЕОН». ПАМЯТНИК ПИСАТЕЛЮ В БЕССРОЧНОЙ ССЫЛКЕ
Фото автора
 
КОМПРОМИССНЫЙ ВАРИАНТ: У «ГЛАВНЫХ ВОРОТ»
 
За «Музеоном» давно закрепилось неофициальное название «кладбище истории». Дикое состояние произведений искусства – монументальных и не очень – не поддаётся описанию. «Объекты культурного наследия», сотворённые подчас из недолговечных материалов, круглый год стоящие на земле под открытым небом, в большинстве случаев обречены на гибель. Они все просят о помощи.
 
Но если некоторые из скульптур, допустим, могли бы прижиться и под крышей «Музеона» (особенно конъюнктурные абстрактные ваяния, создававшиеся в постперестроечную эпоху), то такому, как Горький, место может быть найдено только там, где он был изначально установлен в 1951 году. В пользу этого говорит даже метафизика Тверской улицы (кстати, бывшая улица Горького), линия которой тянется в «привязке» к замечательным памятникам двух столетий: Пушкин, Маяковский, Горький. Живой символ всей русской литературы.
 
Впрочем, существует и иное видение перспективы – перенос монумента на площадь перед находящимся поблизости ЦПКиО имени Горького. В пользу этого компромиссного варианта говорит то, что план реконструкции парка, разработанный архитекторами в 1940 году, предполагал установку у Главных ворот памятника пролетарскому писателю (архитекторы А. В. Власов, В. Б. Москвин, А.В. Натальченко, Н. Э. Шмидт).
 
Какой именно памятник Горькому должен был стоять в этом месте, архивные материалы, хранящиеся в ГАРФе, не уточняют. Сам Шадр в то время только приступал к работе над скульптурой писателя, создавал эскизы, фрагменты. Однако не успел. И после его смерти в 1941 году эту работу завершали В. И. Мухина при помощи Н. Г. Зеленской и З. Г. Ивановой.
 
Тем не менее какой-то другой памятник Горькому перед входом в парк на Крымском валу всё же предполагался. И это логично. Творчество писателя, народное по своему содержанию, доступное и понятное по форме, является необходимым и достаточным условием, чтобы памятник ему находился в центре «людского моря» и не отгораживался от пешеходов паркингами, транспортными развязками и дорогими отелями.
 
Против этого, кстати говоря, не возражает никто. Даже внучки Алексея Максимовича. «В 2005 году нас, ясное дело, никто не спрашивал, как мы относимся к демонтажу памятника с площади у вокзала – признаются Марфа и Дарья Пешковы. – О сносе мы, как и все, узнали по телевизору. Правда, через несколько лет кто-то позвонил и начал успокаивать – дескать, сейчас мы всё отделаем и будет красиво. Залюбуетесь! Но если спросят сейчас, что мы думаем о переносе памятника к Парку культуры и отдыха, то говорим сразу: мы за. По крайней мере, такое решение было бы логичным».
 
Не логично ничего не предпринимать. Напомним, 18 июня 2016 года исполнится 80 лет со дня смерти писателя.
 
***
…Одним из главных ниспровергателей Максима Горького с его литературного пьедестала был Солженицын. Начав в «Архипелаге», он последовательно выдержал антигорьковскую линию во всех поздних трудах, написанных в эмиграции, по мотивам эмиграции. Однако его собственное возвращение в постсоветскую Россию, в отличие от горьковского, оказалось не столь триумфальным. Впрочем, с памятником Александру Исаевичу, установленным во Владивостоке, никто бороться не намерен. Более того, президент Путин подписал Указ «О праздновании 100-летия со дня рождения А. И. Солженицына». Событие случится также в 2018 году.
 
МНЕНИЕ
 
Юрий Поляков, писатель, главный редактор «Литературной газеты»:
 
Безобразие это. Это всё отсутствие чёткой идеологии в увековечивании тех или иных имён. Надо сказать, что о юбилее Горького вспомнили только после моих многочисленных выступлений и публикаций в октябре 2014 года. Это был целый скандал. До этого говорили только о юбилее Солженицына в 2018 году, забыв и про 200-летие Тургенева, и 150-летие Горького, и про 100-летие Симонова.
 
Я считаю, что памятники не надо трогать – где они стояли, пусть там и стоят. Памятники этим людям поставлены в той эпохе, в новой не надо проводить ревизию. Ревизию проведёт время. А то получается, что при смене политического курса мы пытаемся зачеркнуть предыдущих героев. Да, связано это (перенос памятников с улиц в запасники) с либеральной политикой, которая сейчас пытается изменить акценты истории, перекодировать общественное сознание. Так постоянно можно ставить, переносить, сносить. В какой-то момент нужно остановиться. Каждая эпоха имеет право ставить памятники тем людям, которые сыграли большую роль, людям, уважаемым в ней. Каждая эпоха имеет право чтить своих героев.
 
Все, кто был связан с революцией 1917 года, в 90-е годы прошлого века были объявлены плохими, а те, кто был против, – хорошими. Потом всё оказалось гораздо сложнее. Я сторонник того, что если история застыла в каких-то символах, то пусть эти символы, и памятники в том числе, остаются. Насильно не надо надевать петли из стального троса на памятник и передвигать его.
 
Алексей Леонов, лётчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза:
 
Всё, что сегодня происходит, в том числе и с памятниками, не поддаётся никакой логике. Я бы направил вас с этим вопросом к нашим властям, это они причастны к демонтажу памятников. Один из чиновников так открыто высказался: «В Москве слишком много памятников». Я, как президент Скобелевского комитета, 25 лет добивался, чтобы поставили памятник генералу Скобелеву, выдающемуся человеку, стоящему наравне с генералиссимусом Суворовым.
 
Четверть века мы боролись за то, чтобы разрешили установку памятника. Есть специальная процедура, обязательный порядок: сначала пройти конкурс, потом получить утверждение от комиссии при Моссовете, согласовать место установки, потом оплатить – и только после этого памятник можно открыть… А вот при сносе памятника или переносе его в другое место такие регламенты не действуют, тут всё решают городские власти.
 
Александр Шолохов, директор Государственного музея-заповедника М. А. Шолохова, член Общественной палаты РФ:
 
Это воистину прискорбное явление нашего времени – война с памятниками. Я хочу отметить, что их перенос с исторических мест или тем более разрушение всегда были признаками не только варварства, но и слабости. Невозможно принять вандализм в качестве аргумента от того, у кого других аргументов нет. Так же как за проявление храбрости и чести – удар по безответному металлу или камню. Моё отношение к любому памятнику – это наша история. И пытаясь вычеркнуть из неё зачастую славные страницы, забывая её уроки, мы лишаем себя не только прошлого, но и будущего.
 

Авторы:  Юрий ПАНКОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку