Три торпеды для фюрера

Три торпеды для фюрера

ЛАЙНЕР «ВИЛЬГЕЛЬМ ГУСТЛОФФ»

Автор: Владимир СВЕРЖИН
06.03.2020

Среди обязательных либеральных причитаний на тему Великой Отечественной войны непременно присутствуют стенания о невинных мирных жителях, эвакуировавшихся из Восточной Пруссии на борту круизного лайнера (как вариант, плавучий госпиталь) «Вильгельм Густлофф». Это судно было совершенно безжалостно потоплено советской подводной лодкой С-13 под командованием Александра Маринеско. Впрочем, да, там, на борту имелись еще какие-то военные грузы, но разве это может иметь значение..? Словом, еще один военный миф наряду с «завалили трупами» и «изнасиловали всех немок» вплоть до тут же украденных парковых статуй. Необходимо внести полную ясность, чтобы этот и прочие гнусные мифы не зацепились в сознании тех, кто не в теме.

Десятипалублый красавец лайнер «Вильгельм Густлофф», носивший имя убитого в Германии вождя швейцарских национал-социалистов, полтора года считался флагманом пассажирского флота Третьего рейха. Любая кухарка или слесарь всего за 150 марок могли совершить на нем океанский круиз. Однако перед началом Второй мировой войны на его борт поступила шифрограмма с приказом срочно вернуться из открытого моря в Германию. Для круизного лайнера началась совершенно новая жизнь.

ЛАЙНЕР НЕМЕЦКОЙ МЕЧТЫ

С октября 1939 года «Вильгельм Густлофф» действительно был превращен в госпитальное судно, согласно Гаагской конвенции окрашен в белый цвет и на его бортах и надстройках были нанесены заметные издалека красные кресты. С этого момента покушение на такое судно, безусловно, считалось военным преступлением. Это продолжалось вплоть до лета 1940 года. Немецкий флот готовился к вторжению в Британию. Лайнер, на котором через Ла-Манш одним махом легко можно перебросить стрелковую бригаду, нужен был в строю. Его перекрасили в защитный шаровый (туманно-серый) цвет и в единый миг недавний госпиталь превратился в военно-транспортное судно.

Но вторжения на острова не последовало, и лайнер опять сменил профессию – стал плавучей казармой и учебными классами школы подводного плаванья. То есть превратился из ординарной боевой мишени в желанный приз, как наших, так и союзных моряков и летчиков. Однажды, во время бомбардировки немецкого порта Готенхафен, «Вильгельм Густлофф» уже был поврежден, но вскоре опять вступил в строй и смог исполнять роль плавучего училища.

«ВОЛКИ» ДЁНИЦА

Здесь нужно остановиться на роли подводного флота – ударного кулака немецких кригсмарине. Пожалуй, отчетливое понимание, что же такое это самое, никому еще до конца непонятное, подводное оружие, к германцам пришло раньше других. В самом начале Первой мировой войны, 22 сентября 1914 года, в Северном море, немецкая подводная лодка U-9 за одну атаку отправила на дно три английских броненосных крейсера «Кресси», «Хог» и «Абукир». На борту артиллерийских великанов так до конца боя и не смогли причинить вред субмарине, расстреливающей броненосные крейсера, словно куропаток в садке.

Во время Первой мировой войны вахтенным офицером, а затем и командиром (довольно удачливым) одной из подводных лодок был молодой офицер Карл Дёниц. В 1935 году он уже командовал 1-й подводной флотилией гитлеровской Германии, а в 1939 – возглавил ее подводный флот. К началу Второй мировой войны подводный флот Германии насчитывал всего 57 единиц различного тоннажа и назначения. Из них для боевых действий в Атлантике годились лишь 22. Однако у контр-адмирала Дёница были огромные планы, и он хорошо представлял возможности германских верфей. Вскоре под началом адмирала уже состояло 300 подводных лодок! А за пять лет войны в строй вступило 1108 субмарин. Тягаться с английским и французским (впоследствии и с советским) надводными флотами Германии было не с руки, а вот навязать противнику тотальную подводную войну – именно это и желал Дёниц. После фактического захвата большинства европейских стран, немецкий военный флот пополнился рядом новых боевых кораблей, но все равно адмирал неуклонно гнул свою линию: главный ударный кулак – это именно подводный флот!

В противостоянии с Британией такая концепция полностью себя оправдала. В считанные месяцы Англия была почти наглухо блокирована «волчьими стаями» Дёница. Действуя отрядами по шесть-десять вымпелов, подводные лодки брали под неусыпный контроль тот или иной квадрат моря, и притаившись на судоходных путях, ждали добычу. Выследив очередной караван, стая разворачивалась в линию и, когда смеркалось, атаковала британцев, отвлекая конвой, безжалостно топя или захватывая транспорты.

Подобная тактика для Германии была экономически выгодна. Строительство крупного военного корабля стоило куда дороже, требовало большего напряжения мощностей, затрат дефицитных материалов и задействования рабочих рук, а главное – на любое надводное судно у англичан имелся мощный ответ. Британский Гранд-Флит планировал всерьез и надолго «править морями». Для спуска же на воду новых и новых субмарин требовались, куда меньшие траты. За годы войны было сформировано 250 «волчьих стай» в клочья рвавших морские сообщения противников.

БЕГСТВО ИЗ ВОСТОЧНОЙ ПРУССИИ

Естественно, для их активных действий нужно не только «железо», но и высококвалифицированные кадры. Именно такие кадры и готовили на «Вильгельме Густлоффе». К последнему рейсу на борту лайнера, по-прежнему выполнявшего функции учебного центра подводников, находилось 100 сформированных экипажей для подводных лодок. Таким образом, этот корабль совершенно определенно и, несомненно, относился к военно-морским силам Третьего рейха и по законам войны не подлежал, какому бы то ни было, снисхождению во время атаки.

 Фото_31_02.JPG

ПОДВОДНАЯ ЛОДКА С-13

Но законы законами, а жизнь порой совершенно безжалостна. В конце 1944 года советские войска прорвались на территорию Восточной Пруссии. Еще совсем недавно доктор Геббельс вещал по радио, что ноги русских не будет в землях тысячелетнего рейха и вот на тебе! Реальность грубо вторглась в немецкие фантазии. Советская армия с боем занимала каждый городок, каждую ферму, подавляя огнем и броней любую попытку сопротивления. Благополучная и еще недавно сытая Пруссия вывалила на дороги и, в панике теряя по пути накопленный за тучные годы скарб, бросилась к побережью, в порты. У почтенных бюргеров и деловитых мееров еще оставалась надежда спастись где-то там, далеко, за морем. 20 января 1945 года, когда паническое бегство местного населения уже невозможно было ни скрыть, ни контролировать, в Восточной Пруссии было объявлено о начале операции «Ганнибал» – целенаправленной эвакуации мирных жителей. Однако, вместо того, чтобы успокоить людей, это объявление плеснуло масло в огонь. Даже те, кто еще совсем недавно полагали, что уж родину германского военного духа, фюрер все же отстоит, вдруг поняли, что надо бежать. От столь любимого немцами порядка не осталось и следа.

НАПЕРЕГОНКИ СО СМЕРТЬЮ

22 января 1945 года в порту Готенхафен, неподалеку от Данцига, лайнер «Вильгельм Густлофф» встал под погрузку. Он был рассчитан на 1500 человек пассажиров и почти все места на судне были уже заняты курсантами и офицерами германского подводного флота. Кроме того, в помещении опустошенного плавательного бассейна расположился женский вспомогательный дивизион. Но то, что происходило дальше, совершенно не напоминало обычную посадку на лайнер – те, кто намеревался покинуть страну на борту «Вильгельма Густлоффа», штурмовали корабль, с боем отвоевывая себе место на палубах и в трюме.

По современным подсчетам, на лайнере, в момент его выхода в море, находилось до 11 тыс. человек! По большей мере, нонкомбатантов. Среди них – огромное количество чиновников местных администраций, спешащих покинуть опасное место. Однако превращало ли это плавучий учебный центр кригсмарине в мирное пассажирское судно, охраняемое Гаагской конвенцией? Вовсе нет. Тем более, лайнер шел в сопровождении немецкого миноносца и тем самым четко указывал на свое военное назначение.

Именно такой корабль 30 января увидел в перископ командир подводной лодки С-13 капитан 3-го ранга Александр Иванович Маринеско. Силуэт «Вильгельма Густлоффа» он узнал мгновенно. Впрочем, на Балтике всякий морской офицер опознал бы его безошибочно – уж больно зловредным считался этот «круизный лайнер» и потому являлся весьма ценной добычей.

Александр Маринеско был прирожденным морским охотником. Родись он тремя веками раньше, вероятно, был бы корсаром Его Величества, и его имя звучало в одном ряду с именами Фрэнсиса Дрейка, Джона Пол Джонса или Генри Моргана. Храбрый и отчаянно дерзкий, никогда не лебезивший перед командованием и готовый любого порвать на портянки за своих матросов, он был одинаково любим экипажем и не любим начальством. Но и оно признавало, что в бою лучше командира С-13 не найти.

Пользуясь зимними сумерками, его субмарина долго незамеченной кралась за лайнером в надводном положении. Маринеско не опознали, никто и подумать не мог, что советский подводник решит действовать «внаглую». Он так и шел следом за врагом по узкому фарватеру в минном поле, никак не обозначая себя. За время преследования капитан достаточно изучил и манеру движения и перегруженного «Вильгельма Густлоффа», и противолодочные действия миноносца сопровождения.

Немцы и подумать не могли, что их смерть неотступно и беззастенчиво крадется следом. Когда же Александр Иванович решил, что время пришло, он приказал дать залп четырьмя торпедами по десятипалубному гиганту. Три торпеды попали в цель, одна, на боевом взводе, застряла в открытом торпедном аппарате. В любой момент мог произойти взрыв, торпедный аппарат был открыт, и погружаться было нельзя – забортная вода хлынула бы в отсек. Между тем миноносец сопровождения уже точно определил координаты подводной лодки и перешел в атаку. Бой с ним почти неминуемо для субмарины окончился бы гибелью, но матросы капитана Маринеско не подвели и в считанные мгновения смогли устранить неполадки. Под самым носом у немцев С-13 произвела экстренное погружение. В ход пошли глубинные бомбы, но и тут Александр Иванович вывернулся, заняв позицию под медленно тонущим кораблем противника.

Прекратив контратаку, миноносец и пришедшие на сигнал SOS немецкие корабли начали экстренно спасать тонущих и счастливчиков, пытающихся отплыть от места катастрофы на шлюпках. Но штатные спасательные средства были рассчитаны на куда меньшее количество людей. К тому же паника мешала сколь-нибудь правильной эвакуации. Оказаться же в воде означало почти неминуемую гибель – через несколько минут плаванья в январской Балтике наступало фатальное переохлаждение организма. «Вильгельм Густлофф» тонул час. За это время, по разным оценкам, было спасено от 1200 до 2500 тыс. человек. Но обо всем этом Маринеско не знал – воспользовавшись моментом, он тихо ушел на базу и вернулся с победой и без потерь.

 Фото_32_02.JPG

ГРОСС-АДМИРАЛ КАРЛ ДЁНИЦ

ИСПЫТАНИЕ СУШЕЙ

Виновен ли он в гибели беженцев, пытавшихся на борту военного корабля покинуть Восточную Пруссию? По закону – нет. Он честно атаковал вражеский корабль по всем писанным и не писаным законам войны. А может, в этом виновен капитан лайнера, пытавшийся закрыться мирными жителями, как щитом? Но ведь и он лишь пытался вывезти людей из охваченной войной страны. Если искать тут виновных – следует отправиться в Берлин. Однако и там вопросы остались бы без ответа. Заканчивался январь 1945 года, Третий рейх трещал по швам. Гитлер в ярости объявил Маринеско своим личным врагом, что, впрочем, не испортило настроение Александру Ивановичу.

У него были совсем иные причины для печали. Узнав о потоплении «Вильгельма Густлоффа», командование представило капитана 3-го ранга Маринеско к званию Герой Советского Союза. Однако золотую звездочку он так и не получил – загулял с хозяйкой кафе на военно-морской базе. Все вроде бы довольно буднично, но база располагалась на финской территории, а хозяйка кафе и вовсе была шведкой. Командующий Балтийским флотом адмирал Владимир Трибуц обрушил на командира С-13 громы и молнии. Ему были предъявлены и пьянство, и моральное разложение, и хорошо еще, что связь с вражескими разведками грозный адмирал не вменил ему в вину. Так что вместо Звезды Героя и ордена Ленина Александр Иванович получил орден Боевого Красного Знамени и радовался, что легко отделался.

Кстати, «волки» адмирала Дёница слыли в германском кригсмарине отчаянными пьяницами. Едва оказавшись на берегу, они буквально опустошали все окрестные винные склады, пытаясь снять стресс от многодневного скитания в утлой консервной банке, в постоянном ожидании смерти. Дёниц об этом знал и благоволил своим капитанам – на результативности их атак выпитое не сказывалось. За годы войны эти «выпивохи» потопили 3083 торговых судна общим тоннажем 14528570 тонн, а также 2 линкора, 7 авианосцев, 9 крейсеров и 63 эскадренных миноносца! Но вражеские подводные асы нам, ясное дело, не указ. Советский подводник № 1 должен был являть собой уникальный образчик строителя коммунизма и ангела во плоти. Маринеско, первый в списке по тоннажу потопленных вражеских кораблей, таковым не являлся.

Когда война закончилась и для успешной военной карьеры понадобились совсем иные качества, нежели отвага и дерзость, которых у Александра Ивановича было в избытке, ему припомнилось все, что прежде так ли иначе сходило с рук. В сентябре 1945 года капитан 3-го ранга «за халатное отношение к служебным обязанностям, систематическое пьянство и бытовую распущенность» был снят с командования подводной лодкой, понижен в звании до старшего лейтенанта и переведен командиром на заштатный тральщик. А затем в ноябре того же года вычищен из состава флота. Уж больно авантюристичной и угловатой была его натура, чтобы тянуть лямку, как предписано – флоту теперь нужны были ревностные служаки, а не «лихие корсары».

Жизнь его на берегу не задалась. Он перебрал несколько профессий и даже успел отсидеть некоторое время в тюрьме. (Потом дело было пересмотрено и Маринеско освобожден «за отсутствием состава преступления».) В 1953 году он скончался от рака горла. Лишь в горбачевские времена, спустя 45 лет после Великой Победы, Александр Иванович Маринеско был восстановлен в звании, и посмертно ему была вручена золотая звезда Героя Советского Союза.

ПРИЗРАКИ «ГУСТЛОФФА»

Но остается по-прежнему открытым вопрос. Тогда, в январе 1945 года, быть может, стоило отпустить лайнер? Даже зная, что на нем сосредоточено великое множество немецких подводников. Из общего человеколюбия. В конце концов, что бы они успели сделать – ведь война уже кончалась? И вот тут следует остановиться особо.

Все помнят, с 8-го на 9-е мая 1945 года генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель подписал капитуляцию Германии. Однако, невзирая на высокий чин, Кейтель был лишь начальником штаба Верховного командования вермахта и каких-либо государственных должностей не имел. Наследником же фюрера был не кто иной, как гросс-адмирал, а теперь и со всей полнотой власти рейхспрезидент, Дёниц. Столица его располагалась вовсе не в Берлине, а малоприметном портовом городке Фленсбург-Мюрвик неподалеку от границы с Данией. 7 мая 1945 года он попытался капитулировать перед союзниками в Реймсе, но Сталин потребовал общей безоговорочной капитуляции в Берлине, что и было сделано.

Однако деятельный и решительный адмирал, которому фельдмаршал Кейтель и прежде-то был не указ, продолжал оставаться и действовать в своей походной столице до 23-го мая! Чем же он был занят? Последнему гитлерюгенду было понятно, что война проиграна, естественно понимал это и боевой адмирал. Однако, сформировав правительство, а попросту, гражданскую администрацию еще не занятых союзниками земель, он работал не покладая рук. Занимался тем, что умел лучше всего – проводил новую широкомасштабную операцию своего «волчьево» флота. Официально, подводная война была остановлена 4 мая. Но это война! Ничего не мешало подводным лодкам выходить в Атлантику с ценными грузами и высоким нацистским руководством на борту.

Конспирологи тут могут вспомнить пресловутые тайные базы Гитлера в Антарктиде, но это вряд ли. Хватало и менее экзотических мест, где можно было укрыться. А уж того, что следовало как можно скорее вывезти из гибнущей страны, и вовсе было предостаточно. Третий рейх рухнул, но дело его, как полагали многие нацисты, должно было возродиться. А для этого нужны были кадры, связи, деньги и оружие!

Вот лишь несколько известных фактов: немецкая подводная лодка (номер неизвестен) сдалась американцам 18 мая 1945 года у берегов США на борту три генерала и два японских специалиста по ракетной технике – все отчего-то вдруг покончили жизнь самоубийством. В качестве ценного груза – ртуть на $6 млн по ценам 1945 года. В 1958 году в заливе Каттегата, неподалеку от побережья Дании, обнаружена пропавшая в мае 1945 года подводная лодка U-843. Груз – каучук, олово и молибден на сумму 35 млн датских крон. Осенью 1986 года также в заливе Каттегата была обнаружена затопленная немецкая субмарина U-534. На борту сейф с секретными документами, включая дипломатическую переписку и новейшие проекты военных разработок...

Невесть сколько подобных находок ожидает еще подводных археологов. Неизвестно сколько таких вот подводных лодок благополучно добрались до цели. Однако можно сказать – чего НЕ произошло. В конце 1944 года фюрер планировал акцию возмездия против Великобритании. По его планам, страна должна была подвергнуться одномоментному массированному ракетному удару с новейших подводных лодок со всех сторон окруживших Англию. Настоящий огненный Армагеддон. Но для проведения запланированной операции не нашлось квалифицированных экипажей. Все они нашли себе братскую могилу на борту «Вильгельма Густлоффа» в ледяных водах Балтики.

В 1944 – 1945 годах в Германии была разработана и заложена на верфях новая океанская подводная лодка – тип XXI. Эта воистину революционная модель, захваченная на стапелях, впоследствии оказала немалое влияние на разработку послевоенных дизель-электрических субмарин.

Всего было заложено 118 штук (Средняя производительность верфей – одна подводная лодка в два дня). Такая субмарина вполне могла пересечь Атлантику с немалым грузом на борту, однако этого не произошло. Зимой 1945 года их производство было остановлено – не хватало обученных экипажей. Лишь две субмарины этого проекта были спущены на воду и отлично показали себя, демонстрируя возможность легко ускользать от целой английской эскадры. Но те, кто должен был вести эти лодки, покоились на морском дне, среди обломков «Вильгельма Густлоффа».

Кто знает, как бы могла пойти история, если бы эта сотня экипажей благополучно достигла пункта назначения? Каков бы был сегодняшний мир? И был бы это мир?

Фото предоставлены

сайтом Wikipedia.org

 Фото_33_02.JPG

Справка

Александр Иванович Маринеско родился 15 января 1913 года в Одессе в семье румынского рабочего Иона Маринеску. После окончания семилетки и школы юнг, он был направлен на учебу в Одесское мореходное училище. В 1933 году получил назначение вторым помощником капитана на теплоход «Красный Октябрь».

В ноябре 1933 года по путевке комсомола был направлен на специальные курсы комсостава РККА, после окончания которых, его назначили штурманом на ПЛ Щ-306 («Пикша») Балтийского флота. В марте 1936 года Маринеско получил звание лейтенанта, в ноябре 1938 года – старшего лейтенанта. Окончив курсы переподготовки при Краснознаменном учебном отряде подводного плавания имени С. М. Кирова, он служил помощником командира на Л-1, затем командиром ПЛ М-96, экипаж которой по итогам боевой и политической подготовки 1940 года занял первое место, а командир был награжден золотыми часами и повышен в звании до капитан-лейтенанта.

Великую Отечественную войну экипаж подводной лодки М-96 встретил в море. В августе 1942 года командир доложил о потоплении вражеского транспорта «Хелен». В апреле 1943 года капитан 3 ранга Маринеско назначен командиром подлодки С-13 и в тяжелых боевых условиях на Балтике показал высокий результат: три потопленных транспорта противника, наиболее значимые из которых – лайнер «Вильгельм Густлофф» и военный транспорт «Генерал Штойбен». За боевые заслуги Александр Иванович награжден орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени, медалями.

Последний, шестой, поход ПЛ С-13 в апреле-мае 1945 года был охарактеризован начальником отдела подводного плавания КБФ как мало результативный, действия командира признаны неудовлетворительными. Вскоре последовали приказ наркома о снижении Маринеско в воинском звании на две ступени (до старшего лейтенанта) и понижении в должности, а затем и увольнение в запас без пенсии.

Райком партии рекомендовал Маринеско на работу в институт переливания крови. Возникший конфликт с директором института привел к тому, что против заместителя директора по хозяйственной части Маринеско, было возбуждено уголовное дело, финалом которого стал суд с вынесением приговора – три года исправительных работ в лагере Порта Ванино. Досрочное освобождение состоялось в 1952 году.

В ноябре 1960 года Приказом министра обороны Родиона Малиновского Маринеско был восстановлен в воинском звании, в рядах партии, ему была определена пенсия. Перипетии жизненного пути отразились на здоровье. 25 ноября 1963 года Александра Маринеско умер. При пересмотре его дела в Ленинградском городском суде подсудимый посмертно был полностью оправдан.

5 мая 1990 года Указом Президента СССР Михаила Горбачёва Александру Маринеско посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.


Авторы:  Владимир СВЕРЖИН

Комментарии


  •   вторник, 09 марта 2020 в 19:30:55 #120386

    на вой как на войне



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку