НОВОСТИ
Замначальника УМВД Самары много лет работал на бандитов
sovsekretnoru

Телефонные пираты

Автор: Андрей СУХОМЛИНОВ
01.11.1999

 
Таисия БЕЛОУСОВА,
обозреватель «Совершенно секретно»

1. Хотите стать героем детектива? Думаю, не каждый ответит на этот вопрос утвердительно. И тем не менее, сидя тихо-мирно у себя в квартире, я им стала, героиней то есть. Когда открыла свой почтовый ящик и к моим ногам посыпались бумажки – извещения от ОАО «Ростелеком» и «ММТ». Не поверила своим глазам: вышеназванные ОАО дружно требовали, чтобы я заплатила за телефонные разговоры... 12 000 рублей. Я же точно знала, что считанные минуты, которые потратила на четыре звонка, вряд ли тянули даже на сотню рублей. И хотя мне годков-то не так уж и мало и пора в таких случаях брякаться в обморок – устояла. Позже узнала, что пенсионерки-бабки от таких «раскрасивых» извещений хватаются за сердце, садятся на пол, чтобы отдышаться. Но есть, говорят, и смертельные исходы.

Однако я лично сильно засомневалась в качестве собственного рассудка, когда набрала «09» и узнала от голоса-справочной, что коды, испещрившие извещения сверху донизу, принадлежат... Вьетнаму, Пакистану, Ирану и Чехии. Надо было еще отлежаться, прежде чем осознать величие и размах предписанных мне связей. Надо было наглотаться полезных таблеток, прежде чем позвонить по телефону 168-55-68, который «ведал» недопониманием абонентов.

«А у вас телефон какой, кнопочный? – спросили меня. – Так кнопочные могут сами набирать!» – «Да вы что! У них же мозгов нет!» – «Мало ли что!»

И не догадалась, что из меня уже тогда начали лепить придурка. Ну а что делает придурок? Он очень верит, что «телефонщики» прямо ужасно удивлены тем, что человеку приписывают чьи-то разговоры, что они сами очень хотят разобраться, выяснить, выявить. Верит даже в то, что им сердечно жаль пожилого человека, вынужденного пить лекарства, вызывать врачей, обороняться от навета. Однако ему велят не залеживаться, а бежать на Знаменскую, в ОАО «ММТ» или какой-то его подраздел, а там суют «образец» и поясняют: «Это ваше личное дело. Вы сами должны доказывать, что не говорили с Вьетнамом, что к вашему телефону подключились «пираты». – «Но как же я докажу?! У вас же должна быть необходимая аппаратура для этого!» – «Пишите заявление по образцу и несите в Преображенский телефонный узел, второе заявление несите на Зубовскую, 6, где «ММТ». Я, кажется, все объяснила. Не мешайте работать!»

И ты послушно выводишь и в первой жалобе, и во второй: прошу, мол, найти «пиратов», которые подключились к моему телефону. Ты даже радуешься, что успел в один день отнести заявление на Электрозаводскую, в Преображенский телефонный узел, и вот уже идешь на Зубовскую, прямиком в бюро жалоб. Ты думаешь, что соответствующие службы тотчас бросятся выяснять, что за «пираты» действовали от лица твоего телефонного номера, и обеспечат в дальнейшем безопасность твоей линии. А тебя уже обрекли бегать по лабиринту. Иначе как объяснить, что тебе, потерпевшему, никто из сотрудников, ведающих «жалобами», не объяснил самого главного – их организации вовсе не отвечают за безопасность телефонных линий, а отвечают только за – хоть стой, хоть падай – звук. Ну чтоб аппарат нормально работал. Так ведь я претензий к звуку не предъявляла!

По садистской инструкции начальства этих достославных ОАО ко мне явился электромонтер Юра. Зачем? А чтобы позже мне прислали ответ на мою «жалобу»: Юра-де «посторонних подключений не обнаружил», а «при проверке линии из бюро ремонта установлено, что она исправна, телефон работает», что «телефонная проводка и телефонный аппарат у Вас в квартире исправны».

Так я же и без вашего Юры знала, что телефон у меня исправный!

Надо отдать должное большим ученым начальникам из МГТС и «Ростелекома». По отношению к нам, придуркам, они действуют согласованно, без сбоя. И на Зубовской, в «ММТ», в бюро жалоб очень не хотели, чтоб я написала требование – мол, прошу обеспечить безопасность... «Мы за это не отвечаем!» – строго ответила служилая дама. «А кто же тогда отвечает?» – «МГТС. На Дегтярном, 6». – «Но почему вы никак не связаны с этой МГТС? Почему именно абонент должен мотаться с заявлениями туда-сюда?» Ответ прозвучал с уже знакомым железом в голосе: «Это ваше личное дело! Вы и добивайтесь! А то как отключим телефон...»

Вообще посещение Зубовской, 6, и порадовало меня. Здесь я столкнулась с несколькими пожилыми полубезумными женщинами, которые изучали здешние «образцы», а в дрожащих руках у них бились злополучные квиточки и листки заявлений. Стало быть, не я одна, они тоже с легкой руки чиновников МГТС и «Ростелекома» запущены в лабиринт.

Любопытный момент. Среди руководящих дам на Зубовской произошел спор. Одна мне посоветовала: «Заблокируйте «восьмерку» и будете жить спокойно. Только за межгород платить больше». В разговор вмешалась вторая дама: «Лучше купите блокиратор. За 250 рублей». Но случилась третья: «Какой блокиратор?! Он нужен только к радиотелефону». Что, кстати, и подтвердила старуха в коридоре с квиточками в прыгающих пальцах: «Я же деньги заплатила, отключила «восьмерку», а вот опять счета пришли тысячные!»

Заместитель генерального директора МГТС Н.В.Савлуков признал, что факты, которыми я располагаю, «без сомнения, достоверные и крайне прискорбные». А далее как по маслу: «Техническими специалистами МГТС проведена огромная работа в этом направлении. В настоящий момент найдено инженерное решение для противодействия фактически всем видам незаконных подключений к телефонным линиям, в частности физические подключения и анти-АОНы. ...Однако для внедрения этих решений требуются достаточно серьезные капитальные вложения... и сегодня наша компания, которая сильно пострадала от финансово-экономического кризиса прошлого года, несмотря на это, продолжает проводить социально ориентированную тарифную политику, не в состоянии изыскать подобные средства».

Нам как бы безо всяких затей втолковывают: чего ломитесь в открытую дверь! У нас денег нет, чтобы обеспечить безопасность всех этих телефонных линий! То есть большой начальник, по сути, признал, что его МГТС усаживает вас в самолет с кое-как прилепленным крылом, а когда это крыло отваливается, вы, если еще живы остались, должны оплатить стоимость этого крыла потому только, что иначе платить пришлось бы им, «организаторам и вдохновителям» полета.

Мне захотелось увидеть своими глазами, живьем, хоть одного из больших телефонных начальников. Однако сколько ни звонила, секретарши враз окорачивали, мол, был начальник, но весь вышел. И тогда я избрала иной путь для общения с представителями телефонного Олимпа. Позвонила в телестудию, которая снимает передачи «Слушается дело...». Телевизионщикам моя идея пришлась по вкусу. Ну хотя бы потому, что все они являются абонентами МГТС и «Ростелекома».

Кстати, к тому сроку мой «шкурный» интерес увял: мне сообщили, что мой «долг» списан. Правда, мне следует заменить «панасоник» на российский аппарат. Иначе, если опять придет такой счет, его списывать не будут. «Чем же мой аппарат нехорош?» – спросила я. «Он подвержен сканированию». – «А вы мне пришлете письменное подтверждение, что «долг» с меня списан?» – «А зачем?» – был ответ.

Телевизионное судебное заседание состоялось, несмотря на отсутствие представителя «Ростелекома». Я выиграла процесс! Самое время петь и танцевать от радости. Но знаю: тысячи людей лишены такой возможности. Как поведала адвокат Д. Сорк, только двое из десяти обобранных, оскорбленных решаются добиваться справедливости. Остальные плюнут и отступятся.

У нас у всех и по сей день на шее «удавка» «Ростелекома» – МГТС: «Если не докажете, отключим телефон».
Лилия БЕЛЯЕВА

2. Можно ли защитить свой телефон от «пиратов»? Что надо делать в случае получения «сногсшибательного» счета? Кто отвечает за безопасность наших телефонных линий?

За ответами на эти вопросы мы, вслед за нашей героиней, обратились к специалистам Управления по борьбе с преступлениями в сфере высоких технологий МВД РФ.

По словам руководителя управления генерала В.В.Селиванова, телефонным «пиратством» в России занимаются прекрасно организованные преступные сообщества, имеющие значительные капиталы, региональные связи, четкую структуру, функциональное разделение: одни приобретают аппаратуру, другие ее устанавливают, третьи снимают квартиры, четвертые ежемесячно собирают плату за переговоры, пятые трудятся операторами, шестые носят им еду и т.д. В качестве организаторов чаще всего выступают граждане Вьетнама, Китая и ряда африканских государств, хорошо знакомые с российским законодательством (кое-кто из них даже ухитрился окончить нашу Академию МВД). Год назад, когда «пираты» начали работать чуть ли не по всей стране, управление создало восемьдесят региональных подразделений. Сегодня Россия превращается в глобальный нелегальный переговорный пункт. Те же вьетнамцы, живущие в Западной Европе или Америке, предпочитают связываться с родней через нашу страну. А расплачиваются за их переговоры россияне. По мнению генерала Селиванова, для успешной борьбы с этим криминальным бизнесом необходимо предоставить обществу информацию о том, что собой представляет телефонное «пиратство», а государство должно осознать серьезность этой проблемы.

Организовать нелегальный переговорный пункт в Москве проще простого. Снимаются квартиры (обязательно две рядышком, с телефонами). Покупается или берется в аренду 10–15 комплектов необходимой аппаратуры. Изготавливают ее российские умельцы, знающие наши телефонные системы связи как свои пять пальцев. В зависимости от версии аппаратура бывает на несколько номеров или на сотню, она может работать в пределах одной или нескольких АТС. Соединив телефоны соседних квартир между собой и установив аппаратуру, получают примитивный телефонный узел. Один аппарат служит для контакта, другой – для связи с заграницей. На последнем стоит «коробочка», которая обманывает АОН МГТС. После чего счета приходят на номера, заложенные в память «коробочки».

Контактный номер телефона получают рыночные торговцы, студенты, члены определенных кланов, которые на месяц вперед оплачивают свои переговоры. Они могут звонить по этому номеру откуда угодно – с квартирного телефона, с сотового и даже с уличного автомата, и оператор соединит их с любым концом света. Клиенту, живущему, к примеру, в Праге, звонить оттуда в Китай – дорого. Он делает звонок операторув Москве и сообщает свой пражский номер. Из Москвы ему перезванивают и соединяют с Пекином. В этом случае кому-то из москвичей придет счет «Ростелекома» за переговоры с Прагой, кому-то – с Китаем.

Наши Пупкины-Кулибины модифицируют и превращают в сканер нелицензированные «панасоники», «синау», «саньо» – трубки, с которыми можно разгуливать по квартире. Владельцу «усовершенствованного» телефона нет нужды покупать сотовый. В любом районе столицы он просто нажимает кнопку, и трубка сканирует эфир. Наверняка у кого-то из жителей имеется аналогичный аппарат. Человек «садится» на его частоту и говорит хоть с Монте-Карло, хоть с Парижем. Для спецов нет проблем «склонировать» любой сотовый телефон, а один рационализатор-изобретатель ухитрился влезть даже в спутниковую связь. Обезопасить себя от «пиратов» нельзя. Можно блокировать «восьмерку», отключить телефон и даже перерубить кабель – а счет все равно придет на ваш адрес.

От «пиратов» страдают не только частные лица, но и различные организации. Нахальство умельцев, «подставляющих» телефонные номера, дошло до того, что ГИБДД Восточного округа получила счета аж на 20 миллионов новых рублей! Один и тот же телефон могут использовать сразу несколько операторов, к примеру, по счетам 14-го автокомбината выходит, что за сутки он говорил с Вьетнамом... 42 часа! Сумма ущерба только по частному сектору Москвы – 15–20 тысяч долларов в сутки. Если прибавить ущерб предприятий и сотовых компаний, которые пользуются системами «Ростелекома», то цифры будут в три раза больше.

Богатые организации, такие как «Газпром», Сбербанк, могут и не заметить, что их грабят. Для небольшого автосервиса ежемесячные счета на 400–500 тысяч рублей подобны смерти. Поэтому сегодня многие потерпевшие судятся с «Ростелекомом». Между тем как «Ростелеком» – такой же потерпевший, ведь он получает с линии объективные данные и правомерно предъявляет претензии к неплательщикам. В прошлом году в одностороннем порядке «Ростелеком» выплатил Вьетнаму и Китаю миллионы долларов за организацию связи, которой он не пользовался. Да еще налоги отдал с этой суммы. А кто в этом виноват? МГТС. Именно ее аппаратура пропускает «подставу». Сейчас МГТС собирает деньги, чтобы установить некую систему безопасности. Сотрудники управления МВД на совещаниях с телефонщиками не раз объясняли, что только техническими мерами эту проблему решить невозможно, Кулибины все равно идут на шаг впереди; деньги, потраченные на приобретение дорогостоящих систем, уйдут в песок. Но их никто не слышит.

Пару лет назад велись дебаты по поводу введения тарификации, повременной оплаты разговоров с квартирных телефонов. Тогда общество резко отвергло предложенное. Сегодня оказывается, что тем самым мы лишили себя единственной возможности противостоять «пиратам»: сверив распечатку МГТС и счета «Ростелекома», абонент увидел бы, что по времени они не совпадают, и не бегал бы по инстанциям. МГТС и «Ростелеком» выясняли бы отношения между собой. А их службы безопасности постоянно получали бы информацию о работе нелегалов.

Если сотовые и пейджинговые компании активно сотрудничают с управлением, то МГТС готова отослать пострадавших абонентов куда угодно, лишь бы они не надоедали. Она просто не знает, что делать с «пиратской» напастью. А в управлении знают. Но туда МГТС не обращается. Казалось бы, эта организация должна быть первым помощником МВД. Ничего подобного на деле не происходит. В ответ на просьбы предоставить распечатки разговоров конкретного абонента вначале МГТС заявляла, что это посягательство на личную тайну, и требовала решения суда. Но для этого надо возбудить уголовное дело, а это дело невозможное (почему – расскажем ниже). Бывает, установлены номера, использованные нелегалами, а заявления от потерпевших нет. Имей оперативники на руках распечатки, у МГТС и «Ростелекома» не было бы оснований заставлять людей платить по «пиратским» счетам. А управлению отвечают, что «МГТС не располагает ресурсами для оперативной обработки и выдачи информации». Интересное дело, по данным «Ростелекома», только на Вьетнаме он теряет 2 миллиона долларов в год. Неужели нельзя часть этих денег потратить на создание собственной структуры, которая займется этой работой? То же относится и к МГТС – богатейшей, между прочим, организации. Так нет, пусть граждане обивают чиновничьи пороги. Заплатят – хорошо, не заплатят – и не надо. МГТС и «Ростелеком» уже давно закладывают ущерб, наносимый «пиратами», в свои тарифы. Так что россияне оплачивают не только свои переговоры, но и убытки телефонных компаний. Поэтому мы и платим за разговор с Воронежем не рубль, а два.

Доходы от подпольного телефонного бизнеса растут как на дрожжах: в позапрошлом году это были сотни тысяч долларов, в прошлом – миллионы, а в этом ожидаются десятки миллионов. И происходит это во многом из-за несовершенства нашего законодательства. Статьи УК, по которым «пиратов» можно привлечь к ответственности, требуют скорейшей доработки и изменения. Наказание по ним, по сравнению с нанесенным ущербом, мизерное. К тому же наши законы на практике не работают. Управление МВД не первый год вносит предложения в Министерство юстиции, в Государственную думу. В ответ – тишина. А с нынешним законодательством доказать преступление практически невозможно.

Рассказывает сотрудник управления А.А.Трофимов: «Мы – оперативная служба. Появилась информация о нелегале, сразу отрабатываем ее. Но вьетнамцу достаточно пять – десять минут продержать нас у двери, чтобы размонтировать систему. Забрасывает он плату под ванну – и вся недолга. Будь у нас нормальное законодательство, уже наличие этой платы служило бы обвинением. В США оператор заплатил бы громадный штраф. Наши сотрудники спускаются по веревке с крыши на балкон, чтобы успеть взять нелегала со всем хозяйством, а он лепечет, что ничего не знал, думал, что вроде бы кто-то платит за переговоры. Никакой следователь на этом дела не возбудит. Чтобы получить доказательства, надо допросить всех участников этого процесса. А как это сделать, когда деньги за переговоры получают на Тушинском рынке, звонит клиент с «Сокола», а переговорный пункт находится в Беляеве? А вьетнамская мама, которой был звонок, и вовсе сидит в Ханое. Потом, надо учитывать, что вся эта публика в любой ситуации язык держит за зубами. Задерживаем «пирата», а через три часа его отпускают восвояси. А эта безнаказанность развращает. Мы не призываем вводить большие сроки. Но пусть тот же оператор отсидит хотя бы пятнадцать суток. Раз сядет, два, а потом задумается, что лучше: зарабатывать, торгуя на рынке, сто долларов или же получать триста, но сидеть в нашем СИЗО. Или же назначить ему приличный штраф. Не может выплатить – пусть едет пилить лес. Возместил ущерб дровами – свободен. Тогда они будут знать, что за все надо нести ответственность.

Для нас очень важно иметь поддержку «на земле». Те же участковые знают, где и кто у них живет. Могут сообщить о подозрительных квартирах, а мы бы проверили. В Восточном округе, где нам активно помогали, за три недели было ликвидировано двадцать переговорных пунктов. Ущерб по одному телефонному узлу снизился с 270 до 60 тысяч рублей».

Рядовому абоненту мы можем посоветовать следующее: подайте заявление в МГТС, в суд и в местное отделение милиции. Сотрудники милиции будут проводить расследование и сами пригласят специалистов из управления МВД. И не платите по счетам в опасении, что МГТС отключит ваш телефон. Для этого надо иметь решение суда. Если мы все откажемся платить, телефонщики увидят реальную картину и, может быть, тогда будут заинтересованы в ликвидации «пиратских» переговорных пунктов.


Авторы:  Андрей СУХОМЛИНОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку