Телефонное право садиста

Автор: Лариса КИСЛИНСКАЯ
01.08.2000

 
Елена СВЕТЛОВА,
обозреватель «Совершенно секретно»

От их диких забав страдают тысячи людей, тем не менее ответственность за этот террор не предусмотрена ни в одном уголовном кодексе.

Звонок всегда раздавался в дневные часы, когда дома лишь пенсионеры, домохозяйки и дети. Впрочем, «доктора Х.», как он обычно представлялся по телефону, старики не интересовали. Его жертвами были женщины и дети. Преступник никогда не звонил из дома, пользовался только автоматами и наугад набирал номера до тех пор, пока не нарывался на подходящий голос.

«Я работаю на телевидении. – С детьми начало всегда было одинаковым. – Мы проводим очень интересное тестирование. Ты обязательно должен участвовать. Если выиграешь, получишь необыкновенный приз. Отказаться ты не можешь, потому что твоим родителям придется заплатить большой штраф».

Игры были дьявольскими, пяти детям они чуть не стоили жизни. Тринадцатилетнего Марка садист заставлял положить в миску с водой включенную в сеть папину электробритву, а затем... опустить туда свой половой член. Опыт, к счастью, не удался, потому что сгорел предохранитель.

Брат и сестра К. были дома одни, когда позвонил «доктор Х.». Опять были байки про телевидение и тесты. На этот раз преступник требовал, чтобы девятилетний мальчик привязал к дверной ручке веревку и перебросил ее через косяк. Шестилетняя сестра должна была встать на стул и продеть голову в петлю. «Теперь убери стул! – командовал садист. – Твоя сестра очень больна, если ты не выполнишь мой приказ, она умрет». Слава Богу, веревка оборвалась.

Но «доктор Х.» не успокоился. Его голос становился все более нетерпеливым. «Включи кран, набери полную ванну, – инструктировал он мальчика, – заставь сестру нырнуть и держи ее голову под водой!» Но маленькая девочка оборонялась изо всех сил. А преступник не унимался. «Сбрось ее с этажа!» – шипел он в трубку. Напуганный мальчик отказался продолжать страшные опыты.

Всякий раз лишь случайность спасала маленьких жертв от неминуемой смерти. Маньяк неоднократно пытался забавляться по телефону с женщинами, нашептывая непристойности и угрозы. Берлинский жилой массив Марцан, в котором живут тысячи людей, трепетал в страхе перед телефонным террористом. Родители умоляли детей не вступать в разговоры с незнакомым мужчиной, женщины в ужасе вешали трубку, услышав голос призрака.

Почти два года он творил свою вакханалию. Наконец, к розыску преступника подключилась «штази» – госбезопасность ГДР. Были поставлены на прослушивание практически все телефоны Марцана. И однажды садист попал в расставленные сети. Суд приговорил его к тринадцати годам лишения свободы, поскольку государственному обвинителю удалось доказать факты покушения на убийство. Сегодня «доктор Х.» опять на свободе. Вернется ли он к своему опасному «хобби»?

Этот случай скорее исключение, чем правило. Потому что такие преступления, как правило, не раскрываются. Они происходят без свидетелей, и следствие не имеет никаких доказательств. Поэтому ответственность за телефонный террор не предусмотрена ни в одном уголовном кодексе. Тем не менее от диких забав телефонных террористов страдают тысячи людей.

Случай «доктора Х.» лег в основу сюжета немецкого телефильма из серии «Телефон полиции 110». Журнал «Штерн» позже сообщал, что кино невольно спровоцировало несколько похожих преступлений. У «доктора Х.» нашлись последователи. Некто звонил детям, заставляя их в точности повторить сцену из фильма: погрузить в ведро с водой оголенный провод под напряжением, а затем опустить туда руку.

Не успело телевидение ФРГ вечером показать триллер «Умри для меня», где психопатка по телефону терроризирует женщину-адвоката, заставляя ее покончить с собой ради «спасения» дочери, как той же ночью начали раздаваться аналогичные звонки. Некто напугал пожилую женщину, что он насильно удерживает у себя ее дочь с внуком, в трубке пробивался голос: «Мама, спаси нас!» А «спасти» можно было, лишь устроив пожар. Несчастная не подчинилась требованию остаться в пылающем доме и выбежала на балкон. Ей успели помочь.

Другая жертва получила ожоги, когда подожгла на себе одежду. К этому поступку вынудил ее по телефону неизвестный садист. Но одна пенсионерка, которую телефонный террорист мучил часами и заставил-таки запалить синтетические гардины, задохнулась в дыму.

Диапазон террористов велик. Скучающие подростки обожают телефонные розыгрыши. Многие любимые шутки уже с «бородой». Например: «Алле, это с телефонной станции звонят. Измерьте ваш телефонный провод. Двадцать метров? Сложите его вчетверо! А теперь засуньте себе в задницу!» Или: «Привет! Это публичный дом? Пришлите девочку!»

Компания подростков, изнывая от скуки, придумала занятие: до поздней ночи названивали жильцам своего района, бодрым голосом предлагая дешевое место на кладбище.

Ученик шестого класса, развлекаясь по-своему, позвонил бабушке одноклассника: «Ваш внук сегодня попал под машину». Старушка так и бухнулась у телефона. Диагноз: обширный инфаркт.

Забавы взрослых еще страшнее. Родственники пропавших без вести людей, чьи фотографии и приметы показывали по телевизору или печатали в газетах, почти всегда страдают от звонков садистов, готовых сообщить жуткие, но не существующие подробности.

Они любят представляться врачами, чтобы выпытывать достаточно интимные подробности. Могут называть себя кинорежиссерами или сотрудниками спецслужб. Иногда прикидываются социологами, правда, задают вопросы исключительно сексуального характера.

Круг жертв разнообразием не отличается. Это женщины, дети и знаменитости. Причем телефонные домогательства становятся порой столь невыносимыми, что люди вынуждены менять свой номер телефона. Услуга не слишком дорогая (140 рублей), однако сопряженная с массой неудобств. Тем не менее на московские телефонные узлы поступают сотни заявлений от абонентов с просьбой изменить телефонный номер. Конечно, были и чисто житейские объяснения, когда человек, например, при переезде на новую квартиру хотел сохранить свой старый номер, но большинство москвичей мотивировали просьбу желанием оградить себя от телефонного хулиганства.

На Филевский телефонный узел в прошлом году с такими заявлениями обратились 723 человека, на Миусский – 585, на Останкинский – 765, на Севастопольский – 1325. В этом году страждущих еще больше. Все рекорды побил Останкинский телефонный узел: в первом квартале с просьбой изменить номер обратились 865 абонентов – больше, чем за весь прошлый год. Может быть, это обстоятельство в какой-то мере связано с тем, что в районе телебашни проживает немало звезд экрана, столь любимых телефонными террористами?

– Этот человек преследовал меня целый год, – рассказывает известная телеведущая Юлия Меньшова. – Он звонил почти ежедневно. Иногда что-то говорил, но чаще молчал и бросал трубку. Ты слушаешь это молчание и чувствуешь, как у тебя все вскипает внутри, потому что из тебя словно тянут все соки. Ты ощущаешь связанность невидимой нитью с человеком на том конце телефонного провода. Это дикое психологическое давление.

...Он становился все более назойливым и даже агрессивным. «Я что, хуже этих денежных мешков!» – возмущался, когда слышал, что с ним не хотят иметь дело. Телезвезда всячески пыталась разрушить свой образ, который, видимо, сформировался в больном мозгу преследователя, и однажды даже ругалась матом, выжимая из себя эти слова. Не помогло. Обращалась в милицию с просьбой установить автора назойливых звонков, но ее отсылали на телефонный узел и говорили, что даже если «поклонник» будет найден, все равно эту информацию потерпевшей не предоставят.

Советовали не вешать трубку во время разговора, но при этом надо было успеть сбегать к соседям и позвонить на станцию с их телефона.

– А ситуация стремительно менялась, – говорит Юлия Меньшова. – Вскоре этот человек начал меня преследовать. Каждое утро он стоял у моего подъезда, но близко не подходил, а прятался при этом так, чтобы я его видела. Или с улыбкой заходил за колонну. Мне казалось, что психически он не вполне адекватен. Это тихое преследование выводило меня из состояния равновесия. Когда я встречалась со своим будущим мужем, незнакомец ходил за нами хвостом. Мой муж жил тогда в общежитии, в комнате на первом этаже. И однажды я почувствовала, как кто-то смотрит в темное окно. Потом раздался стук. Я поняла, что это мой преследователь. Страшно вспомнить.

Мы пытались с ним как-то поговорить – бесполезно. Правда, я поняла, что он боится милиции. Когда я ходила в паспортный стол, чтобы вклеить новую фотографию, мой преследователь в волнении спросил: «Вы подавали на меня заявление?» «Да, – ответила я, – но я его заберу, если вы исчезнете из моей жизни». Но это счастливое избавление произошло благодаря тому обстоятельству, что мы с мужем сняли квартиру в другом районе. Аноним просто потерял мой след...

– Сегодня мы не можем определить, кто вам звонит, – говорит Александр Жилин, начальник службы безопасности Московской городской телефонной сети (МГТС), – это можно было сделать раньше, несколько лет тому назад, когда использовались другие телефонные станции: машинные, шаговые, координатные, и на каждой круглые сутки дежурил специалист, который и мог установить соединение. В современной электронной станции цепочку проследить невозможно. А к прослушиванию телефонных переговоров МГТС никогда отношения не имела, это всегда было прерогативой спецслужб.

Правда, недавно обезвредили юного злоумышленника, не дававшего многим москвичам спокойно спать. Звонки раздавались глубокой ночью. В телефонной трубке играла музыка. С помощью автоматического определителя номеров (АОН) «диск-жокея» быстро обнаружили. Подросток придумал себе игру: заводил в компьютер произвольные номера телефонов, включал музыку и ложился спать. А компьютер между тем выполнял программу.

В принципе простейший АОН успешно справляется со своей задачей. Но звонок с таксофона может «поймать» только милиция. Практически неуловим сигнал с телефона, обслуживаемого ведомственной сетью. К тому же давно разработан анти-АОН, эта игрушка тоже позволяет звонившему остаться инкогнито.

Раньше любой абонент мог узнать частный номер телефона в справочной службе «09». Для этого достаточно было назвать фамилию абонента и его адрес. Сегодня этой услуги нет, потому что действует указ президента о конфиденциальной информации, согласно которому персональные данные являются информацией ограниченного доступа. Впрочем, любой человек за небольшую плату мог закрыть свой номер. А пресловутая база данных, которую можно купить на компьютерном рынке, постепенно теряет свою актуальность, поскольку сведения устаревают. Все сведения, помещенные на диске, пятилетней давности.

...Голос в трубке был мягким и вежливым, в нем звучали нотки сочувствия: «Добрый вечер, извините, что пришлось вас потревожить. Я насчет вашего мужа». «Что с ним?» – затрепетала Анна Г., готовясь услышать самое страшное. «Он попал в аварию. Все очень серьезно. Вы должны срочно подъехать к пятьдесят седьмому километру МКАД. Только никого с собой не берите».

Накинув куртку, Анна бросилась ловить такси, чтобы мчаться на помощь мужу... За эти минуты она успела пережить слишком многое. В мозгу прокручивались страшные картины: он сбил человека, стукнул дорогую иномарку, не справился с управлением. Анна не подумала только об одном: страшный звонок был чьей-то злой забавой.

Надо ли говорить, что ни супруга, ни следов аварии она не обнаружила. Дорога жила своей обычной жизнью. Достаточно было взгляда, чтобы понять, что на этом отрезке асфальта никаких столкновений не происходило. Но Анна успокоилась лишь тогда, когда вернулась домой и увидела у подъезда машину мужа.

До сих пор женщину не покидает ощущение, будто за ней наблюдали чьи-то глаза. «Меня жестоко разыграли, – клянет себя она. – Ведь этот человек никогда не видел моего мужа. Достаточно было спросить у него приметы. И вряд ли подобные вещи сообщают по телефону».

Невидимые хулиганы в жизни часто закомплексованные, робкие, неуверенные в себе люди, способные наслаждаться своей властью над другими лишь в обличье человека-невидимки. Они ведут себя как интеллигенты и умеют манипулировать другими.

Согласно данным, полученным американскими учеными в результате опроса серийных насильников, почти сорок процентов начинали с непристойных телефонных звонков. Некоторые убийцы-маньяки тоже бродили в дебрях телефонной сети в поисках подходящей жертвы.

В одном российском городке появился очередной серийный убийца. На счету маньяка уже десять жертв. Наверное, он мнит себя чистильщиком, потому что нападает только на проституток. С некоторых пор садист начал звонить подругам своих жертв. Звонки раздаются сразу после убийства, когда тело еще не найдено. «Возьми, возьми», – дышит в трубку незнакомый мужской голос.

...Сотрудники психиатрических диспансеров не слишком удивляются, когда слышат по телефону всякие непристойности. Часто звонят постоянные абоненты, которых узнают по голосу. В регистратуре реагируют по-разному: могут с визгом бросить трубку, могут и матом послать.

– Большинство людей фантазируют в зрительных образах, – рассказывает известный психиатр Георгий Введенский, – но не случайно существует выражение «женщина любит ушами». Для многих эротические символы имеют яркий звуковой характер, воспринимаются именно органом слуха. Особенно характерно это явление для шизофреников. Такие больные слышат «голоса», у них бывают звуковые фантазии. Например, один педофил представлял себе задорный детский смех, это его возбуждало, а все остальное было как бы дополнением. Некоторые садисты получают удовольствие от расчленения трупа, а некоторые – от стонов и криков. Многие серийные преступники не случайно душат жертву сзади, чтобы не видеть лица. Пристальный взгляд для них непереносим. Они опираются на слух.

Далеко не все люди умеют и любят общаться по телефону. Кому-то необходимо видеть глаза собеседника, его реакцию. А кому-то интонации собеседника заменяют все. Это как секс по телефону, далеко не каждый способен получить удовольствие, лаская женщину-невидимку.

– У меня был больной, – продолжает доктор Введенский, – который хорошо этим умением пользовался. Он звонил девушкам наугад и, когда чувствовал молодой голос, начинал «компостировать» мозги, то есть завлекал разговорами о том, что он одинокий, хочет познакомиться. Как ни странно, этот метод часто срабатывал. Очередная девушка назначала ему свидание, только мой пациент не приходил. Ему не нужен был живой контакт. Обычно он подглядывал из-за угла за девушкой, которая нервничала в бесплодном ожидании, а затем звонил и издевался: «Я тебя видел». Потом начинал запугивать: «Знаешь, почему я не пришел? Боялся, что изнасилую тебя и убью». Для таких людей телефон – оптимальный канал «общения». Можно безнаказанно и оскорбить человека, и получить сексуальное удовольствие.

Казалось бы, зачем покорно выслушивать всякий бред? Не лучше ли бросить трубку и отключить телефон? Жертвы незримых садистов нередко признаются в том, что чувствовали себя словно под гипнозом. «Я просто не могла положить трубку», – признавалась одна пострадавшая. Есть разные методики введения в гипноз, в том числе так называемое «забалтывание». Известно, что у некоторых несчастных формируется психическая зависимость от этих звонков. Даже ожидание очередной телефонной пытки держит их нервную систему в жесточайшем напряжении. А сам разговор по телефону становится таким сильным эмоциональным контактом, что оторваться невозможно.

Самый простой вариант ответа на сексуальные притязания по телефону – повесить трубку. Примерно треть хулиганов в таком случае больше не звонит. Эта публика не любит фраз типа: «У тебя проблемы с женщинами? По-моему, ты импотент».

Они практически никогда не оставляют сообщений на автоответчике, поскольку предпочитают исключительно прямой контакт с жертвой. Молчание, как правило, выводит их из колеи. Они ведь рассчитывают совсем на другую реакцию. Правда, при этом надо помнить, что чувствительность анонима настолько обострена, что он способен уловить малейшие изменения ритма дыхания. Поэтому молча дышать в трубку – значит поддерживать контакт.

Общение с телефонным террористом не всегда проходит бесследно для психики жертвы. Неврозы, гипертонические кризы, нервные срывы – цена забавы. Ночной звонок, зловещее молчание, короткие гудки – вроде бы ничего не случилось, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Воображение уже рисует дьявольскими красками портрет неизвестного садиста, который затаился во тьме лестничного пролета. А он прижимает к уху телефонную трубку и упивается своей властью. Даже люди с крепкими нервами долго не могут забыть ощущения от невидимого контакта.

Редакция благодарит пресс-службу ОАО «Московская городская телефонная сеть» за помощь в подготовке материала.


Авторы:  Лариса КИСЛИНСКАЯ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку