НОВОСТИ
Главный судмедэксперт Оренбургской области задержан за незаконный бизнес
sovsekretnoru

Тайное хобби Пушкина

Автор: Лариса КИСЛИНСКАЯ
01.02.1999

 

 
Лев ВЯТКИН
 

 

 

 

 

Любое новое сведение о жизни и творчестве гения русской литературы бесценно для нас, и с каждым годом все труднее найти даже просто новый автограф поэта, не говоря о каких-то крупных открытиях. Но все же…

 

Известно, что первым напечатанным стихотворением Пушкина было послание «К другу стихотворцу» – журнал «Вестник Европы», № 13 за 1814 год.

А когда была напечатана его первая проза?..

Я отлично понимал, что стоит поискать там, куда менее всего заглядывали пушкинисты. Такое место – Коллегия иностранных дел, где после окончания лицея в 1817 году «справлял службу» коллежский секретарь Александр Пушкин. Там он писал прозой, жалованье получал 700 рублей, а проживал у родных на Фонтанке, у Калинкина моста, в доме Клокачева.

Почему-то никто из исследователей творчества Пушкина не проявил интереса к характеру поручений и дел, которые ему пришлось вести по делам службы в Коллегии. А некоторые даже считали, что молодой поэт был плохим чиновником, посещал свое «казенное ведомство крайне неохотно и нерегулярно» и вообще всегда отлынивал от работы… Однако есть серьезные основания считать, что трудами Александра Пушкина начальство было довольно!

Я давно взял за правило при исторических или литературоведческих «розысках» работать только с первоисточниками, по возможности не прибегая к компиляции. Поэтому в надежде ухватить ценную подсказку начал с того, что в Отделе рукописей и редкой книги Российской государственной библиотеки стал внимательно просматривать журналы за 1820 – 1826 годы, где печатался молодой Пушкин: «Вестник Европы», «Сын Отечества», «Северный наблюдатель», «Невский зритель»…

Мне, хоть и не сразу, повезло… В разделе «Смесь» вижу странный для сугубо литературного журнала заголовок «Примечание на литье артиллерийских орудий». И подпись автора – А.Пушкин!

В своей «диссертации» он объясняет, какое влияние на крепость орудийных стволов оказывает значение таких параметров, как тягучесть (вязкость) металла, хрупкость, удельный вес, ссылаясь при этом на сочинения французского математика и инженера Монжа, реорганизатора прусской армии, участника разгрома Наполеона Шарнхорста и французского инженера Ламартильера.

Любопытно, что Пушкин, отлично понимая сам физический процесс литья, рекомендует делать опоки с большим количеством мелких дырочек для отвода газов при отливании стволов, что применяется и ныне на оружейных заводах; предварительно нагревать форму (и это сейчас делается), что повышает качество литья, и наконец, для равномерного остывания стволов после отливки – особенно зимой – советует засыпать их песком.

Я невольно обратил внимание на перечень лиц, подписавшихся на журнал «Невский зритель» в различных городах Российской империи. Список начинается с брата императора Александра I великого князя Михаила Павловича, который совместно с Аракчеевым в 1820 году начал реорганизацию артиллерийского образования в России. По его предложению в Санкт-Петербурге в 1821 году были открыты офицерское Артиллерийское училище и Артиллерийская техническая школа, существующие и поныне. Училище помещалось в здании Артиллерийского департамента в Выборгской стороне, а техническая школа, рассчитанная на 25 человек, – при Петербургском арсенале, где по делам службы Пушкин бывал не раз.

Подписной лист «Невского зрителя» называет и других подписчиков: Вторую артиллерийскую бригаду лейб-гвардии, Адмиралтейский департамент, Гвардейский штаб. Перечислены: граф М.С. Воронцов (в его канцелярии в Одессе продолжит службу Пушкин), князь генерал П.Г.Гагарин, П.П.Щербатов, М.М.Олсуфьев, А.А.Закревский, Н.М.Карамзин, Н.И.Греч и другие фамилии, хорошо известные.

В Москве молодого Пушкина читали Н.Н.Сандунов, Л.А.Цветаев… Затем перечислены города: Воронеж, Астрахань, Вязьма, Вятка – всего тридцать пять!..

Я продолжил исследование, как полагал, давно изученных вдоль и поперек старых журналов, ибо наивно думать, что до меня никто из пушкинистов не прочел «диссертацию» поэта, но почему-то не придал ей значения. И опять удача!

В V и VI книжках «Невского зрителя» еще тридцать страниц – «Краткие исторические известия об артиллерии», – подписанных «А.Пушкин»

 

Экслибрис библиотеки Генерального штаба, где сохранилась книга Пушкина

Статье предшествует эпиграф на французском языке: «Совершенство наук – есть достояние будущих поколений», после чего Пушкин, я бы сказал, просто и элегантно приступает к изложению краткой истории артиллерии.

 

«Изобретение пороха должно почесться одним из важнейших происшествий в истории государств; ибо никакое открытие не заслуживает столь великого внимания, сколь артиллерия: послужив преградою варварам в опустошении земель, она имела влияние на самый дух народов, преобразовала военное искусство, сделала войны не столь продолжительными – следственно и гибельными, и в скором времени решая битвы и судьбу престолов, предоставляет европейцам все преимущество перед прочими народами…»

Уже с первых страниц поражает начитанность и эрудиция недавнего лицеиста, он подкрепляет свои соображения ссылками на первоисточник или на исторические документы, откуда почерпнул те или иные сведения.

Пистолет появился, как считает Пушкин, в 1364 году в Италии, в городе Перуджии, а в Германии ввели в употребление фитиль. После чего это «малая артиллерия» подала мысль к изобретению бомбард, «кои в 1420 году были сделаны для осаждения и защищения городов». Пистолетный замок был изобретен в Нюренберге в 1517 году, а пальбу из «органных батарей» (связки стволов) открыли в 1500 году…

Шаг за шагом прослеживает поэт, как шло совершенствование артиллерии в разных странах. При Людовике XI в 1470 году стали отливать орудия из меди. При герцоге Альба в Испании появилась артиллерия на конной тяге, мушкеты в пехоте и короткоствольные карабины в коннице. «Каменобросцы-мортиры» были изобретены только через двести лет после изобретения пушек…

У русских, считает Пушкин, артиллерия появилась с 1382 года. При осаде Москвы татарами из Кремля в осаждающих бросали камни чугунные «махины». Попутно Александр Сергеевич приводит факт, найденный им в архивных документах, что при сыне Дмитрия Донского Василии в Москве от пороха сгорело несколько домов-мастерских, где он изготовлялся. Уже тогда в России огнестрельное оружие разделялось на «пищали», «тюфяки» и «пушки». В 1428 году при осаде города Порхова Витовтом Литовским под стены на четырех лошадях было привезено огромное орудие, отлитое немецким мастером Николаем, которое первым же выстрелом обрушило стену церкви св. Николая, а при втором выстреле взорвалось со страшным грохотом, убив и мастера, и прислугу…

«Единороги» (гаубицы) впервые были применены графом Шуваловым и назывались «шуваловками» или «секретными». Это новоизобретенное оружие приказано было хранить в строжайшей тайне и для прислуги подбирать особо надежных людей, «которые под присягаю обязаны были ничего не объявлять о них…»

Не ограничиваясь только историческими сведениями, Пушкин приводит результаты собственных исследований.

«В С.Петербургском Арсенале, – пишет он, – хранятся два достопамятных орудия для всех любителей отечественных древностей: отлитые в царствование царя Иоанна Васильевича: дробовик, род мортиры весом 10 пуд 23 фунта, имеющий котел наподобие параллелепипеда, а камору наподобие четырехсторонней усеченной пирамиды; и гаубица весом 6 пуд 30 фунтов. Достойно замечания, что в 1545 году царь Иоанн Васильевич Грозный учредил Стрелецкое воинство и при праотце его был вызван из Болоньи знаменитый литейщик Аристотель, который лил пушки, колокола и был также известный архитектор, а после сего в 1607 году царь Иоанн Васильевич Шуйский старался усовершенствовать воинские постановления в России, и по его повелению начали переводить с немецкого и латинского языков на русский Устав ратных пушечных и других дел, касающихся до воинской науки… Царь Алексей Михайлович, умножив Стрелецкое войско и желая усовершенствовать свои полки по европейскому образцу, принимал на службу охотников, коих называл солдатами, и поручал их устроение иностранным офицерам, вызванным в Россию для улучшения военного искусства…

Касательно же артиллерии, примечательно следующее древнее орудие, в конце XVII и в начале XVIII столетий вылитые в России:

Троил, на конце на казенной части изображен Троянский Царь, вылита 1685 г. мастером Яковом Дубня (калибр 45 ф., длина 2 сажени 15 вершков, вес 402 пуда).

Новой перс, вылита Мартыном Осиповым 1686 года (калибр 43 ф., длина 2 сажени, 1 аршин, 2 вершка).

Гамаюн, вылита Мартыном Осиповым 1690 года.; вес ядра написан 6 гривенок, то есть 3 фунта (калибр 6 футов, длина 2 сажени, 6 вершков, вес 102 пуда).

Орел, с изображением на дульной части двуглавого орла, вылита 1693 года Мартыном Осиповым (калибр 45 ф., длина 1 сажень, 2 аршина, 1 вершок, вес 220 пудов).

Пушка, вылитая в Глухове в честь гетмана Мазепы 1697 года (калибр 2 ф., вес 19 пудов). Пушка «Лев» 1706 года, по повелению гетмана Мазепы вылита в Глухове мастером Карпом Балашевичем (калибр 12 ф., длина 1 сажень, 2 аршина, 5 вершков, вес 118 пудов). Пушка с изображением двуглавого орла на дульной части, вылита в Казани в 1713 году (калибр 26 ф., длина 2 сажени, 1 вершок). Пушка, вылитая 1717 года (калибр 26 ф., длина 1 сажень, 1 аршин, 1 вершок)…»

 

Пушка, отлитая в Глухове мастером Балашевичем. 1697 год

Сравнительные данные, приведенные Пушкиным с учетом хронологии, не только интересны, они опубликованы впервые и предвосхищают монографии академиков и докторов военных и технических наук последующих поколений.

 

Конечно, у меня возникал вопрос: что, если написал все это другой Пушкин, однофамилец поэта? Сомнения рассеяли выходные данные, как в журнале, так и в самой книге. Оказывается, «диссертация», вторая статья и книга печатались по рукописи, заимствованной из XXIV части «Трудов» «Вольного Общества Любителей Российской Словесности», а сам автор, как указано на титульном листе книги, является «действительным членом» этого Общества. Других пишущих однофамильцев, за исключением дяди поэта, да еще с именем Александр, мне обнаружить не удалось.

Важным доказательством авторства поэта является сама лексика, характерные обороты и построение предложений, то есть стиль. А стиль, как известно, – это человек.

Еще одно доказательство – переработка тридцати страниц второй статьи в «Невском зрителе» после новых дополнений в 136 страниц книги, ставшей первой книгой прозы поэта. При этом прослеживаются интересные особенности работы Пушкина над текстом: обладая феноменальной памятью, он многие «конспективные» абзацы легко развивал и превращал в целые страницы книги!

Вот как писал об удивительном устройстве ума поэта Гоголь: «…нарезавши из бумаги ярлыков, писал на каждом заглавия, о чем когда– либо ему хотелось припомнить. На одном писал: русская изба, на другом: Державин… Все эти ярлыки складывал он в вазу, которая стояла на его рабочем столе; и потом, когда случалось ему свободное время, он вынимал наудачу первый билет; при имени на нем написанном он вспоминал вдруг все, что у него соединялось в памяти с этим именем, и записывал о нем туда же, на том же билете все, что знал. Из этого составлялись те статьи… которые интересны именно тем, что всякая мысль его там осталась живьем, как вышла из головы».

Возникает еще и такой вопрос: что заставило поэта взяться за написание «диссертации» о литье орудий, а затем и труда по военной истории? Хорошо известно из признаний самого Пушкина, а также из подробных его биографий, что после лицея он намеревался стать офицером русской армии, недавней победительницы Наполеона. Благодаря «диссертации» мы даже можем уточнить: артиллерийским офицером. Это было бы продолжением семейной традиции, ведь дед поэта – Лев Александрович Пушкин – был артиллерийским подполковником. Во время дворцового переворота 1762 года он отказался присягать Екатерине II, за что провел в крепости целых два года.

Офицером Пушкин не стал. Он ухитрился изрядно себя скомпрометировать крамольными стихами и эпиграммами на сильных мира сего.

События, крайне неблагоприятные для поэта, развивались стремительно: в середине апреля 1820 года разозленный эпиграммами граф Ф.И.Толстой – «американец» после разговора Пушкина с генерал-губернатором Петербурга Милорадовичем пустил слух, что «мальчишка Пушкин» в полиции был высечен, а 5 мая император Александр утвердил письмо графа И.А.Каподистрия, уже подписанное графом К.В.Нессельроде, о прикомандировании Пушкина к канцелярии генерала Инзова «сверх штата», как чиновника, с предписанием покинуть столицу незамедлительно, что поэт и исполнил уже на второй день!

В Военном отделе Российской государственной библиотеки в Москве мне удалось обнаружить не упоминавшуюся в солидных трудах о Пушкине и не переизданную книгу в 136 страниц под названием «Краткие известия об образовании в Европе войск и об успехах огнестрельного искусства», отпечатанную в 1824 году в типографии императорского воспитательного дома в С.-Петербурге.

Судя по всему, книга была издана при поддержке друзей поэта и сохранилась благодаря военным, ибо оказалась в библиотеке Генерального штаба (где служил приятель Пушкина Яков Толстой, член «Зеленой лампы»)

Описав особенности в устройстве различных европейских армий, Пушкин приступает к описанию Московского войска XV века, его строения, вооружения «махины», «самострелы», «пищали», «тюфяки», «пушки», «дробовики», «фузеи», «самопалы» и прочее). Дает описание полков «кормового войска», запасных и караульных полков.

«В XV и XVI столетиях ратное искусство в России вообще далеко было от того состояния, до которого оно достигло в других государствах.

Российское войско в сие время сходствовало с образованием земского ополчения. Иоанн Первый начал давать земли и поместья боярским детям, обязанным служить на войне и выставлять несколько холопей или наемников конных и пеших с оружием. Он принимал в службу литовских и немецких пленников, волею и неволею; и сии иноземцы жили за Москвою-рекою. По первому призванию дворяне с войском выступали в поле; воины получали жалованье из казны и назывались Кормовым войском…

Из разрядных книг мы узнаем внутреннее состояние войска, которое разделялось на отделения и дружины, тысячи, сотни и десятки. Большой полк составлял главную силу или центр армии; передовой полк соответствовал авангарду; сторожевый или запасный полк – резерфу; правой и левой руки служили крылами или флангами; а караульный полк состоял из летучих отдельных отрядов или партизанов.

По окончании войны войска распускались; только стрельцы и земские войска оставались постоянно для содержания караулов и получали за то жалованье».

 

Автор у пушки «Лев», отлитой в 1706 году

И затем переходит к истории происхождения казачества: Сибирских, Яицких, Терских, Волжских, Черноморских, Оренбургских, Чугуевских и Бугских. Описывает казачьи станицы-республики, способ их управления, вече, суд и казнь на кругах, сообщает данные последней переписи и численности коренных казаков, поражая обилием всевозможных сведений о них.

 

Рассказывает Пушкин и об известном мастере оружейном Андрее Чохове: «В Федорово время имели мы славного мастера Андрея Чохова, коего имя видим на древних пушках Кремлевских: на дробовике весом 2400 пуд; троиле и аспиде…»

Но Пушкин не был бы Пушкиным, если бы не вписал в свою Историю несколько литературных страниц!

«Для важного ратного предприятия выезжают на службу все поместные дети боярские со своими холопями и людьми даточными (из отчин боярских и церковных), более крестьянами, нежели воинами, хотя и красиво одетыми (в чистые узкие кафтаны с длинным отложным воротником). Невозможно определить их числа, умножаемого в случае нужды людьми купеческими, также наемниками и слугами государя московского, ногаями, черкесами, древними подданными казанского царства.

Сборные областные дружины называются именами городов своих: Смоленскою, Новгородскою и пр.; в каждой бывает от 300 до 1200 ратников. Многие вооружены худо; только пехота имеет пищали: но огнестрельный снаряд не уступает лучшему в Европе. Доспехи и конские приборы воевод, чиновников, дворян блистают светлостью булата и каменьями драгоценными; на знаменах, освящаемых патриархом, изображается св.Георгий.

В битвах удары конницы бывают при звуке огромных набатов (или барабанов), сурн и бубнов; всадники пускают тучу стрел, извлекают мечи, машут ими вокруг головы и стремятся вперед густыми толпами. Пехота, действуя в степи против крымцев, обыкновенно защищает себя гуляем или подвижным складным городком, возимым на телегах, то есть ставят два ряда досок на пространстве двух или трех верст в длину и стреляются из сего укрепления сквозь отверстия в обоих стенах.

Ожидая хана, воеводы высылают казаков в степи, где изредка растут высокие дубы: там под каждым деревом видите двух оседланных лошадей; один из всадников держит их за узду, а товарищ его сидит на вершине дуба и смотрит во все стороны; видев пыль, слезает немедленно, садится на лошадь, скачет к другому дубу, крича издали, и показывает рукой, где видел пыль; страж сего дерева велит своему товарищу также скакать к третьему дереву с вестью, которая в несколько часов доходит до ближайшего города или до передового воеводы».

После этой красочной картины Пушкин приводит оценку тактики русских в XV – XVI веках, данную иноземными наблюдателями:

«Чего со временем нельзя ожидать от войска бессметного, которое, не боясь ни холода, ни голода, и ничего, кроме гнева царского, с толокном и сухарями, без обоза и крова, с неодолимым терпением скитается в пустынях севера, в коем за славнейшее дело дается только маленькая золотая деньга с изображением св. Георгия, носимая счастливым витязем на рукаве или шапке?»

И заканчивает книгу вот таким замечанием:

«Скорость движения войск огромными массами, превосходно вооруженными и устроенными, при многочисленной и быстро движущейся артиллерии, не раздробленной на части, но сильными батареями, метко поражающими, как примером нам служит Маренго, Иена и знаменитые сражения россиян на берегах Дуная, Эльбы, Рейна, отделила прежнюю систему от новейшей и наполнила народные летописи достойными удивления событиями».

ЭПИЛОГ

Свою находку – 206 страниц неизвестного Пушкина – я показал библиографам Российской государственной библиотеки и попросил их дать оценку. Оказалось, что эта первая проза нашего поэта совершенно забыта и никем не исследовалась. Выпала она и из поля зрения академика С.М.Бонди, готовившего академическое полное издание сочинений Пушкина в 1937 году.

 


Авторы:  Лариса КИСЛИНСКАЯ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку