Суд поставил точку в "Деле о башне"

Суд поставил точку в "Деле о башне"
Автор: Сергей ИВАНОВ
01.07.2019

25 августа 2017 года на сайте «Совершенно секретно», а 27 августа того же года – в газете «Совершенно секретно» была опубликована статья под названием «Меркурий – башня раздора» (№ 9 (398), сентябрь 2017 г.), в которой описывались события, происходившие вокруг строительства одного из небоскребов «Москва-Сити» – «Меркурий Сити тауэр». В ней свои заявления и взгляды на ряд сопутствовавших этому процессу проблем выразил один из бывших топ-менеджеров группы компаний «Меркурий» Сергей Хетагуров. 18 декабря 2017 года на сайте, а затем и в декабрьском номере газеты «Совершенно секретно» была опубликована статья президента группы компаний «Меркурий» Игоря Кесаева «Правда о «золотой башне» (№ 12 (401), декабрь 2017 г.), в которой было изложено его мнение в отношении упомянутых проблем. Время подтвердило его компетентность и правоту, а утверждения Сергея Хетагурова о «совершенном И. Кесаевым грабеже», о «необходимости тщательного расследования» и «признания ничтожной» сделки И. Кесаева и Б. Басати в отношении части акций небоскреба «Меркурий» оказались не только голословными, но и были признаны Судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда «не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию Кесаева И. А.». Также суд обязал наше издание опубликовать опровержение указанных сведений.

Решение вступило в силу и подлежит исполнению. Это окончательный итог судебного разбирательства, но давайте обо всем по порядку…  

СМЕРТЬ АКЦИОНЕРА

В свое время одним из акционеров «Меркурия» был Вячеслав Басати, занимавший пост генерального директора ЗАО «Меркурий Девелопмент». Этого человека связывал с Игорем Кесаевым не только бизнес, но и длительная дружба. «Главным моим партнером в начале строительства небоскреба «Меркурий Сити тауэр», – писал в нашей газете Игорь Кесаев, – был Вячеслав Борисович Басати, которого я всегда называл просто Славой. Он был моим другом, если не сказать больше. Люди, видевшие наши отношения со стороны, в том числе и отец Славы Борис Александрович, называли нас братьями. И это было недалеко от истины – во всяком случае, Слава пользовался моим абсолютным доверием, и я не считал нужным каким-либо образом проверять его деятельность в рамках нашего совместного бизнеса или оспаривать его решения».

Строительство «Меркурия» было самым крупным из совместных проектов Кесаева и Басати. Поначалу они владели равными долями акций, но со временем стало ясно, что и вкладывать свои деньги, и привлекать инвесторов пришлось лишь Кесаеву. Именно тогда доли были официально перераспределены. «Моя доля, – отмечал Кесаев, – составила 84%, доля Славы – 16%. На мой взгляд, это было более чем щедрое вознаграждение моему другу, который, в отличие от меня, не вкладывал в проект ни копейки своих средств, а занимался только текущим управлением… Я настолько доверял своему другу, что все переговоры с крупными строительными компаниями вел именно он».

К сожалению, Вячеслав Борисович Басати (это общеизвестный факт) страдал свойственным некоторым россиянам недугом, который часто препятствует плодотворной работе. У него, мягко говоря, были серьезные ошибки, вольные или невольные, в том числе во взаимоотношениях с подрядчиком, да и жил не всегда по средствам.

«Я пытаюсь для себя, – писал Игорь Кесаев, – найти оправдания тому, что Слава тратил значительно больше средств, чем мог себе позволить. Мне кажется, что во многом он был похож на большого ребенка, правда, и «игрушки» у него тоже были серьезные. Он мог, не согласовывая со мной, как с главным акционером, купить на общие деньги для личного пользования четыре автомобиля высшего класса, в том числе бронированные, потратив два миллиона долларов, и вообще жил, как говорится, на широкую ногу, что требовало большого количества наличных. Видимо именно с этим был связан тот факт, что он, не уведомляя меня, продал Хетагурову за наличные часть прав на получение прибыли от реализации площадей в башне. Истинное финансовое положение Славы выяснилось лишь после его трагической смерти, во многом явившейся следствием развившихся у него вредных привычек. Фактически Слава был банкротом».

Вячеслав Басати скоропостижно скончался 20 мая 2013 года на пятидесятом году жизни. После этого и вскрылись все его финансовые и иные проблемы, которые пришлось решать не 82-летнему наследнику, отцу Вячеслава – Борису Александровичу Басати, а его другу и деловому партнеру Игорю Кесаеву.

ЗА ОБВИНЕНИЕ В ГРАБЕЖЕ НУЖНО ОТВЕЧАТЬ!

Борис Александрович Басати – человек заслуженный. И это, и то, что Кесаев и его сын были близкими друзьями, заставило Игоря Альбертовича принять непростое решение: не заниматься дальнейшим внутренним расследованием финансовой деятельности Басати-младшего. Кроме того, Борис Александрович Басати лично попросил главу группы компаний «Меркурий» помочь ему решить проблему с активами и долгами сына. «Любая смерть – это трагедия, – отмечал Кесаев, – и часто люди бывают не готовы к последствиям потери близкого человека. Именно так оказался не готов к преждевременному уходу из жизни Славы Басати его отец. Когда Слава умер и выяснилось, что у него большие долги, а управлять активами его папа, 82-летний Борис Александрович Басати, не в силах, он обратился ко мне. Еще раз хочу акцентировать внимание на этом факте: ко мне обратился наследник с тем, чтобы урегулировать серьезные проблемы, которые возникли у него на том этапе».

Скорее всего Борис Александрович обратился за помощью к Кесаеву, понимая, что не сможет выплатить долги сына и распорядиться остатками активов. Кесаев выплатил $20 млн долгов, «доставшихся в наследство» Басати-старшему, а также гарантировал семейству Басати серьезное финансовое обеспечение.

«Для начала скажу, – писал Игорь Кесаев, – что Борис Александрович Басати довольно быстро стал долларовым миллионером. Для подавляющего большинства россиян это несбыточная мечта. Я выкупил у него 1,1% акций одной из наших компаний за полтора миллиона долларов. Кроме того, Борис Александрович получил, в соответствии с соглашением, которое мы с ним заключили, финансовое обеспечение на 15-летний срок, до 23 мая 2029 года. Отмечу, что в случае его смерти обеспечение будет получать его дочь, а в случае, не дай бог, ее смерти до срока истечения соглашения – ее наследники.

Читателям, возможно, интересно, какую сумму получал, получает и будет получать Борис Александрович Басати. Отвечаю: $45 тыс. в месяц в российских рублях по курсу ЦБ в качестве материального содержания и $30 тыс. в месяц на содержание и охрану недвижимого и движимого имущества, а также автотранспортных средств, принадлежащих Б. А. Басати. На сегодня это приблизительно 4 млн 445 тыс. рублей в месяц».

Взамен по официальному соглашению, подготовленному высокопрофессиональными юристами, Кесаев получил остаток акций, принадлежавших Вячеславу Басати. Фактически эти акции в тот момент ничего не стоили и могли лишь теоретически принести прибыль примерно в середине 30-х годов нынешнего века. И именно этот факт, назвав «грабежом» и потребовав «расследования», поставил Кесаеву в вину Сергей Хетагуров.

На страницах «Совершенно секретно» он утверждал: «Если бы не этот грабеж, иного слова я не подберу, то никакой проблемы бы и не возникло. Конечно, необходимо тщательное расследование, ведь для восстановления справедливости сделка с Кесаевым должна быть признана ничтожной».

Именно эти утверждения Сергея Хетагурова Апелляционным определением от 20 марта 2019 года, вынесенным Судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда признаны «не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию Кесаева И. А.», и мы в соответствии с вступившим в силу решением суда публикуем эту статью в качестве официального опровержения опубликованных нами ранее сведений.

Авторы:  Сергей ИВАНОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку