НОВОСТИ
Кремль ведет переговоры с Моргенштерном. «Это утка», — отрицает Кремль
sovsekretnoru

Степашин нашел второе дно долговой ямы России

Автор: Владимир АБАРИНОВ
01.11.2000

 
Таисия БЕЛОУСОВА
обозреватель «Совершенно секретно»

«Государственные финансы – это искусство передавать деньги из рук в руки до тех пор, пока они не исчезнут».

Роберт Сарнофф,
американский бизнесмен

Рассказывают, что один из опытнейших отечественных финансистов, увидев проект федерального бюджета на 2001 год, в ужасе схватился за голову: «Господи, что же эти ребята (спецы из команды премьера Касьянова. – Авт.) творят?!» Не знаю, что так потрясло финансового зубра, меня лично привели в шок заложенные в этот проект государственные долги...

О том, что наша страна перед иностранными кредиторами в долгах как в шелках, россиянам известно давно. Но что собой представляют эти долги, народ понимает смутно. А потому для начала – небольшая справка.

Государственный внешний долг России складывается из долга СССР и долга Российской Федерации. По данным Минфина, на 1 января 2000 года он составил $ 158,4 млрд.: из них 103,6 млрд. – заимствования СССР и 54,8 млрд. – долг России. По российским долгам мы расплачиваемся как положено. Что до внешних заимствований СССР... Россия по ним могла вообще не платить. Советского Союза не существует, а раз так, то его долги как бы не легитимны; и потом, почему карманы должны выворачивать только россияне, когда кредиты получали все пятнадцать республик? Однако в 1992 году правительство РФ, руководствуясь мало кому известными политическими соображениями, на радость бывшим союзным республикам подписало меморандум, по которому Россия брала на себя долг СССР.

Коль мы объявили этот долг своим, то рано или поздно по нему, конечно, придется расплачиваться. Но здесь есть такая тонкость. Пока долг остается в разряде советских заимствований, мы по нему расходов не несем. Висит этот долг и пусть себе висит, есть-пить он не просит. Ну, начисляются проценты, так это еще бабушка надвое сказала, заплатим мы по нему или нет. В случае же реструктуризации, то есть перевода долга из разряда советского в российский, мы обязаны погашать его в установленные сроки и выплачивать по нему проценты. России это, ясное дело, не выгодно. Но ежели кредиторы готовы значительно скостить долг, то он может быть реструктуризирован. Так, при реструктуризации долга СССР Лондонскому клубу кредиторов за счет различных соглашений его сумма, по словам премьера Касьянова, была уменьшена на $ 10 млрд.

Теперь объясним, что у нас творится с регистрацией и учетом внешних заимствований. С января 1994 года Минфин ведет Государственную книгу внешнего долга Российской Федерации. В ней подшиваются и регистрируются оригиналы кредитных соглашений, гарантии от имени России и ее правительства, а также копии международных договоров. Книга содержит еще и карточки регистрации, где указаны наименование документа, дата подписания, кредитор и заемщик, их гаранты, сведения о кредите – условия использования и погашения. С регистрацией российских долгов дела у Минфина обстоят более или менее прилично, чего не скажешь об их учете.

Цифры по российской задолженности постоянно меняются: одни долги погашаются, другие аннулируются и т.п. Однако в Государственной книге динамика эта не отражается. В Минфине внешними заимствованиями занимаются сразу три департамента, но они ведут оперативный учет лишь по долгам перед международными финансовыми организациями, по внешним облигационным займам, по кредиту японского банка и кредитам Банка России (полученным через Внешэкономбанк). До российских и советских долгов Лондонскому и Парижскому клубам, а также до коммерческой задолженности у департаментов руки не доходят. Поэтому когда Минфин хочет узнать, как там у него обстоят дела с этими долгами, он обращается за справками во Внешэкономбанк. Но банк владеет информацией только по денежным операциям, сведениями же, к примеру, о бартерных сделках он не располагает. Главным же «учетчиком» государственных долгов СССР и РФ с 1993 года является, как ни смешно, немецкая консультационная фирма Warburg Dilon Read, услуги которой, а также командировки высокопоставленных чиновников Минфина в Германию влетают России в копеечку. К слову сказать, во всех развитых странах правительства предпочитают поручать учет государственных долгов отечественным агентствам

В июне 2000 года Государственная дума, желая перед утверждением нового федерального бюджета иметь ясную картину государственных долгов, поручила правительству провести полную инвентаризацию внешних заимствований и выданных по ним гарантий и поручительств правительства РФ. Счетная палата РФ должна была оценить результаты инвентаризации и представить свой отчет в Думу до 1 октября.

Так как правительство не торопилось обрадовать ведомство Степашина результатами грандиозной работы, аудиторам пришлось несколько раз посылать запросы министру финансов – он же заместитель председателя правительства РФ – А.Л. Кудрину. В конце сентября правительство таки осчастливило Счетную палату тощей стопочкой документов: а) копией акта о результатах инвентаризации

(1 л.); б) копией таблицы «Структура государственного внешнего долга по состоянию на 1.01.2000» (1л.); в) копией таблицы «Инвентаризационная опись состояния государственного внешнего долга на 20.09.2000», последний документ в ней датирован 31 января 2000 года (32 л.); г) копией продолжения «Инвентаризационной описи...» (5 л.).

Познакомившись с документами, аудиторы не знали – смеяться им или плакать. Во-первых, представленная правительством 32-страничная «Инвентаризационная опись...» являла собой реестр Государственной книги внешнего долга, составленный в апреле–июне 2000 года... специалистами Счетной палаты в рамках тематической проверки в Минфине. Этот самый реестр Счетная палата после завершения работы подарила Минфину. А теперь аудиторы получили свои же документы как... результат инвентаризации. Попросту говоря, правительство, как последний двоечник, выдало чужую работу за свою. Во-вторых, таблица «Структура государственного долга...» не имеет расшифровки и поэтому невозможно понять, кому, сколько и за что мы конкретно должны. В-третьих, из Государственной книги внешнего долга никак нельзя получить цифры, которые правительство «нарисовало» в таблице. (Долг СССР в книге вообще не зарегистрирован, а в таблице он есть.) С какого потолка взяты цифры – непонятно. Но это были только цветочки. Ягодки пошли чуть позже.

На момент получения так называемых «результатов инвентаризации» Счетная палата по поручению Госдумы проводила экспертизу проекта федерального бюджета на 2001 год. В этом документе представлена таблица «Проект структуры внешнего долга РФ», где правительство давало суммы различных задолженностей на 1 января 2000 года. Интересно, что в таблице в соответствии с новым бюджетным кодексом, принятым Госдумой, «чохом» складываются оба долга – советский и российский. По мнению правительства, такой подсчет гарантирует прозрачность внешних заимствований. Специалисты же, которым мы показали таблицу, сказали, что это не «прозрачность», а сплошная «муть». В цифрах новой таблицы могут разобраться только ушлые финансисты, а для думцев она все равно что китайская грамота. И какие бы цифры правительство в эту таблицу ни вписало, депутаты Госдумы примут все как должное.

Специалисты оказались правы. Насколько нам известно, по цифрам описанной таблицы у депутатов Госдумы вопросов не возникло. Зато они появились у аудиторов после сравнения двух правительственных таблиц – взятой из проекта бюджета и полученной как результат «инвентаризации».

Обе таблицы составлялись одними и теми же сотрудниками Министерства финансов РФ на 1 января 2000 года, а значит, цифры в них должны быть одинаковыми. Ан нет! В таблице Счетной палаты коммерческая задолженность равна $ 6,6 млрд., а в таблице Госдумы она почему-то составляет $ 9,3 млрд. Между тем еще летом 2000 года Счетная палата провела плановую выверку государственного коммерческого долга и вышла на цифру всего лишь в $ 2 млрд. ...

Аудиторы попросили Минфин обосновать свои цифры и объяснить, почему они так разнятся. Однако тот никаких объяснений не дал и послал аудиторов к Касьянову – мол, он пять лет занимался внешним долгом, с него и спрос.

К премьеру Касьянову так просто в дверь не постучишься. А если и пробьешься на прием, то необоснованное завышение государственного долга (по сути дела, приписку) надо доказывать с документами в руках. Счетная палата принимает решение провести повторную выверку коммерческой задолженности, а затем и остальных позиций, представленных в таблицах.

Коммерческая задолженность – это в основном долг советских внешнеэкономических объединений (ВЭО). До 1991 года они были посредниками между нашими предприятиями и зарубежными фирмами, которые поставляли в Советский Союз оборудование, материалы, сырье. (Некоторые ВЭО сами получали от инофирм товары народного потребления.) Этих ВЭО у нас было штук шестьдесят, но основная сумма коммерческого долга приходилась на долю внешнеэкономических объединений Министерства внешних экономических связей. Появилась эта коммерческая задолженность в 1992 году, когда Внешэкономбанк приостановил платежи в свободно конвертируемой валюте за границу. В ответ инофирмы стали подавать иски и добиваться наложения ареста на российское имущество за границей. Правительству России пришлось раскошелиться и удовлетворить претензии самых настырных кредиторов

В 1994 году правительство издает постановление о выверке коммерческой задолженности СССР. К этому времени одни ВЭО ликвидировались, на базе других появились две-три новые организации, третьи приватизировались. И всем было начихать на то, сколько и кому задолжал СССР. Министерство внешних экономических связей, получившее постановление правительства, вскоре было объединено с Государственным комитетом по торговле, в результате чего появилось Министерство торговли. Именно его сотрудники, собрав балансы ВЭО, выверили коммерческую задолженность СССР на 1994 год. Она составила около $ 6 млрд. Но с тех пор этот долг значительно изменился.

Свыше $ 1 млрд. Минфин выплатил инофирмам по поручению правительства РФ. Эти выплаты совершались как напрямую через иностранные банки, так и через крупнейшие российские коммерческие банки. Кроме того, государство рассчитывалось с инофирмами через ВЭО и предприятия, которые, между прочим, отчетов об использовании выделенных им сумм представить в Минфин не удосужились. Часть коммерческого долга была переведена в Лондонский клуб. Одним инофирмам удалось через арбитражный суд получить свои деньги с ВЭО (при этом внешнеэкономические объединения расплачивались за счет собственных средств), другие сняли претензии, получив страховку.

Если по-хорошему, то Михаил Касьянов, который в 1993 году возглавил департамент иностранных кредитов и внешнего долга Минфина, должен был собрать копии всех документов по выплате коммерческой задолженности. Но он не сделал этого. А поскольку общего учета реального списания этого долга не существовало, то сегодня определить точно, сколько Россия выплатила по коммерческим долгам, весьма затруднительно.

До 2000 года выверку коммерческой задолженности по балансам ВЭО производило Министерство торговли. В нынешнем году оно этим заниматься не смогло по причине реорганизации – Минторг объединили с Минэкономики. Новое Министерство экономического развития и торговли вряд ли будет выверять коммерческую задолженность. Займется этим Минфин вместе с Внешэкономбанком. Но банк, как уже говорилось, не располагает всей информацией по государственным долгам, а Минфин и вовсе поручил учет немцам. Такой вот получается заколдованный круг.

Счетной палате в октябре 2000 года, несмотря на такую неразбериху, удалось провести задуманную выверку коммерческой задолженности. По данным, полученным из документов Минторга, на

1 января 2000 года иностранные кредиторы предъявили требования на сумму $ 2 млрд. 165 млн. Из-за отсутствия всех необходимых документов часть претензий министерством была отвергнута, после чего объем коммерческой задолженности сократился до $ 1 млрд. 118 млн. По данным же Внешэкономбанка, на 1 января 2000 года советская коммерческая задолженность равнялась $ 1 млрд. 977 млн. Но к оплате кредиторами предъявлены требования на $ 1 млрд. 177 млн.

Прибавим к этим суммам задолженность по кредитам Международного инвестиционного банка и Международного банка экономического сотрудничества $ 1 млрд. 100 млн. (как это сделал Минфин в «инвентаризационной» таблице) и получим соответственно $ 2 млрд. 218 млн. и $ 2 млрд. 271 млн.

Вопрос премьеру Касьянову и министру финансов Кудрину: откуда по коммерческой задолженности у правительства взялись суммы в $ 6 млрд. 600 млн. и в $ 9 млрд. 300 млн.? Боюсь, ответа мы не дождемся...

Предвижу возражения читателей: быть может, кто-то в Минфине напутал с цифрами, а журналистам меда не надо, как дай скомпрометировать и опорочить сторонников президента. Сознаюсь, какое-то время и мы грешили на техническую ошибку. Ну не могли поверить, что можно вот так лихо приписать к долгу лишние миллиарды!!! Убедило же нас в обратном поведение Геннадия Селезнева.

В начале октября спикер Государственной думы получил послание от главы Счетной палаты Сергея Степашина: «На основании материалов, представленных Минфином России по итогам проведения инвентаризации, не представляется возможным подтвердить цифровые показатели объемов государственного внешнего долга по состоянию на 1 января 2000 года». К посланию прилагались аналитические материалы по коммерческой задолженности, подготовленные аудиторами Счетной палаты

Что должен был сделать спикер Госдумы, получив эти документы? Правильно, возмутиться! Поскольку правительство не только не выполнило поручение народных избранников (о проведении инвентаризации), но еще и осмелилось всучить Госдуме ничем не подтвержденные цифры государственного долга. Селезнев должен был во всеуслышание заявить об этом в Думе, а депутаты – потребовать объяснений от правительства. Но г-н Селезнев и сегодня молчит как рыба.

Затронь спикер тему коммерческих долгов, разразится скандал. Мы, конечно, не Соединенные Штаты, где такой скандал привел бы к отставке правительства, но ведь бюджет-то придется пересматривать. И это когда все интересы пролоббированы! Нет уж, пусть лучше думцы занимаются проблемой многоженства в России, защищают демократию в США. Что до цифр по коммерческой задолженности, уж если так приспичило Счетной палате, то она может добиться их изменения на правильные в бюджете на 2002 год.

Не удастся этого добиться Счетной палате, ибо поезд уйдет. Как нам стало известно, уже в этом году в рамках «эпохальной» работы нашего правительства по реструктуризации государственного долга запланирован перевод коммерческой задолженности бывшего СССР в российский долг. Спрашивается: чего ради команда Касьянова при реструктуризации отдает предпочтение инофирмам, а не, скажем, правительствам государств, входящим в Парижский клуб кредиторов?

Предположительно премьер Касьянов будет обосновывать необходимость срочной реструктуризации именно коммерческой задолженности следующим образом.

Россия нуждается в иностранных инвесторах. Если мы расплатимся с инофирмами, иностранцы начнут вкладывать деньги в российскую экономику. Россияне, конечно же, поверят и в иностранных инвесторов, которые выстроятся в очередь, и в то, что реструктуризация проводится для блага государства... Затем Касьянов поедет за границу на переговоры и вернется оттуда на белом коне – кредиторы скостят ему $ 2 млрд. Проправительственные СМИ в очередной раз воспоют «финансовый гений» премьера.

По слухам, Внешэкономбанк уже получил проект порядка этой реструктуризации. Уже выбраны четыре российских коммерческих банка – особо любимые правительством, – которые и будут заниматься коммерческим долгом. Банки получат еврооблигации на

$ 7 млрд. и раздадут их кредиторам. После чего те в течение пяти лет будут получать проценты с облигаций, а затем им выплатят еще и 7-миллиардный долг – и все за счет федерального бюджета.

Если читатели думают, что $ 7 млрд. предназначаются инофирмам, то они глубоко ошибаются. Не для иностранцев задумывалась эта реструктуризация. Инофирмы хорошо если получат $ 2 млрд., остальные же $ 5 млрд. плюс проценты по ним уйдут... российским банкам. Тем самым, которые будут заниматься коммерческой задолженностью.

По конфиденциальной информации, полученной от компетентного источника, в 1995–1999 годах эти банки (где сами, а где через дочерние структуры) активно скупали у инофирм долговые обязательства по коммерческой задолженности СССР. Покупали за 30–40 процентов от номинальной стоимости, а после дефолта 1998 года и вовсе за 20 процентов. Иностранцев можно понять, у них принято, чтобы деньги работали. Потеряв всякую надежду на получение долга, они предпочли иметь синицу в руках, чем журавля в небе.

Рассказывают, что российские банкиры, тесно связанные с правительственными и минфиновскими чиновниками, точно знали: рано или поздно они получат коммерческие долги сполна. И потому скупали все, что подворачивалось под руку. По утверждению очевидцев, какие-то ловкие дельцы ухитрились приобрести долговые обязательства, которые ВЭО и предприятия уже оплатили за счет федерального бюджета в 1993–1995 годах. Ловкачи знали, что к 2000 году срок хранения документов по этим расчетам истечет и все они будут уничтожены. В Минфине, как уже было сказано выше, нет никаких отчетов об использовании этих средств. То есть России нечем доказывать, что долг выплачен, а значит, можно рискнуть и предъявить долговые обязательства к оплате второй раз, тем более что случаи повторных выплат уже были. По слухам, сегодня и эти обязательства находятся у банков, призванных заниматься коммерческой задолженностью. И теперь наши родные российские банкиры ждут не дождутся того дня, когда с ними по этим долгам начнут расплачиваться «я, ты, он, она, вместе целая страна...».

Говорят, образцом государственного деятеля для нашего президента является Петр I. Вероятно, памятуя о петровских методах перевоспитания нерадивых и вороватых подданных, в интервью французской газете «Фигаро» Путин заявил, что «у государства есть дубина» и если потребуется в интересах государства, она ударит кого надо. Но эта дубина, как поняли журналисты, предназначается только для олигархов. Между тем император Петр Алексеевич за описанные выше финансовые фокусы изувечил бы чиновников как Бог черепаху, невзирая на прежнюю дружбу и заслуги перед Отечеством. Мы не призываем президента применять к кому бы то ни было столь варварские меры воздействия. Но правительство должно объяснить обществу свои странные манипуляции с коммерческими долгами. Полагая, что столь вольное обращение с финансами федерального бюджета представляет угрозу для экономической безопасности страны, просим считать эту статью официальным обращением к Государственной думе РФ и Совету безопасности.

P. S. В декабре Счетная палата завершит проверку остальных позиций из таблицы государственного долга. Интересно, какие сюрпризы будут содержать отчеты аудиторов?


Авторы:  Владимир АБАРИНОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку