НОВОСТИ
Москва засекретила, в какие регионы будет вывозить свой мусор
sovsekretnoru

Штраф

Автор: Р. ЛОПРЕСТИ
29.03.2010

   

Кэти Шукер остановилась около коричневого джипа и посмотрела на счетчик. Красный флажок говорил о том, что время оплаченной стоянки давно истекло. Она со вздохом полезла в карман за книжечкой с квитанциями о штрафе.
– Привет, Кэти!
Она подняла голову и увидела Карла Голдинга, владельца единственного в Саттоне кинотеатра.
– Слышала, какой спор вчера вечером разгорелся на заседании городского совета?
– Слышала,– хмуро кивнула Кэти.– Мэр уже звонил утром. Майкл Барристер опять жаловался на меня, да?
– В общем, да,– слегка смущенно пожал плечами Голдинг.– Ты же сама знаешь, что от него нет никакого спасения. Приходит почти на каждое заседание, как к себе домой. Сначала мы пытались объяснить ему, что заседание городского совета – не дискуссионный клуб, куда может прийти каждый желающий, потом махнули рукой.
Карл Голдинг еще раз пожал плечами и неторопливо направился по Мейн-стрит к своему кинотеатру.
Кэти с невеселым вздохом посмотрела ему вслед и перешла к следующей машине. Она посмотрела на счетчик, но все ее мысли были заняты сейчас Майклом Барристером. Барристер был преуспевающим ювелиром. Он считался одним из самых богатых жителей Батона и одним из самых скупых. «Интересно,– подумала Шукер.– Почему богачам в подавляющем большинстве случаев гораздо труднее расставаться с деньгами? Казалось бы, все должно быть наоборот. Причем речь идет не о каких-то астрономических суммах со многими нолями, а о жалких долларах».
Когда совет в поисках нового источника доходов для городской казны предложил оборудовать на Мейн-стрит автостоянку, поставить счетчики и выделить человека, который бы следил за ними, ряд видных жителей Баттона встретил идею в штыки.
Пожалуй, единственным крупным предпринимателем, поддержавшим идею городского совета, был Майкл Барристер, владелец ювелирного магазина на Мейн-стрит. Но и его благосклонное отношение к предложению резко изменилось на прямо противоположное через пару дней, когда до него дошло, что ему, как и всем остальным горожанам, тоже придется платить.
После первого же выписанного Кэти штрафа Барристер страшно возмутился. Когда же Кэти наотрез отказалась отменять штраф, он объявил ей войну. Она до сих пор помнит его речь на заседании городского совета, на котором обсуждался вопрос о продлении ее контракта. «Доколе мы будем позволять этому диктатору, этому тирану, этому бандиту в юбке терроризировать улицы нашего города?»– патетически воскликнул он. Несмотря на эмоциональные выступления Барристера, требовавшего отменить антиконституционное решение об установке счетчиков, городские власти не собирались увольнять Кэти Шукер. После того как члены совета единодушно проголосовали продлить контракт с ней еще на год, он так покраснел и закатил глаза, что многие испугались, как бы с ним не случился сердечный приступ.
На следующее утро, когда Кэти выписывала ему очередной штраф, Майкл Барристер угрожающе пообещал:
– Только не надейтесь, что я отступлю, миссис Шукер. Я все равно добьюсь своего, и вас с вашими счетчиками уберут с Мейн-стрит.
– Оплачивайте стоянку как положено, мистер Баррис-
тер,– спокойно ответила Кэти Шукер,– и у меня не будет к вам никаких претензий. В том, что я делаю, нет ничего личного. Законы одинаковы для всех, и все должны их выполнять: и вы, и мэр, и уборщик мусора!
– Я вам не верю, миссис Шукер,– нахмурился ювелир.– По-моему, вы придираетесь ко мне.
Таких разговоров было немало, и каждая беседа заканчивалась статьей Барристера в местной газете, в которой он недвусмысленно намекал на месть и сведение личных счетов.
– Может, плюнуть на этого скупердяя, Кэти?– поинтересовался однажды вечером у Кэти Шукер муж, которому она пожаловалась на жадного ювелира.– Зачем портить себе нервы? Он уже слишком стар, чтобы его можно было в чем-то убедить. Сделай вид, что ты не заметила его машину, и дело с концом. Городская казна от десятки не обеднеет, а ты сбережешь свои нервы.
– Не могу, Тед,– печально вздохнула Кэти.– Город платит мне за то, чтобы я наводила порядок на улицах и штрафовала нарушителей, а не отворачивалась и делала вид, будто ничего не происходит. К тому же, если я хоть раз сделаю ему поблажку, он подумает, что я струсила, и сядет мне на шею. Я уверена, что с такими людьми, как Барристер, главное – не показывать слабость и не идти ни на какие компромиссы...
За коричневым джипом стоял зеленый спортивный автомобиль. Увидев на счетчике красный флажок, Кэти Шукер с тяжелым вздохом открыла книжку и начала выписывать штраф.
– Эй, что вы делаете?– оторвал ее от работы незнакомый мужской голос.
Кэти хорошо знала, по какому сценарию будут развиваться события. Редкая неделя проходила без того, чтобы ее не пытались отговорить выписывать штраф. Правда, занимались этим только приезжие. Жители Баттона уже давно поняли, что уговоры бесполезны, и безропотно платили деньги. Все, кроме скряги Барристера.
– Что вы делаете?– повторил привлекательный блондин, который вышел из какого-то магазина и стоял между джипом и спортивным автомобилем. Он подошел так близко, что она была вынуждена сделать шаг назад.
– Выписываю штраф,– терпеливо объяснила Кэти Шукер.– С вас десять долларов.
– Какие десять долларов?– в праведном гневе воскликнул блондин.– За что? Я ничего не нарушал. Здесь нет знака, запрещающего стоянку.
– Верно, стоянка разрешена. Но ваше время истекло. Посмотрите сами,– с этими словами она показала на счетчик.
– Подумаешь!– хмыкнул незнакомец. Он быстро достал из кармана монету и с победной улыбкой бросил ее в щель счетчика.– Ну что, довольны? Теперь все оплачено и вам не к чему придраться.
– Извините, мистер…– вздохнула Кэти Шукер.
– Строуб. Джеймс Строуб из Колумбуса.
– Но я уже выписала штраф, мистер Строуб, и не могу его порвать. Закон нарушать нельзя.
– Какой еще закон?– возмутился белокурый нарушитель. Он скрестил руки на груди и угрожающе посмотрел на маленькую женщину, голова которой едва доставала до его плеча.– Не имеете права! Понапридумывали в своих деревнях идиотских законов и не даете с ними житья нормальным людям! Я буду на вас жаловаться!
Интересно, подумала Кэти Шукер, долго он еще будет спорить из-за десятидолларового штрафа? К крикам Барристера я уже привыкла, но этот молод и у него наверняка есть и другие дела. Она не собиралась стоять тут с ним до вечера. Ей еще предстояло осмотреть до конца Мейн-стрит и стоянку за автобусной остановкой.
– Это ваша машина, мистер Строуб?– неожиданно нахмурилась она, глядя на зеленую машину.
– А то чья же! – блондин ласково погладил сияющий капот.– Что, нравится? Мне тоже нравится эта куколка. Я отвалил за нее пятьдесят тысяч и считают это самой выгодной покупкой в своей жизни. Это не машина, а мечта.
– Как такая красавица может не нравиться!– кивнула Кэти и хмуро огляделась по сторонам. Городок словно вымер, на Мейн-стрит не было ни души.– Позвольте узнать причину вашего приезда в Баттон?
– Не ваше дело!– грубо буркнул Строуб, потом, спохватившись, пожал плечами и объяснил:– Приехал кое-что купить.
«А сумки-то у него нет»,– подумала Кэти Шукер. За спиной у нее располагались банк, кинотеатр и хозяйственный магазин. Чуть впереди – супермаркет, ювелирный магазин (ей показалось, что Строуб вышел оттуда, хотя она и не была уверена), пара галантерейных лавок и страховая контора.
– Знаете, что я вам скажу. Боюсь, что это мой первый и последний приезд в ваш гостеприимный городок. Мне не нравится, когда со мной обращаются подобным образом. Я много ездил по стране, но с таким «гостеприимством» сталкиваюсь впервые.
– Вы правы!– неожиданно сменила гнев на милость Кэти Шукер. Джеймс Строуб подозрительно уставился на нее.– Горожане уже привыкли к новому закону, поэтому нарушают его редко. А вот с приезжими беда! Мой шеф считает, что их нужно нещадно штрафовать. Пусть привыкают к порядку и не думают, что в маленьком городке можно делать что хочется. Я же придерживаюсь противоположного мнения. По-моему, к приезжим нужно относиться помягче. Да и владельцы наших магазинов не могут себе позволить терять клиентов. Кстати, вчера на заседании городского совета как раз обсуждался этот вопрос. Мнения разделились, и шеф нашей полиции остался в меньшинстве... Знаете, как я поступлю? Пойду позвоню шефу и попробую уговорить его сделать для вас исключение. Надеюсь, после вчерашнего он согласится.
– И правильно сделаете!– заулыбался обрадовавшийся Строуб.– Очень мило с вашей стороны. А знаете, вы вовсе не злая, как я сначала подумал. Беру свои слова обратно.
– Я мигом. Подождите меня здесь, это не займет много времени.
Кэти Шукер неторопливо направилась к старой телефонной будке, которая стояла рядом с банком. Труднее всего было идти медленно и не оглядываться. На Джеймса Строуба она посмотрела лишь тогда, когда закрыла дверцу кабины и набрала номер своего шефа, начальника полиции Баттона. Строуб стоял у зеленой машины и нетерпеливо поглядывал то на нее, то на свои часы, то на дальний конец Мейн-стрит, будто чего-то или кого-то ожидая.
Через несколько минут на Мейн-стрит показался темно-синий форд с двумя мужчинами. И хотя на нем не было опознавательных знаков, Кэти знала, что это полицейская машина. Из нее выскочили Роджер Гиггс и Чарльз Шарон и потребовали у опешившего блондина поднять руки. Растерянность Строуба быстро прошла, и он попытался оказать сопротивление. Блондин размахнулся и попытался ударить одного из полицейских. Гиггсу пришлось для острастки даже слегка огреть его дубинкой по голове. На слегка оглушенного Джеймса Строуба надели наручники и затолкали в машину.
Через пару минут из ювелирного магазина выбежали двое мужчин с тяжелыми сумками. Они лихорадочно посмотрели по сторонам, словно кого-то искали. Встреча с полицейскими с револьверами явно не входила в их планы.
– Полиция!– громко крикнул Шарон.– Бросайте сумки и поднимайте руки, ребята! Сопротивление бесполезно. Вашего дружка мы уже взяли, он сидит в машине.
«Ребята» так растерялись, что даже не оказали сопротивления. На грабителей надели наручники и посадили в машину, где уже сидел Строуб. Гиггс отыскал Кэти, которая по приказу шефа полиции следила за операцией из телефонной будки.
– Молодец, Кэти!– похвалил он.– Отличная работа! Интуиция тебя не подвела. Опасность миновала. Вся компания арестована, можешь выходить.
Когда Кэти подошла к полицейской машине, из ювелирного магазина выбежал Майкл Барристер, размазывая по сморщенному лицу слезы.
– Это правда? – хрипло воскликнул он. – Вы их задержали? Слава богу! Эти негодяи ограбили меня. Осторожнее, они вооружены и способны на все. Они забрали все, что у меня есть...
– Все в порядке, мистер Барристер, – успокоила его Кэти. – Ваши драгоценности в целости и сохранности. Они у полицейских. Вы сможете получить их через пару часов, когда будет составлен протокол.
Ювелир схватил ее за правую руку и принялся энергично трясти.
– Вы спасли мне не один десяток тысяч долларов, миссис Шукер, – в уголках его рта запеклась белая слюна. – Как мне вас отблагодарить? Я готов на все.
– Да никак, мистер Барристер, – торопливо ответила Кэти, у которой появилось тревожное чувство, что он может в знак благодарности поцеловать ее.
– Но как вы догадались? – немного успокоившись, Майкл Барристер изумленно покачал головой. – Я понял, что это грабители, только тогда, когда они достали револьверы и потребовали деньги и драгоценности.
– Этот парень – конечно, он никакой не Строуб – стоял у двери магазина и следил за обстановкой на улице, – терпеливо объяснила Кэти Шукер и показала на блондина, который с нескрываемой злобой смотрел на нее из машины. Она улыбнулась и помахала ему рукой. – У них это называется «стоять на стреме». Увидев, что я направляюсь к вашему магазину, он испугался, что я увижу ограбление, выскочил на улицу и попытался меня задержать. Конечно, ему не жалко десяти долларов, ему просто было нужно задержать меня до конца ограбления. Когда я догадалась, что он заговаривает мне зубы, то сразу поняла, что здесь что-то не так. Ваш ювелирный магазин был самым логичным местом для ограбления.
– Вы наблюдательная женщина, миссис Шукер, – похвалил ювелир. – Но как вы догадались, что он грабитель, а не обычный покупатель? Ну зашел в мой магазин, потом увидел вас и пошел разбираться.
– Он перехитрил самого себя, – улыбнулась Кэти. – Если бы Строуб признался, что приехал на коричневом джипе, возможно, я бы его и не заподозрила. Дело в том, что эта зеленая машина, которую он назвал своей, мне хорошо знакома. Я не меньше двух десятков раз выписывала ее владельцу штрафы, – она аккуратно вырвала из книжки штрафную квитанцию. – Вот ваш штраф, мистер Барристер. С вас десять долларов


Авторы:  Р. ЛОПРЕСТИ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку