Семья, не место для Госдумы

Семья, не место для Госдумы
Автор: Елена ВЛАСЕНКО
24.06.2013

Зачем государство пытается руководить семейными отношениями россиян?

В опросе «Совершенно секретно» приняли участие политики, музыканты, писатели, режиссеры и ученые. Они анализировали недавние инициативы депутата Государственной думы от «Справедливой России» Елены Мизулиной. Елена Мизулина – идеолог законопроектов о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений.

Под ее руководством думский Комитет по вопросам семьи, женщин и детей обнародовал «Концепцию государственной семейной политики России на период до 2025 года». В этом документе, в частности, предлагается создать «службу медиации для разрешения внутрисемейных конфликтов, предупреждения поспешных разводов», а также приравнять свидетельство о венчании к свидетельству о браке.

В Концепции резко критикуются аборты, поскольку они являются «проявлением ненависти к детям». Вместо них, например, матери ребенка, который младше шести месяцев, предлагается оставить его в «специально создаваемых для этого местах, безопасных для жизни и здоровья – больницах, монастырях».
Эти предложения вызвали озабоченность собеседников «Совершенно секретно», как и тезисы концепции:

«Семья выступает как связующее звено поколений рода, через которое род развивает заложенные в его природе душевно-духовные качества».
«Русское православие усиливает духовное содержание рода и семьи. Семья выступает не только социальным сообществом супругов, родителей и детей, но и духовной ячейкой, «малой церковью».

Ольга Баталина, член «Единой России», первый заместитель председателя Комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей:

– Государство не руководит семейными отношениями. Задача государства – определить такую государственную политику, которая содействовала бы решению демографических проблем. А решение этих проблем невозможно без создания и поддержания института крепкой семьи. Поэтому Концепция государственной политики – это прежде всего набор ориентиров, определяющих то, какой должна быть государственная политика, какая модель необходима Российской Федерации для того, чтобы обеспечить устойчивое демографическое развитие страны. Концепция – это документ, по сути своей, идеологический. На его основании в дальнейшем издаются постановления правительства, пишутся федеральные законы.

При этом та концепция, о которой идет речь, – это общественный проект, а не государственный: это позиция разных общественных организаций, которые уже много лет занимаются этим вопросом в рамках работы Координационного совета по реализации национальной стратегии. Их точка зрения может в чем-то не совпадать с государственной, но не выслушать ее было бы абсолютно неправильно. Общественный проект – это взгляд общества. Официальную государственную концепцию сегодня готовит Министерство труда и социальной защиты, которое, наверное, тоже учтет замечания и предложения из общественного проекта.

Екатерина Самуцевич, участница феминистской группы Pussy Riot:

– Все просто: государство стремится к тотальному контролю. Как только его не будет, граждане почувствуют себя более независимо, начнут относиться более критично к тому, что происходит в нашей стране. Это может стать дорогой к смене правительства.

Семейная модель, которую пропагандирует Мизулина, построена на слепом подчинении, авторитаризме, сексизме. В семье, которая, согласно Концепции, идеальна, подавляют детей: их мечты и желания. На это она и рассчитана: человек с самого детства учится подчиняться чужой воле.
Смогут ли семьи отразить удар? Думаю, да. Госдума загоняет себя в ловушку: чем больше она давит, тем больше возникает сопротивление со стороны людей.

Сергей Митрохин, лидер партии «Яблоко»:

– Мне кажется, это делается, чтобы маргинализировать нашу политику: чтобы депутаты, как клоуны, веселили публику и отвлекали население от серьезных вопросов. Инициативы Мизулиной, вопрос о запрете пропаганды гомосексуализма – это отвлекающий маневр. Люди это взахлеб обсуждают, а власти это и нужно, чтобы люди не замечали принципиальных вещей. Как этому противостоять? Не обсуждать эту тему. Высмеивать тех, кто создает подобные законопроекты. Принять консенсус, что относиться к этим людям всерьез нельзя.

Лев Пономарев, глава правозащитной организации «За права человека»:

– Страна все больше и больше скатывается к тоталитаризму, а в тоталитарных странах контролю подвергается все, в том числе семейные отношения. Вспомните Советский Союз с его слежением за моральным обликом строителей коммунизма, вызовами на парткомы, доносами о любовниках.
Идеология Владимира Путина может быть названа имперско-православной. В России церковь претендует на то, чтобы стать идеологом тоталитаризма. Входить внутрь семьи и объяснять человеку, как ему вести личную жизнь, – часть этой идеологии – идеологии православного тоталитаризма

Оксана Дмитриева, депутат Госдумы от «Справедливой России», первый заместитель главы думского Комитета по бюджету и налогам:

– Семейными отношениями в XXI веке, на мой взгляд, руководить невозможно. Другое дело, что государство должно знать, что происходит с семьей: выделять категории семей, которым оно должно оказывать помощь в той или иной форме. Мало говорят о том, что увеличился возраст вступления в брак, что люди не вступают в брак из-за материальных, прежде всего жилищных, проблем. Сильно уменьшилась доля женщин, которые рожают в возрасте от 20 до 24 лет. Выросло количество детей, рожденных вне брака. Была установка, что нужно стимулировать рождение второго ребенка, и материнский капитал дал свои результаты. Но у нас очень плохо с рождением первого ребенка. Все эти проблемы государству нужно анализировать.

Аркадий Бабченко, журналист:

– По-моему, вопрос поставлен вообще неправильно. Надо начинать с того, что у нас в России нет государства. И поэтому оно не может вмешиваться в семейные отношения. А вмешиваются два-три человека, которые таким образом пытаются оправдать свое присутствие в Думе.

Евгений Бунимович, уполномоченный по правам ребенка в Москве:

– Я думаю, это часть общей государственной политики установления консервативных ценностей. Есть какое-то достаточно идеалистическое представление, что современный мир характеризуется прежде всего кризисом семьи, большим количеством разводов. А Россия этому вполне соответствует, и Москва тем более. У нас, к сожалению, процент разводов больше, чем во многих странах Европы. И вот якобы можно с помощью каких-то законов, заклинаний, пропаганды изменить саму модель мира, которая, видимо, определяется гораздо более глубинными и серьезными законами, чем такое наивное убеждение и законодательное наказание. За этой консервативной моделью лежат идеалистические представления. Я думаю, эта концепция нереализуема в современных условиях.

Ничего плохого в пропаганде семейных ценностей нет. Но важно все-таки не выдавать желаемое за действительное. По статистике, самый большой процент невыполненных судебных решений – это алименты и решения о том, где проживает ребенок после развода. А если утверждать, что все семьи у нас патриархальные, то этих проблем как бы вообще не существует. А они самые острые. И боюсь, как бы пропагандистское представление не привело к тому, что все будут считать, будто таких проблем нет.

Елена Костюченко, журналист «Новой газеты», участница гей-парадов:

– Это признак государства, которое стремится стать авторитарным. В этой ситуации естественно, что оно пытается максимально контролировать все сферы жизни человека, в том числе лезет к нему в постель. Главное, что это совершенно не утопичная идея, ее реально претворить в жизнь. Например, в нацистской Германии была жесткая репродуктивная политика.

Многое в Концепции государственной семейной политики, созданной под руководством Елены Мизулиной, перекликается с инициативами тех времен. У нас в принципе сейчас идет возврат к традиционным патриархальным ценностям. Государство старается, чтобы как можно большее количество граждан почувствовали себя ущемленными. Я сейчас говорю не только об ЛГБТ-сообществе, но  и, например, о сиротах, об оппозиционных активистах, о женщинах, которые стоят перед выбором: делать им аборт или нет...

Государство насаждает чувство неравенства, чувство стыда, оно пытается ввести разные категории людей. Это очень опасно. Я понимаю, что Мизулина выглядит довольно комично. Но все это началось не вчера, не с нее. Право женщины на аборт, например, было ограничено в 2011 году.

Павел Бардин, режиссер:

– Есть бытовая аналогия. Завязавший алкоголик любит либо разливать, либо рассказывать о пользе здорового образа жизни. Видимо, у власти проблемы с либидо, поэтому она пытается нам его продемонстрировать. Действия представителей власти мне кажутся абсолютно бессмысленными. Мне кажется, им просто не хватает обычной человеческой любви.

Михаил Угаров, режиссер, художественный руководитель Театра.doc:

– Дорогая газета «Совершенно секретно»! Вам навязывают дискуссию разные дурочки, а вы на нее ведетесь. Можно обсуждать развод Путина или – что сказал Жириновский… Вместо главного вопроса: почему у власти этот президент и эта Дума. Таков мой взгляд на проблему.

Александр Кабаков, писатель:

– В какой-то степени государство уже ими руководит. ЗАГС, где заключается брак, – государственное учреждение. Возникновение пары контролирует государство. Как и развод. Это тоже вмешательство в семейную жизнь. С другой стороны, я не знаю, в какой стране такого вмешательства нет. Оно неизбежно. Да, все, что делает Государственная дума, на мой взгляд, получается кривым, косым и неумным. Превратимся ли мы в роботов, которых контролирует Большой Брат? Такая вероятность есть, и не только для граждан России. Мир становится все легче контролируемым благодаря современной технике.

Анастасия Удальцова, пресс-секретарь «Левого фронта», супруга Сергея Удальцова:

– С тех пор как я отвезла детей на Украину, я не чувствую, что государство каким-то образом пытается вмешиваться в семейные дела. Но я знаю об абсурдных примерах государственного вмешательства. У одного из активистов «Левого фронта» проводился обыск, и в это же время органы опеки решили забрать его детей. Такие меры – попытки давить на оппозицию. 

Никита Соколов, историк:

– Ответ тривиален: это не столько попытка восстановления тотального контроля, сколько попытка восстановления тотальной подозрительности. Она приводит к разобщению, развалу любой социальности и социальной солидарности. В этом и цель. Это незамысловатые архаические методы.

Фото: «Коммерсант», РИА «Новости», Fhotoexpress


Авторы:  Елена ВЛАСЕНКО

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку