НОВОСТИ
Начали «хамить пациентам». Визит антиваксеров в больницу превратился в балаган (ВИДЕО)
sovsekretnoru

«Семья» атакует Кремль

Автор: Леонид ВЕЛЕХОВ
01.09.2001

 
Евгений ТОЛСТЫХ
Фото Бориса КРЕМЕРА

Елена Мордашова

Помните в бессмертной комедии Александра Грибоедова «Горе от ума» момент, когда Молчалин падает с лошади, а Софья тут же – в обморок? Казалось бы, ну какое дело дочери крупного московского чиновника до травмированной конечности одного из многочисленных слуг папаши? Ан нет – в обморок! Оценивая эту «ирритацию» (франц. irritation – замешательство), случившийся рядом полковник Скалозуб замечает: «И впрочем, все фальшивая тревога...» Но в ранней редакции пьесы эта реплика звучала иначе – «А впрочем, все семейная тревога», что намекало на более близкие отношения Софьи и Молчалина. Однако что это я о Грибоедове? Кому интересен «мильон терзаний» в эпоху передела собственности, равно как и волнения дома Фамусовых в разгар формирования кланово-корпоративных отношений в России ХХI века... А все «семейные» проблемы заключены сегодня в рамки финансово-политического влияния окружения Бориса Николаевича Ельцина на общественно-экономическое развитие страны.

И все же!

В начале августа «Московский комсомолец» опубликовал так называемое «Открытое письмо всем женщинам», подписанное бывшей женой генерального директора ОАО «Северсталь» Еленой Мордашовой. Нельзя сказать, что газета дала жизнь новому виду литературного творчества. «Открытыми» письмами любили побаловаться в советские времена ЦК КПСС, ЦК ВЛКСМ, Совмин, Президиум Верховного Совета, ВЦСПС – все вместе или каждый в отдельности. Писали и женщинам: труженицам села и всякого рода промышленности; молодым и пожилым; матерям и бездетным. В письмах: благодарили, обещали, разъясняли, наставляли и советовали. Были и письма, похожие на опубликованное «Комсомольцем», но, как правило, адресовали их в партком по месту работы мужа, и начинались они почти всегда одинаково: «Мой супруг недостоин партбилета...» В парткомах к такой корреспонденции относились чаще со вздохом сожаления, вызывали «героя» в кабинет: «Вася, ты разберись там со своей. У нас квартальный план горит...» Но иногда «семейная тревога» обретала общественное звучание.

...Хочу сразу оговорить: я не ставлю перед собой задачи комментировать поступок г-жи Мордашовой. К тому же сомнения в самостоятельности действий бывшей супруги олигарха появились сразу после знакомства с историческим «письмом». Почему? Почитайте внимательно документ. Именно документ, так как над его составлением работали, на мой взгляд, весьма профессиональные люди. Те, кто, скорее всего, и организовал появление Мордашовой в телеэфире, что стоит весьма недешево. Конечно, это не А.Митрофанов от В.Жириновского, знаток широкого диапазона проблем. Хотя присутствие публичного политика рядом с никому доселе не известной провинциальной дамой выдавало определенную сценарную заданность акции.

Первая реакция наблюдателей на демарш бывшей жены олигарха была почти единодушной: «письмо» – не что иное, как элемент конкурентной борьбы в металлургической отрасли, где «Северсталь» занимает далеко не последнее место. Почему? Да потому, что слишком уж «своевременным» было обращение Елены Мордашовой, получавшей на протяжении пяти лет ежемесячно в качестве алиментов 650 долларов (порядка 18 тысяч рублей) и не беспокоившей общественность своими претензиями; 18 тысяч в Череповце, да и не только там, – немалые деньги. Имеющие их семьи считают себя финансово обеспеченными. Так почему г-жа Мордашова вдруг ощутила себя обделенной материально и угнетенной нравственно? Вот тут-то и возникает следующий резонный вопрос: а при чем здесь Мордашова?

В сфере «большой собственности» России начался очередной передел зон влияния. И процессы эти никак не могли обойти стороной металлургическую отрасль, где «Северсталь» (А.Мордашов) занимает далеко не последнее место. Сегодня этот холдинг объединяет более ста металлообрабатывающих, машиностроительных, транспортных и прочих предприятий. Основные активы группы сосредоточены на Череповецком металлургическом комбинате, хотя все более заметным становится вторжение «Северстали» в автопром (Ульяновский и Уральский автозаводы, Заволжский моторный), угольную отрасль (Воркута, в планах – Кузбасс). Но, пожалуй, одним из наиболее перспективных проектов можно считать соглашение «Альянс-1420», заключенное между ОАО «Северсталь» и «Объединенной металлургической компанией» (Челябинский и Выксунский металлургические заводы) о производстве труб большого диаметра. Даже в мировых масштабах, не говоря о российских, эта экономическая ниша, занятая пока Германией и Японией, манит огромными прибылями. Потребность только «Газпрома» в таких трубах составляет около полумиллиона тонн в год, и на их закупку уходит до миллиарда долларов. Через три года аппетиты газовиков должны возрасти до 700 тысяч тонн, а значит, возрастут и прибыли производителей труб. Прибыли «Северстали»?.. Я не случайно поставил знак вопроса. Было бы удивительно, если бы на этот «кусок» не претендовал еще кто-то. И этот «кто-то» существует. Да не просто «кто-то», а, пожалуй, наиболее могущественная на сегодня группа в российской экономике. По оценкам экспертов, под ее контролем до 50 процентов российского бизнеса

Роман Абрамович

В группу прямо или косвенно на правах партнеров входят структуры, управляемые Александром Мамутом («МДМ-банк»), Олегом Дерипаской и Романом Абрамовичем («РусАл», «СибАл»), Александром Абрамовым («Евразия Металл»), Искандером Махмудовым («Уральская горно-металлургическая компания»).

Трудно сказать, чьи шансы предпочтительнее в соперничестве за крупный заказ. По информации авторитетных источников, Искандер Махмудов финансировал избирательную кампанию Виктора Черномырдина, когда бывший премьер решил переждать собственное политическое безвременье в рядах депутатов Государственной думы. В качестве благодарности Виктор Степанович, пользующийся... уважением в «Газпроме», помог Махмудову получить заказ от газовиков на производство тех самых труб на Нижнетагильском комбинате, хотя «Газпром» был заинтересован в реализации такого проекта на подконтрольном ему Оскольском металлургическом комбинате. А «Северсталь», боровшаяся за этот заказ, даже приобрела мощности на «Ижорских заводах». Но!..

Эпоха перемен, которую мы самоотверженно переживаем, вряд ли притягивала бы к себе столько искреннего любопытства со стороны непредвзятых наблюдателей (большей частью западных), если бы конфликты и интриги внутри российской элиты ограничивались простыми схемами: вот Мордашов со своей «Северсталью», желая получить многомиллиардный подряд, встал на пути у Махмудова, и тот подговорил беззащитную, малообеспеченную бывшую жену конкурента написать на экс-супруга публичный донос. Не исключаю и подобного хода, но лишь в качестве «шутливого» приложения к более серьезным акциям. И в этом случае уместна реплика Скалозуба, вошедшая в окончательную редакцию пьесы, – «И впрочем, все фальшивая тревога». Но я не случайно вспомнил первый вариант, где речь шла о «семейной тревоге», подразумевая под этим беспокойство отнюдь не в доме Мордашовых.

«Семья», «семейная группа», «семейные интересы» – все эти прежде сугубо «домашние» термины в последнее время обрели в России откровенно политическое звучание. Сегодня слово «семья» означает группу людей, приближенных к бывшему президенту Борису Ельцину. Не секрет, что за пять – шесть лет конца 90-х годов эта «семья» сумела сконцентрировать в своих руках значительный сегмент нефтяной промышленности («Сибнефть», контроль над «Славнефтью», «Транснефть»), 75 процентов алюминиевого производства («РусАл», «СибАл»), авиаперевозки («Аэрофлот») и многое другое. Материальный ресурс позволял не только удовлетворять личные потребности, но и обеспечивал определенную стабильность режима. Ведь чаще деньги, а не сила помогали Ельцину и его окружению сохранить себя во власти и власть при себе.

Но вот пришел Путин. Пришел не сам, его за руку ввели в Кремль, поручив присматривать за хозяйством, фактически принадлежащим другим. В таком положении говорить о полноценной самостоятельности нового лидера не приходится. Значит, надо или отбирать у предыдущих нажитое «непосильным трудом», или формировать свою «олигополию». А лучше дополнить одно другим: и точки собственной опоры прочнее, и риск дестабилизирующих факторов меньше. Нельзя сказать, что новый президент явился во власть в наряде Золушки после полуночи: он располагал определенным собственным ресурсом, накопленным в период работы в Санкт-Петербургской мэрии. Но это был скорее ресурс контактов, нежели реальных резервов. Хотя в свое время (а это была пора работы Путина председателем Комитета по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга) руководство Совета Ленинграда – Санкт-Петербурга упрекало Владимира Владимировича в том, будто его комитет применяет в работе методы КГБ с коммерческой ориентацией: на все фирмы собирается информация, которая затем перепродается, в том числе иностранцам.

В 1991 году группа депутатов Ленсовета во главе с Мариной Салье и Юрием Гладковым провела специальное расследование, связанное с деятельностью Путина по выдаче лицензий на вывоз за рубеж сырья и ценных металлов. В заключении комиссии упоминался эпизод с выдачей лицензии на вывоз сырья за границу под поставки продуктов питания, которые в город так и не поступили. По сообщениям прессы той поры, комиссия рекомендовала Собчаку отстранить Путина от занимаемой должности и передала материалы своего расследования в прокуратуру. Прокуратура криминала в деятельности Путина не усмотрела, хотя прокурор города В.Еременко направил мэру представление о «некорректно составленных договорах Комиссии по внешним связям и неверном оформлении некоторых лицензий».

В те времена подобные претензии власти представительной к власти исполнительной считались знаком хорошего политического тона, а потому об этом эпизоде стоит забыть. Но не мешает помнить о том, что, курируя деятельность финансовых структур Петербурга, Владимир Владимирович познакомился с председателем совета директоров «Промстройбанка» Санкт-Петербурга Владимиром Коганом. Этот контакт сохранился и после перевода Путина в Москву. По странному совпадению после избрания Путина президентом уставный капитал банка был увеличен... в 25 раз. Банк стал выдавать зарплату сотрудникам Дома правительства, где были установлены для этого банкоматы.

Татьяна Дьяченко

А недавно поползли слухи, что Владимир Коган якобы собирается поработать в Минфине, прислушавшись к намеку президента – мол, пришло время послужить Родине. Ничего удивительного, из ряда вон выходящего здесь нет: новый лидер формирует свою базовую платформу, которая поможет ему, как и предшественнику, сохраниться при власти. Какого качества эта «платформа», насколько она отличается от предыдущей – темы отдельного разговора.

Вы спросите: а где связь между письмом «беззащитной Мордашовой» и карьерными перспективами друга президента Владимира Когана? Она прямая: возглавляемый Коганом «Промстройбанк» Санкт-Петербурга обслуживает счета и финансирует деятельность «Северстали». И письмо «всем женщинам» – скорее всего, попытка «семейной группы» опробовать еще один способ противостояния экспансии «питерцев» во власть и бизнес.

Шаг за шагом Путин методично выдавливает из управленческих и бизнес-орбит креатуру предыдущего режима. «Семья» потеряла контроль над «Рособоронэкспортом», Минатомом, МВД. По имеющимся данным, подготовлен проект указа президента об объединении всех предприятий «Гознака» в единый концерн с отстранением Центробанка от его руководства. Это намерение вписывается в русло политики перевода финансовых рычагов под контроль «питерской» команды (новый руководитель «Гознака» С.Вязалов работал с Путиным в мэрии Санкт-Петербурга).

Финансовую опору «семьи» – олигархов – Путин начал «строить» ровно год спустя после своего прихода в Кремль. В конце нынешнего января он внес предложение, чтобы представители бизнеса в течение года собрали 1,5 миллиарда рублей в Национальный фонд помощи военнослужащим, пострадавшим в «горячих точках» России, и членам их семей (по другим данным – в Российский военный фонд, которым руководит близкий друг президента, Анатолий Журавлев). Очевидно, на совещании, где было высказано это пожелание, обсуждались и условия сохранения бизнеса олигархами. Скорее всего, условия были бизнесом приняты, так как через десять дней (не через год!) все 1,5 миллиарда были перечислены на указанные счета.

Одним из последних раундов «диалога» с «семейным окружением» была встреча президента с Романом Абрамовичем в начале июля, после которой Абрамович принял решение покинуть большой бизнес. По некоторым данным, в течение следующей недели он продал «Сибнефть» «Сургутнефтегазу» за три миллиарда долларов. Кроме того, Роман Аркадьевич решил отказаться от участия в управлении холдингом «Русский алюминий». Конечно, не задаром! Отныне совладельцы холдинга, фактически выражающие интересы губернатора Чукотки, будут получать от команды менеджеров во главе с Олегом Дерипаской ренту на уровне 200 миллионов долларов в год!

Трудно сказать, что больше повлияло на Абрамовича, оставившего, хоть и за большие отступные, прибыльное дело: то ли убедительный тон Владимира Путина, то ли вопросы, прозвучавшие незадолго до этой исторической встречи в Омской прокуратуре. Их суть такова: Федеральная служба налоговой полиции по Омской области еще в апреле 1998 года провела проверку ОАО «Сибнефть» и обнаружила, что только за пять месяцев 1997 года «Сибнефть» занизила выплаты НДС на 52 миллиона деноминированных рублей; на реализацию горюче-смазочных материалов были укрыты от налогообложения 55 миллионов рублей (всего – 21 миллион долларов). Кроме того, при проведении ревизии «Сибнефть» якобы предъявила грузовые декларации со штампами, подтверждающими пересечение границ СНГ, с явными признаками подделки. Вдобавок ко всему налоговые полицейские обнаружили, что некоторые руководители фирмы имеют коррумпированные связи, чем наносится существенный вред государству. Чем не повод для «семейной тревоги», если вспомнить, что Роман Аркадьевич значился в особо приближенных к финансовым делам предыдущей команды?

Конечно, результаты проверки трехгодичной давности отнюдь не случайно всплыли именно сейчас. Попробуй тогда, в 1998-м, кинь косой взгляд на человека, имеющего доступ в апартаменты первого лица государства!

Борис Березовский

Но ведь и Мордашова молчала пять лет. Вернее, ее никто не спрашивал. А тут спросили! Письмо «на Мордашова» можно расценивать как некое «аморальное» дополнение к справке, представленной Генпрокуратурой президенту весной. Справка, инициированная «семейной группировкой», имеющей, по мнению аналитиков, влияние на Генпрокуратуру, касалась Владимира Когана. Ее общий смысл – консолидация финансовых потоков оборонной отрасли в питерских банках, подконтрольных Когану. В частности, обращалось внимание на то, что во время переговоров ЦКБ «Рубин» с Hulliburton о подъеме тел подводников с АПЛ «Курск» «Международный банк Санкт-Петербурга» (входит в сферу влияния Когана) привлек «Рубин» в качестве своего акционера. А чуть позже правительство выделило «Рубину» на проведение спасательных работ 100 миллионов рублей!

Сегодня некоторые эксперты считают, что все эти «письма», «справки», кстати, зачастую не лишенные смысла и достоверности, – лишь начало кампании по дальнейшему снижению рейтинга президента Путина, когда сначала следуют намеки, а потом и упреки в замене одной «семьи» на другую, но тоже «семью». На смену одному Абрамовичу приходит другой Коган. И «аморальная» история с главой «Северстали» Мордашовым – не что иное, как своеобразное предупреждение: пока наносим удар рядом, но можем и в цель... Еще весной появилась информация о возможном вбросе компромата на одного из ближайших помощников Путина, заместителя руководителя администрации президента Дмитрия Козака. Предполагалось, что он будет обвинен в коррупции или, на худой конец, представлен обманщиком женщин.

О существовании досье «на Путина» уже писали и даже кое-что публиковали. Правда, пока почти невинное и даже не пикантное. Пока...

По неподтвержденным данным, Борис Березовский договорился с руководителями подконтрольных ему СМИ, что к осени они развернут полномасштабную информационную кампанию против режима Путина, приурочив ее к предстоящим, по его расчетам, социальным волнениям, связанным с ухудшением жизненного уровня населения.

В рамках договоренностей в настоящее время проводится сбор информации по следующим направлениям:

– политическая несостоятельность Путина, ущербность его попыток сделать из России полулиберальную страну, захват власти новыми олигархами из Питера;

– чекистская закалка Путина, тотальный контроль над страной, нарушения прав человека;

Алексей Мордашов

– компромат лично на Путина, который живет по двойным стандартам: призывает к умеренности в расходах, а сам и его семья ведут откровенно богатый образ жизни, строят новые президентские резиденции, катаются на лыжах на мировых высокогорных курортах.

В случае реализации третьего пункта, по мнению Березовского, народ может серьезно задуматься: зачем президенту роскошная резиденция с конюшней, которая строится в Ново-Огареве; зачем новый президентский самолет ТУ-214, который собирается на Казанском авиазаводе? По всем этим и другим фактам, полагает Березовский, следует собрать документы и материалы, а осенью «выстрелить» на телевидении...

* * *

«Это дело рук Искандера Махмудова!» – понимающе закивали политтусовочные «пикейные жилеты», прочитав откровения Елены Мордашовой в «Московском комсомольце». Вот так одним росчерком умелого пера и рассчитывали «подкосить» в глазах общественности сразу двух топ-менеджеров российского бизнеса: главу «Северстали» Алексея Мордашова, представив его аморальным бабником, забывшим заповеди отцовства, и руководителя «Уральской горно-металлургической компании» Искандера Махмудова, дав возможность заподозрить его в организации бесперспективной затеи. Не многие разглядели бы в этом «милом пустяке» тень «семейной тревоги»...

Р.S. Сейчас конфликт понемногу утихает. Наверное, Елена Мордашова уже поняла, что ее просто подставили, если нет – скоро поймет. Ведь дело против ее бывшего мужа под давлением неопровержимых доказательств развалилось на начальном этапе.


Авторы:  Леонид ВЕЛЕХОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку