Русская вольная республика

Русская вольная республика
Автор: Полина ВИНОГРАДОВА
31.03.2019

Всего три года – с 1883 по 1886 – в Приамурье существовало вольное государство старателей, называвшееся Желтугинская республика или Амурская Калифорния. Собственная Конституция, свой президент и территория, разделенная на штаты, – больше в российской истории не было примеров, когда государственность удалось создать снизу, используя лучшие политические достижения соседей. Стоит ли говорить, что об успешном эксперименте постарались забыть. Как возникла русская республика на китайской территории, что стало основой ее процветания и кто уничтожил Желтугу – в материале специального корреспондента «Совершенно секретно».

Желтуга, Желтугинская республика, Новая или Амурская Калифорния – все это названия, под которыми известно государство, созданное в конце позапрошлого века на правом, китайском берегу Амура. Всего за три года из стихийного сообщества беглых каторжников оно эволюционировало до культурно-промышленного центра региона, живущего по собственным законам. А своим появлением было обязано богатейшему месторождению золота, найденному на реке Желтуга, левом притоке реки Албазихи. До прихода золотоискателей эти места были абсолютно безлюдны, однако по ряду договоров, заключенных между Россией и Цинской империей маньчжуров, принадлежали Китаю.

«Большинство источников описывают события так: весной 1883 года в станицу Игнашино, расположенную на левом берегу Амура, явился орочон  – представитель одного из кочевых тунгусских племен, – рассказал корреспонденту «Совершенно секретно» Михаил Семёнов, специалист по новой истории Дальнего Востока, кандидат исторических наук. – Орочон рассказал местному торговцу Середкину, промышлявшему среди прочего и добычей золота, что недавно похоронил свою мать. А когда рыл могилу, случайно наткнулся сразу на несколько золотых самородков. Орочон показал находку и пообещал, что расскажет, где найти богатое золотом место, но при одном условии  – тело его матери никто не тронет. Середкин заплатил за ценные сведения и отправил на Желтугу поисковую партию. Первый же шурф дал необыкновенно богатую золотом пробу, и жизнь на тихой речке закипела».

Слухи о том, что на китайском берегу Амура золотые самородки буквально валяются под ногами, моментально разлетелись по всей округе. На Желтугу хлынул бурный поток охотников за удачей. Русские, китайцы, корейцы, орочоны, тунгусы, поляки, немцы, французы  – скоро на вольных приисках собрался настоящий интернационал. Очень много было и американцев, мечтавших о повторении золотой лихорадки в Калифорнии.

«Поселок стремительно рос: по различным оценкам, к 1884 году его население увеличилось с одной сотни до 7–10 тысяч человек, а еще через полгода здесь работали уже около 15 тысяч старателей, – продолжил рассказ Михаил Семёнов.

–  Большинство из них были людьми с сомнительным прошлым: беглые каторжники и ссыльные, уголовники, оставившие службу казаки, разный бродячий сибирский люд, авантюристы всех мастей. Терять им было нечего, а шансы разбогатеть действительно были. Так, автор публикации в журнале «Русское богатство» сообщал, что Семейская артель нашла на Желтуге самородок весом в 5 фунтов  – более 2 кг! Наверняка это была не единственная подобная находка, обычно их старались не афишировать. Хотя старатели-хищники вели добычу самым примитивным способом, все усилия вознаграждались сторицей, поскольку содержание золота было ураганным: промывка полутора тонн гравия давала более 3 кг драгоценного металла».

РУССКАЯ ВЕРСИЯ АМЕРИКАНСКОЙ КОНСТИТУЦИИ

Где шальные деньги – там грабежи и убийства. Поначалу Желтугу захлестнула волна преступности. Опасность поджидала золотоискателей повсюду  – и на таежных тропах, и на участках, и в самом поселке, где можно было запросто лишиться жизни среди бела дня. Каплей, переполнившей чашу терпения, стало зверское убийство повара одной из артелей. Старатели решили положить конец анархии и собрали общий сход.

Жители поселка избрали главу прииска и наделили его чрезвычайными полномочиями. А сам прииск разделили на 5 участков, поставив во главе каждого из них двух выборных старейшин. Все старатели принесли присягу и подписали документ, что безоговорочно признают власть избранных руководителей и поддерживают все законы, какие они примут. Так сформировались основы Желтугинской республики. А на центральной площади поселка появился черно-желтый флаг государства старателей, где черный цвет символизировал землю, а желтый – золото.

«Заимствовав название с соседнего континента, Желтугинскую республику стали называть Амурской или Новой Калифорнией. За главой приисков по аналогии закрепилось звание «президента», участки стали именоваться «штатами», а основной закон – «конституцией», – уточняет Михаил Семёнов. – Есть несколько версий, кто именно стал первым главой президентом вольных старателей. В ряде источников упоминается имя русского золотоискателя Павла Прокунина. Некоторые авторы убеждены в правоте Владимира Гиляровского, считавшего первым президентом Желтуги корнета-авантюриста Николая Савина, именовавшего себя графом Тулуз-Лотреком. Но, вероятнее всего, первым выборным главой Амурской Калифорнии стал Карл Иоганн Фассе, выходец из Австро-Венгерской империи, прибывший в Маньчжурию из золотоносной Калифорнии».

Всем избранным должностным лицам назначили щедрое содержание. Президент республики получал генеральское жалованье  – 400 рублей в месяц, старосты – по 200 рублей. И эти деньги они отработали сполна. Фассе был прирожденным лидером, он быстро установил порядок на прииске. «Первые две недели могли бы, по справедливости, назваться временем страшной порки непокорных калифорнийцев. Секли с утра до ночи за всякий проступок», – вспоминал один из очевидцев событий.

Законы в республике установили простые и суровые. Первым же указом Фассе отменил действовавшее ранее правило, что на Желтугу не разрешено допускать женщин. Зато за мужеложество теперь полагалось 500 ударов терновником  – плетью, набитой острыми гвоздями. Фактически такое наказание было равносильно смертной казни. Строго каралось и любое нарушение общественного покоя. Так, за шум ночью можно было получить 200 ударов палкой, за пьянство – 100 розог.

Судьбу обвиняемых в тяжких преступлениях решали на общем сходе. К смертной казни приговаривали за убийство, воровство, грабеж, подделку золотого песка, обман при его взвешивании, мошенничество в игре. Приговор приводился в исполнение в течение нескольких часов: виселица, воздвигнутая на центральной площади, поначалу пустовала редко. Но жесткие меры дали эффект, и постепенно преступность сократилась до минимума. Грабежи и убийства если и случались, то лишь за пределами Желтуги, на дорогах, которые к ней вели.

Президент республики занимался не только борьбой с преступностью, но регулированием жизни на Желтуге. Были разработаны правила торговли, выделения золотоносных участков, решения трудовых споров. Создана пожарная дружина, а для охраны прииска наняты специальные отряды. Чтобы возместить расходы на их содержание, Фассе разработал собственную налоговую систему. Отныне каждый, кто вел торговлю на Желтуге, обязан был вносить в республиканскую казну 10% от стоимости всех своих товаров, за исключением мяса и сухарей. Торговцы, занимавшиеся розничной продажей алкоголя, платили 20%, оптовой  – 25%. Содержатели трактиров и увеселительных заведений обязаны были отдавать пятую часть своих доходов. Не облагались налогом лишь личные доходы старателей.

В первый же месяц работы на посту президента Фоссе распорядился создать на общественные средства и бесплатную больницу. Одно из бревенчатых зданий разделили на четыре комнаты. В первой установили 15 коек для лежачих больных, в остальных оборудовали аптеку, приемный покой и кухню. Пациенты не платили ни за прием врача, ни за медикаменты, ни за уход и содержание. Кормили их тоже полностью за счет казны, причем неплохо. Каждому полагался утренний чай, завтрак, обед из трех блюд и вечерний чай с белым хлебом. С первого же дня больница никогда не пустовала: работа на прииске была нелегкой, и медицинская помощь требовалась часто.

ПО ЗОЛОТНИКУ ЗА ПЕЛЬМЕНЬ

Всего за один сезон старатели зарабатывали целое состояние, и предприимчивые люди обеспечивали им возможность с удовольствием его потратить. На Желтугу потянулись торговцы со всего Приамурья и Забайкалья. В затерянном посреди глухой тайги поселке теперь можно было купить все что угодно, но и цены были соответствующие, непомерно высокие. Так, одна бутылка лимонада стоила 12 рублей  – дороже хорошего импортного вина в остальной России.

Наличных денег у старателей было немного, зато золотого песка – в избытке. Поэтому не только в лавках, но и в кабаках, на постоялых дворах можно было рассчитаться золотом. Мерой веса был «золотник», который отмеряли на самодельных весах. А гирями часто служили обыкновенные игральные карты. Считалось, что одна карта весит четверть золотника. Чтобы взвесить один золотник песка, на чашу весов клали четыре карты. Бывало, что за один пельмень платили по золотнику.

Хотя цены на все были непомерно раздуты, граждане Амурской Калифорнии не бедствовали. И вскоре на Желтуге появилось множество роскошных заведений, предлагавших старателям возможность отдохнуть и покутить. Здесь открылись бани, питейные дома, отели, даже банки. По свидетельству современников, к 1885 году в таежном поселке построили 18 трактиров и гостиниц, обеспечивавших практически европейский уровень комфорта. Никогда не пустовали и казино.

«Игорные дома на Желтуге были поставлены на широкую ногу – с буфетами, собственными оркестрами. Играли преимущественно в рулетку и штос, – рассказывает Михаил Семёнов. – Самым большим и популярным было казино «Чита», где на кон ставили целые состояния. На столах часто высились целые горы золотого песка. Один из очевидцев, посетивший это таежное Монте-Карло, рассказывал, что «простой крестьянин ставил по 4000 рублей на карту и, ничуть не смущаясь, проигрывал эту сумму».

В период расцвета Желтуги в поселке открылся «театр музыки», где хор песенников давал представления «с магическими фокусами», выступали жонглеры и цирковые гимнасты, блистали мастера джигитовки. Давали концерты сразу два оркестра, работали качели и карусели, открылась фотолаборатория. Ювелиры были готовы изготовить любое изделие на заказ, были и свои «часовых дел мастера». А в зверинце можно было поглазеть на настоящую «тигру». Да что там, даже несколько органов прямо в тайгу привезли, лишь бы выманить деньги у разбогатевших старателей. Но золото в их карманах все равно не кончалось.

«За один день на желтугинском прииске добывали от 1 до 3 пудов золота  – от 16 до 50 кг. К февралю 1885 года было добыто около 5 тонн золота, к концу года – примерно 8 тонн. Но, разумеется, это лишь приблизительная оценка. Количество золота, уходившего контрабандой на сторону, учету не поддавалось, – подчеркивает собеседник «Совершенно секретно». – А главной мечтой всех граждан Желтугинской республики было добиться присоединения богатого месторождения к территории России. Однако российские власти не собирались идти навстречу старателям, они сознательно дистанцировались от прииска. Конфликт с Китаем не входил в геополитические интересы империи, поэтому чиновники не сделали ничего для защиты российских подданных».

ВСЕГО ЗА ТРИ ГОДА ИЗ СТИХИЙНОГО СООБЩЕСТВА БЕГЛЫХ КАТОРЖНИКОВ ЖЕЛТУГА ЭВОЛЮЦИОНИРОВАЛА ДО
КУЛЬТУРНО-ПРОМЫШЛЕННОГО ЦЕНТРА РЕГИОНА, ЖИВУЩЕГО ПО СОБСТВЕННЫМ ЗАКОНАМ

«БОЙНЯ, УЖАСНАЯ И ЗВЕРСКАЯ»

Как и следовало ожидать, империю Цинь категорически не устраивало, что на ее территории добывают золото старатели со всего мира. Но от ближайшего китайского населенного пункта Желтугу отделяло почти 500 км глухой тайги, и расправиться с обитателями дальневосточной Калифорнии было не так-то просто.

Первая серьезная попытка была предпринята в августе 1885 года. К вольным старателям неожиданно прибыл китайский офицер-нойон с вооруженной свитой. Он предложил всем без исключения обитателям поселка  – и русским, и китайцам – добровольно покинуть Желтугу не позже, чем через 8 дней. Тех, кто останется, пообещали подвергнуть суровому наказанию. Большая часть золотоискателей бежала из поселка. Нойон сдержал слово и вернулся на прииск ровно через 8 дней. Китайские солдаты сожгли часть построек и обезглавили нескольких старателей, решивших спрятаться и переждать. Но как только войска ушли, золотодобытчики снова потянулись на Желтугу, а следом за ними  – торговцы и владельцы увеселительных заведений. Жизнь на прииске вновь закипела. «Золотопромышленный вулкан потух лишь на время», – констатировал редактор газеты «Восточное обозрение» Николай Ядринцев.

Китайские власти быстро узнали, что прииски заработали снова. И в конце 1885 года на Желтугу отправили новый карательный отряд общей численностью свыше 2 тыс. человек. Перед ним поставили задачу окончательно изгнать старателей с маньчжурской территории, а сам поселок сжечь дотла. В начале января 1886 года китайские войска подошли к прииску, однако не решились напасть на старателей, многократно превосходивших их в численности. Тем более, что после прошлой атаки граждане вольной республики вооружились до зубов.

«Всем обитателям Желтуги вновь предложили добровольно покинуть поселок в кратчайшие сроки. Русским старателям пообещали, что они смогут спокойно вернуться на российскую территорию. Китайцам безопасности не гарантировали, сказали, что поступят с ними «по своему усмотрению». Что это означает, понимали все. Добывать золото в Китае было строжайше запрещено, нарушителей ждала смертная казнь, – поясняет Михаил Семёнов. – На прииске на тот момент работало около 400 китайцев и маньчжуров, и они умоляли русских о помощи. После долгих совещаний, российские граждане республики постановили: если уходить, то всем вместе, никого не бросив в беде. Были сформированы отряды в несколько сотен человек, и один за другим они направились к границе. Шли торжественно, со знаменами и под звуки горна».

Однако перейти через Амур удалось далеко не всем. «Едва китайские солдаты увидели двигавшихся по льду Амура желтугинцев, как бросились на беззащитных соотечественников. Убивали и мучили и на нашем берегу, выхватывали из толпы русских, терзали на улицах, врывались в русские избы и выволакивали оттуда своих жертв. Это была бойня, ужасная, безобразная и зверская», – так описал события журнал «Русское богатство».

Старатели с Желтуги пытались спасти несчастных. Газеты тех лет рассказали о нескольких случаях, когда рабочие отбивали беззащитных «коллег» у китайских солдат и прятали их. Но массовая бойня все равно продолжалась. Берега Амура теперь были усыпаны не самородками, а изуродованными и обезглавленными трупами китайских старателей.

Желтугу сожгли дотла. В конце января несколько сотен русских золотоискателей попытались вернуться на прииск, но возродить старательскую республику китайские войска уже не дали. Непрошенных гостей гнали до самой границы плетьми и палками. Амурской Калифорнии пришел конец.

Фото из архива автора.


Авторы:  Полина ВИНОГРАДОВА

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку