ПОДПИСКА Новости Политика В мире Общество Экономика Безопасность История Фото

Совершенно секретно

Международный ежемесячник – одна из самых авторитетных российских газет конца XX - начала XXI века.

добавить на Яндекс
В других СМИ
Новости СМИ2
Загрузка...

Общество Люди

На фото: Леонид Зорин

Знаменитый драматург – автор «Покровских ворот», «Варшавской мелодии», «Царской охоты» –
в последнее время уделяет больше внимания прозе. В этом году ему исполнится девяносто лет.

Повесть Леонида Зорина, вышедшая только что в журнале «Знамя», называется «Памяти Безродова». В подробностях жизни заглавного героя можно – и даже нужно, поскольку особо никто ничего не прячет, – разглядеть биографию автора. Вот только сюжет смущает: писатель Безродов только что умер, коллега помоложе разбирает его бумаги. Впрочем, самого известного своего литературного двойника – Константина Ромина, Костика из «Покровских ворот», – Леонид Генрихович провел еще через несколько книг, а затем отправил в мир иной. Почти 15 лет назад.

– На наше поколение выпало чрезвычайно много всего. Брала эпоха на излом всячески. Шли люди на большие компромиссы – что не проходило даром. Компромисс в какой-то степени внутренне точит человека, подрывает его силы к сопротивлению, если он недостаточно силен.

0
На фото: Писатель Виктор Шендерович

Самый опальный российский драматург Виктор Шендерович на жизнь не жалуется, хорошего не ждет

– Конечно. Смешно и грустно сейчас вспоминать себя, который, как обычный советский гражданин, в конце 1980-х писал письмо Михаилу Сергеевичу Горбачеву с просьбой разрешить публикацию «Архипелага ГУЛАГа». Мне казалось, стоит вот эту страшную правду сделать общим достоянием – и все, дискуссии о роли Ленина и Сталина прекратятся раз и навсегда, всем про них станет все ясно.

– Горбачев, надо заметить, вашу просьбу удовлетворил.

– Да. Но ожидаемого результата это не дало. Подтвердилось, что Сталин – убийца, но одновременно выяснилось, что многих в нем именно это и привлекает. Одновременно оказалось, что свобода – это не только публикации Варлама Шаламова, Осипа Мандельштама и Андрея Платонова, но и газеты «Пульс Тушино» и «Завтра», продающиеся на каждом углу. Казалось, что таблица умножения не может быть предметом для дебатов, ее достаточно просто выучить. Ошибочно казалось: на всей территории Земли трижды три – девять, а у нас – как решит последний пленум. Короче говоря, свобода пришла не просто нагая, а во всем разнообразии наготы. И, разумеется, все, кто пережил это время, вышли из него гораздо большими пессимистами, чем входили.

0
Сергей Каледин. Фото из семейного архива.

«Черно-белое кино» – так называется новая, первая за много лет книга популярного писателя Сергея Каледина. Почему создатель знаменитых повестей и романов отказался от «прозаторства» в пользу частных историй своих родных и друзей?

…Я уже все написал, славу свою добыл, мне ее не переплюнуть. Эта ниша заполнена, а лет мне много – так что доживу без выдумки, без прозы. Без прозаторства. И так я жил. В той жизни была пятилетняя впадина, которую заняла Можайская детская воспитательная колония, где я был дядькой-опекуном с подачи Люси Улицкой. Пришел к ней, сказал: «Люся, мне делать нечего, скучаю. Писать не хочу». Она мне: «Твое место в тюрьме». «Как это так?» – «А вот так. Рядом с твоей дачей – колония. Пойди туда. Будешь нужен детям, а они будут нужны тебе, а дальше посмотришь». Это были ее пророческие слова: лучший этап в жизни выдался у меня. Кончился, однако, и он: начальника колонии, полковника Шатохина Бориса Анатольевича, попросили покинуть пост, ушли две замечательные психологини – и тюрьма стала тюрьмой.

Компьютерный класс остался, разве что, – с помощью «Открытой России» Ходорковского и Иры Ясиной. И контакты с пацанами, конечно, остались. А по большому счету не вышло ничего. Тюремная система непрошибаема, нарушить ее целостность – дело невозможное. Архипелаг ГУЛАГ, только помягше. Но с места все это хозяйство не сойдет…

0

Знаменитый российский киносценарист Юрий Арабов против своей воли оказался в центре скандала вокруг очередного исторического героя.

– Русская культура заключается в постановке вопросов, которые не имеют ответов. Например, есть ли Бог и в чем смысл жизни… Наша культура, в отличие от западной, почти не имеет светского характера. Чехов – чуть ли не единственный «светский» писатель из классиков, но и его мучали проклятые вопросы, на которые он дал ответ в повести «Дуэль» – никто не знает настоящей правды. Другой ответ, уже совсем несветского писателя: если Бога нет, то все дозволено. Это современная Россия усвоила лучше всего. Вседозволенность мы принимаем за свободу. Это – главная ошибка молодого поколения, и расплачиваться за нее придется долго и тяжко.

– Я сам – республиканец и, наверное, либерал, но за свои взгляды не готов порвать глотку любому, кто их не разделяет.

0

Книга немецкой писательницы Сюзанны Фридрих «Записки о холоде» (Notizen in der Kälte) готовится к переводу на русский язык. 

Сюзанна Фридрих родилась в немецкой семье в Бомбее (Индия), жила и работала в Лондоне, в Париже. А в 1997 году с шестимесячным сыном на руках она переехала в Санкт-Петербург. И десять лет собирала материал для своей книги. В интервью газете «Совершенно секретно» Сюзанна Фридрих рассказала о своих впечатлениях от России и ее жителей:

 — Несмотря на то, что наши страны тесно сотрудничают, немцы не так много знают о России, о людях, которые живут в этой стране. Все, что они видят – это политика. И поэтому Россия издалека кажется довольно странной – я имею в виду, из-за решений ее политических лидеров. В Германии, где уже давно установилась демократия, часто бывает сложно понять, чего хочет Россия. Руководство страны часто действует жестко, не очень склонно к компромиссам. К сожалению, из-за этого немцы часто просто не понимают, что делают люди в России, как они живут. Поэтому мне показалось важным сосредоточиться именно на человеческом аспекте, показать страну через личность, описать ее жителей. Хорошо, что Россия – это не только ее странное политическое руководство, но и люди. 

0
Фарберы
26 August 2013 - "Совершенно секретно", No.9/292
На фото: Петр Фарбер

Никто никогда ничего бескорыстно не делает, и Илья Фарбер такой же. Просто корысть бывает разная, а не только денежная и карьерная

Может ли человек по фамилии Фарбер бескорыстно помогать деревне? Таким вопросом задался прокурор на первом процессе по делу Ильи Фарбера, москвича, приехавшего в тверское село Мошенка, работавшего там учителем и обвиненного в вымогательстве взятки в триста тысяч рублей у подрядчика при ремонте местного дома культуры, который Фарбер заодно возглавил. Совместными усилиями прокурор и присяжные нашли ответ на этот вопрос: не мог. Илью Фарбера признали виновным и осудили на семь лет колонии. Верховный суд не согласился с таким решением, и был повторный процесс, уже без присяжных, но результат оказался такой же – семь лет и один месяц под стражей. Ни одно судебное решение за последние лет десять не вызывало такой реакции. Им практически в одних и тех же выражениях возмутились люди, которые даже фамилии друг друга слышать спокойно не могут…
 

0
Прокурорские и деревенские
26 August 2013 - "Совершенно секретно", No.9/292

Три года назад я провела почти две недели, наблюдая вблизи за жизнью прокуроров в Твери – для большого текста про то, что за люди работают в этом самом влиятельном правоохранительном ведомстве России. Кто-то из моих тогдашних собеседников, возможно имел отношение к самому скандальному делу этого лета — процессу над Ильей Фарбером, который проходил в Тверской области.

Главным моим впечатлением от общения с прокурорами было отсутствие собственно общения – в общечеловеческом смысле этого слова: вопросы я задавала и они даже отвечали, а контакта не происходило. Вода и масло – люди в погонах и без, то есть я – не смешивались никак. По неписаным правилам тверского этикета после окончания интервью полагалось посвятить пять – десять минут неформальной беседе с журналистом. Полдюжины прокуроров, с которыми я общалась, задавали мне в этот момент один и тот же вопрос: «Как же вы в Москве живете, ведь пробки?» – и на этом их интерес ко мне как к собеседнику заканчивался. За две недели я, кажется, поняла почему: пока я не стала обвиняемой или подследственной, пока ко мне нельзя применить одну или несколько статей Уголовного кодекса и описать меня языком протокола, я для них просто не существовала. Неприятное ощущение – а ведь я пришла к ним в гости, а не на допрос.
 

0
На фото: Алексей Мартов

Один из самых востребованных в мире отечественных хирургов-урологов Алексей Мартов рассказал, почему разговоры о несовершенстве отечественного здравоохранения – пустая абстракция.

– Что за странное сочетание в вашей биографии: два высших образования в сферах, между собой почти не соприкасающихся, – медицинский институт и институт иностранных языков?

– Я учился в советское время, когда изучение иностранных языков не считалось таким важным делом, как сейчас. Но я чувствовал, что, если хочешь развиваться, куда-то двигаться, иностранный язык необходим. Я учился оперировать, как все ординаторы – дежуря по ночам, но еще и изучая специальную иностранную литературу – о той хирургии, которой я начал заниматься, на русском не было написано ни слова. И продолжаю учить язык до сих пор, потому что одного навыка чтения мало, если ты оперируешь за рубежом и выступаешь там с докладами.

0
Страницы: Первая 15 6 7 8 9 10 11 12 13 Последняя