РЕНУАР ИЗ КАПТЕРКИ

РЕНУАР ИЗ КАПТЕРКИ
Автор: Егор ВЕРЕЩАГИН
15.08.2015
 
КАК ТРОФЕИ 49-Й АРМИИ СТАЛИ ПРИЧИНОЙ ЗАТЯНУВШЕГОСЯ СПОРА МЕЖДУ РОССИЕЙ И ВЕНГРИЕЙ
 
В 2012 году в Нижнем Новгороде открылось почетное венгерское консульство, которое возглавила супруга нижегородского мэра Эллада Нагорная. Эта структура процветает и в наши дни, когда европейские страны резко начали замораживать контакты с Россией и когда та же самая Венгрия без объяснения причин вдруг закрыла единственный в нашей стране визовый центр.
 
Одним из главных центров притяжения для Венгрии Нижний Новгород является потому, что там хранится коллекция западноевропейской живописи, вывезенная из Венгрии после Великой Отечественной войны. Вокруг этой коллекции на протяжении многих лет идут ожесточенные споры. Подробности – в расследовании «Совершенно секретно».
 
В 1945 году 49-я армия 2-го Белорусского фронта, двигаясь по территории Германии, дошла до железнодорожной стации города Райнсберга. В одном из вагонов, брошенных фашистами, советские бойцы обнаружили деревянные ящики с настоящими сокровищами, среди которых были 143 полотна кистей разных живописцев и восемь средневековых скульптур. Каким образом все это оказалось на станции и какую ценность представляют эти произведения искусства, представления на тот момент никакого не было: ящики не были снабжены сопроводительными документами, а картины, сложенные штабелями, уже тогда пребывали в удручающем состоянии.
 
Эксперты полагают, что наши военные по каким-то причинам не стали оформлять эту находку как официальную, иначе она сразу же попала бы в руки московских искусствоведов. Известно, что во время войны офицеры беспрепятственно возили с собой в качестве личных трофеев вещи, которые, как выяснялось впоследствии, были шедеврами мирового искусства, но и этот вариант развития событий не подходит к данной ситуации: содержимое ящиков не разошлось по личному составу.
 
Скорее эта находка стала чем-то вроде общего трофея боевой единицы, которая после войны, сменив название, стала располагаться на постоянной основе в Горьковском военном округе. Неизвестно, сколько еще времени полотна портились в ящиках, но известно, что в конце концов офицеры передали их – как дар от 49-й армии – в Горьковский художественный музей. Там полотна сразу стали частью Особого фонда. То есть тайной, известной узкому кругу лиц. Увы, долгое время они были закрыты не только для показа, но и для элементарного изучения.
 
Музейных работников, которые догадывались, что именно они взяли на хранение и какую ценность представляют эти шедевры, такая ситуация не устраивала. Они постоянно писали письма наверх, где просили начать изучение и реставрацию, что позволило бы в дальнейшем открыть эти полотна для показа. Просьбы эти оставались без ответа. Гриф Особого фонда позволял откладывать вопрос с обнародованием на неопределенный срок.
 
Искусствоведы считали это бездействие преступным, поскольку картины долгое время оставались без необходимой реставрации, но своя логика здесь была. «Трофей» не прошел установленную международными правилами процедуру оформления и распределения культурных ценностей, в результате которой он запросто мог быть передан другой стране. Вместо этого полотна остались в СССР.
 
«СОСТОЯНИЕ ИХ БЫЛО ПЛАЧЕВНОЕ»
 
Только в 1957 году союзное Министерство культуры решает передать все это в московский реставрационный центр. Наконец-то началось тщательное, скрупулезное изучение содержимого ящиков, найденных в 1945 году.
 
«Состояние их было плачевное вследствие многократных транспортировок и непрофессиональной упаковки, – вспоминает директор Всероссийского художественного научно-реставрационного центр им. И. Э. Грабаря Алексей Владимиров. – Особенно пострадали картины, написанные на деревянной основе, и почти все полихромные деревянные скульптуры. Потребовалось срочное вмешательство реставраторов, которые провели консервацию и сделали все возможное для сохранения коллекции».
 
Сразу стало понятно, что это не немецкое культурное наследие. Поэтому ученым пришлось восстановить… маршрут 49-й армии: Бобруйск – Белосток – Берлин. Стран, где картины могли храниться изначально, в этом маршруте не оказалось. Значит, военные не лукавили и действительно обнаружили ящики в Райнсберге. Но как этот бесценный груз попал туда? И, главное, откуда?
 
Картины, напомним, не были снабжены какими-либо документами, более того – на них не было музейных шифров и инвентарных номеров. Это говорит о том, что изначально произведения искусства находились в руках частных владельцев. Некоторых из них удалось установить в ходе первой же экспертизы – благо что ряд особо ценных картин, на которых имелись подписи, фигурировал в довоенных каталогах. Итак, было установлено, что ранее полотна принадлежали венгерским состоятельным гражданам (как правило, предпринимателям и банкирам) еврейского происхождения.
 
«Так, барону Ференцу Хатвани принадлежал портрет кисти К. Коро, который в литературе известен под двумя названиями – «Мечтающая Мариет» и «Портрет мадам Гамбей», – пишет Алексей Владимиров. – Из его же соб­рания «Мужской портрет» Якобо Тинторетто и пастельный «Портрет Мэри Лоран с мопсом» работы Э. Мане. Полотно Ф. Гойи «Карнавал на улице» и картина «Апостол Яков» кисти Эль Греко, а также «Женский портрет» Огюста Ренуара были из собрания барона Андре Херцога де Чета.
 
А барону Морицу Корнфельду принадлежала вся имеющаяся в коллекции средневековая скульптура. Кроме названных, в числе владельцев было еще несколько представителей венгерского дворянства: собственностью графа А. Дьюла являлись «Мужской портрет» Опи Джона и «Водопой» М. Мункачи, а картина Джованни дель Бьондо «Святые и ангелы» находилась ранее в собрании Марцела Немеша».
 
Оценить данную коллекцию в денежном эквиваленте просто невозможно. Незначительные с культурной точки зрения эскизы и наброски Гойи, Тинторетто и Ренуара изредка продаются на аукционах со стартовой ценой в несколько миллионов долларов каждый. В данном же случае речь идет о бесценных шедеврах.
 
О ВЕЖЛИВОМ ТОРГЕ И ГРУБОЙ ЭКСПРОПРИАЦИИ
 
Однако вернемся к судьбе этих картин и их владельцев. Венгрия, как известно, входила в состав гитлеровской коалиции и воевала на стороне фашистской Германии против СССР на фронтах Второй мировой войны. Это давало определенные преференции не только «обычным» жителям Венгрии, но и венгерским евреям, к которым фашисты до поры до времени относились лояльно.
 
Известны случаи, когда вожди Третьего рейха – большие ценители и коллекционеры живописи – соблюдали (опять же до поры до времени) определенный этикет в отношениях с обладателями картин, жившими на территории союзных стран. Показательна история с полотном Яна Вермеера «Искусство живописи» (1666–1667). До войны оно принадлежало австрийскому графу Чернину. Вначале на эту картину положил глаз Геринг, предложив 2 млн рейхсмарок.
 
Сделка была фактически заключена, но про нее узнал Гитлер – и вынудил Чернина продать ему «Искусство живописи» за 1,5 млн рейх­смарок, да еще и написать в адрес фюрера благодарственное письмо. Манипулировать графом было несложно, ибо жена его была наполовину еврейка. Тем не менее определенный этикет был соблюден, и даже деньги были заплачены.
 
Картина Вермеера вошла в состав легендарной гитлеровской коллекции живописи, которая в 1944 году была спрятана немцами в соляных пещерах и которую год спустя обнаружили американские войска. Сейчас она находится в венском Музее истории искусств.
 
Между тем ближе к концу войны фашисты перестали быть вежливыми и лояльными по отношению к гражданам союзных стран. Тот же граф Чернин, например, лишился всего имущества и 3 месяца провел в гестапо – правда выжил и пытался даже отсудить проданную им картину у Венского музея.
 
Что же касается венгерских евреев, то они в 1944 году потеряли неприкосновенность: их угнали в концлагеря, экспроприировав более-менее ценное имущество. Среди этого имущества и были картины, хранившиеся ранее у частных коллекционеров – предпринимателей и банкиров еврейского происхождения, получивших в Венгрии дворянские титулы. Полотна были у них отобраны, сложены в ящики и отправлены в Германию – поэтому столь ценный груз и был лишен каких-либо сопроводительных документов. Не исключено, что местом его назначения были те же соляные пещеры, но фашисты, отступая, бросили ящики на станции.
 
ЯКОПО ТИНТОРЕТТО. ПОРТРЕТ ВЕНЕЦИАНСКОГО ВЕЛЬМОЖИ
НИЖЕГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ
 
ЩЕПЕТИЛЬНЫЙ ВОПРОС
 
Итак, шедевры западноевропейской живописи, после того как они были изучены и отреставрированы, частично были оставлены в Горьковском музее, частично – в реставрационном центре, а другая часть – передана на хранение в Государственный музей изобразительных искусств имени Пушкина.
 
Несмотря на принятые меры предосторожности, информация об этой коллекции (которая, как мы уже поняли, совершенно стихийно была собрана из других коллекций) распространилась среди специалистов. На картины стала претендовать венгерская сторона, начались дипломатические переговоры. Здесь стоит отметить, что ситуация весьма и весьма щепетильна.
 
В 1972 году переговоры увенчались определенным успехом для наших друзей по социалистическому лагерю: 15 картин (в основном кистей венгерских живописцев) были изъяты из особого фонда и переданы в музей Будапешта. Однако это был единичный случай. В 1990 году была создана специальная венгерско-российская комиссия по вопросам реституции. Результатом ее деятельности стало возвращение в Западную Европу десятков ценнейших книг, которые, кстати, хранились в том же Горьком, но что касается коллекции западноевропейской живописи, то она так и осталась в двух наших музеях.
 
Венгры, однако, на этом не успокоились.
 
Известно, что они пытались договориться с Борисом Немцовым в бытность его губернатором Нижегородской области и с Борисом Ельциным в бытность его Президентом РФ, но результатов это не дало. Известно также, что несколько раз потомки пытались отстоять свое право на картины через суд – также безрезультатно. Хорошо известен иск в российский суд гражданки США Марты Ниренберг – наследницы барона Андре Херцога, которая требует вернуть ей 17 полотен из той самой западноевропейской коллекции.
 
Пресненский суд, прежде чем рассматривать дело, потребовал уплаты госпошлины, которая должна составлять 1,5 % от оспариваемого имущества. Сумма, понятное дело, получилась огромная. Адвокат истицы оспаривает эту позицию в высшей инстанции, где терпит поражение, доходит до Верховного суда России – в результате размер госпошлины становится все же приемлемым. Однако дело, насколько мы знаем, растянулось на неопределенный срок и фактически «утонуло» из-за невозможности установить истинного изначального владельца картин.
 
Реставрация экспонатов Особого фонда между тем шла своим чередом – и это позволило в конце концов искусствоведам осуществить свою давнюю мечту, а именно открыть для показа ту часть коллекции западноевропейской живописи, которая находится в Нижегородском государственном художественном музее. Произошло это в 2005 году, и данное событие не могло не распалить интересы и воображение тех, кто мечтает о вывозе полотен из России. Возможно, именно интересом к этой коллекции обусловлено оживленное культурное сотрудничество Нижнего Новгорода и Венгрии, точнее даже своеобразная венгерская культурная экспансия.
 
Начиная с прошлого года на волжских берегах стали появляться причудливые (а порой и просто пугающие население) скульптуры современных венгерских авангардистов. Сначала на Нижневолжской набережной появился высоченный олень – символ Нижнего Новгорода, сооруженный зачем-то из металлических обрезков на деньги Эллады Нагорной (напомним, она является почетным консулом Венгрии и по совместительству – самой богатой женой российского чиновника).
 
В этом же году в Нижнем Новгороде появилась копия скульптуры венгерского автора Эрвина Эрве-Лорана «Прорыв». Ее сооружение, доставка и установка полностью оплачены венгерской стороной. «Прорыв» – вещь интересная и в то же время жутковатая. Она представляет собой изваяние огромного мужчины, который, скорчив лицо то ли от ярости, то ли просто от натуги, пытается вылезти из-под земли.
 
«Эта скульптура является символом того, как современное искусство должно присутствовать в нашей повседневной жизни, на улицах, в пространстве наших городов, – сказал скульптор Эрвин Эрве-Лоран, открывая в Нижнем Новгороде копию своего арт-объекта. – Моя цель – сделать искусство ближе людям, чтобы они могли встретить его на улице во время обычной прогулки, а не только в музеях и галереях. Для меня большое счастье, что скульптура установлена в Нижнем Новгороде. Надеюсь, нижегородцы всем сердцем примут эту скульптуру с ее символическим значением».
 
Кстати, согласно официальной информации на сайте почетного венгерского консульства в Нижнем Новгороде, главная цель данной структуры – «защищать интересы Венгрии в рамках, допустимых международным правом». Несомненно, в круг таких интересов входит и венгерская коллекция западноевропейской живописи.
 

Авторы:  Егор ВЕРЕЩАГИН

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку