НОВОСТИ
Банкет в день траура. Мэр шахтерского Прокопьевска продержался в своем кресле несколько часов (ВИДЕО)
sovsekretnoru

Разжалованное золото

Автор: Иосиф ГАЛЬПЕРИН
01.03.2003

 
Иосиф ГАЛЬПЕРИН
Обозреватель «Совершенно секретно»

 

Пока общественность с неослабевающим вниманием следила за дебатами в Думе о том, сколько наличной валюты можно вывозить без оповещения государства – три или пять тысяч долларов, в кабинетах на Охотном ряду дозревал законопроект, позволяющий в принципе вывозить сколько угодно. Дело в том, что пока принимались поправки к старому закону о валютном регулировании, в правительстве еще в октябре 2002 года был подготовлен (а в январе 2003 – внесен в парламент) по тому же поводу новый закон. В нем драгоценные камни и металлы уже не считаются подлежащими валютному регулированию. То есть бери килограмм золота – а это более 10 тысяч долларов – и вези...

Бюджетный комитет Госдумы, принявший правительственный проект к рассмотрению, в целом отозвался о нем очень одобрительно, отметив лишь недостаточно либеральные меры по возврату валютной выручки наших предпринимателей из-за границы. Зампредседателя комитета Михаил Задорнов назвал большим достижением правительства заложенный в проект переход от принципа «все запрещено, кроме того, что разрешено законом» к принципу «все разрешено, кроме того, что запрещено законом».

За что Мавроди посадили?

 

Потом подкомитет по кредитно-денежной политике и его экспертный совет рекомендовали Думе рассмотреть представленный законопроект в первом чтении в начале марта. Отмечая все бюрократические капканы для бизнеса, скрытые в тексте, в конечном итоге парламентарии согласились с мнением председателя Бюджетного комитета Александра Жукова, заявившего, что «правительственный проект выглядит все же лучше, чем два альтернативных, но его надо доработать».

Жаль только, что во время обсуждения ничего не было сказано о революционном для России превращении драгоценных металлов и камней в обычный товар, не подлежащий государственному валютному регулированию. Про драгоценности в пояснительной записке к закону написано, что они «исключены из состава валютных ценностей» и их обращение «регулируется иным федеральным законом». Каким? В прилагаемом «Перечне актов федерального законодательства, подлежащих признанию утратившими силу, приостановлению, изменению, дополнению или принятию в связи с принятием федерального закона «О валютном регулировании и валютном контроле» таковой имеется. Под цифрой 8 в перечне фигурирует закон от 26 марта 1998 года «О драгоценных металлах и драгоценных камнях», только вот не написано, какое именно будущее его ожидает: отмена, приостановка, изменение или новое принятие?

По мнению заслуженного экономиста России Петра Гончарова, давно знакомого с проблемами финансирования золотодобытчиков, освобождение оборота драгметалла от контроля государства ничего существенного коренной отрасли не прибавит. Себестоимость ее продукции высока. Конкурентоспособность на мировом рынке – низкая, внутри страны уже три года не закладываются средства в бюджет на закупку металла Гохраном. А Центробанк пополняет золотой запас методами обычного коммерческого банка. Иными словами, отказываясь считать золото валютой, государство просто сбрасывает со своих плеч заботу об отрасли.

Вспомним, однако, «черное золото»: оно ведь тоже не является валютой, но государство, по идее, контролирует все его передвижения благодаря владению «Транснефтью». Если же правительство оставляет «на потом» выяснение правил рыночного оборота драгоценностей, то оно подталкивает к тому, чтобы выстраивать этот оборот «по понятиям». Получается, что если новый закон о валютном регулировании и судьба принятого ранее закона о драгоценностях не будут рассматриваться вместе, то, с одной стороны, возникнут юридические противоречия, поощряющие произвол чиновников, а с другой – образуется дыра в госконтроле за обращением «вечных ценностей».

И непонятно тогда, за что посадили Вячеслава Мавроди, обвиненного в нарушении того самого закона от 1998 года, чем, собственно, были озабочены герои «Бриллиантовой руки» и почему деятельность агентов нелегального «ингушзолота», скупающего на северных приисках самородки и песок за наличные по 5-7 долларов за грамм, преследуется государством

Впрочем, стоит заметить, что, кроме полукустарных цепочек «от драги до драгоценностей», революционные изменения законодательства коснутся и таких гигантов, как «Алмазы России-Саха» и «Норильский никель», контролирующий 10 процентов мирового рынка платины. Здесь отечественные добытчики, определяющие цены на мировом рынке, получают свободу рук. Может быть, ключ к революционным изменениям именно в лоббировании их интересов, а не в деятельности, например, гораздо менее влиятельного Союза золотопромышленников, к тому же не слишком заинтересованного в исчезновении госзаказа? О том, кому выгодна юридическая нестыковка, поговорим дальше, а сейчас небольшое научно-популярное отступление.

Во всем доллар виноват

 

«Чем государство богатеет/ И чем живет, и почему/ Не нужно золото ему,/ Когда простой продукт имеет», – это, вслед за Адамом Смитом, хорошо понимал еще Евгений Онегин. Но его потомки не спешили отказываться от золота в качестве всеобщего эквивалента. Выпуск ассигнаций и монет, не обеспеченных драгоценными металлами, неизменно вызывал экономические, социальные и политические потрясения. Наоборот, страны с наибольшими запасами сырья, с развитым сельским хозяйством, с наиболее успешным производством товаров широкого потребления, то есть воспроизводящие простые продукты, еще долго тяготели к золотому стандарту.

Михаил Задорнов считает проект закона о валютном регулировании большим достижением

В 1971 году большинство развитых стран по инициативе США заключили между собой соглашение, по которому они отказались от золотого или иного металлического обеспечения своих национальных валют, поменяв тем самым статус денег от носителя стоимости к учетным единицам производственных и торговых сделок. То есть превратили золото в обычный товар. В качестве одного из главных обоснований этого использовался тезис, что объемы товарооборота в середине ХХ века существенно превысили имеющуюся массу золота.

По состоянию на 1997 год за всю историю было добыто около 135 тысяч тонн золота, которые распределены следующим образом: 32 тысячи тонн в государственных резервах, 24 тысячи тонн в частных банках, 63 тысячи тонн в ювелирных изделиях, 15 тысяч тонн в прочем и более 1 тысячи тонн в потерях. Современная добыча составляет до 2,5 тысячи тонн в год.

Имеющиеся 56 тысяч тонн золота в мировой банковской системе – это около 600 миллиардов долларов США. То есть около 100 долларов на каждого жителя Земли или 300-400 долларов на каждого жителя развитых стран. Что с учетом скорости оборота денег и ограниченных возможностей требований обеспечения денег металлическим эквивалентом вполне достаточно для золотого обеспечения валют даже в начале XXI века.

Кому действительно не хватает золота для должного обеспечения своей национальной валюты, так это США, чей доллар, по данным самих же американских экономистов, обеспечен всего на четыре процента вместо 25 требуемых. По оценкам экспертов, в настоящее время во всем мире в обороте находится около 8 триллионов долларов США, обеспеченных всего на один процент золотом Форт-Нокса массой 8,5 тысячи тонн и еще на три процента обеспеченных другой федеральной собственностью США.

По опубликованным данным Центрального банка России, у нас в обороте находится около 250 миллиардов наличных рублей, обеспеченных (по разным источникам) золотым запасом общим объемом около 500 тонн.

Эксперт Госдумы Борис Хакимов, сопоставив денежные массы и золотые запасы, подсчитал, что доллар США в золотом эквиваленте в 2 раза дешевле нашего деревянного рубля и почти в 60 раз дешевле собственного официального курса.

Выходит, только когда экономическая мощь Запада, подкрепленная его военно-политическим господством и научно-технологическим интеллектом, сама стала залогом стабильности денег, и была создана современная система финансовых ценностей. Она базируется на общепризнанной крепости зависимых друг от друга валют развитых западных государств. Но мир сегодня, скорее, напуган привязанностью мировой экономики к доллару, а значит – и к состоянию внутреннего американского рынка. Все чаще раздаются голоса, тоскующие по золотому стандарту.

В России главный революционер Ленин в свое время попытался отказаться от драгоценностей в качестве мерила цен и даже объявил о намерении в ближайшем будущем делать унитазы из золота. Впрочем, до такого богатства дело не дошло, потому что наступил голод. Крестьяне отказывались пахать бесплатно, большевики пустили в ход золотой запас и Алмазный фонд, покупая у заграничных буржуев хлеб, однако внутри страны обвал экономики продолжался до тех пор, пока грамотные спецы Сокольников и Серебряков не придумали перевод финансов на основу золотого червонца

И вот – новая революция. Валютой будут считаться только иностранные бумаги. Даже родные золотые монеты, которые сейчас можно купить в Сбербанке исключительно по блату, переходят в разряд обычного товара. Хочется осторожно заметить, что на благословенном Западе созданы государственные и рыночные механизмы, позволяющие отслеживать каждую относительно крупную сделку с драгметаллами и камнями. Там проверят каждого клиента, заказывающего в банке слиток. Помнится, один из наших бизнесменов попал под подозрение в аэропорту Майами, был задержан и отсидел три месяца потому, что на его шее болталась златая цепь стоимостью 250 тысяч долларов.

Хорошо бы и у нас сначала соломки подстелить, а потом давать простор спекуляции, способной обвалить отечественную валюту. Сейчас не 1991 год, когда спешили с либерализацией, не успевая обозначить ее рамки. В качестве соломки можно было бы внести необходимые предосторожности в закон от 1998 года и рассматривать их в одном пакете с новым законопроектом. Может быть, все-таки слиток золота весом в килограмм тоже считать валютой и применять к нему меры госрегулирования?

«Правительственный проект лучше, чем альтернативные», – уверен председатель бюджетного комитета Госдумы Александр Жуков

Тем более что в нашей стране, не избалованной производством собственных товаров длительного пользования, драгоценные камни и металлы снижают и опасность инфляции, и зависимость от импорта. Население видит в них способ стабилизации накоплений, защиту от спекуляции и произвола правоохранительных органов. Вспомните рекламу: увидав слоган «Деньги могут заморозить», куда бросается героиня ролика? Правильно, в ювелирный магазин. Так что, по идее, правительство должно быть вдвойне заинтересовано как в расширении внутреннего рынка золота и бриллиантов, так и в инструментах его регулирования.

Возможно, заинтересованность и проявится. Недаром уже пошли разговоры о снятии 20-процентного НДС, навешенного дополнительно на реализацию драгоценных металлов в слитках. По подсчетам Гильдии ювелиров России, при облегчении налогового бремени они произведут дополнительно 18 тысяч килограммов ювелирных изделий, что принесет в казну в случае их реализации дополнительных налогов на 1,44 миллиарда рублей.

Мины на золотом поле

 

Настораживает другое: по рассказам вице-президента Гильдии Валерия Борисовича Радашевича, правительство привыкло оставлять «дыры» между законами.

– Я уже десять лет занят обезвреживанием тех мин, которые правительственные чиновники – не знаю, сознательно или бессознательно – расставляют без всякой карты на нашем поле деятельности, – говорит Валерий Борисович, еще в советские времена руководивший «Союзювелирпромом». – Когда рухнула госмонополия, в 1992 году появился все же указ президента, запрещающий свободную реализацию драгоценностей. В нем записали: правительству разработать положение об их обороте. Указ вступил в действие с момента опубликования, а правительство издало постановление в 1994 году. Два года ювелиры были «подвешены» на произвол чиновников. В марте 1998 года приняли новый закон. В нем говорится: все виды ювелирного производства подлежат лицензированию, а кто и как лицензирует – не определено. Так до 2001 года, пока по инициативе Грефа не исключили отрасль из числа видов деятельности, подлежащих лицензированию, и не определили! Сначала полгода были в полном правовом вакууме. Потом удалось пробить решение о достаточности регистрации в Пробирной палате. Я получил письмо в администрации президента и сам поехал с ним – в МВД, налоговую службу, налоговую полицию. В законе сказано: порядок ввоза и вывоза драгоценных металлов и камней определяет президент. Год прошел после его подписания – нет правил! Иду к Волошину: нас сейчас могут обирать произвольно, отрасль терпит убытки, подаем в суд на президента, требуем 50 миллионов долларов. В несколько дней составили бумагу...

В 1990 году, при не самом богатом населении, ювелиры продали 87 тонн изделий из золота, в 1999 – 17. А в прошлом году при добыче в 175 тонн 42470 килограммов золота было реализовано в виде ювелирных изделий, из них только 253 килограмма пошли на экспорт. Неужели за три года, пусть даже отсчет начат после дефолта, покупательная способность населения выросла в три раза? Рост достигнут за счет сокращения теневого рынка – например, на колымских приисках разрешили предприятиям скупать сверхплановое золото у старателей, которое раньше уходило «налево». Говорят, что это разрешение стоило жизни магаданскому губернатору Цветкову. Но кроме бандитов на золотом поле действуют и их идейные противники..

– Банковское золото,– считает Валерий Радашевич, – везде средство поддержания стабильности валюты, а в России – инструмент для карательных органов. В 1993 году «Пресня-банк» поменял у нас ювелирные украшения, находившиеся у него под залогом кредита, на золото в слитках. А в 1998 году решили банк – и нас почему-то! – привлечь за незаконный оборот слитков. А ведь они никуда не девались, так и лежат в сейфах, как положили. Видно, кому-то понадобилось сожрать банк. Суд идет до сих пор.

При всех строгостях, однако, ничто не мешает предприимчивости самих чиновников. Ювелирам требуются месяцы на оформление вывозных операций с алмазами, Андрею Козленку и тем, кто его снарядил в Америку с ведром бриллиантов, хватило одного дня на оформление. И если бы один человек не снял копии с бумаг, концов в этой истории никогда бы не нашли. А если новый закон не будет согласован с прежними, можно будет вывозить не ведрами – цистернами, зато, применяя закон об отмывании денег буквально к каждой ступеньке ювелирной отрасли, карать за операции в технологической цепочке.

Все эти и другие вопросы я хотел задать разработчикам нового закона и обратился в Минфин. Не ответили. Обратился за разъяснением и к другим заинтересованным сторонам, по их просьбе – в письменном виде. Не ответили. У Центробанка спрашивал: «Как при новом законе будет регулироваться золотой запас страны, повлияет ли это на финансовое положение России? Необходимы ли какие-нибудь специальные акты, предохраняющие ценности от бесконтрольного оборота?». АК «АЛРОСА» не ответила на следующие вопросы: «Повлияет ли отмена контроля на оборот драгоценных камней на внешнем и внутреннем рынке; как это скажется на крупнейшей компании России; не связан ли проект с попытками госорганов отделить компанию от торговли алмазами путем создания ГУПа? Не облегчает ли он реализацию ворованных камней, каким может быть контроль?» Я имел в виду связь законопроекта с другим проектом правительства – передать Минфину право организовать предприятие по сбыту якутских алмазов. Мне устно объяснили, что эти поползновения вице-премьера Кудрина в корне пресечены, а на другие вопросы не отреагировали.

Проектов много, какие из них взаимосвязаны – сразу не поймешь. Может быть, и проект разработки золоторудного месторождения «Сухой Лог», которое Минприроды и иркутские власти выставляют на конкурс, как-то связан с прохождением нового закона. Его запасы оцениваются в тысячу тонн золота, но сначала надо вложить 120-180 миллионов долларов. Вот потенциальные инвесторы и беспокоятся о свободе рук. Не зная, что рядом с ними потирают руки чиновники.

 


Авторы:  Иосиф ГАЛЬПЕРИН

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку