НОВОСТИ
Украина утверждает, что расстрел группы мигрантов на границе с Белоруссией — фейк (ВИДЕО)
sovsekretnoru

Президентов НЕ ВЫБИРАЮТ

Автор: Иосиф ГАЛЬПЕРИН
01.11.2004

 
Иосиф ГАЛЬПЕРИН
Обозреватель «Совершенно секретно»

AP

В Республике Беларусь на 17 октября были назначены парламентские выборы. К ним готовились власть, оппозиция и мировое общественное мнение, привыкшие ожидать сюрпризов от белорусской трактовки демократии. Дождались. 7 сентября было объявлено, что президент Александр Лукашенко выступит с важным обращением к народу. Народ в лице его лучших представителей в форменной одежде и в штатском собрался перед Дворцом Республики. На большом экране, над которым светится рекламная надпись «Horizont», появился Батька. Он объявил о проведении референдума. Одновременно с выборами электорат должен был ответить, позволяет ли он Александру Григорьевичу баллотироваться в третий раз и так изменить Конституцию, чтобы из ее текста вообще исчезли слова об ограничении количества президентских сроков. Народ на площади, несмотря на тщательность подбора, криками «ура!» не разразился, онемел.

За последние десять лет, что Лукашенко правит, это уже четвертая редакция Основного закона. Ну что ж, простили избиратели Лукашенко и это. И не такое прощали – даже одобрительные высказывания о Гитлере.

Правдолюб Пятница

 

Главная особенность этой кампании – организованное массовое досрочное голосование. Я приехал в Минск в день его начала, длилось голосование пять дней, и все это время не прекращалась агитация. Неделя была посвящена материнству и детству, и пропагандистские ролики перемежались рапортами об успехах гинекологии и маммологии. Никто, правда, не говорил в духе «чучхе»: «Вот идут славные белорусские женщины, выросшие в объятиях вождя!» – но вклад президента в решение демографической проблемы подчеркивался. Даже митрополит Филарет обратился за помощью – попросил запретить аборты. Жалко, по телевидению не объясняли, почему население страны ежегодно уменьшается на 50 тысяч человек.

Да и смешно было ожидать от белорусских телеканалов с их крепкой, брежневских времен, сеткой вещания подобных откровений. А российские телеканалы братьям-сябрам теперь практически недоступны. Смотреть их по своему выбору могут только счастливые обладатели «тарелок» или абоненты кабельных сетей. Что при средней в Белоруссии зарплате 150 долларов доступно немногим.

Даже перед выборами и референдумом, которые по своей сути предполагают соревнование идей, в электронных СМИ такового не наблюдалось. Недаром председатель Центризбиркома Ольга Ермошина подчеркнула: «Государственные СМИ – это средство государственной идеологии, и было бы нелепо требовать от них, чтобы они проводили агитацию против вопроса, вынесенного на референдум». С государственной идеологией тут все в порядке, даже учебники издали. Потолще – для вузов, потоньше – для школ. Даже в детсадах о Лукашенко рассказывают.

Вот цитата из книги «Основы идеологии белорусского государства»: «На этапе избирательных баталий термин «идеология» можно отождествить с такими многовекторными понятиями, как «пропаганда» или «агитация», включающие в себя в том числе знания о политических технологиях, маркетинге и имиджмейкерстве». Какая примечательная химера, соединяющая советскую почтительность к слову «идеология» (а теперь в Беларуси в каждом исполкоме есть идеологический отдел) с нахальной подменой сути, мировоззрения, убеждений – на ловкое втюхивание второсортного популизма.

Я решил посмотреть на досрочное голосование из провинции. Брест, наша общая граница с Западом. В почтовом ящике вместе с предвыборной цветной газетой, которая при объявленном тираже 800 тысяч экземпляров почему-то попала в каждую белорусскую квартиру (а избирателей в стране больше 7 миллионов), лежит листовка. Утверждает, что при отказе Лукашенко республику ждет «разграбление собственности; закрытие заводов и фабрик; обнищание народа; национализм; анархия, хаос и коррупция». Особенно впечатляет всеобъемлющий последний пункт: «незащищенность людей перед жизненными проблемами».

К вопросу об обнищании и жизненных проблемах. Зарплаты рабочим радиозавода в обещанный срок не выдали, зато включили отопление в домах. И напрасно – потеплело. А когда было холодно – не топили. Как, думаю, будет после референдума? Угадал, утром после голосования проснулся от холода… А листовка честно предупреждала: «Референдум – больше чем поддержка А. Г. Лукашенко. Это определение судьбы народа и государства»

Пошел на избирательный участок в школу. Голосование идет досрочно, наблюдателей нет. 20 процентов избирателей уже отмечены проголосовавшими за сутки до дня выборов. Иду в окружную избирательную комиссию. Ее председатель отказывается назваться, несмотря на мою официальную аккредитацию. Даже печать не могут поставить на командировку. Боятся – а вдруг наверху не одобрят контактов? Но запись в журнале на посту охраны все равно осталась. Председатель, типичная комсомольская деятельница с тридцатилетним стажем, жалуется на российские каналы: клевещут! И утверждает, что смотреть это безобразие может любой желающий. Также клеветой называет утверждение оппозиции о предрешенном итоге досрочного голосования. Лидер Партии коммунистов Белорусской (так она пишется, чтоб отличать от созданного властями дублера) Сергей Калякин мне показывал разнарядку, спущенную в избирательные комиссии с «контрольными цифрами».

вице-президент ПА ОБСЕ Тоне Тингсгаард подыскивает слова о референдуме.
AP

Я вернулся на пост, а там рвется в комиссию наблюдатель. Он почему-то не побоялся представиться и рассказал, что идет жаловаться на участковую комиссию, которая не разрешила ему до конца рабочего дня присматривать за сохранностью избирательной урны, заклеенной хлипкой бумажкой. Вызвали милицию и выкинули честного пенсионера с участка. Когда он попросил вмешаться окружную комиссию, ему, Геннадию Михайловичу Пятнице, ответили: «А сколько вам за это заплатили?»

Пятнице повезло, он пенсионер, пенсию отобрать постесняются. А если возникают конфликты с молодыми людьми, в участок (избирательный или милицейский – неважно) вызывают их начальников. И все – жизнь поломана. Из вуза исключат, это понятно, и в армию пошлют на два года. Но и работающим не лучше. Дело в том, что к июлю нынешнего года почти все работники по циркуляру из администрации президента были переведены на контрактную основу. Такое странное совмещение, химера какая-то: предприятия почти все остаются под государственным контролем, а их работники ничем не защищены от увольнения. Свободной работы, мелкого бизнеса очень мало. Зато эмиграция большая. Неудивительно: зарплаты в соседних Литве и Польше раза в три выше.

В таких тисках на бунт решится не каждый. И становится понятной реплика одного брестского рабочего: «Президентов не выбирают. Их избирают». Очевидно, как судьбу – раз и навсегда. Родился в Белоруссии – уже выбрал.

Даешь 73 процента!

 

Задача перед Лукашенко стояла непростая: надо было набрать на референдуме половину голосов всех зарегистрированных избирателей, а не только тех, кто пришел. Александра Григорьевича трудности не пугали. Он так и сказал: «У нас достаточно власти и технологий, чтобы сокрушительно выиграть выборы и референдум». Что имел в виду человек, когда-то в родном совхозе, как говорят, получивший прозвище Фюрер? А вот что. На встрече с представителями российской (в основном региональной) прессы Лукашенко прямо сказал: помяните мое слово, среди депутатов палаты представителей не будет ни одного бизнесмена. Не позволим!

Странное отношение к частному предпринимательству, все-таки не запрещенному в Белоруссии. Тем более что оно, очевидно, остается выгодным для допущенных к раздаче: при 0,7 процента производимого ВВП доходы частных предприятий составляют одну пятую всех доходов экономики.

Как бы то ни было, пятьдесят процентов голосов требовалось набрать. Для этого необходимо было обеспечить высокую явку, поскольку из явившихся на участки, допустим, 60 процентов избирателей почти все должны были бы ответить «да». Что нереально. Не знаю, административный раж это или издевательство, но прислали приглашение проголосовать даже Дмитрию Завадскому, пропавшему в 2000 году телеоператору Первого канала, убитому офицерами белорусского спецназа. Год назад его уже признали погибшим, теперь вот – потревожили мать Ольгу Григорьевну и жену Светлану. Ольга Григорьевна говорит, что такие приглашения пришли родственникам и других пропавших лидеров оппозиции

Оппозиция все же помогла Лукашенко: пять основных партий призвали отказаться от бойкота, надеясь продемонстрировать власти свою силу. Да и грешно было требовать от избирателей не отметиться в списках пришедших: работодатели могли их покарать.

17 кастрычника (октября) с утра начали поступать сообщения о нарушениях. Нет, белорусские СМИ молчали, сообщали наблюдатели, в том числе международные. Только не российские – те излучали восторг от увиденной четкой организации. Учились. Завидовали. Надежды оппозиции, что хоть кому-то позволят пройти в палату представителей, не оправдались. До голосования дошли 106 кандидатов из 179, снимали с дистанции под любым предлогом. Уже во время досрочного голосования сняли Марию Богданкевич и Александра Цынкевича – за то, что в их листовках обнаружилась «клевета на президента». Если неудобно было снимать, действовали иначе: на участке, где баллотировался почетный председатель Объединенной гражданской партии Станислав Богданкевич, досрочно голосовали 66 процентов избирателей. Как – понятно. На участке в городе Молодечно отсутствовали кабинки, избиратели вынуждены были отмечать и опускать бюллетени в кабинете директора школы под неусыпным надзором милиционеров.

К вечеру в пресс-центр ЦИКа стали поступать официальные данные. Даже сотрудники избиркома ахали, глядя, как стараются их окружные коллеги. Явка – под 90 процентов. Ни один представитель оппозиции, объединявшей и правых, и левых, и националистов, не прошел. А на референдуме любимый президент набрал примерно 73 процента. Теперь он сможет править вечно, а его век, учитывая, что бЧльшую часть дня Александр Григорьевич уделяет спорту, будет долгим.

Официальные цифры, а вместе с ними и всю избирательную систему Белоруссии ставили под сомнение члены Европарламента Барбара Кудрицка и Яцек Бартосевич, миссия ОБСЕ и журналисты из организации IDEE, представлявшие Азербайджан, Казахстан, Киргизию, Чехию и Россию. Даже здравый смысл был против: Лукашенко, по идее, поддерживают люди старших возрастов, но для высокой явки должны были голосовать и молодые, которые смеются над ним. Подсчеты социологов Балтийской службы Гэллапа по всем методикам дали суммарный результат: «да» сказали 48 процентов избирателей. То есть не набрал Лукашенко желаемой половины.

избитый Павел Шеремет.
AP

И тут показали его интервью. Президент сказал, что не может быть и речи о фальсификации, потому что на выборах можно подделать три, ну пять процентов результата. Но не двадцать же пять! И мы покатились со смеху. Потому что только что подсчитали, что именно 25 процентов бюллетеней, не защищенных никакими полиграфическими тонкостями, и вбросили!

Что у союзника на языке

 

Посмеялись – и призадумались. Ведь еще за два дня до голосования столь же точный социологический срез давал Лукашенко 42 процента. За неделю до этого – 38. За 10 дней – 32. Получается, что народ, пришедший на выборы, одумался или испугался – и реально проголосовал за своего президента.

Так и получается: президент делает вид, что заботится, народ делает вид, что в это верит. Батька играет крепкого хозяйственника, народ – честного труженика. По словам самого Лукашенко, экономика страны на 80 процентов зависит от внешнего рынка. В реальности это означает, что Лукашенко получает газ из России по оговоренной цене – и перепродает своим же потребителям в два раза дороже. Разница поступает в фонд, которым он распоряжается единолично. Туда же пошли средства от распродажи огромных запасов советского оружия. Но ведь и эти деньги не работают в Белоруссии. В лучшем случае – идут на социальные подачки. Чтобы они по-настоящему работали, они должны быть открытыми, их должны вкладывать ответственные менеджеры. А в Белоруссии менеджеров нет, есть номенклатура, которую увольняют или сажают при малейшем признаке инициативы. Все решает один человек. Остальные боятся.

Не счесть кадров, перетасованных Лукашенко: министров, замов, премьеров. Он может кричать в прямом эфире заместителю министра образования: «Я тебя на помойке нашел!» – хотя нашел он его в кресле ректора. И тот терпит. Недавно произошел невиданный случай: во время селекторного совещания хамству Лукашенко тихо, но твердо возразил один из областных руководителей. Теперь ждет расплаты.

Основу кадров Лукашенко до сих пор составляют или депутаты, с которыми он под флагом борьбы с коррупцией свергал предыдущую номенклатуру, или земляки из Могилевской области. Притом и они уже расколоты. Те, кто помнит его трехлитровые банки с самогоном и собственноручно порезанную колбаску за кулисами первых зарубежных переговоров на президентском уровне, теперь в оппозиции. А те, кто остался при дворе, делятся на «голубей» и «ястребов» весьма условно. Как сказал Анатолий Лебедько, ныне лидер оппозиционной партии, а раньше – депутат, «одни топчут конституцию модным башмаком, а другие – сапогом»

Как же один из трех тысяч белорусских колхозных председателей стал распоряжаться страной в центре Европы с населением 10 миллионов? Почему люди, построившие шикарные дороги, слывшие в Советском Союзе самыми образованными и инициативными работниками, до сих пор дисциплинированно стоящие на пустом перекрестке при красном свете, допустили «володеть» собой таким первобытным способом?

На встрече с представителями 80 СМИ из 68 регионов России Александр Григорьевич раскрыл карты: «В Белоруссии авторитарный режим, и я этого не скрываю. Нам нужна жесткая рука! А в России тоже авторитарный режим, но там это скрывают… Мы с Путиным – личные друзья». Наврал, но не во всем. С Путиным они, как известно, не дружат. И в России еще не авторитарный режим, пока остаются центры экономической мощи, не подчиненные полностью Кремлю. А вот «прищучат» эти центры – и станет как у соседей.

Недаром по итогам выборов так ликовал Павел Бородин: восточным славянам вообще близок монархический строй, и у нас можно провести референдум, тем более что наш президент такой умный, энергичный и здоровый. А министр иностранных дел России Сергей Лавров сказал, что не стоит вводить экономические санкции против Белоруссии, на которых настаивает Запад, взбешенный наглостью фальсификаций. Конечно, не стоит – на фоне «наперсточника», торгующего чужим газом и оружием, мы выглядим белыми и пушистыми.

Минск Москве не верит

 

Официальная точка зрения на происходящее в Белоруссии ежеминутно доводится до подмандатного населения, поэтому я решил выслушать и неофициальную. Независимую прессу пока еще при случае можно купить – «Белорусская деловая газета», хотя и печатается в Смоленске, но доходит до старушек с сумками на колесиках, на свой страх и риск торгующих печатной продукцией. Киоски рисковать не хотят, тем более что на распространение печати теперь требуется лицензия. Есть еще листовки и «подпольные» (на ксероксе размноженные) газеты. Остальные независимые издания легко запрещаются – временно, а потом насовсем – по самым смешным поводам. Оскорбление президента – самый универсальный. Потому что авторитарная власть – она очень обидчивая.

Обидел ее, к примеру, Павел Шеремет, журналист российского Первого телеканала, у которого, на беду, мать, отец и сестры живут в свободной Белоруссии. Вместе с редактором «Белорусской деловой газеты» Светланой Калинкиной он недавно издал в Москве книгу «Случайный президент». И приехал к родным. Только мы успели пива попить в кафе «Валерия», где он презентовал книгу, как во дворе Советского райисполкома к Шеремету и Калинкиной подошли двое в штатском и начали драку. Подбежала милиция, нападавших увезли, посмотрев какие-то их удостоверения, вложенные в паспорт. А Шеремета попросили зайти в райотдел милиции и написать заявление.

Анатолий Лебедько, получивший сотрясение мозга
AP

Он, доверчивый, так и сделал – на своей машине доехал до райотдела. Оттуда его увезли на казенной – сначала вроде в следственный изолятор, а потом в больницу. С черепно-мозговой травмой. Которая не помешала вызвать Шеремета в суд в качестве обвиняемого. Оказывается, это он избил двух человек! И свидетели есть – два милиционера. Правда, позже колеса белорусской Фемиды дали обратный ход – в суд документы из райотдела так и не попали. Заявление самого Шеремета в прокуратуру пока остается без ответа.

Это характерный пример. Милиционеры в Белоруссии становятся главными свидетелями по любому нужному властям делу. Скажем, необходимо на время выборов «закрыть» Никиту Сасина, активиста неофициального движения «Зубр», – и он получает 15 суток за нецензурную брань на улице. Причем узнает о своей провинности через несколько дней после суда, где свидетелями были два милиционера, которых Сасин никогда в глаза не видел

О «Зубре» и Сасине стоит рассказать отдельно. Организация эта не желает регистрироваться, хотя действует уже три года и число ее активистов доходило до пяти тысяч, а сочувствующих – до пятнадцати. «Зубры» специализируются на спонтанных акциях, перед выборами они вывешивали транспаранты, расклеивали листовки, делали граффити и раздавали ксероксные газеты, призывавшие дать отпор притязаниям Лукашенко. На моих глазах девушек-«зубровок» увезли в милицию за… порчу государственного имущества. Поскольку автобусная остановка, на которой они крепили наклейки «Нет!», принадлежит государству. А «зубры» даже надписи стараются не делать на частных владениях – чтобы не настраивать против себя граждан. Никита Сасин особенно разозлил власти. В городе Барановичи он увел к «зубрам» целиком ячейку официального союза молодежи – «лукомола».

«Надолго ли хватит у «зубров» терпения продолжать ненасильственные акции?» – спросил я у одного из координаторов движения, Володи Кобеца. «Пока хватает…» «Зубры» были и в толпе у Дворца Республики, когда оппозиция ответила запрещенной демонстрацией на фальсификацию выборов и референдума. 18-го вечером собралось тысячи три, толпа с флагами Европейского союза и Белоруссии (который был отменен на одном из референдумов) клубилась на площади, вбирая в себя все новых прохожих. Попытка пройти к резиденции Лукашенко закончилась тем, что нескольких молодых людей схватили и запихнули в омоновский автобус.

Тогда командир в штатском кричал бойцам, чтобы нас, журналистов, не трогали. На следующий день на такой же демонстрации побили тележурналистов и разбили технику. Пострадали и организаторы из оппозиционных партий: Анатолий Лебедько теперь лечит сотрясение мозга, Николай Статкевич из «Народной Грамады» получил 15 суток. А 18-го все закончилось мирно. Под крики «Живе Беларусь!» демонстранты дошли до шикарного особняка КГБ, с их представителями встретился его председатель Леонид Ерин. Обещал разобраться с фальсификацией.

Это вряд ли. Предыдущий председатель КГБ Владимир Мацкевич тоже хотел соблюдать видимость законности. Теперь скрывается в Сербии. Лукашенко сам плодит оппозиционных лидеров, не по корпоративным правилам тасуя номенклатуру. Стоило бывшему мэру Минска и вице-премьеру Михаилу Мариничу проявить политический темперамент, как его сняли. Он возглавил общественную организацию, но вскоре его обвинили в том, что эта организация украла компьютеры у американского посольства. И посадили Маринича за пистолет, который сами подложили в шкаф на даче. Сидит уже полгода. А ведь до этого он, реальный противник Лукашенко, приезжал в Москву и был принят на Старой площади.

Теперь Россия отталкивает от себя другую половину «союзного государства». Я встречался практически со всеми лидерами оппозиции, и все они говорят, что Москва их предала. И все надеются на импульс с восточной стороны, который должен номенклатуру, недовольную издевательствами, подтолкнуть к союзу с оппозицией. Очередная химера, в смысле – несбыточная фантазия. Не будет такого импульса – Кремль себе не враг, учить дурному примеру. Вряд ли помогут и западные санкции, вплоть до резолюций Европы и Америки. Кстати, сенатор Джон Маккейн пробил антилукашенковскую резолюцию, пылившуюся почти четыре года, после того как ему рассказали о тюрьме, где сидит Маринич. А Маккейн видел подобное – во Вьетнаме, где был военнопленным.

Что с того, что наблюдатели ОБСЕ предложили включить Ольгу Ермошину, председателя Центризбиркома, в список лиц, которым запрещен въезд в цивилизованные страны? Внутри Белоруссии это никак не скажется. Там другим политикам не верят – ни правым, ни коммунистам, ни националистам, ни социал-демократам. Потому что до реальной политики они не были допущены, их реальных возможностей при госконтроле за СМИ никто не знает. Они не существуют, как химеры. Знают Лукашенко. Если кого и ждут взамен, то такого же «харизматика». Как будто государственная политика – это бороды боярам брить.

Вот и строит Александр Григорьевич свою «одинокую вертикаль власти» (по его собственному выражению), которая может рухнуть только от своей одинокости. Когда корни, соединяющие вертикаль с народной верой в неизбежность дурной, но близкой власти, будут подточены благополучием западных соседей. И тогда соблазненная флагами ЕС Белоруссия – уже без Лукашенко – навсегда отвернется от России.

Минск – Москва


Авторы:  Иосиф ГАЛЬПЕРИН

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку