НОВОСТИ
Начали «хамить пациентам». Визит антиваксеров в больницу превратился в балаган (ВИДЕО)
sovsekretnoru

ПАРАШЮТНАЯ ПАНИКА 1941-го

ПАРАШЮТНАЯ ПАНИКА 1941-го
Автор: Владимир ВОРОНОВ
19.06.2014
ЗА НЕМЕЦКИХ ДЕСАНТНИКОВ ПРИНИМАЛИ СБИТЫХ ЛЕТЧИКОВ
 
73 года назад началась война. 
И уже в первые часы после нападения Германии в штабы Красной Армии пошли тревожные сводки о выброске многочисленных немецких десантов. 23 июня 1941 года в 2 часа 50 минут штаб 6-й армии направил за подписью начальника оперативного отдела армии полковника Григория Веялко донесение штабу Юго-Западного фронта: возле городов Ходоров, Жидачув (ныне Жида́чов) и Гнездычув (ныне Гнезды́чев) — это важные железнодорожные узлы в 50 км южнее Львова — противник высадил большой десант. При этом штаб армии отчего-то ссылался на донесения «гражданских органов», а не на свой разведотдел.
 
В свою очередь, в разведсводке № 1 штаба Юго-Западного фронта от 22 июня 1941 года говорится о высадке парашютного десанта в 15 км северо-западнее Дубно и выброске 100 парашютистов в районе аэродрома Черновицы. Уже оперсводка штаба того же фронта № 01 сообщает о высадке десанта противника с 18 самолетов — в районе Ковеля и выброске парашютных десантов в районе Жычки и Монастыр — численностью до 30 человек каждый, о высадке парашютистов еще в нескольких точках.
 
В оперативной сводке № 02 9.00 23.6.41 штаба Юго-Западного фронта, направленной начальнику Генштаба, также утверждалось, что в течение ночи и утра «противник высадил десанты: Ходоров (не проверено), Дрогобыч, Борислав (оба уничтожены), Коськов (20 км южнее Шепетовка)…».
 
Однако сегодня можно предположить, что по крайней мере в Дрогобычской, Львовской, да и других западноукраинских областях за немецких десантников, скорее всего, поначалу могли принять приступившие к боевым действиям отряды ОУН — выбросить такое количество тактических десантов немцы явно были не в состоянии.
 
Работая с документами начала войны в Центральном архиве Министерства обороны РФ (ЦАМО), тоже находил подобные сводки. Так, в боевых донесениях 11-й смешанной авиационной дивизии (входила в состав ВВС Западного Особого военного округа, штаб в г. Лида) значится: «22.6.41 г. 18.20 […] имею данные, что в районе 35 клм северо-западнее Лида выброшен авиадесант противника около тысячи человек […]». (ЦАМО, фонд 208, опись 2589, дело 46, лист 16.)
 
Еще через несколько листов снова о том же: «22.6.41 г. 18.08 […] У аппарата майор Виноградов. Прошу к аппарату ОД (оперативный дежурный. — В.В.) — ОД у аппарата. — в районе Нача 35 клм северо-западнее Лида высадился парашютный десант около тысячи человек. Примите все меры обороне Лида. Поставьте в известность гарнизон наземных войск и партийные и советские организации. Второе: 128 СБП (скоростной бомбардировочный полк. — В.В.) получил приказ действовать по этому десанту […]». (ЦАМО, ф. 208, оп. 2589, д. 46, л. 20.) — В реальности никакого «тысячного десанта» в том районе не было, однако непроверенное сообщение о нем сыграло свою роль, усилив панику, хаос и развал управления.
 
Таких сводок, сообщений, рапортов о немецких десантах в архивах множество. О том, сколь серьезно опасались немецких десантов, говорит хотя бы огромный массив известных ныне директив, постановлений и приказов по борьбе с парашютистами, принятых в первые дни войны самыми высокими инстанциями — Политбюро ЦК ВКП(б), НКВД, НКГБ…
 
Однако в реальности германское верховное командование на тот момент не имело возможности организации масштабных воздушно-десантных операций на Восточном фронте — хотя бы из-за огромных потерь, понесенных немецкими парашютистами и транспортной авиацией во время высадки на Крит в мае 1941 года. Потому зачастую за немецких десантников принимали приземлявшихся с парашютами летчиков, как немецких, так и советских, самолеты которых были сбиты в воздушных боях. Нередко за десантников принимали стремительно прорвавшиеся вглубь советской территории подразделения вермахта или даже отряды той же ОУН. Что, разумеется, совершенно не отменяет факта далеко не массовой выброски тактических десантов и диверсионных групп, причем не только по воздуху.
 
С одной из таких групп на рассвете 22 июня 1941 года пришлось иметь дело подчиненным моего деда, Павла Воронова, на тот момент полковника, начальника 14-го района авиационного базирования (см. «Первый день войны» // «Совершенно секретно», 2012, № 6). Позволю себе еще раз привести его рассказ о попытке немецких диверсантов напасть на аэродром 11-й смешанной авиационной дивизии (САД) близ города Лида в Западной Белоруссии. По его словам, незадолго до самой первой бомбежки Лидского аэродрома его попыталась атаковать и диверсионная группа противника, цитирую, «в количестве 39 человек, одетых сверху в нашу форму, а под ней — в немецкую». Но именно «в это время у нас <…> проходили ночные занятия по теме «Взвод в сторожевом охранении».
 
Часовой полевого караула заметил движение людей на опушке березовой рощи, расположенной за границей юго-восточной окраины аэродрома, сообщил об этом подчаску (помощник часового в карауле. — В.В.) и последний побежал доложить командиру поста, а тот  соответственно, послал посыльного к командиру взвода».
 
Комвзводу, разглядевшему в бинокль несколько десятков солдат в нашей форме, двигающихся к аэродрому, показалось, что «они как-то странно держат оружие, причем не наше».
 
Дальше всё было строго по уставу: «Стой, кто идет!», предупредительный выстрел в воздух. В ответ неизвестные открыли огонь, продолжив выдвижение к аэродрому.
 
«А по моему приказу, — вспоминал дед, — на все такие занятия подразделения ходили, имея при себе помимо учебных и холостых патронов, боекомплекты. И после обстрела диверсантами, когда стало ясно, что это немцы, в пулемет заправили ленту и открыли из него огонь. Наступающие частично попадали, частично залегли. Тогда командир взвода поднял взвод в атаку и ударом в штыки полностью уничтожил нападавшую группу. Все 39 человек нападавших были убиты».
 
Когда, после скоротечной схватки, бойцы боевого охранения осмотрели убитых, обнаружилось, что под гимнастерками у них немецкая форма…
 
В достоверности события не дает усомниться приказ начальника штаба группы армий «В» (вскоре переименована в группу армий «Центр») вооруженных сил Германии генерал-майора Ганса фон Грейфенберга от 20 мая 1941 года: об использовании диверсантов при нападении на Советский Союз. В приказе говорится, что «для вывода из строя намеченных командованием 4-й армии объектов» выделяется «одна рота 800-го учебного полка особого назначения». — 800-й учебный полк особого назначения — подчиненный абверу полк специального назначения «Бранденбург».
 
Читаем дальше: «Данные объекты могут быть захвачены и обезврежены силами роты 800-го учебного полка особого назначения (на каждый объект по 30 человек при полной маскировке, то есть в форме русских солдат) накануне или непосредственно перед началом наступления. Данная операция целесообразна и осуществима. […]
 
В случае если эти объекты будут заниматься силами роты 800-го учебного полка особого назначения (при полной маскировке или при частичной маскировке, когда поверх немецкой формы надевается гражданская одежда) перед началом наступления и удерживаться до подхода наших войск, то для осуществления этой операции им следует назначить ночь накануне дня наступления». К слову, 4-я армия генерал-фельдмаршала Ганса Гюнтера фон Клюге наносила главный удар на белорусском направлении. Выходит, именно в ее интересах действовали диверсанты в районе аэродрома 11-й смешанной авиадивизии в г. Лида…

Авторы:  Владимир ВОРОНОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку