НОВОСТИ
Банкет в день траура. Мэр шахтерского Прокопьевска продержался в своем кресле несколько часов (ВИДЕО)
sovsekretnoru

Ожившая память

Ожившая память
Автор: Юлия ВЕРНИКОВСКАЯ
01.06.2021

Накануне Дня Победы в столице Кабардино-Балкарии Нальчике открылась выставка ветерана Великой Отечественной войны, известного художника Анатолия Сундукова, ушедшего из жизни в 1989 году. Пройдя войну, Сундуков рисовал ее всю жизнь. И в нынешней экспозиции представлены фронтовые рисунки Анатолия Михайловича, которые вернулись к уже заслуженному художнику КБР десятилетия спустя после войны из тех мест, где он сражался. Про нашедшие своего автора рисунки, про художника-воина, настоящий патриотизм и любовь к жизни корреспонденту «Совершенно секретно» рассказали близкие Анатолия Сундукова.

…Письмо из белорусского города Слонима пришло в Нальчик через несколько десятков лет после Дня Победы. Надежда Ефимовна Гайдук, в войну красноармеец-переписчик 755-го особого назначения батальона, разыскивала красноармейца Толю Сундукова. В 1944 году девятнадцатилетний Анатолий оставил ей на хранение после освобождения города больше двухсот своих фронтовых рисунков – портреты однополчан, эпизоды фронтовой жизни.

СЛОНИМ

После войны Надежда Гайдук отправляла многочисленные письма в архив Министерства обороны СССР. «Красноармеец Толя Сундуков, наверное, погиб. Мне необходимо знать, откуда он родом, чтобы я могла переслать рисунки его родным. Может быть, они живы. Его работы – портреты воинов, зарисовки, сделанные наспех, я бережно храню уже больше двадцати лет...», – говорилось в первом письме. «Пусть это только эскизы, зарисовки на ходу, портреты на клочках старой бумаги – но ведь это работы защитника Родины, и выбросить все это в печь я считаю преступлением», – объясняла женщина в одном из следующих писем в архив. В конце концов, ей все-таки удалось выяснить, что фронтовой художник был родом из Кабардино-Балкарии.

Как обрадовались Анатолий Михайлович и его супруга Неонила Степановна! «Дорогая Надежда Ефимовна, с величайшей радостью и волнением читал Ваше письмо к моей матери! Счастья и здоровья Вам навеки! Очень тронут Вашей доброй памятью к солдатам Великой Отечественной. Я жив и здоров, а теперь еще и с бородой и усами, не нахожу слов благодарить Вас. Вы большой души человек! Что мне Вам сказать? Я Вас обнимаю и целую! Я теперь Анатолий Михайлович, – написал художник жительнице Слонима. – В письме трудно пересказать, что было потом, после Слонима, после войны и вообще после 26 лет. Я стал художником – членом Союза художников СССР, заслуженным художником Кабардино-Балкарской Республики. Много колесил по стране, окончил институт им. Репина в Ленинграде…»

Анатолий Михайлович впоследствии съездил в Слоним, встретился с Надеждой Ефимовной и ребятами из школьного Музея боевой славы, где и сохранялись после войны его фронтовые рисунки. Теперь, рассказала супруга художника, они хранятся в Музее изобразительных искусств Нальчика. И некоторые из них можно увидеть на выставке.

ВЫСТАВКА

Несмотря на то, что живопись, графика, батальные полотна и военные зарисовки Сундукова время от времени выставляются, открытие экспозиции получилось очень многолюдным. Анатолием Михайловичем восхищались, его любили за великодушие, умение радоваться за другого, оптимизм, бескорыстие. Принадлежащий к поколению художников-фронтовиков, вместе с Михаилом Ваннахом, Николаем Третьяковым, Николаем Трындыком, Анатолий Сундуков сформировал живописную школу и художественные традиции Кабардино-Балкарии, на которых выросли десятки художников, чьи имена сейчас известны в нашей стране и в мире.

На открытии все, кто знал Сундукова, говорили о нем хорошие слова, вспоминали его поступки, отношение к друзьям, бескорыстие. Народный художник КБР Хамид Савкуев, сейчас живущий в Санкт-Петербурге преподаватель Академии художеств, сказал, что до сих пор каждый свой поступок сверяет с принципами, которыми руководствовался Сундуков. Анатолия Сундукова благодарили. «Сейчас многие пытаются реабилитировать фашизм, а Сундуков сделал очень важную вещь. Он рассказал следующим поколениям правду о войне и о том, кому в действительности принадлежит Победа. Его рисунки – это подлинные документы, которые не поставишь под сомнение. Я сын фронтовика, и знаю все это. Спасибо за эту выставку!» – подчеркнул главный хранитель музея, народный мастер РФ Владимир Мокаев. Заслуженный деятель искусств РФ, председатель Союза композиторов КБР Джабраил Хаупа, родившийся в 1942 году, сказал, что ему сейчас, когда он «одной ногой уже на небе», страшно и больно слышать, что иногда говорится в мире про ту войну. «Поэтому никогда не говорите, что Анатолий умер. Пусть его творения остаются, и тогда Россия сохранит память!»

На вернисаж приехали представители кабардинского рода Сундуковых из селения Лескен, и молодые, и старики под девяносто. Некоторые из них вытирали слезы, разглядывая картины родственника. И все говорили, что гордятся сделанным им для людей республики и страны.

«Мы должны быть благодарны Анатолию Михайловичу за его вклад в счастливое будущее нашей страны, которое, к сожалению, уже стало нашим счастливым прошлым…» – прозвучало на выставке.

Трогательное внимание оказывали Неониле Степановне, вдове художника. Любимая, товарищ и главный советчик, с момента встречи с Анатолием она делила с ним все – и радости, и горе, и хлопоты. Приехав с ним из Западной Украины в Кабардино-Балкарию, Неонила стала не только искусствоведом и женой художника, но и примерной кабардинской невесткой. Она сохранила не только все работы мужа, но и его письма, заметки, дневники и даже поздравительные открытки, подписанные его рукой.

ДЕТСТВО

…Рисовал Сундуков, родившийся в большой кабардинской семье в селении Лескен-2, с раннего детства. Еще дошколенком часами увлеченно вырезал из бумаги фигурки людей и животных, что необычно для сельского мальчишки, которому всегда есть, чем занять руки. Когда мальчику было пять лет, отец, служивший в НКВД, перевез семью в Нальчик, и Анатолий пришел в художественную студию в городском Доме пионеров. Ею руководил художник Николай Гусаченко, и именно там в свое время начинали учебу многие известные ныне художники. Вскоре руководитель изостудии сообщил своему способному подопечному и его родителям, что московская художественная школа объявляет набор, и можно поехать учиться в столицу. Анатолий, получив согласие родителей, впервые покинул родную Кабардино-Балкарию. Все лето дотошно готовился к экзаменам, сдал их и поступил, два года осваивал основы академического рисунка и живописи, а потом началась война. Попытка обмануть военкомат, приписав себе лишний год, Анатолию не удалась, и на фронт он отправился лишь в сорок втором, когда ему исполнилось 17 лет. «В 1941 году я приехал на каникулы домой. Через несколько дней началась Великая Отечественная. В приближении фронта к Нальчику, в августе 1942-го, я был призван в Красную Армию. Попал в саперный батальон 37-й Действующей армии. С этого времени для меня война стала реальностью, – говорится в воспоминаниях художника, бережно сохраненных Неониллой Сундуковой. – После первых увиденных мною жертв первых марш-бросков вперед, а иногда и назад, закладывания мин, сооружения завалов стало ясно, что война – это горькая, тяжелая и ответственная роль для каждого из нас…»

 Фото_37_07.jpg

Анатолий Сундуков участвовал в освобождении Кавказа, Украины, Белоруссии, Польши, дошел до Восточной Пруссии, где и встретил Победу. После этого еще семь лет он участвовал в борьбе с бандитизмом в Прибалтике и Западной Украине. И все это время рисовал, рисовал, рисовал. Листочки с зарисовками фронтовой жизни носил вместе с саперной лопаткой в вещмешке. Часть рисунков оставалась в освобожденных городах и селах, сейчас некоторые из них можно увидеть в Музеях боевой славы в школах и Домах культуры.

ЛЮБОВЬ

На Западной Украине фронтовик встретил 19-летнюю Неонилу, уроженку городка под названием Радзивиллов. Пережившая и накрепко запомнившая ужасы войны девушка заочно училась в Бродовском педагогическом училище и была активной комсомолкой, при этом еще и работала. Ее городок находился рядом с местом службы Сундукова, и однажды они случайно встретились в Доме культуры. Познакомились, встречались, а потом как-то поссорились – и Анатолий уехал. Вернувшись через некоторое время, сказал: «Слушай, пока опять не поссорились, давай поженимся!» Так и поженились, расписавшись в тот же день в ЗАГСе. Неонила рассказывает, что ее родители, к которым отправились молодожены, совершенно не обрадовались. Отец, услышав о замужестве дочки, заплакал, а мачеха, схватив веник, стала выгонять зятя из дома. Анатолий время от времени приезжал к молодой жене из части, где служил, пока не получил жилье по месту службы. «Он никогда не оставался в нашем доме, и мы даже не целовались. Я толком и не знала, замужем ли я», – смеется Сундукова. Только в 1953 году у них родился сын, и Анатолий увез жену и ребенка на Кавказ.

 Фото_38_07.jpg

И только там друзья, среди которых были и художники, убедили Сундукова ехать в Ленинград поступать в Академию художеств. «Я ему сказала, что одна, без него, оставаться не желаю. Поедем вместе. И тоже поступила – учиться на искусствоведа», – рассказывает Неонила. Перед отъездом муж купил сыну Юре маленькую папаху, надел на мальчика, вручил ребенка своей маме и сказал: «Сделайте из него настоящего кабардинца!» Академический институт живописи, архитектуры и скульптуры имени И.Е. Репина Анатолий и Неонила закончили вместе, и вместе вернулись в Кабардино-Балкарию.

«Он мне показывал все, что делает. Все обговаривал. Бывало, ужинаем, рядом с ним лежит бумага и карандаш, он черкает что-то, потом говорит: нет, пошли, лучше покажу… И мы все бросали и шли в его мастерскую. Советовался. Частенько я бывала с ним не согласна, спорила, мнения у нас регулярно не совпадали. Побурчит, подумает, а потом смотрю – сделал, как я говорила…» – вспоминает Неонила.

Отношение художника к жене можно понять, взглянув на «Портрет Неонилы», на котором невероятно красивая молодая женщина смотрит вдаль, слегка прищурившись и гордо расправив плечи. Написанный около 50 лет назад, портрет занимает почетное место на майской выставке Сундукова в Музее изобразительных искусств, уживаясь с батальными полотнами.

ПАМЯТЬ

Фронтовых рисунков 1942–1943 годов сохранилось немного. После освобождения Нальчика молодой солдат передал их на хранение своему первому учителю Николаю Гусаченко, тот их и сохранил. Сберег, и через годы вернул ученику. Первые рисунки – «Под Чиколой. Наши отступают, 1942 год». «Бомбят. 1942 г.». Затем география рисунков меняется, как и обстановка на фронтах – Украина, Кубань, Гродно, Пруссия, Неман, Слоним…

«…Сейчас, когда за плечами время, я уверен, фотокадр или рисунок, заметка журналиста о конкретном подвиге, написанные и сделанные в окопах, – очень дорогая память, а для тех, кто занимается искусством, – конкретный материал, на котором рождаются живописные холсты, фильмы, романы, поэтические строки, пронизанные глубоким чувством причастности к событиям, ставшим нашей историей…», – писал Сундуков в своем дневнике.

Батальная мастерская Института им. И.Е. Репина была окончена им в 37 лет, а дипломной работой стал холст «Горными тропами» – рассказ о тяжелых отступлениях советских войск по горным перевалам Главного Кавказского хребта. Холсты разных лет – «Переход через Донгуз-Орун», «Горными тропами», «К перевалу», «Оборона Кавказа», «В окопах», «После боя», «Эпизод Великой Отечественной, отстояли высоту», «Мать солдатская» и другие были посвящены, в основном, обороне Кавказа. «Он карандаш и кисть из рук не выпускал, работал постоянно, практически не прерываясь», – говорит жена художника. Неонила Степановна вспоминает, как однажды Анатолий ей объяснил: «Я всегда хочу полностью слиться со своими героями, воплотиться в них досконально, подробно изучить, сделать сотни набросков, десятки эскизов, а потом уже писать картину…» Это, собственно, всегда и было его подходом к созданию его знаменитых батальных полотен. Для того, чтобы «слиться», он тщательно изучал исторические материалы и все подробности того эпизода, который его интересовал. И только потом приступал к картине. Ему очень удавались масштабные многофигурные композиции, он делал их на редкость точными и уравновешенными. Художник, прошедший войну и видевший ее во всех возможных проявлениях, старался рассказать о ней как можно подробней, веря, что это поможет избежать войн в будущем.

Знавшие Сундукова до сих пор поражаются его трудолюбию и творческой настойчивости: рисовал он постоянно. Зачастую работал над несколькими полотнами на разной стадии готовности одновременно, отвлекаясь при этом на зарисовки, эскизы, этюды. Сохранилось письмо другу, в котором Сундуков пишет, что, поскольку он сейчас находится в отпуске, то работает над девятью картинами сразу. Работы Анатолия Сундукова экспонировались на республиканских, зональных и российских выставках, они стали частью музейных коллекций Национального музея Кабардино-Балкарии, Музея изобразительных искусств им. А.Л. Ткаченко в Нальчике, многочисленных музеев соседних регионов.

АДЖИМУШКАЙ

В первую очередь сюжеты работ Анатолия Сундукова были связаны с теми местами, где ему пришлось воевать – Кавказ, Кубань, Прибалтика, Западная Украина. Но порой художник очень остро воспринимал события, которые не были непосредственно связаны с его военной биографией. Так случилось с крымским Аджимушкаем, куда Сундуков поехал в 1962 году. Не ограничившись стандартной экскурсией, художник прочитал все про события в каменоломнях, что смог найти, побеседовал со множеством местных жителей. Сохранились его письма из поездки.

«…Я потрясен! Потрясен тем, что узнал и увидел. Аджимушкай рядом с городом, каменоломни (катакомбы) тоже. Все, что до сих пор известно, я знал, но нити, которые еще тянутся, т.е. все, что постепенно открывается передо мной, еще бесконечны».

 Фото_39_07.jpg

«Пять месяцев под землей! И не просто под землей, а сопротивление людьми из случайных разрозненных подразделений несуществующего фронта! Борьба за жизнь без воды, без пищи, да еще травимые газом! Я потрясен. Камни там святые».

«Теперь я себя убедил еще раз – никогда, и ни за какие деньги и вознаграждения не торопиться в искусстве. Пусть пишут хоть сотни художников на эту тему сходу, но я твердо решил полностью слиться с образами, воплотиться в них, досконально и подробно изучить, сделать десятки эскизов и сотни набросков, а потом написать картину. Этот подвиг людей можно изобразить только героическим трудом в искусстве, не делая скидку, даже если я сам участник боев в Великой Отечественной войне. Прошло ровно 20 лет, когда я призывался в Красную Армию. Сегодня, 22 июня 1962 г., можно считать днем начала работы над Аджимушкаем…», – писал Анатолий Сундуков. Его работы, посвященные Аджимушкаю, стали одними из самых впечатляющих полотен мастера.

 Фото_40_07.jpg

Однако Анатолий Сундуков вовсе не был «зациклен» на войне. Оптимист по натуре, он радовался всему красивому, что видел, радовался любым улучшениям в жизни окружающих его людей, обработанным полям, новостройкам. Поэтому героями его работ спустя годы после войны становились дети, которых он обожал, красивые женщины, сельские труженики. Появляются исторические полотна, и среди них многие посвящены присоединению Кабарды к России, произошедшем в XVI веке – «Великое посольство», «Кабардинское посольство в Москве». Поздние работы мастера, который всегда учил друзей и знакомых радоваться жизни, очень светлые и радостные. Как и открытка, подписанная мужем к Международному женскому дню, которую Неонилла Сундукова хранит вот уже полвека: «Нилочек! Чтобы ты всегда смеялась! Чтобы всегда было все – солнце, травка, цветы, Бабася…». «Письма Анатолия, которые я сохранила, помогают мне жить. Когда плохо – достаю нашу переписку и перечитываю то, что он писал», – говорит вдова художника.

Работы художника

Анатолия СУНДУКОВА

 Фото_41_07.jpg

НЕОНИЛА СТЕПАНОВНА ‒ СУПРУГА АНАТОЛИЯ СУНДУКОВА


Авторы:  Юлия ВЕРНИКОВСКАЯ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку