НОВОСТИ
Главный судмедэксперт Оренбургской области задержан за незаконный бизнес
sovsekretnoru

Оппонент? Или даже «не конкурент»?

Оппонент? Или даже «не конкурент»?
22.05.2021

Можно ли с журналистской точки зрения сравнивать отдельную иностранною оружейную инновацию, которая еще находится в разработке, с уже находящимися на вооружении ВС РФ российскими военными комплексами? В теории, наверное, можно. Но весьма странно использовать для этого отечественные средства массовой информации, специализирующие на анализе новинок вооружений и мирового военно-промышленного комплекса.

Недавно на сайте «Военное обозрение» была опубликована статья «Оппонент, с которым стоит считаться. Самоходные ЗРК IRIS-T SLM». В статье сравнивались возможности перспективного (то есть ещё только находящегося в разработке, ориентировочная дата принятия на вооружение – 2022-23 годы) зенитного ракетного комплекса средней дальности IRIS-T-SLM Mk III с российскими зенитными ракетными комплексами малой дальности «Тор-М2У» и «Панцирь-СМ/С2».

То есть комплекс немецкого производства, существующий, правда, пока ещё только в чертежах, но уже предусматривающий техническую коллаборацию с другими европейскими странами, сравнивается нашими СМИ с уже несущими службу российскими комплексами, да еще другого класса.

Отмечу, что «Тор-М2У», принятый на вооружение в 2009 году, давно заменен в производстве новейшим «Тор-М2». Более чем странный выбор «оппонентов» для сравнения (правильнее, конечно, говорить – конкурентов, поскольку реальным оппонентом для ижевского комплекса является средство воздушного нападения). Тем не менее, текст представляет интерес с точки зрения анализа приемов, которые используют апологеты «западного образа ЗРК».


Из всего многообразия ТТХ к сравнению выбираются лишь те характеристики, в которых западный проект имеет хотя бы кажущееся превосходство над российской техникой. Ничего не сказано о такой критической для средства ПВО характеристике, как время развёртывания из походного положения в боевое (российские комплексы развёртываются за рекордные 3 минуты – в 4-5 раз быстрее западных аналогов).

Ничего не сказано (а это очень важно в современном бою) о способности российских комплексов вести огонь в движении (у немецко-европейского IRIS-T-SLM Mk III этого нет даже в проекте).

Ни словом не упомянуты достоинства принятого в отечественных комплексах малой дальности радиокомандного способа наведения (который позволяет моментально реагировать на любой маневр уклонения, осуществляемый целью, выстраивать сложные траектории полёта, обеспечивающие наиболее эффективное поражение целей, обеспечивает всепогодность и всесуточность боевого применения, в два и более раза удешевляет ракеты, по сравнению с головкой самонаведения).

Даже несмотря на определенную предвзятость, авторы публикации не смогли найти у западного проекта заметных преимуществ над российской техникой. Потому что то, что он позиционирует как преимущества, в действительности таковыми не являются.

Так, сравнивая радар CEAFAR комплекса IRIS-T-SLM Mk III со станциями разведки и наведения «Панциря» и «Тора», автор приходит к выводу о превосходстве западного радара. У него, мол, «внушительная пропускная способность как по количеству сопровождаемых «на проходе» целей (100–200 и более средств нападения противника), так и одновременно наводимых на них ракет-перехватчиков IRIS-T (может достигать 16-24 единиц и более)».

Кроме того, CEAFAR имеет 6 антенн с АФАР, в то время как «Торы» и «Панцири» – только по одной. И в случае осколочного повреждения одной антенны оставшиеся «частично компенсируют «утерянные» радаром CEAFAR азимутальные зоны сканирования». Даже с поправкой на рекламу западный радар на первый взгляд выглядит предпочтительнее российских аналогов.

Но всё становится на свои места, если вспомнить, что автор сравнивает батарейную радиолокационную станцию с индивидуальными средствами разведки и наведения целей российских боевых машин. В батарее IRIS-T-SLM РЛС - одна на всю батарею. И если она уничтожается прямым попаданием – сразу все пусковые установки теряют боеспособность.

В батарее же «Торов» и «Панцирей» каждая из 4 боевых машин имеет свои автономные радары. И потеря одной из станеций уменьшает возможности батареи всего на четверть. Что касается пропускной способности, то, например, боевая машина комплекса «Тор» способна одновременно обнаружить 48 целей (144 за три оборота антенны), сопровождать 10 из них, и наводить зенитные управляемые ракеты на 4 одновременно.

Если умножить эти показатели на четыре, становится понятно, что батарея IRIS-T-SLM не имеет преимуществ перед батарей ЗРК «Тор» или «Панцирь» в средствах разведки и наведения. А сравнивать возможности отдельных боевых машин просто бессмысленно, поскольку пусковые установки батареи IRIS-T-SLM не имеют индивидуальных радаров.

Вот, что в публикации говориться об огневых возможностях:

«Весомый спектр тактико-технических преимуществ ЗРК IRIS-T SLM Mk III обеспечивается благодаря применению зенитной версии управляемой ракеты класса «воздух-воздух» малой и средней дальности IRIS-T… ЗУР-перехватчик IRIS-T SL/SLM способен реализовать перегрузки порядка 60-65 G, обеспечивая перехват целей, осуществляющих противозенитные маневры с перегрузками 27-30 ед. Перспективные зенитные управляемые ракеты 9М338К комплексов «Тор-М2У/М2КМ» и двухступенчатые бикалиберные ЗУР 57Э6Е комплексов «Панцирь-С1/СМ»… обеспечивают возможность выполнения маневров с перегрузками 30-35 ед. и 20-25 ед. соответственно, что позволяет перехватывать цели, маневрирующие с перегрузками 15 и 10 G».

Не совсем понятно, о каких таких «целях, осуществляющих противозенитный маневр с перегрузками 27-30 ед.» идёт речь. О пилотируемой авиации? Но при перегрузке в 10 G летчик полностью утрачивает боеспособность. Непилотируемые средства воздушного нападения? Но они не имеют средств обнаружения угрозы перехвата. Маневр же, осуществляемый «по программе», легче всего купируется именно при применении радиокомандного наведения, позволяющего легко изменить траекторию полета ракеты, без избыточных перегрузок.

Избыточный запас прочности за счёт ухудшения других характеристик достался зенитной управляемой ракете немецкого комплекса «в наследство» от авиационной управляемой ракеты IRIS-T. В боях между истребителями ему можно найти применение – именно потому, что полноценное радиокомандное наведение тут невозможно, а при радиокорректировке действительно может понадобиться резкий маневр. Для средств же ПВО при применении РК-наведения способности маневрировать с перегрузкой 35 G более чем достаточно.

Тем более что в случае российских ракет, речь идёт о «паспортных» ТТХ (рекордные могут заметно превосходить их), а в случае западной продукции – используются рекламные характеристики (которые, как показывает практика, очень часто могут «не дотягивать»).

Еще один тезис в пользу европейской ракеты - в части способа наведения:

«И это не говоря уже о наличии в элементной базе систем наведения ЗУР IRIS-T SL/SLM средневолновых (3-5 мкм) помехозащищённых инфракрасных ГСН, способных селекционировать инфракрасные сигнатуры целей на фоне применяемых инфракрасных ловушек и средств оптико-электронного противодействия, а также перехватывающих теплоконтрастные объекты, скрывающиеся за естественными объектами рельефа местности».

Здесь мы, очевидно, наблюдаем не лучший перевод зарубежного рекламного проспекта. Каким образом инфракрасная головка способна навести ракету на цель, «скрывающуюся за естественными объектами рельефа местности», совершенно не понятно. Видимо, в оригинальном тексте речь всё-таки шла о чём-то другом.

«Сохранение инженерами тульского КБП и ИЭМЗ «Купол» в системах управления вооружением «Панцирей-СМ» и «Торов-М2» традиционного радиокомандного метода наведения (без применения активных радиолокационных и ИКГСН), во-первых, исключает возможность применения ЗУР 9М338К и 57Э6Е по целям, скрывающимся «за экраном» рельефа местности».

Как уже упоминалось, ЗУР с ГСН также не могут работать по целям, скрытым за складками рельефа местности. Средств, способных обеспечить наведение ЗУР сквозь толщу земных пород, не существует.

«Во-вторых, ограничивает целевую канальность данных ЗРК/ЗРПК 4 одновременно перехватываемыми воздушными объектами…».


Отмечу, что 4 целевых канала обеспечивают достаточные возможности для отражения массированного налёта в пределах ёмкости боекомплекта (16 ЗУР на «Тор-М2»). При отражении налёта большинства существующих средств нападения (скорость 1 Мах и менее) «Тор-М2» успевает отстрелять весь боекомплект до прохождения целями зоны поражения.

При отражении же налёта высокоскоростных (например, AGM-88E – V=2 Маха) средств воздушного нападения, применение в ракетах головок самонаведения не обеспечивает прироста огневой мощи, поскольку при необходимых 2,5-3 секундах на пуск каждой ракеты любой комплекс малой дальности, независимо от способа наведения, успевает отстрелять не более 8-9 ракет за время прохождения (22 секунды) зоны поражения целями, идущими на скорости 2 числе Маха.

Как видим, даже отдельные величины ТТХ не дают перспективному западному зенитному ракетному комплексу никаких преимуществ перед российскими средствами ПВО в реальном бою. Впрочем, совершенно очевидно, что избыточные показатели не являлись для западных конструкторов самостоятельной целью. Главным для них была минимизация расходов на проектирование.

Взяв за основу неплохую авиационную управляемую и мощную корабельную РЛС, они стали строить вокруг них комплекс. На готовенькое – дешево и сердито. Экономика должна быть экономной. Об этом неплохо бы помнить и нашим доморощенным «экспертам», регулярно предлагающим «отремонтировать то, что уже работает». Например, «навесить» поверх РК-наведения ещё и головку самонаведения, что сразу сделает зенитную управляемую ракету в несколько раз дороже, не обеспечив никакого прироста реальной боевой эффективности.

Дмитрий ИВАННИКОВ, военный эксперт, специально для «Совершенно секретно»



Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку