ОПЕРАЦИЯ «ВИХРЬ» ПО ПЛАНУ «ВОЛНА»

ОПЕРАЦИЯ «ВИХРЬ» ПО ПЛАНУ «ВОЛНА»
Автор: Владимир ВОРОНОВ
04.11.2015
 
31 октября 1956.
 
Кризис тряс «народно-демократическую» Венгрию практически весь 1956 год, но своего апогея события достигли в октябре 1956 года, когда народное недовольство выплеснулось на улицы. 23 октября на улицы города вышли 200 тыс. демонстрантов, требуя назначить новым премьер-министром Имре Надя и вывести из страны советские войска. К вечеру того дня такие же демонстрации шли и в других венгерских городах, а в Будапеште штурмовали Радиокомитет. В другой части города демонстранты с ликованием снесли огромную статую Сталина.
 
Против участников волнений пытаются бросить армию, но части Венгерской народной армии стрелять отказываются, огонь ведут лишь сотрудники венгерской госбезопасности. Власть венгерских коммунистов сыпалась на глазах. Тем же вечером Имре Надь стал премьером, но в Будапешт, согласно утверждённому ещё в июле 1956 года плану «Волна», уже входили танки советского Особого корпуса генерал-лейтенанта Петра Лащенко, а с утра 24 октября 1956 года разгорелись уличные бои. Венгерская армия в этой ситуации мудро решила держать «нейтралитет».
 
Судя по документам, настрой советского руководства изначально был вполне конкретен: давить их всех танками и стрелять. Ещё вечером 23 октября Президиум ЦК КПСС на своём экстренном заседании обсудил ситуацию. Сохранилась стенограмма этого заседания:
 
«т. Хрущёв высказывается за ввод войск в Будапешт.
т. Булганин считает предложение т. Хрущёва правильным – ввести войска.
[…] т. Молотов – …За ввод войск.
т. Каганович – …За ввод войск.
т. Первухин – надо ввести войска.
т. Жуков – …Надо ввести войска. …Объявить военное положение в стране, ввести комендантский час.
т. Суслов – …Надо ввести войска.
т. Сабуров – надо ввести войска для поддержания порядка.
т. Шепилов – за ввод войск.
т. Кириченко – за ввод войск…»
 
Против лишь Анастас Микоян.
 
Несколько дней советские войска вели бои в Будапеште. Как сообщали в своём отчёте прибывшие в Будапешт утром 24 октября 1956 года Анастас Микоян и Михаил Суслов, «больше стреляли наши, на одиночные выстрелы наши отвечали залпами». После чего посланцы ЦК КПСС честно признали, что советское военное вмешательство резко ухудшило ситуацию, превратив сугубо внутреннюю распрю в национальное противостояние оккупантам:
 
«Прибытие в город советских войск отрицательно сказывается на настроении жителей, в том числе и рабочих». При этом посланнники из ЦК не забыли строго указать своим венгерским подопечным на недочёт: «Одной из серьёзных ошибок венгерских товарищей было то, что до 24 часов вчерашней ночи они не разрешали стрелять по участникам беспорядков».
 
Но затем концепция вдруг резко поменялась: 28 октября 1956 года Хрущёв на заседании Президиума ЦК КПСС огорчённо констатировал, что «рабочие поддерживают восстание» и оно уже «перекинулось на провинцию. Войска могут перейти на сторону восставших». 
 
Маршал Жуков, чутко уловив изменение настроя руководства, тут же намекнул, что надобно «политическую гибкость проявить». Тем паче ситуация образовалась пикантная: новое правительство Имре Надя начало переговоры с повстанцами, мятежа вроде как уже и нет, так что советским войскам в Будапеште формально делать больше нечего. Резюме Хрущёва: «огонь прекращаем» и сообщаем венгерскому правительству, что «мы готовы вывести войска из Будапешта».
 
На заседании же 30 октября 1956 года Президиум ЦК принимает кардинальное решение: «Принять Декларацию сегодня о выводе войск из стран н[ародной] демократии».
 
Однако уже 31 октября 1956 года концепция вновь резко поменялась. Как гласит протокольная запись заседания Президиума ЦК КПСС, «т. Хрущёв высказывает соображения. Пересмотреть оценку, войска не выводить из Венгрии и Будапешта и проявить инициативу в наведении порядка в Венгрии. Если мы уйдём из Венгрии, это подбодрит американцев, англичан и французов империалистов. Они поймут как нашу слабость и будут наступать. Мы проявим тогда слабость наших позиций. Нас не поймёт наша партия. …Выбора у нас другого нет». Далее Хрущёв расписывает сценарий предстоящих действий: «Создать Временное рев[олюционное] пр[авительст]во (во главе с Кадаром). Лучше всего – зам[естителем]. Мюнних – премьером, мин[истром] обороны и вну[тренних] дел. …Мюнних обращается к нам с просьбой о помощи, мы оказываем помощь и наводим порядок».
 
Резолюцию дружно поддержали. Против, как всегда, оказался Микоян. Поскольку он не успел прилететь из Будапешта на заседание 31 октября, то попытался высказался 1 ноября: «Требование вывода войск стало всеобщим. Антисоветские настроения поднялись. В нынешних условиях лучше теперь поддерживать существующее пр[авительст]во. Силой сейчас ничего не поможет. Вступить в переговоры. [Подождать] 10–15 дней. Если власть будет сползать, тогда решить, как действовать».
 
Но всё это было гласом вопиющего в пустыне.
 
«Только с помощью оккупации можно иметь правительство, поддерживающее нас», – упорствовал главный идеолог партии Михаил Суслов.
 
«Надо решительные меры принимать, – настаивал председатель КГБ генерал Иван Серов. – Оккупировать надо страну». «Изменилась обстановка международная, – это уже председатель Сомина СССР Николай Булганин. – Если не примем меры – Венгрию потеряем». Маршал Жуков был твёрд, как всегда: «Не согласен с т. Микояном… Действия должны быть решительными. Изъять всю дрянь. Обезоружить контрреволюцию».
 
В ночь на 4 ноября 1956 года советские войска вновь вошли в Будапешт, началась операция «Вихрь»…
 
КСТАТИ:
 
Любопытно, что во время венгерских событий ЦРУ проявило потрясающий непрофессионализм. Вот что пишет историк американской разведки Тим Вейнер в своей книге «ЦРУ. Правдивая история»:
 
«В октябре 1956 года резидентуры ЦРУ в Венгрии не было. В штабе не было также никакого оперативного отдела по Венгрии и почти никого, кто бы говорил на этом языке. У Виснера (глава ЦРУ. – Ред.) был всего один человек в Будапеште: Геза Катона, американец с венгерскими корнями, который 95 процентов своего времени работал мелким клерком в Государственном департаменте, отправляя письма по почте, покупая марки и канцелярские товары, подшивая документы. Когда произошло восстание, он стал единственным надёжным источником информации, на который ЦРУ могло рассчитывать в Будапеште.
 
За две недели Венгерского восстания американское разведывательное ведомство узнало не больше, чем было напечатано в газетах. Оно понятия не имело о том, что восстание вообще началось, как оно проходит, или о том, будет оно подавлено Советами или нет. Если бы Белый дом согласился направить туда оружие, ЦРУ не знало бы, куда именно его нужно доставлять. По поводу Венгерского восстания секретная история ЦРУ отмечает, что тайная служба была в состоянии «сознательной слепоты».
 

Авторы:  Владимир ВОРОНОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку