НОВОСТИ
Украина утверждает, что расстрел группы мигрантов на границе с Белоруссией — фейк (ВИДЕО)
sovsekretnoru

Операция СБС

Автор: Лариса КИСЛИНСКАЯ
01.06.1999

 
Сергей ПЛУЖНИКОВ
Сергей СОКОЛОВ

Александр Смоленский.
Фото Бориса КРЕМЕРА

Сейчас все заслуги по «зачистке» Белого дома от команды Примакова приписывают Березовскому. Но он был не одинок. Кадровые перетряски в Генпрокуратуре, МВД и других силовых ведомствах, на наш взгляд, во многом связаны и с успешным расследованием махинаций Александра Смоленского и Льва Нахмановича, его джамбульского подельника, с фальшивыми авизо: в далеком 1992 году они облегчили государственный бюджет на 32 миллиона долларов.

2 апреля 1999 года – без всяких объяснений снят с должности начальник Следственного комитета МВД РФ Игорь Кожевников, в ведении которого находилось расследование уголовных дел Нахмановича и Смоленского. С этим генералом людям Смоленского, по-видимому, никак не удавалось «договориться»...

5 апреля – в этот день Смоленский чуть ли не в десятый раз пообещал явиться на допрос и не явился. Днем заместитель Генпрокурора РФ Михаил Катышев дает санкцию на арест гр-на Смоленского А.П. Вечером в нарушение всех мыслимых следственно-оперативных норм об этом сообщают по телевидению. Смоленский услужливо предупрежден. О том, что подписана санкция на арест, знали всего четыре-пять человек в самом высоком руководстве МВД и Генпрокуратуры. Документы на Смоленского передают в Национальное бюро Интерпола в России.

В этот же день Генпрокурора Юрия Скуратова вынуждают написать заявление о «добровольной» отставке.

6 апреля – Михаил Катышев подписывает санкцию на арест гр-на Березовского Б.А.

7 апреля – заместителя Генпрокурора Катышева отстраняют от курирования Главного следственного управления Генпрокуратуры РФ.

19 апреля – «свои люди» в МВД поручают следователю Владимиру Вдовину принять к производству уголовное дело Смоленского.

20 апреля – Вдовин отменяет подписанные Катышевым санкции на арест. Этот следователь известен тем, что с 1992 года, с момента возбуждения дела № 81684 (14238), героически изображал трудовой подвиг и затягивал расследование. Теперь ему вернули дело. Видимо, для дальнейшего затягивания?

Очень часто в таких делах честные остаются не у дел, продажные или просто равнодушные идут на повышение. Такая вот кадровая селекция происходит в государстве Российском, и это очень даже устраивает платежеспособных олигархов.

И вот уже в одном из первых телеинтервью в ранге первого вице-премьера Николай Аксененко, потирая руки и похлопывая по пустым карманам своего пиджака, говорит: «С Березовским встречался один раз, еще с удовольствием встречусь. Мне интересны его политические и экономические взгляды». Далее Аксененко высказывается в том духе, что и остальные олигархи – ребята неплохие и их опыт в дальнейшем реформировании российской экономики еще пригодится.

Просто бальзам пролил первый вице на душу олигархов, которые стройными рядами уже почти было образовали новую волну русской эмиграции. Березовский, как известно, усиленно обживал Лазурный берег Франции, Смоленский плотно осел в Вене и хронически чем-то заболел, Виноградов испарился в неизвестном направлении, Лисовский отбыл на Кипр, Быков ретировался в Канаду. И только Потанин в отчаянии остался в подмосковных Лужках забивать «козла» с водителями своих лимузинов. Но сигнал к возврату домой, к отбою тревоги прозвучал.

10 мая, как рассказал нам знакомый пограничник из Шереметьево-2, согласно «розыскной» установке, задержали банкира Смоленского, прилетевшего из Австрии. Через три часа его пришлось отпустить, поскольку санкцию на арест, как выяснилось, уже отменили.

Представляем, что пережил Александр Павлович за эти три часа в пограничной каталажке. Как же так? Cтолько сил «истрачено на решение вопроса», с таким трудом «образумили» Генпрокуратуру и МВД, и вот на тебе. Возможно даже, Александр Павлович вспомнил свою первую отсидку, далекий 1981 год, скамью подсудимых в Сокольническом районном суде, 5-е отделение УВД города Калинина, где он проходил перевоспитание на «химии»...

ЦЕРКОВНАЯ ХАЛТУРА

Иногда мы захаживаем в маленькую пивнушку в Сокольниках, где время от времени встречаем жизнерадостного тюремного надзирателя по кличке Олигарх. Такое экзотическое прозвище он получил из-за большой саркастической любви к банкиру Смоленскому. Каждый раз, когда наш тюремный контролер слышит по радио что-то о Смоленском, он повторяет: «Если Сашка, блин, олигарх, тогда я – лорд Байрон». На такую сентенцию он, как говорит, имеет полное право, поскольку в 1981 году под его присмотром будущий банкир Александр Павлович Смоленский отбывал наказание за «хищение госимущества с обязательным привлечением к труду», то есть – на «химии». «Ничего, скоро опять свидимся, посмотрю на этого красавца не по ящику, а через дверной глазок. Давайте, мужики, как у нас говорят, выпьем за скорую и неотвратимую посадку!

Недавно мы встретили нашего Олигарха в удрученном состоянии: «Ушел, жук, всех купил. Нет, блин, где такое видано, чтобы отменяли постановление об аресте, а? Я вам говорю, два лимона зеленью заплатил следаку за отмазку, минимум!» Под самое закрытие пивной Олигарх, пошатываясь, подошел к нашей стойке: «Мужики, говорю конструктивно, хоть вы напишите об этом рыжем таракане. Я дам его старый приговор и дам контакт в Казахстане, там мой корешок распишет вам про нынешние, блин, чудачества Смоленского, идет?»

Многолетняя и щедро оплачиваемая pr-пропаганда превратила Александра Смоленского из рядового советского кладовщика в финансового гения, надежду и опору российского крестьянства и среднего класса, в системообразующего банкира. Чувствуется, что и сам Смоленский в это искренне уверовал. Достаточно вспомнить его интервью газете «Ъ» после знаменитой встречи Ельцина с олигархами прошлым летом:

«– Вы стояли рядом с Чубайсом, когда президент вас всех приветствовал.

– Надо же поддержать молодого олигарха.

– Что останется у вас в памяти от этого общения с президентом?

– То, что он готов всячески идти нам навстречу, только несите предложения. Это было сказано во вступительном слове сразу после того, как ушли журналисты».

О судимости главы банка «СБС-Агро» не слышал, наверное, только президент. Слухи ходили давно, но толком так никто из миллионов вкладчиков и не знал, за что Смоленскому гуманный советский суд припаял два года «химии». Нам удалось прочитать приговор Сокольнического районного нарсуда (1-792/81 г.), осудившего за «совершение хищения госимущества путем злоупотребления служебным положением» граждан Смоленского А.П., Алейникова В.В., Ускова А.Г., Сахарова В.К.

Алейников работал главным инженером конторы печатных изданий ХОЗУ Министерства промышленности стройматериалов СССР, отвечал за всю множительную технику, Смоленский был в этой конторе старшим мастером и «лицом материально ответственным» за расход типографских красок и бумаги, Сахаров и Усков – простыми печатниками.

В 1979 году эти печатники предложили Смоленскому слепить «церковную халтуру» – напечатать три тысячи экземпляров молитвенника «Православный молитвослов» и влегкую срубить баснословные по тем временам деньги – три тысячи рублей. Узнав, что главный инженер Алейников тоже в доле, Смоленский согласился.

Халтурили по субботам. Главный инженер отвечал за печатные станки, которые он якобы ремонтировал. Старший мастер Смоленский стибрил со склада 750 килограммов высококачественной бумаги «Писчая-1» и краску. И лично резал бумагу под нужный формат. Печатники печатали. Работа кипела, за три субботы сделали весь тираж в 3000 экземпляров.

И все бы сошло, но Смоленский пожадничал и после первого удачного опыта решил «кинуть» товарищей (наверное, именно об этом ему сегодня не хотелось бы вспоминать). В обход опытных подельников он договорился с заказчиком тиража переплести 700 экземпляров «Молитвослова». Сам Александр Павлович переплетным работам, естественно, обучен не был. Поэтому, ничего не объясняя, обратился к переплетчице Губкиной, пообещав ей 150 рублей. Губкина похвасталась доходами своей подружке Зубакиной, а та ни с того ни с сего пошла в партком и вывела всю честную компанию на чистую воду.

Спустя двадцать лет эта антисоветская история видится в ином свете. «Преступная группа» несла слово Божие в народ, хотя и небескорыстно, за что и пострадала. Pr-служба банка «СБС-Агро» могла бы из Смоленского героя-мученика сделать, на худой конец «искровца» – богоугодного. Имидж борца с коммунистическим режимом банкиру пригодился бы. Не додумались? А может, один нюанс помешал: «Свидетель Кошелев П.Г. как бухгалтер-ревизор в феврале 1980 г. проводил ревизию финансово-хозяйственной деятельности конторы печатных изданий Министерства промышленности стройматериалов СССР и выяснил, что Смоленский производил списание бумаги из расчета 1000 листов – 5 кг, не учитывая при этом разную плотность различных сортов бумаги, что и позволило создать неучтенные излишки бумаги для молитвенников». (Цитата из приговора.)

А может быть, не хочется банкиру Смоленскому ворошить прошлое еще из-за одной детали? На суде главный инженер Алейников категорически отрицал свою вину. Но своими показаниями Александр Павлович не дал товарищу уйти от ответственности: вместе ходили на «субботники», вместе будем сидеть. «Яко пригрешениями многими и язвами безмерными облежим есмь...» (Цитата из «Молитвослова».)

РАЗ ПОШЛИ НА ДЕЛО Я И НАХМАНОВИЧ...

Прошло более десяти лет. За это время Александр Павлович успел поработать заместителем начальника управления Ремстройтреста, побывал председателем строительного кооператива «Москва-3», выбился в люди – учредил банк «Столичный». Как он нажил первоначальный капитал – история умалчивает. Казалось бы, с этих пор мог зажить благопристойной банкирской жизнью: дебет-кредит. Но почему-то прошлое не отпускает Александра Павловича.

Уголовное дело № 81684 (14238) в отношении господ банкиров Нахмановича Л.А. и Смоленского А.П. было возбуждено еще 28 октября 1992 года отделом по экономическим преступлениям 6-го РУВД Центрального административного округа Москвы. 14 января 1999 года по указанию Генпрокуратуры РФ дело Нахмановича № 144103 выделили в отдельное производство. В связи с тем, что второй фигурант – банкир Смоленский – долгое время уклонялся от допросов, а затем и вовсе выехал на неопределенное время в Австрию на лечение, оно было окончательно расследовано и передано в суд в начале марта этого же года, где с его материалами ознакомиться сейчас не сможет только ленивый. Хотя эти два дела почти как близнецы-братья или сообщающиеся сосуды.

Из обвинительного заключения по делу № 144103 о краже 32 миллионов долларов: «Для совершения хищения Нахманович и Смоленский использовали собственное служебное положение руководителей крупных коммерческих банков... Так, Нахманович, используя положение руководителя Джамбульского коммерческого банка, дал указание подчиненным ему сотрудникам изготовить подложное кредитовое авизо Р № 05355063 и фиктивное распоряжение № 224 от 11 мая 1992 года на сумму 3 млрд. 838 млн. 400 тыс. 400 рублей. Смоленский, используя положение руководителя АКБ «Столичный», способствовал беспрепятственному принятию к зачету фиктивного распоряжения № 224, обеспечил доставку поддельного авизо в РКЦ, сотрудники которого зачислили 3 млрд. 838 млн. 400 тыс. 400 рублей на корреспондентский счет АКБ «Столичный». Получив таким образом реальную возможность распоряжаться похищенными денежными средствами, Нахманович и Смоленский, используя заранее составленные ими фиктивные банковские документы, конвертировали рубли в доллары США и распорядились ими по своему усмотрению...»

А в Алма-Ате на одной частной квартире нам показали видеозапись, в которой председатель правления Джамбульского банка Лев Нахманович отрицал свое участие в краже 32 миллионов долларов и по полной программе «топил» своего старого товарища Смоленского (приводим с некоторыми цензурными сокращениями):

«Никакого желания у меня воевать с ним. Я бы на ... этого б... Смоленского взял бы б... и повесил за одно место. Здесь смотрите ситуация какая, мы в банковской среде привыкли работать на полном доверии. Я имел неосторожность оставить этому пареньку несколько чистых бланков со своей подписью и печатью.

Не знаю, на чем его сломали, ну, я там понизу поработал немножко, выяснил, что он, когда еще в типографии работал, он по картотеке агентуры проходил. Потом нашли человека, который его вербанул по линии уголовного розыска, у него же там работал...

Что касается этого поддельного авизо... На условиях, которые мы выработали, я должен был повесить на себя все это дело. Ради бога, я б... пошел на это. Ну вот я вынужден играть б... полубандита-полужулика, который убегает, скрывается и так далее. Ну и х... бы с ним. Но мне это, откровенно говоря, надоело.

Понимаете, что сделал Смоленский, он же перевел эти 32 миллиона под распоряжение. Было несколько трансфертов в Австрию через разные конторы и разные юридические лица. Вы-то об этом не знаете, а я знаю.

Что сделал этот хохмарь, я его прекрасно понимаю, почему он пошел на этот трюк. Во-первых, на него есть досье, то есть сделали ему предложение, от которого он отказаться не мог, во-вторых, у него были свои корыстные интересы, в-третьих, ему нужно было вырубить меня. Дело в том, что на некотором этапе 70 процентов акций банка «Столичный» принадлежало моей группе... я начинал создавать этот банк еще с покойным Раппопортом, когда Смоленский был мальчиком в коротких штанишках (трехэтажный мат), это сейчас он Александр Смоленский, которого все знают, а я-то его еще помню, когда он кофе приносил в кабинет. Сидел и ждал, когда ему что скажут, где за бабами сходить, а где за водкой...»

Оставим на совести Нахмановича его утверждения об агентурном прошлом Смоленского, о своей роли в организации банка «Столичный» и своей непричастности к подделке авизо, но в остальном, конечно, стоит признать, что друзей себе великий московский олигарх выбирать не умеет. Впрочем, и делами они с Нахмановичем занимались довольно сомнительными. Теперь за эти дела Нахманович предстал перед московским Замоскворецким судом (с 1993 года он был в бегах за границей, в сентябре 97-го задержан швейцарской полицией, а в апреле 98-го был экстрадирован в Россию). А адвокаты Смоленского делают сейчас все, чтобы их подопечный на этот суд не попал...

Благодаря отцу, директору крупного колхоза и Герою Соцтруда, Нахманович имел кое-какие связи во властных верхах Казахстана, что ему и позволило взять огромный по тем временам кредит в казахском «Нацбанке» – на четыре миллиарда рублей. Эти средства банкир обязался конвертировать в наличную валюту и вернуть с процентами, но разбазарил и стал лихорадочно искать возможности вернуть госкредитные миллиарды. Вышел на Смоленского.

На допросе 27 декабря 1992 года Лев Нахманович красочно рассказал, с чего началась примитивная банковская афера ценой 32 миллиона долларов:

«23 апреля 1992 года, когда мы со Смоленским подписывали договор об открытии корсчетов, он... ответил предложением «сделать» деньги через поддельное авизо, дословно: «Давай изобретем фуфел». Я ответил, что подумаю. Этот разговор был между нами один на один в кабинете Смоленского... Обдумывая это предложение, я также вспоминал, что Смоленский говорил: «При нынешнем бардаке этот воздух не сквитуется», то есть не будет установки Центральным банком источника его происхождения... В итоге я согласился на это предложение, о чем по телефону сообщил Смоленскому. Потом мы встретились со Смоленским в его кабинете, обговорили этот «вариант» с условием возложения на меня всей ответственности за возможные последствия разоблачения. Он мне обещал, даже гарантировал изъять это авизо после проводки из расчетно-кассового центра Центробанка России. Дословно он сказал: «У меня есть мальчик, который сделает это в лучшем виде».

Спустя пять лет, сразу после экстрадирования из Швейцарии в Москву, Нахманович (уже владелец виллы в Италии и любитель спокойной европейской жизни) отказался от своих первоначальных показаний. Вероятно, он рассчитывал на всемогущество олигарха Смоленского, заседающего за круглым столом с самим президентом. Другое дело, что обещанный Смоленским «мальчик» так и не сделал «все в лучшем виде». Уличающие банкиров документы попали в уголовное дело. Сейчас обескураженный Нахманович заявляет, что подделка авизо – дело рук «неизвестного».

Нахманович на допросах также заявлял, что якобы российское и казахское правительства между собой давно урегулировали вопрос признания задолженности Казахстана перед Россией, в том числе таким образом были прощены и его «воздушные» 3,8 миллиарда рублей. А следовательно, его уголовное дело и яйца выеденного не стоит. Однако в материалах дела есть письмо заместителя директора юридического департамента Центробанка РФ Б.Костюхина: «Главный центр информатизации Банка России не располагает информацией о проведении переговоров с казахской стороной по вопросу признания задолженности Республики Казахстан, образовавшейся вследствие совершения Джамбульским коммерческим банком незаконной финансовой операции...»

КАК ИЗОБРЕТАЛИ «ФУФЕЛ»

«Знаете, сколько денег в начале девяностых заработали разные умные жулики с помощью фальшивых банковских переводов – авизо? – спросил нас алма-атинский знакомый и сам же ответил: – Около пяти миллиардов долларов. А сколько человек попалось? Считанные единицы, и среди них Смоленский с Нахмановичем. А почему, спрашивается? Потому что мой земляк Лева – счетовод колхоза «Трудовой пахарь», а Смоленский, несмотря на все «корочки», дальше товароведа в своем образовании не сдвинулся».

Представьте себе бланк банковского перевода на сумму 38 миллионов 400 тысяч 400 рублей: «38 400 400». Нахманович поступил решительно и просто. Он приказал своей сотруднице в Джамбуле допечатать на пишущей машинке перед цифрами «38 400 400» еще две цифры – «38». Получилось «38 38 400 400» – то есть 3,8 миллиарда рублей...

Вот как об этом рассказывала под протокол сама исполнительница Н.Нечаева: «В тот же день, одиннадцатого числа, мне на работу позвонил Нахманович. Я поняла, что он звонит из Москвы, хотя он этого не говорил. Он сказал... что мне необходимо будет сделать в авизо... допечатку перед суммой перевода цифры «38», передать авизо в опечатанном конверте для отправки в Москву. Я доверяю Нахмановичу и не стала переспрашивать, для чего ему нужно это авизо и что он после собирается делать с этим «воздухом», хотя осознавала, что такое делать нельзя... В тот же день я задержалась на работе и в отсутствие других работников, сделав лезвием подчистку буквы «й» в слове «рублей», на той же пишущей машинке допечатала цифры «38»... Если бы основной текст авизо печатала я сама, я бы оставила в тексте больший интервал между словом «рублей» и суммой, чтобы потом можно было впечатать «38» без подчистки буквы «й», но авизо печатала бухгалтер Миненко, которую я, конечно, не могла во что-то посвящать...»

Факт подделки авизо подтвердила технико-криминалистическая экспертиза еще в ноябре 1992 года. Оперативники изъяли тогда же из Джамбульского банка и пишущую машинку «Роботрон», на которой печатались «воздушные» миллиарды. По сей день она хранится в качестве вещдока.

Хотя подчистка лезвием в финансовом документе была видна невооруженным глазом, работники Центробанка РФ, перечислявшие «воздушные» деньги из банка Нахмановича в банк Смоленского, будто ослепли.

Очень красноречиво показание непосредственной исполнительницы этого перевода, экономиста ЦБ РФ Т.Рюпичевой: «Осуществляя проводку авизо, я могла не обратить внимание на то, что в тексте в слове «рублей» отсутствует буква «й» и нет интервала перед суммой перевода, а также сумма перевода в нижней графе заходит за рамки этой графы».

Чем вызвана такая авизово-куриная слепота банковских служащих, можно только догадываться. Откровенно по этому поводу высказался бывший первый заместитель Смоленского в банке «Столичный», а по совместительству его родственник П. Дрикер (Смоленский и Дрикер женаты на сестрах): «...Мы заработали на авизо хорошие деньги, потому что, как правило, воровали, снимали деньги наличными. А за выдачу наличных мы брали свой процент. То есть банк имел хороший заработок. В принципе, основа делалась в эти годы».

Вот так делались в России состояния. Из Джамбульского банка в Казахстане ушли «воздушные» миллиарды, а на корсчет ДКБ в банке «Столичном» из РКЦ пришли реальные российские деньги. Одно неосторожное движение на машинке «Роботрон», и вы – миллионер.

ПО 16 МИЛЛИОНОВ НА БРАТА?

Сегодня Александр Павлович Смоленский не жалеет никаких сил для того, чтобы избежать участи Нахмановича и не попасть на скамью подсудимых. Хотя в конечном счете именно суд может дать окончательный ответ – виновен уважаемый банкир Смоленский или не виновен. Видимо, жизнь ничему не научила именитого олигарха. Как когда-то в советские времена, пожадничав, он взялся за типографскую халтуру, так и в этом случае не удосужился с умом распорядиться «воздушными» миллиардами. А может, уже в то время уповал на свою неприкасаемость? Во всяком случае, они с Нахмановичем, как следует из обвинительного заключения по уголовному делу, очень торопились перегнать 32 миллиона за границу и сделали это явно бездарно, оставив массу следов.

Очень смешно о суетливости олигарха рассказывает одна из ревизоров Центробанка РФ К. (реальная фамилия нам известна, но по понятным причинам мы ее не называем), проверявшая по заданию следствия банк «Столичный»: «...Когда я попросила предоставить мне документы, подтверждающие перечисление валюты на счета в австрийский «АБН-АМРО Банк»... Лыков (служащий банка «Столичный») категорически отказался это сделать, ссылаясь на то, что договор является банковской тайной и исполнен на английском языке... Я настояла на своем требовании, после чего в кабинет, где я работала, пришел Смоленский и сказал: «Этой даме никаких документов не предоставлять». Это было в присутствии членов бригады и сотрудника милиции, который работал с нами...» Кстати, по этому поводу в обвинительном заключении по делу Нахмановича написано: «...Смоленский, будучи непосредственным участником хищения, предпринял меры для уничтожения в подчиненном ему банке части документов...»

И если, по словам классика, «рукописи не горят», то банковские документы в Австрии, Швейцарии и Люксембурге тем более. Как выяснилось, Смоленский с Нахмановичем не придумали ничего лучшего, как переправить 25 миллионов долларов в австрийский банк «АБН-АМРО» на счет фирмы «ГС Финанц унд Фермегенсфервальтунг».

С помощью австрийских коллег московские следователи с огромным трудом, невзирая на противодействие влиятельных лиц в российском МИДе и ГУВД Москвы, установили, что 95 процентов основного акционерного капитала этой фирмы тогда принадлежали жене Смоленского, Галине. А фактическим владельцем и распорядителем денежных средств, находящихся на нескольких мультивалютных счетах этой фирмы, являлся сам Александр Павлович

На распоряжениях о переводе денег из «АБН-АМРО» в другие западные банки неосторожный олигарх собственноручно сделал записи, для кого именно и в каком размере направить деньги. В частности, криминалистическая экспертиза доказала, что рукописные записи «в пользу Нац. Гос. Банка Казахстан 5.000.000 $» и «4.000.000 $ для Дж. Ком. Банка» были выполнены недрогнувшей рукой Александра Смоленского.

Именно поэтому на сегодняшний день Александру Павловичу не остается ничего другого, как попытаться «задавить» следствие своим олигархическим весом.

Именно поэтому в прошлом году банк «СБС-Агро» вдруг признал, что шесть лет назад ошибочно «одолжил» у Центробанка РФ 3 миллиарда 838 миллионов рублей по «воздушному» авизо и возместил ущерб, перечислив государству 28,5 миллиона (деноминированных) рублей. Правда, случилось это радостное событие аккурат через четыре дня после того, как беглый Лев Нахманович был переправлен из Швейцарии в Россию «без права выдачи третьему государству», то есть Казахстану. Да и полным возмещением ущерба это назвать сложно, поскольку украдено по тем ценам было 32 миллиона долларов, а вернули по нынешним всего около 4 миллионов долларов.

Полагаем, именно поэтому – «в силу неопровержимости улик» – олигарх Смоленский включил все подковерные механизмы, чтобы развалить следствие. Отсюда – отставка генерала Кожевникова и карьерные беды заместителя Генпрокурора Катышева. Отсюда же и попытки отложить и затянуть судебный процесс по делу Нахмановича и дать этому гражданину Казахстана спокойно выйти на волю «ввиду истечения предельных сроков содержания под стражей».

А какой теплый прием окажут Нахмановичу на его исторической родине, можно себе представить, если казахская генпрокуратура в декабре 1997 года рискнула ввести в заблуждение даже Федеральное ведомство полиции Швейцарской Конфедерации, направив в эту солидную организацию ложную информацию о прекращении уголовного преследования Нахмановича. Власти Казахстана сейчас так сильно хотят заполучить Нахмановича, что их генпрокуратура в начале этого года заочно предъявила ему обвинение по факту подделки все того же авизо на 3,8 миллиарда рублей и выдала санкцию на арест.

Чем же так «насолил» Нахманович президенту Казахстана, что тот лично обращался с просьбой о выдаче банкира к российскому президенту? Не стали ли причиной этой беспрецедентной просьбы те же самые действия Нахмановича, за которые Ельцин наградил его подельника, банкира Смоленского, орденом «Знак почета»? Нет, не за подделку авизо и перекачку госсредств на Запад, конечно, а за активное финансовое участие в предвыборной президентской гонке.

Во время нашей командировки в Казахстан нам рассказали, что одному из членов московской оперативно-следственной бригады предлагали два миллиона долларов за развал этого дела. Представляете, пять минут позора, полное презрение своих коллег из Генпрокуратуры РФ и Следственного комитета МВД, зато вся оставшаяся жизнь в цветах. А формально, юридически, развалить или затянуть любое дело ничего не стоит, эту азбуку знает каждый профессиональный следователь. Что сейчас, кажется, и происходит с уголовным делом банкира Смоленского.

ЧЕРНОКНИЖНИК

В 1981 году Александр Павлович Смоленский ушел на «химию» с должности товароведа фирмы «Весна», так как из типографии после «книжного» скандала его настойчиво попросили. Наверное, именно с той поры помимо любви к книгам он освоил и золотое правило советской торговли – продавец всегда прав. С годами мастерство росло и оттачивалось.

После августовского финансового кризиса тысячи обманутых вкладчиков «СБС-Агро» выстраивались в безнадежные очереди у касс банка. И все при этом тешили себя одной мыслью, что в худшем случае им достанется уставный капитал этого солидного и респектабельного учреждения...

Недавно один наш приятель вернулся из Калмыкии и привез удивительную новость: в лучшем случае вкладчикам и клиентам «СБС-Агро» достанется «воздух», а точнее, научное произведение, сочиненное Александром Павловичем Смоленским, под названием «Банковские системы». Клиенты смогут по-братски разделить между собой его рукопись объемом 1617 машинописных страниц.

Мы решили проверить новость, и, увы, она оказалась не ернической шуткой. Эта рукопись действительно лежит в основе всего благосостояния банкира и, как теперь выясняется, великого русского писателя Смоленского. Для тех, кто не знает, поясним: 22,2 процента уставного капитала банка «СБС-Агро» владеет ЗАО «Управляющая компания финансовой группы СБС» (председатель совета директоров – Смоленский, гендиректор – Григорьев, находится на Неглинной, 14). В свою очередь, 48,2 процента акций «Управляющей компании» владеет общество с ограниченной ответственностью «Интеллектуальная собственность» («ИнтелСо»), единоличным учредителем которой является Смоленский

А теперь самое забавное. 16 августа 1996 года в качестве вклада в уставный капитал «ИнтелСо» писатель Смоленский внес «права на использование в любой форме и любым способом... научного произведения «Банковские системы» стоимостью 200 миллиардов рублей». А 27 сентября 1997 года эта самая дорогая рукопись современности вносится в уставный капитал фирмы «Управляющая компания», которая, судя по названию, управляет банком «СБС-Агро». Правда, на этот раз писатель оценил свое произведение чуть скромнее – в 18,3 миллиарда рублей. Как сказал по схожему поводу старинный друг писателя Смоленского Лева Нахманович: «Что сделал этот хохмарь, я его прекрасно понимаю, почему он пошел на этот трюк!»

Но это еще не все. Оказывается, клиенты банка вряд ли смогут использовать эту тысячестраничную рукопись «в любой форме и любым способом» даже по самому прямому назначению. В регистрационной палате, в налоговой инспекции, в калмыцком филиале банка «СБС-Агро» никакой рукописи объемом 1617 машинописных страниц не обнаружилось, как нет и документов, подтверждающих «право собственности или передачу прав собственности на этот труд именно Смоленскому», во всяком случае, их никто никогда не видел.

В конце концов, удалось отыскать «Заключение об оценке вклада в уставный капитал ООО «ИнтелСо», вносимого имущественными правами» от 2 октября 1996 года, которое сделала аудиторская фирма «Консалтбанкир». Там тоже 200 миллиардов. Правда, выяснилось, что «Консалтбанкир» – это «карманная» контора банка «СБС-Агро» и Смоленского. Словом, сам написал книгу, сам ее и оценил высоко и дорого.

Чтобы до конца удостовериться, что писательский труд на мировом рынке ценится высоко, но все-таки не настолько, мы обратились в отдел рукописей Российской государственной библиотеки (бывшей Ленинки). Там нам сказали, что самые дорогие рукописи продаются в основном на Штутгартском аукционе, который и является мерилом мировых книжных ценностей. К примеру, одну рукописную страницу-оригинал Наполеона Бонапарта специалисты оценивают в тысячу долларов, и это потолок, выше которого еще никому не удавалось прыгнуть, а страничку письма Адольфа Гитлера Еве Браун недавно купили всего за 200 долларов. Хорошо недавно ушло первое издание Карла Маркса на русском языке – за 18 миллионов рублей в нашем эквиваленте...

Александр Павлович Смоленский, конечно, свой талант финансиста ценит гораздо выше гения автора «Капитала» и классика марксизма-ленинизма, но все же в чем смысл его писательского труда?Чтобы в этом разобраться, достаточно посмотреть, соучредителем каких богатых структур помимо его основного детища, банка «СБС-Агро», стали фирмы «ИнтелСо» и «Управляющая компания».

Скажем, «Управляющая компания» владеет 10 процентами акций банка «Стратегия», через который проходят все финансовые потоки ФПГ «Интерхимпром» – а это не пенсионные вклады бабушек или мизерные стипендии студентов, это уже серьезно. «Интерхимпром» объединяет российские предприятия азотно-химической промышленности по производству минеральных удобрений (новомосковское ПО «Азот», череповецкое объединение «Азот», Кирово-Чепецкий химический комбинат) с торговым оборотом более 500 миллионов реальных долларов.

Так что теперь на вопрос деловых партнеров: «Куда подевались наши инвестиции?» – у олигарха и писателя Смоленского всегда есть готовый ответ: «Если я вам что-то должен, поезжайте в Элисту, возьмите с полки мою рукопись, продайте ее и не морочьте мне голову...» И ни один арбитражный суд не подкопается, даже в Гааге все поймут. Вот только никак не может понять это следствие по уголовному делу № 81684 банкира Смоленского. Впрочем, здесь тоже все просто – непонятливых убирают, понятливые остаются.

P.S. Пока этот материал готовился к печати, череда отставок в руководстве МВД РФ, связанная с уголовными делами Нахмановича и Смоленского, продолжилась.

25 мая – занять пост начальника следственной части МВД РФ было предложено заместителю начальника Следственного комитета МВД РФ генерал-лейтенанту юстиции Владимиру Алферову. Но Алферов от нового назначения отказался и вынужден был написать рапорт об увольнении.

3 июня – начальнику следственной части МВД РФ генерал-майору юстиции Леониду Титарову была предложена равнозначная должность на Северном Кавказе, но не связанная с курированием следствия в системе МВД. Титаров отказался от почетной ссылки на Кавказ, и дальнейшая его карьерная судьба пока неопределенна.


Авторы:  Лариса КИСЛИНСКАЯ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку