НОВОСТИ
Трех надзирателей истринского изолятора, откуда сбежали 5 заключенных, будут судить
sovsekretnoru

Ограбление банка

Ограбление банка

ФОТО: АЛЕКСАНДР КЛИЩЕНКО

Автор: Кристиан РАВА
25.10.2021

Меня зовут Тьерри Ле Гуэн, я лейтенант полиции. Моя первая операция? Меня недавно направили в криминальный отдел, и нас вызвали в 8 часов утра по поводу вооруженного нападения на банк в Старом Лионе.

Мы поехали с Раймоном, нашим начальником группы, и Маню, молодым человеком, только что окончившим полицейскую школу. Благодаря сирене мы прибыли на место происшествия менее чем за пять минут.

Грабители все еще находились в банке.

– Блин! – сказал Раймон, – Сейчас наткнемся на захват заложников. Я уверен, что началась канитель...

– Что такое канитель? – переспросил я.

– Сейфы под сигнализацией, их невозможно открыть раньше назначенного времени, вот это и дает определенный тайм-аут, – уточнил Раймон.

– Может, стоит позвонить в спецназ? – предложил Маню.

– С ума сошел, а почему не парашютистам? Справимся сами...

Около десятка клиентов банка ждали снаружи, а сигнализация продолжала свои зловещие завывания. Раймон заставил всех зевак разойтись. Они оживились, когда увидели, что он вытаскивает свой «ЗИГ-Зауэр». Раймон всегда хотел походить на ковбоя. Он несколько раз пытался перейти в бригаду быстрого реагирования, но его импульсивность немного отталкивала их. Он с силой толкнул плечом первую попавшуюся дверь, электрический запор которой не выдержал напора его центнера. А вот вторая дверь уперлась.

– Спокойно, ребята, у меня есть ключ, – заорал он, выстрелив в стекло, которое тут же превратилось в довольно эстетичный графический рисунок. Мы едва успели полюбоваться ее творчеством, как он выбил дверь новым ударом плеча.

– Всем лежать! – заорал он, направив пистолет в сторону двух грабителей.

При беглом осмотре ни один из сотрудников банка не выглядел раненым.

Один из бандитов, который держал находившихся внутри под прицелом своего «калаша», повернулся и прицелился в нас, но его оружие заклинило, едва он нажал на спусковой крючок. Поняв, что Раймон настроен решительно, он тут же бросил автомат и поднял руки вверх. Другой грабитель, очевидно, совершенно сбитый с толку, бросился на нашего вождя с топором в руке.

– Брось это! – заорал Раймон.

Грабитель отказался подчиниться и продолжал двигаться на моего коллегу, размахивая своим томагавком. Видя, что Раймон замешкался, я дважды выстрелил, ранив бандита в бедро и в живот.

– Черт возьми, что ты натворил? Я же все контролировал…

* * *

– Алло, «Скорая», я вас слушаю, – ответил женский голос.

– Здравствуйте, это лейтенант Ле Гуэн, криминальная полиция. Мы находимся в банке BNP на авеню Адольфа Макса, дом №5... Вооруженное ограбление... У нас один раненый...

– Кто-нибудь из ваших коллег?

– Нет, это один из грабителей... Рана в бедре, другая – в животе.

– О, вот даже как! Много крови?

– На бедре все выглядит не слишком серьезно, но вот живот...

– Где, вы сказали, вы находитесь? Я повторил адрес и название банка.

– Ах да, я вижу, где это. Это около фуникулера Сен-Жан... Отделение банка BNP, там еще рядом есть парфюмерный магазинчик. Какой, кстати?

– Что значит – какой?

– «Сефора» или «Марионно»? Нужно быть точным, это для моих коллег.

Я уже собирался выйти из банка, чтобы проверить, когда Раймон остановил меня.

– Ты пойдешь гулять по магазинам или как? Скажи им, чтобы они поторапливались.

– Подождите, я спрошу коллегу, – снова заговорила женщина-операционистка. - Жанночка, авеню Адольфа Макса, что там за парфюмерия, «Сефора» или «Марионно»?

– «Марионно». Ок! Там сейчас 20%-ные скидки... Понятно. Моя коллега говорит мне, что это «Марионно». Итак, банк BNP на авеню Адольфа Макса, рядом с парфюмерным магазином «Марионно»... А, что ты говоришь? Рядом также есть пекарня. Подожди, я спрошу полицейского. Там рядом есть пекарня? Должно быть, пахнет вкусно. Вам повезло, вы оказались между парфюмерией и пекарней.

– Она закрыта, сегодня понедельник.

– Ах, да, верно, сегодня понедельник... А отделение банка было открыто, не так ли?

– Они открыты шесть дней в неделю!

– Отлично, но я говорю вам это, потому что на днях я отправила своих коллег к одному свиноводу. Там у одного из рабочих случился инфаркт. Но я не говорю вам о запахе в МЭПП.

– МЭПП?

– Это машина экстренной помощи пострадавшим. Даже доктор обычной «скорой» испытал отвращение. Ужас... Ну, ладно... Кого бы мне к вам послать?... Кто возьмет на себя грабителя?

Казалось, она смотрела на свой экран, при этом что-то напевая.

– Ах, ну вот, казарма Мольера – это то, что ближе всего. Я надеюсь, что получится хорошо...

– Что значит – получится хорошо?

– О, там такие забавные. Если вы наткнетесь на экипаж Марселя, вам будет смешно. Марсель – маленький толстячок, ему шесть месяцев до пенсии... А, что ты такое говоришь, Жанночка? Он уйдет на пенсию только через год? Тем лучше, тогда мы еще повеселимся. Классно, когда он болтает, но с ним быстро устаешь. Вы не забудете сказать им, чтобы они погрузили раненого...

– Ну да, в конце концов, это же их работа. Они за этим и приезжают, – ответил я, удивленный подобным советом.

– Да, я знаю, но на днях они уехали без пострадавшего. Дорожно-транспортное происшествие... Где это было, Жанночка?... Да точно, ты же знаешь, когда Марсель и его команда забыли человека со сломанной рукой на дороге... На набережной Гайетон, да, это так. Алло, вы все еще здесь? Ну, один из коллег закрыл двери машины «скорой помощи», а водитель подумал, что пострадавшая уже в машине, и так она осталась на асфальте.

На другом конце провода она и ее коллега явно задыхались от смеха.

– Ну что, ваши коллеги, уже отправились? – настаивал я.

Раймон качал головой. По его взгляду я понял, что его глаза начали походить на готовую к стрельбе ракетную батарею.

– Да, да. А ваш грабитель, он, по крайней мере, еще жив?

– Немного не в себе, но он все еще дышит.

– Это вы в него стреляли?

– Ну да! Это моя первая операция с тех пор, как я в криминальной полиции.

– Как я вас понимаю, но, между нами говоря, он сам немного напросился, не так ли?

– Вы знаете, куда они его отвезут?

– Я не знаю, а что? Хотите принести ему апельсины и коробку конфет? Наверняка, есть место в Ла-Круа-Русс...

– А Сен-Жозеф – это не ближе? предложил я.

– Да, возможно. Впрочем, они сами спросят по радио, если...

– Секундочку! Я прервал ее немного резко. Раймон, проведя рукой по горлу, только что дал мне понять, что парень мертв. Первая операция и вот – смерть на моей совести. Черт возьми, в такие моменты у тебя все пролетает в голове, даже если он плохой парень, но у него же есть семья, мать, возможно, жена, дети. И что теперь? Сдать свой жетон, пистолет, уйти с работы... Я был весь в сомнениях, когда...

– Алло?

– Да, простите, парень, по крайней мере, не умер?

– Умер! Мой коллега только что дал мне знать...

– Но тогда это все меняет.

– Что значит, это все меняет?

– Так, если он умер, коллеги больше не могут вмешиваться. Вы же знаете правила: трупы – это работа похоронного бюро, если только они есть в этом районе... Вам нужны не носилки, а патологоанатомический мешок...

– А нельзя будет сказать, что он умер в машине «скорой помощи»?

– Извините, но я только что отменила выезд экипажа.

– Брось, мы сейчас позвоним прямо гробовщикам, – одернул меня Раймон.


Авторы:  Кристиан РАВА

Комментарии


  •  Вячеслав четверг, 27 октября 2021 в 12:17:28 #123729

    Замечательный рассказ! И любимая Газета! Спасибо!!!



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку