Если вы столкнулись с несправедливостью или хотите сообщить важную информацию или сняли видео, которое требует общего внимания :

Новый террорист №1

02.08.2011


 
 Усама бен Ладен и Айман аль-Завахири («Доктор Смерть»), ноябрь 2001 года.  
 
 
 
 
Кумир исламистов – писатель Саид Кутб
 
   
 
 
 Афганские моджахеды, февраль 1988 года  
   
   
 Горящие башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке, 11 сентября 2001 года  
   
   
 Взорванное террористом-смертником посольство Египта в Исламабаде, Пакистан. 19 ноября 1995 год  
   
В 1996 году будущий преемник Усамы бен Ладена Айман аль-Завахири полгода провёл в тюрьме ФСБ в Дагестане и был отпущен

Буквально через несколько дней после своего назначения новый министр обороны США, а в прошлом глава ЦРУ Леон Панетта неожиданно прибыл в Афганистан. Там он сделал сразу несколько сенсационных заявлений. США в ближайшее время собираются победить «Аль-Каиду». По словам Панетты для этого нужно «арестовать или ликвидировать» 10 – 20 боевиков в Пакистане, Сомали и Йемене.
Новый лидер «Аль-Каиды» Айман аль-Завахири, по словам Панетты, находится в Пакистане в так называемой «зоне племён». США надеются на тесное сотрудничество с властями Пакистана по его нейтрализации.
Уже много лет американцы обещают за поимку аль-Завахири 25 миллионов долларов: ещё когда он был вторым лицом в «Аль -Каиде», сейчас он стал первым лицом этой главной террористической организации мира.
Десять лет назад, в июне 2001 года, две радикальных исламских организации – «Аль -Каида» и египетский исламский джихад объединились в одну – «Каида аль-Джихад». Но главную террористическую организацию мира все до сих пор называют «Аль-Каидой», эти слова стали как бы нарицательным названием террористического исламского движения, воюющего с США и «мировым сионистским правительством».
К тому времени основатель «Аль-Каиды» Усама бен Ладен уже стал главным публичным лицом мирового исламского терроризма. Но, как подчеркивает большинство специалистов, у него не было по-настоящему серьёзной и разветвлённой организации сторонников, да и политические взгляды были довольно расплывчатые. Серьёзная и разветвлённая террористическая организация стояла за египтянином Айманом аль-Завахири. ЦРУ и ФБР именно ему приписывают организацию нападений на американскую военную базу в Сомали в 1993 году, бомбежки американских посольств в странах Восточной Африки в 1998-м и подготовку атаки смертников на американский эсминец «USS Cole» в порту Йемена в 2000 году. И, главное, подготовку нападения на Америку 11 сентября 2001 года.
«У бен Ладена были последователи, но не было организации», – вспоминает египетский кинорежиссёр Эссам Дираз, который во время советско-афганской войны снял несколько документальных лент про моджахедов. «Люди аль-Завахири были очень талантливые – инженеры, врачи, военные. У них был опыт подпольной работы. Они знали, как самоорганизоваться и создавать подпольные ячейки. Поэтому они стали лидерами».
Организация аль-Завахири «Исламский джихад» ставила своей целью свержение светского правительства Египта и провозглашение в стране теократического исламского государства, которое стало бы моделью для остального арабского мира.
Усама бен Ладен и Айман аль-Завахири познакомились и сошлись ещё в 1979 году, во время войны в Афганистане. Как и тысячи других мусульманских добровольцев, они приехали защищать своих собратьев по вере от советской агрессии. Оба они были тогда уже вполне успешными людьми. Бен Ладену было чуть за двадцать, но он уже стал очень преуспевающим бизнесменом международного уровня. Айману аль-Завахири было около тридцати, он был хирургом, у него была частная клиника в пригороде Каира. Во время Афганской войны он работал в госпитале Международного общества Красного Полумесяца, мусульманском аналоге Международного общества Красного Креста.

Пригородное детство
Будущий террорист №1 родился в Египте 19 июня 1951 года, он был из двойни, вместе с ним родилась сестра Умния. Принадлежали они к очень известной и влиятельной семье. Отец Аймана аль-Завахири был профессором фармакологии в одном из университетов Каира. Он был потомственным медиком, в большом роду Завахири насчитывается более тридцати врачей и фармакологов, но были в нём еще и члены парламента, дипломаты и судьи.
Но многие арабские интеллектуалы связывали фамилию Завахири с религией. Дядя Раби Мохаммед аль-Ахмади аль Завахири в 1929 году стал Великим Имамом Аль-Азхара, старейшего религиозного университета в центре строго Каира, который до сих пор является одним из главных исламских теологических центров Ближнего Востока. Руководителю этого университета в исламском мире присваивается папский статус. Отец будущего террориста и его дед были учениками Мохаммеда аль-Ахмади аль-Завахири.
Мать Завахери – Умайма Аззам была родом из еще более почетного каирского семейства и еще более богатого. Ее отец – доктор Абд аль-Вахаб Аззам был президентом Каирского университета и основателем и директором университета Короля Сауда в Эр-Рияде. Он также несколько раз служил египетским послом в Пакистане, Йемене и Саудовской Аравии. Его дядя был основателем и генеральным секретарем Лиги Арабских государств. «Начиная с первого Парламента, более ста пятидесяти лет назад, представители семейства Аззам всегда были в руководстве страны» – сказал девять лет назад в интервью журналу «Нью-Йоркер» Махфуз Аззам, дядя Умаймы, который тогда был вице-президентом религиозной рабочей  партии Египта. И добавил: «Мы всегда были в оппозиции. Меня впервые арестовали в пятнадцать лет».
В 1960-м семейство Завахири поселилось в Маади, престижном пригороде Каира. Это было очень необычное для шумного и душного Каира место – его начали застраивать в конце 20-х в стиле английской деревни богатые еврейские финансисты, которые мечтали превратить Египет в чистое, мирное, уютное место для жизни небедных людей со всего мира. Церквей и синагог в Маади было больше, чем мечетей. Вначале этот пригород заселяли английские военные и чиновники, после Второй мировой войны треть населения составляли евреи из Европы и богатые космополитичные арабы, которые за обедом предпочитали говорить по-французски и участвовали в соревнованиях по крикету.
Несмотря на свое знатное происхождение, семейство Завахири арендовало квартиру в не самом лучшем месте Маади и не стало определять своих детей в частную английскую школу в Маади «Виктория колледж», они учились в обычной городской. Жизнь «высшего общества» Маади их не интересовала, они его – тоже.
Семья была очень религиозной, хотя в те времена религией мало кто интересовался. Жили не очень богато, профессор Завахири даже держал во дворе дома кур, чтобы были свежие яйца, а первый автомобиль в семье появился только после того как Айман получил профессию врача.
Айман был одним из лучших учеников в классе, он много читал, с ранних лет часто ходил в мечеть. Он очень не любил спорт, особенно бокс, считал его «антигуманным».
«У него был загадочный характер, закрытый и обращенный внутрь себя», – вспоминал его одноклассник, журналист Заки Мохамед Заки. В шумных играх со сверстниками Айман не участвовал. «Похоже, что общение с другими школьниками его расстраивало. Когда он видел наши грубые игры – он уходил. В нем была какая-то загадка, нечто, что он хотел защитить», – вспоминал Заки.

Фанатичный писатель
В своих воспоминаниях «Рыцари под знаменем Пророка», которые аль-Завахири в 2001 году публиковал в лондонской радикальной арабской газете «Аль-Шарк аль-Авсат» он много пишет об известном египетском писателе Саиде Кутбе. Похоже, что именно творчество Кутба серьезно повлияло на становление его политических взглядов.
За год до рождения Аймана аль-Завахири Саид Кутб вернулся из США, где два года изучал американскую литературу и массовую культуру. Он уезжал в Америку довольно религиозным, но вполне себе светским писателем, хотя и критично настроенным по отношению к египетским властям. Но тогда его критичность воспринималась властями как патриотизм, интеллектуальное неприятие английского колониального присутствия. Но вернулся Кутб из США абсолютно другим человеком, откровенным религиозным фанатиком. «Это поразительно понимать, что, несмотря на великолепное образование и стремление во всем добиваться совершенства, насколько в реальности примитивен американец в своих взглядах на жизнь. Его поведение возвращает нас в эру пещерного человека. Он примитивен в похотливом стремлении к власти, в игнорировании идеалов и принципов», – писал Кутб после возвращения из США. Американец примитивен и в своем искусстве, считал Кутб – «Джаз – его любимая музыка, а она создана неграми, чтобы удовлетворить их любовь к шуму и возбуждать сексуальные желания». Кутб вернулся в Египет с фанатичным стремлением очистить исламский мир от растлевающего западного влияния. Единственный путь к этому, считал он, лежит через древнюю и кровавую традицию джихада, борьбы с неверными.
Кутб был наиболее выдающимся теоретиком фундаменталистского движения. Кутб говорил: «Братья, двигайтесь вперед по своему пути, тонущему в крови. Не поворачивайте своей головы ни вправо, ни влево, смотрите только на Небеса», – писал Завахири в своих воспоминаниях.
Писатель Саид Кутб вернулся на родину в разгар египетской революции против британского присутствия в зоне Суэцкого канала, в которой самое активное участие принимали сторонники старейшей фундаменталистской исламской организации «Братья-мусульмане». В январе 1952-го, после расстрела британцами пятидесяти египетских полицейских, толпы каирцев под руководством «Братьев-мусульман» стали поджигать кинотеатры, казино, ночные клубы, магазины и автомобильные салоны. По меньшей мере тридцать человек было убито, разрушено семьсот пятьдесят домов, двенадцать тысяч человек остались без крова. А уже в июле группа военных под руководством полковника египетской армии Гамаль Абдель Насера заперла короля Фарука на его яхте и без единого выстрела захватила власть в стране. По опубликованным позже воспоминаниям участников заговора, Насер тайно пообещал «Братьям-мусульманам», что он будет строить египетское государство по законам шариата.
Насер был очень доволен, когда Саид Кутб, который к тому времени стал его ближайшим советником, согласился стать главным редактором журнала «Братьев-мусульман». Специалисты считают, что Насер надеялся на Кутба при налаживании отношений с «Братьями Мусульманами». Он не собирался строить в Египте религиозную власть, предпочитал арабский вариант социализма, и поэтому его отношения с радикальными исламистами день ото дня осложнялись.
Одним из писателей, которых Кутб публиковал в своем журнале, был дядя мальчика аль-Завахири Махфуз Аззам. Они знали друг друга почти всю сознательную жизнь. В интервью журналу «Нью-Йоркер» Аззам рассказывал: «Саид Кутб был моим учителем. Он преподавал мне арабский в 1936-м и 1937-м. Он приходил к нам домой каждый день. Он проводил уроки и давал книги для обсуждения. Первая такая книга для обсуждения называлась «Что потерял мир с упадком мусульман?».
Но очень скоро президенту Насеру стало понятно, что у Кутба совершенно иные представления о будущем египетского общества, чем у него. И он приказал закрыть журнал. Напряженные отношения между новым правительством и «Братьями-мусульманами» обернулись 26 октября 1954-го попыткой покушения сторонников «Братьев-мусульман» на Насера в Александрии. Насер приказал казнить шестерых заговорщиков и арестовал еще тысячу активистов из «Братьев-мусульман», в том числе и Саида Кутбу.

Замученный кумир
Среди радикальных исламистов бродит множество легенд о страданиях Кутба в тюрьме. Известно, что в камере его травили голодными собаками и жестоко пытали. Во время суда Кутб разорвал на себе рубашку и показал следы пыток.
Процесс над ним проводили трое судей, одним из них был Анвар аль-Садат, будущий президент Египта. Кутба приговорили к пожизненному заключению. Но, когда его здоровье резко ухудшилось, уменьшили срок до 15 лет.
В тюрьме Кутб написал дну из самых радикальных своих работ, фактически – манифест воинствующего ислама «Вехи». Отдельными главами он передавал его на свободу, рукопись пользовалась большой популярностью. В 1964-м ее издали, и тут же тираж книги изъяли и запретили. Чтение «Вех» стало считаться государственным преступлением. Кутб провел в тюрьме десять лет и был досрочно освобожден по личной просьбе президента Ирака Абд аль-Салама Арифа в 1964-м. Но совсем скоро его снова арестовали по обвинению в подготовке заговора для свержения правительства. Обвинение в основном строилось на цитатах из его книги «Вехи». Кутб был приговорен к смертной казни. После оглашения приговора он сказал: «Слава Господу. Я пятнадцать лет проводил джихад, пока снискал себе это мученичество». Кутбу повесили 29 августа 1966 г.
Через тридцать пять лет Айман аль-Завахири напишет в своих воспоминаниях: «Режим Насера думал, что исламское движение получило смертельный удар, когда расправился с Саидом Кутбой и его товарищами. Но видимое на поверхности спокойствие скрывало мгновенное взаимодействие с идеями Кутбы и формирование ядра современного движения исламского джихада в Египте».
Это утверждение относится в первую очередь к самому аль-Завахири, которому тогда было всего 15 лет. Но уже в старших классах школы он начал организовывать подпольный антиправительственный кружок.

Первое подполье
Как вспоминает одноклассник Завахири, журналист Заки, после прихода к власти Насера в стране резко изменилась психологическая обстановка. Даже состоятельные люди из Маади стали бояться высказывать свои взгляды на политику, чувствовали себя незащищенными. «Дети все это видели. Возникла атмосфера, которая подталкивала к подпольной работе» – вспоминает Заки.
Школьники старших классов и студенты создавали антиправительственные подпольные кружки по всей стране. Между собой они не были связаны, даже не знали о существовании друг друга.
Так было до Шестидневной войны с Израилем 1967 года. Поражение в этой войне и потеря большой территории стали шоком для египетского общества. Людям казалось, будто от них отвернулся Бог, они не понимали, почему случилось такое поражение – вспоминают очевидцы. Объяснять случившееся стали в мечетях. Там говорили просто: чтобы победить, нужно вернуться к традиционным исламским ценностям.
В подпольных исламистских группах началось агрессивное бурление против «безбожного» режима президента Насера. Исламисты возжелали введение в стране законов шариата как государственных. Они полагали, что это вернет силу исламскому обществу и возродит его для борьбы с большим злом – Америкой. Через много лет Завахири написал о надеждах своих сторонников в то время: «История развернется в новом направлении, видит Бог, против империи США и всемирного сионистского правительства».
В 1970-м президент Насер умер от сердечного приступа. Его преемник, президент Анвар Садат, решил наладить отношения с «Братьями-мусульманами», чтобы получить их поддержку. Он выпустил из тюрьмы всех политзаключенных, но не разрешил им официально зарегистрировать свою партию. И тогда исламисты, как говорится, пошли в народ. Точнее, в университеты и колледжи. В 1973 году в Египте появилась новая организация фундаменталистской молодежи «Аль-Гамааль аль-Исламия», с бескомпромиссной воинственной идеологией. Податливый в те времена Садат разрешил им вооружиться для защиты от марксистских групп и последователей Насера.
Организация пользовалась большой популярностью в университетах. Среди студентов вообще стало модой отпускать бороды, а студентки стали носить паранджу. По словам Завахири в то время в его подпольную группу уже входило сорок человек.

Двойной студент
Медицинская школа каирского университета, где Завахири тогда учился на хирурга, тоже была переполнена радикальными активистами, но он наблюдал за ними со стороны. О его подпольной группе никто не знал ни на факультете, ни в семье.
По воспоминаниям сокурсников, Завахири тогда носил модную западную одежду, часто одевал пиджак и галстук и был внешне очень похож на западного интеллектуала левых взглядов.
В самом конце 70-х разрозненные фундаменталистские группы начали находить друг друга и объединяться. Группа Завахири объединилась с тремя другими под именем египетский «Исламский джихад». Возглавил ее выпускник факультета экономических и политических наук каирского университета Камал Хабиб.
Завахири получил диплом хирурга в 1974 году и после этого два года проработал военным врачом на базе недалеко от Каира. Тогда же он женился. Его невеста Азза Новаир была из очень богатой семьи известных каирских юристов, но с замужеством у нее были проблемы. Во время учебы в университете Азза стала невероятно религиозной, надела паранджу и большую часть дня фанатично молилась. Потенциальные женихи просили ее отказаться от фундаменталистского стиля жизни, но Азза категорически не соглашалась. Однажды она призналась своему брату Омару, что хотела бы принести свою жизнь в жертву во имя Пророка. Но вот Завахири привлекла именно религиозность невесты. Свадьбу сыграли в каирском отеле «Континенталь-Савой» в феврале 1978 г. По желанию жениха и невесты не было ни музыки, ни фотографов. «Все было псевдотрадиционно. Много чашек кофе и никаких веселых разговоров» – вспоминал друг Завахири журналист Абдалла Шлейфер.

Афганистан
Через полтора года после свадьбы, летом 1980-го, Завахири отправился в Пакистан, в госпиталь Международного общества Красного Полумесяца, куда поступали раненые из Афганистана. Позднее он признался, что поехал туда чтобы найти в тех краях базу для подготовки джихада. В Египте организовать такую базу было невозможно. Завахири прибыл в Пешавар вместе с анестезиологом и пластическим хирургом. Они стали первыми арабами на той войне.
Тихий и патриархальный до начала афганской войны Пешавар был переполнен вооруженными людьми и наркоторговцами. Со всего мира сюда прибывали молодые исламские фанатики, мечтавшие стать шахидами, принести себя в жертву Пророку. В первой сотне этих людей оказался и Усама бен-Ладен. Но он в основном путешествовал между Пешаваром и Саудовской Аравией, собирая деньги для борьбы с неверными.
Несколько раз Завахири пересекал границу Афганистана и видел бои вооруженных еще ружьями времен Первой мировой афганцев с советскими войсками. Вскоре он вернулся в Каир переполненный рассказами о «чудесах» джихада, который ведут афганцы против Советов.
В марте 1981-го Завахири еще раз съездил как врач в Пешавар, но пробыл там всего два месяца. Как впоследствии он написал в воспоминаниях, тогда он осознал, что афганский джихад это «великая тренировка исламских моджахедов для развязывания так ожидаемой войны против супервласти, которая сейчас на планете доминирует под названием США».
Тем временем в 1979 году в крупнейшей и наиболее развитой стране исламского мира – Иране – произошла фундаменталистская революция под руководством аятоллы Рухоллы Хомейни. Светская власть была повержена, в Иране началось строительство государства по законам шариата. Для фундаменталистов всего Ближнего Востока Хомейни стал символом борьбы с Америкой и Израилем. А тем временем в Египте в апреле 1979-го прошел референдум по вопросу восстановления отношений с Израилем. Его результаты были вполне в традиционном стиле восточных деспотий – за мир с Израилем проголосовало 99,9% принявших участие в референдуме. Люди боялись президента Садата, но без посторонних глаз говорили между собой, что теперь его дни сочтены. Но Садат пошел еще дальше – он запретил студенткам носить паранджу. Религиозные люди называли его после этого еретиком. А это по законам ислама означало призыв к убийству.

Первый арест
В конце 70-х члены подпольной ячейки Завахири уже разрабатывали подробный план захвата власти и активно собирали оружие и боеприпасы. Все это хранилось в частной клинике Завахири в Маади и на одном из складов в Каире. Как писал Завахири в своих воспоминаниях, приобретением оружия занимался командир танка египетской армии Камари. В феврале 1981-го один из членов ячейки был схвачен полицией, когда перевозил оружие в хозяйственной сумке. Там же нашли и карту размещения танковых подразделений в Каире. После этого Камари исчез, а несколько его сослуживцев из танкового подразделения были арестованы. Результаты следствия показали властям, что в Каире вновь активизировалось фундаменталистское подполье.
В сентябре президент Садат приказал изолировать почти пятьсот активистов различных тайных и полутайных организаций – не только исламистов, но и марксистов, коптских христиан, студенческих лидеров, оппозиционных писателей и журналистов. Эта облава обошла Завахири. Но встревоженные лидеры исламского подполья после этого решили не откладывать реализацию своих планов захвата власти. Они предложили молодому армейскому лейтенанту Халиду Истамбули убить Садата во время военного парада.
По признанию самого Завахири он узнал о готовящемся покушении только утром 6 октября, в день парада. Ему рассказал об этом один из членов его подпольной ячейки. Он призвал Завахири поддержать заговорщиков. Но Завахири отказался, он считал, что акция не подготовлена надлежащим образом и провалится. Когда состоялся этот разговор, парад уже начался, и пару часов ничего не происходило. Завахири решил, что был прав и заговорщики уже арестованы. Но именно в это время военный автомобиль развернулся к трибуне, с которой Садат приветствовал парад, и из нее выскочил лейтенант Истамбули с тремя другими заговорщиками.
С криком «Я должен убить фараона» Истамбули расстрелял президента Садата. Несмотря на то, что новый президент Хосни Мубарак сразу же арестовал почти семьсот человек, подозревавшихся в связях с исламским подпольем, Завахири не стал прятаться. Он спокойно собирался в очередную поездку в Пакистан и был арестован по дороге в аэропорт.
При аресте полицейский офицер дал Завахири пощечину. В ответ Завахири его тоже ударил по лицу. После этого он стал известен в подполье как человек, который дает сдачи.
Арестованных привозили в тюрьму небольшой старинной крепости Цитадель, которая находится на одном из холмов Каира. Адвокат Монтассер аль-Зайят, автор книги «Завахири, такой, каким я его знал», рассказывал, что, когда арестованных привозили в Цитадель, их раздевали, связывали руки за спиной, завязывали глаза и начинали бить палками, пока те не сваливались с ног. «Завахири били постоянно – каждый день. Они полагали, что он много знает», – вспоминал Зайят, который был с ним вместе в тюрьме.
Зайят один из тех, кто считает, что именно жестокость тюремщиков Завахири превратила его из вменяемого, хотя и радикального исламского оппозиционера в жестокого экстремиста. Завахири стал обвиняемым под номером 113 среди более трехсот активистов, представших перед судом по обвинению в подготовке покушения на Садата и других преступлениях против государства. Завахири судили за хранение оружия.
Во время суда, который проходил на импровизированном помосте, построенном на территории каирского Выставочного центра, обвиняемых держали в клетке, очень похожей на клетку для зверей в зоопарке. Завахири, который лучше других знал английский, был выбран спикером осужденных для иностранных журналистов. Журналистские видеозаписи запечатлели Завахири, когда он произносит гневную речь: «Мы здесь – настоящие исламские бойцы, настоящая исламская оппозиция сионизму, коммунизму и империализму! В этот момент другие заключенные начинают кричать: «Мы не допустим, чтобы принесли в жертву кровь мусульман для Америки и евреев!»
Еще через несколько минут начинают скандировать: «Мы – армия пророка Мухаммеда, мы разгромим евреев!» Затем Завахири начинает выкрикивать имена заключенных, которые, по его словам, умерли в тюрьме от пыток. «Мы этого никогда не забудем!» – кричит он. Завахири приговорили к трехлетнему тюремному заключению. После освобождения из тюрьмы он решил из Египта уехать. Собирался получить должность хирурга в Англии, но нашел работу в госпитале Джидды, Саудовская Аравия.

За спиной бен Ладена
В Джидду он приехал в 1985-м. Это был родной город бен Ладена, где и располагался главной офис его семейной международной многопрофильной фирмы Saudi Binladin Group, одной из самых крупных на Ближнем Востоке.
К тому времени бледный и неказистый богач бен Ладен был известен в Джидде не только из-за своего бизнеса, но и как активный деятель священной войны против СССР в Афганистане. Для поддержки моджахедов он собрал десятки миллионов долларов.
В середине восьмидесятых в арабском мире главным идеологом войны против Советов в Афганистане считался шейх Абдулла Аззам, палестинский теолог, закончивший докторантуру религиозного университета Аль-Азхар в Каире по шариатскому праву. Затем он преподавал в университете короля Абдул-Азиза в Джидде, где его студентом был бен Ладен.
Сразу после начала войны в Афганистане шейх Аззам приехал в Пешавар, и его дом стал настоящим штабом арабских моджахедов. Идеология Аззама была бескомпромиссной: «Только джихад и винтовка, никаких переговоров, соглашений и диалогов». Многие специалисты говорят, что стилистику пропаганды джихада, которая хорошо известна по телевизионным обращениям бен Ладена, глава «Аль-Каиды» перенял именно у шейха Аззама. В пропагандистском ролике 1988 года, с призывами приезжать на священную войну в Афганистан Аззам, с автоматом АК-47 на коленях пафосно говорит: «Я появился в Афганистане и не мог поверить своим глазам! Я много лет путешествовал, чтобы знакомиться с людьми джихада… Мы старались удовлетворить жажду к святой жертвенности. Мы любим эту жажду».
В дом шейха Аззама в Пешаваре за благословением приходили моджахеды, в основном из арабских стран, чтобы затем перейти границу, принести себя в жертву и оказаться в раю. Армия так называемых афганских арабов вскоре стала легендой в исламском мире. По мнению некоторых экспертов, почти 50 тысяч арабов прошло через афганскую войну с СССР. Но есть и другие мнения. В интервью журналу «Нью-Йоркер» Абдула Анас, один из алжирских моджахедов, ко всему прочему женатый на дочери шейха Аззама, говорил, что арабов в Афганистане было всего тысячи три. И в основном они работали водителями, поварами и секретарями, воевали в Афганистане сами афганцы.
В интервью тому же журналу еще один бывший моджахед Хэни аль-Сибаи сказал, что в афганской войне принимало участие более пятисот арабов. «Они были мыслителями и мозгами. Именно они сформировали исламское движение» – считает Сибаи.
В Пешавар к Завахири во время войны приехал его младший брат Мухаммед, а затем и соратники по каирскому подполью. Один из них, Усама Рушди, впоследствии вспоминал, что в Пакистане он встретил «другого Завахири», самоуверенного, надменного интригана, не терпящего чужих мнений.
В отличие от других лидеров моджахедов Завахири не стал сближаться с шейхом Аззамом. Он сразу решил войти в ближний круг Усамы бен Ладена и ввести туда своих людей из «Исламского джихада». Вскоре он этого добился. «Завахири полностью контролировал бен Ладена. Львиная доля финансовой поддержки бен Ладена поступала Завахири и его организации «Исламский джихад», – вспоминал арабский адвокат Монтассер аль-Зайят. «Завахири должен был понять, – может быть даже раньше, чем это понял сам бен Ладен, – что будущее исламского движения находится в руках этого «посланного Небесами человека», как называл бен Ладена шейх Аззам» – пишет один самых авторитетных специалистов по «Аль Каиде», журналист Лоуренс Райт.
Кроме всего прочего, Завахири стал личным врачом бен Ладена у которого было низкое давление и из-за этого частые головокружения.
Вскоре бен Ладен и Завахири поссорились с шейхом Аззамом. Окончательным поводом для разрыва стал спор о конечных целях джихада. Бен Ладен мечтал о том, чтобы арабский легион перенес джихад в Саудовскую Аравию и Египет. Шейх Аззам твердо настаивал на том, что нельзя воевать с последователями ислама.
После этого Завахири решил дискредитировать шейха Аззама. Он стал распространять слухи о том, что Аззам – американский шпион. Вскоре после этого, по пути в мечеть Пешавара, Аззам вместе с двумя своими сыновьями погиб от взрыва начиненного взрывчаткой автомобиля.

Семена нового джихада
В 1989 году СССР вывел свои войска из Афганистана. По американским источникам, за время этой войны погибло более миллиона афганцев, сотни тысяч были ранены. Из выживших тринадцати миллионов – половина стали беженцами.
Многие арабские моджахеды вернулись домой. Но многие поехали по миру: в Боснию и Герцеговину и Косово, а через несколько лет и во взбунтовавшуюся Чечню.
Ну а те, кто остался в Афганистане и Пакистане, ожесточенно спорили о будущем джихада. В самом конце 1989-го в лагере моджахедов в афганском городе Кхост прошла знаменательная встреча. Суданский боевик Джамал аль-Фадл рассказал о ней через девять лет в американском суде, где слушалось дело о нападениях на американские посольства в Восточной Африке. На встрече было десять человек – из них пять египтян, в том числе Завахири. Председательствовал человек из Ирака Абу Айоуб. Он предложил создать новую боевую организацию, которая должна распространить джихад за пределы Афганистана. После долгих дискуссий ее назвали «Аль-Каида» – «База». Организация сформировалась из отдельных моджахедов и подпольных групп. Доминирующую позицию в ней сразу же заняли люди из египетского «Исламского джихада». Но лидером стал бин Ладен, как главный финансист.
Сам же бен Ладен в 1989-г вернулся в Саудовскую Аравию и вновь занялся делами семейного бизнеса. Из-за своей роли в советско-афганской войне он стал почти легендарной фигурой, стал очень влиятельным человеком. В 1990 г., после нападения Саддама Хусейна на Кувейт, он предложил королевской семье Саудовской Аравии свои услуги по защите нефтяных месторождений страны. Но семья решила воспользоваться услугами американской армии, но пообещала бен Ладену, что американцы уйдут сразу после окончания операции «Буря в пустыне». Но американцы остались в Саудовской Аравии и после войны, и бен Ладен почувствовал себя преданным. Он уехал в Кабул и стал там резко критиковать саудовские власти. Также он начал финансировать саудовских диссидентов в Лондоне.

Суданская база
В 1992-м бен Ладен неожиданно переехал из Афганистана в Судан. Сообщалось, что он был разгневан стычками между разными фракциями движения моджахедов и подозревал, что саудовские власти готовят на него покушение.
Он прибыл в Хартум вместе с тремя своими женами и пятнадцатью детьми и занялся бизнесом – выращиванием племенных лошадей и тренировкой охранников. Постепенно он вошел и в суданский нефтяной бизнес, много денег вкладывал в строительство – в том числе столичного аэропорта и главной высокоскоростной магистрали. Он чувствовал себя в Хартуме настолько комфортно, что первое время пять раз в день ходил в мечеть без охраны.
Вскоре к нему присоединился и Завахири. В Хартуме он сразу же попал под покровительство влиятельного теоретика ислама, выпускника университетов Лондона и Сорбонны Хассана аль Тураби, который устанавливал в Судане законы шариата и пытался внедрить там идеалы исламской республики.
Завахири занялся реорганизацией своего «Исламского джихада». Как рассказал в американском суде Джамал аль-Фадл, он дал ему 250 тысяч долларов на приобретение поместья на севере Хартума, где собирался организовать учебную базу для боевиков.
Как пишет Лоуренс Райт, тогда в ближний круг руководства «Аль-Каиды» входили три неординарных личности. Бывший полицейский Абу Хафс аль-Масри, чья дочь была замужем за сыном бен Ладена. Он отвечал за военное крыло организации. Мухаммед Маккави, полковник спецназа египетской армии, – амбициозный и эксцентричный фанатик джихада. Один из известных каирских адвокатов и член парламента отзывается о нем коротко – «психопат». По его словам, Маккави в 1987 году предлагал своим сторонникам из «Исламского джихада» захватить гражданский самолет и направить его на здание Египетской Народной ассамблеи. Адвокат полагает, что Маккави является «отцом» нападения на Америку 11 сентября 2001 г.
Но самым доверенным лицом Завахири был Али Мохаммед – гражданин Египта и США, бывший военный инструктор. Этот человек был двойным агентом, много лет он работал на ЦРУ. Его завербовали в Каире и сначала внедрили в ячейку организации «Хезболла» в Германии, но отозвали оттуда из-за опасения провала. Затем он стал работать с «Исламским джихадом» и в 1989 г. тренировал его боевиков в Бруклине.
В 1990 г. в Калифорнии Мохаммед впервые рассказал одному из агентов ФБР об «Аль-Каиде». После трагедии 11 сентября  2001 г. следствие установило, что эта информация так и не дошла до следователей ФБР в Нью-Йорке. В 1994-м Мохаммед ездил в Хартум обучать телохранителей бен Ладена.

Деньги для джихада
Распространению джихада мешало отсутствие денег. Хотя Завахири оставался близким другом бен Ладена, тот ему денег тогда не давал, потому что его злили разногласия между организациями моджахедов. Члены «Исламского джихада» даже занимались грабежами и рэкетом, но Завахири этого не одобрял, даже наказывал особо строптивых. Сам он ездил искать деньги на джихад по всему миру, добрался даже до Санта-Моники в Силиконовой долине США (вскоре после того, как президент Рейган сравнил моджахедов за их участие в войне в Афганистане с отцами основателями США). Но никто не хотел платить много денег, из калифорнийских мечетей Завахири привез всего несколько сотен долларов.
Сразу после возвращения из США Завахири в очередной раз сблизился с бен Ладеном, и вскоре многие активисты «Исламского джихада» стали работать в его бизнесе. Для большинства из


Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку