Нефтяное пятно на репутации

Нефтяное пятно на репутации

ФОТО: ЕГОР ЕРЁМОВ/«РИА НОВОСТИ»

Автор: Татьяна РЫБАКОВА
06.07.2019

Нефтепровод «Дружба» после крупнейшей за всю историю аварии, наконец, заработал. Однако остаются вопросы как о причине ЧП, так и о его последствиях.

Когда 19 апреля этого года «Белнефтехим», управляющий Мозырским НПЗ в Белоруссии, объявил об обнаружении большого количества хлорорганики в нефти, поставляемой РФ по нефтепроводу «Дружба», первая реакция была не очень сильная. Многие вообще решили, что белорусский «батька» таким образом решил ответить на слухи о возможном объединении России и Белоруссии.

ХРОНИКИ ОБЪЯВЛЕННОЙ КАТАСТРОФЫ

Причина понятна: легендарная «Дружба» считалась самым надежным транспортом нефти. Мелкие аварии бывали, но за 55 лет существования нефтепровода, доставляющего татарстанскую нефть в Европу до немецкого Шведта на севере и хорватского Омишаля на юге, поставки не останавливались никогда. Трубопровод бесперебойно работал даже во время Пражской весны 1968 года и распада СССР в 1991 году.

Однако через неделю после прекращения приема нефти Мозырским НПЗ стало понятно, что речь идет об огромных объемах загрязненной нефти, как в северной, так и в южной ветках «Дружбы», а также в нефтепроводе БТС-2, который идет в нефтеперевалочный терминал в российском порту Усть-Луга. Помимо 1,7 млн т в Белоруссии, загрязненную нефть обнаружили в Польше и Украине (по 0,7 млн т), еще 1,6 млн т поступило в порт Усть-Луга. 25 апреля были остановлены поставки российской нефти по северной ветке «Дружбы», на следующий день остановилась и южная ветка. Поставки нефти не осуществлялись в Белоруссию и Венгрию почти три недели, в Чехию и Словакию – месяц, а отгрузки в Польшу и Германию на момент написания статьи так и не возобновились.

Нефть оказалась загрязнена дихлорэтаном, который может превращаться в соляную кислоту, разъедая трубопроводы, резервуары и оборудование НПЗ.

В ПОИСКАХ ВИНОВАТОГО

В первый момент происходящее казалось невероятным. По правилам, эксплуатирующая нефтепровод «Транснефть» ежедневно проверяет базовые показатели нефти на каждом узле приема: плотность, содержание серы, содержание воды и др. Если нефть не соответствует ГОСТу, «Транснефть» прекращает ее прием. Для крупных нефтекомпаний, которые сдают на одном узле тысячи тонн нефти в сутки, такой простой означает огромные убытки, поэтому они сами заинтересованы в поставках качественной нефти.

Недаром первая версия, прозвучавшая после аварии – диверсия.

Довольно быстро выяснилось, что сбой произошел на узле в Самарской области, принадлежащем ООО «Нефтеперевалка», которое принимает нефть четырех малых производителей. Также стало известно, что на дихлорэтан «Транснефть» проверяет нефть не ежедневно, а раз в 10 дней – потому что хлорорганика нетипична для нефти. По официальной версии, которую обнародовал Следственный комитет РФ, руководители ООО «Нефтеперевалка» и связанных с ним компаний похищали нефть, сдаваемую на узле, а для того чтобы скрыть хищения, закупили на рынке нефть с высоким содержанием хлорорганики.

Однако в этой версии сразу появились нестыковки.

Один из фигурантов открытого СК РФ дела – Роман Трушев, ранее владевший узлом слива нефти, опроверг версию следствия. По его словам, нефть от «Нефтеперевалки» поступает только в один резервуар «Транснефти» на приемном узле «Лопатино» емкостью 30 тыс. т, а по данным следствия, зараженными оказались 8 резервуаров узла приемки. Кроме того, он заявил в интервью российским СМИ, что, по его данным, в апреле больше содержание хлорорганики (до 2700 ppm) было у компании «Татнефть». А еще один обвиняемый, Роман Ружечко, которого считают бенефициаром ООО «Нефтеперевалка», заявил СМИ, что в пробах нефти от компании действительно обнаружили дихлорэтан, но лишь в небольших объемах нефти – 10-20 т.

Действительно, довольно сложно поверить, что 5 млн т нефти могли загрязнить 4 небольших производителя. По некоторым данным, они за это время сдали около 300 т нефти – расчеты показывают, чтобы вызвать имеющийся уровень загрязнения, в ней дихлорэтана должно было быть от трети до половины объема. Во-первых, такая концентрация просто разъела бы нефтепроводы самих компаний, во-вторых, сотрудники лабораторий «Транснефти» просто не смогли бы не заметить такое загрязнение: дихлорэтан обладает весьма едким запахом.

Версию диверсии отвергает и авторитетнейший нефтегазовый аналитик Михаил Крутихин. «Чтобы такая нефть дошла до шести стран и порта в Усть-Луге, потребовалось бы либо огромный объем загрязненной нефти, либо длительное время поступления такой нефти в трубопровод», – пояснил он «Совершенно секретно». Скорее всего, в нефть попало какое-то количество растворителя, причем, от крупных компаний, полагает эксперт, а «Транснефть» не заметила. «До 2002 года при добыче высокопарафинистой вязкой нефти, а именно такая нефть добывается в Татарстане, для того чтобы нефть шла легче, в пласт закачивали воду с добавлением растворителя. В 2002 году Минэнергетики запретило это способ. А в 2012 году запрет отменили. И как только отменили запрет, я лично видел данные о состоянии нефти, которая поступала на переработку: в нефти Сибири и Татарстана резко повысилось содержание хлорорганики», – говорит Михаил Крутихин.

По его версии, крупные нефтяные компании не очищали нефть от растворителя, а «Транснефть», которая должна проверять поступающую на узлы нефть на хлорорганику каждые 10 дней, скорее всего, этого не делала. Причем, Михаил Крутихин склоняется к мысли, что загрязнение произошло не одномоментно, а шло длительное время.

КТО ЗАПЛАТИТ ЗА БАРДАК

В настоящее время работу нефтепровод «Дружба» вновь заработал: загрязненную нефть из нее удалось вытеснить в хранилища. В результате, уже 2 мая чистая нефть начала поступать в Белоруссию, 11 мая прокачку по своей территории возобновила Украина, 22 мая – Словакия, 27 мая – Чехия, 29 мая – Венгрия. Таким образом, южная ветка «Дружбы» практически вернулась к нормальной работе, но поставки по северной ветке не возобновились. Однако встал вопрос, что делать с загрязненной нефтью, закачанной в хранилища России, Венгрии и Украины: ведь резервуары дихлорэтан тоже постепенно будет разрушать.

Есть идея, что «Транснефть» разбавит загрязненной нефтью чистую нефть и продаст ее с большой скидкой (по экспертным расчетам – в $10-20 с барреля), возможно, в Китай. Но непонятно, удастся ли продать столь огромную партию и сколько времени это займет: специалисты говорят о сроке в полгода-год. За это время в резервуарах может начаться процесс коррозии, и их владельцы также предъявят счет России.

А счета уже сейчас получаются внушительные. Ущерб Белоруссии, по подсчетам экспертов, может составить $270-435 млн: сюда входят средства на ремонт или замену оборудования на белорусских НПЗ, недополученная выручка за транзит и недополученная прибыль от переработки нефти. Казахстан заявил, что в «Дружбе» было загрязнено и около 600 тыс. т казахстанской нефти – ущерб страны, если удастся продать эту нефть со скидкой, составит $40-80 млн. Около $1,1 млн недополучила от транзита нефти Украина. Венгерская компания MOL, которой также принадлежит словацкий НПЗ Slovnaft, согласилась выкачать и разместить у себя на хранении 100 тыс. т загрязненной нефти. Если продать эти объемы со скидкой в $10-20 с барреля, то общий объем дисконта составит $6-$13 млн. Польша и Чехия, отказавшиеся принимать загрязненную российскую нефть, еще не объявляли об оценке ущерба. В целом министр энергетики России Александр Новак оценивает общий ущерб в $100 млн, а эксперты – $315 млн.

Вопрос, кто будет платить, остается открытым. Вряд ли российский бюджет – Минфин уже заявил, что не собирается платить за «косяки» «Транснефти». Для «Транснефти» сумма даже в $315 млн – это меньше 10% ее прибыли, но компания хочет получить от правительства хотя-бы какие то льготы и преференции – например, уменьшение налоговой нагрузки или снижение доли прибыли, которая идет на выплату дивидендов.

Страдают от аварии на «Дружбе» и нефтяные компании. Добыча нефти в России в мае упала на 1,1% по сравнению с апрелем, до 11,114 млн баррелей в сутки, следует из оперативной сводки ЦДУ ТЭК. Таким образом, российские нефтекомпании впервые с момента заключения первой сделки о сокращении добычи со странами ОПЕК осенью 2016 года значительно перевыполнили свои обязательства. Согласно последнему варианту сделки, Россия должна была постепенно снизить добычу на 228 тыс. баррелей в сутки по отношению к уровню октября 2018 года (11,412 млн б/с). В мае российские нефтекомпании превысили свои обязательства по сокращению на треть. По данным СМИ, «Транснефть» неофициально просила нефтекомпании снизить отгрузки в систему нефтепроводов. В наибольшей степени снижение добычи коснулось «Сургутнефтегаза».

РЕПУТАЦИЯ ДОРОЖЕ

Однако имиджевые потери гораздо важнее материальных потерь. Ведь удар нанесен по самой уверенности в том, что Россия может быть надежным поставщиком.

Напомним, что Россия уже несла репутационные потери в экспортных поставках газа: прокачка газа в Европу несколько раз останавливалась во времена «газовых войн» с Украиной. Но тогда речь шла о политических причинах, а политики всегда уверены, что смогут договориться. Теперь же речь идет о таких вещах, как производственная дисциплина в российских компаниях, устаревший способ добычи. Тем более что уже не секрет – российской нефти будет все меньше, а качество ее будет хуже.

«Есть два долгосрочных фактора. Во-первых, это ухудшение качества нефти российского экспортного сорта Urals в связи с тем, что все больше легкой нефти из сибирских месторождений идет на Восток, прежде всего, в Китай. В результате, в смеси Urals, которая поставляется на Запад, повышается плотность и процент серы, на что уже жалуются потребители. Во-вторых, уже не секрет, что примерно к 2024-2025 году начнется падение добычи нефти в России. Уже сейчас у нас 70% оставшейся нефти – это трудноизвлекамые запасы. Помочь могли бы новые технологии добычи, но, в связи с санкциями, ни технологий, ни оборудования для них в Россию больше не поставляется», – говорит Михаил Крутихин.

В условиях, когда российской нефти становится все меньше, а качество ее – все хуже, не откажутся ли от нее покупатели на мировом рынке?

Пока компании Total и Eni приостановили платежи за поступающую из России нефть из-за ее загрязнения хлорорганикой. «Строго говоря, это и не нефть вовсе», – заявил агентству Reuters собеседник в одной из компаний. Белоруссия уже в этом году может начать закупать нефть на мировом рынке. Для этого она готова купить нефтяной терминал на Балтике. «Мы сейчас прорабатываем вопрос получения альтернативной российской нефти не только через прибалтийские, но и через украинские порты. В том числе рассматривается вариант поставок по трубопроводу Одесса–Броды», – заявил заместитель генерального директора Белорусской нефтяной компании (БНК) Сергей Гриб. По его словам, белорусские НПЗ могут перерабатывать и азербайджанскую, и саудовскую, и нигерийскую нефть – всего 18 сортов нефти, которая присутствует на мировом рынке. Поставки нефти в Украину прекратила сама Россия в качестве ответных санкций.

Кто может заменить Россию на рынке нефти?

«В России средняя по сернистости и плотности нефть. Заменить ее можно схожей по характеристикам нефтью стран Персидского залива. Можно использовать смесь разных стран – так сегодня иногда делают нефтеперерабатывающие заводы. Тогда можно тяжелую нефть из Венесуэлы разбавлять легкой из США», – говорит Михаил Крутихин. По его словам, вопрос замены российской нефти может быть актуален, прежде всего, для Европы. «На Восток из России идет относительно легкая нефть сибирских месторождений. Другое дело, что туда из-за логистических проблем по всем возможным маршрутам можно продать только ограниченный объем: 75 млн т в год, это 1,5 млн баррелей в сутки. И мы уже очень близки к исчерпанию потенциала: в прошлом году Россия продала Китаю 69 млн т нефти», – отмечает эксперт.

Между тем, доля российской нефти на мировом рынке падала и до скандала. Если в 1990 году она составляла 16,3%, то сейчас – 12%. При этом добыча нефти в России с 2007 года выросла лишь на 10%, в то время как в США, Бразилии и Ираке – на 87%, 50% и 111% соответственно. И если в Ираке это произошло за счет снятия санкций после падения режима Муамара Каддафи, то США рекордными темпами наращивают добычу за счет двух факторов: «сланцевой революции» и отмены Дональдом Трампом эмбарго на экспорт нефти. Вице-премьер, министр финансов России Антон Силуанов даже выразил опасение в интервью Reuters, что пока Россия ограничивает добычу в соответствии с договором ОПЕК+, США захватывают новые рынки.

ПОКА ГРОМ НЕ ГРЯНЕТ

Тем не менее, опрошенные «Совершенно секретно» эксперты уверены – в ближайшем будущем от российской нефти никто не откажется.

«Заметного падения нефтяных доходов не будет, эта вспышка не станет системной и урегулируется, как локальная. ЕС слишком зависим – одна треть импортируемого топлива ЕС закупает в России», – уверен экономист Яков Миркин.

«Существующие цепочки поставок довольно устойчивы, и менять их без очень веских причин – себе дороже. Поэтому после получения компенсации (скорее всего – в виде дисконта к цене), проблема будет исчерпана», – успокаивает экономист Сергей Хестанов. Кроме того, добавляет он, надежнее всего защищает российскую нефть от эмбарго не столько ее поставки в определенные страны, сколько высокая доля российского газа (свыше трети экспорта) на рынке ЕС. «Пока нет альтернативы российскому газу, никто не решится на ограничения поставок российской нефти», – считает эксперт. Однако США сейчас активно продавливает увеличение поставок своего сжиженного газа в Европу, педалируя именно ненадежность России как поставщика – и тут грязная нефть «Дружбы» может стать весомым аргументом.

Пока на объемы экспорта скандал не повлияет – у российских компаний постоянные контракты, согласен Михаил Крутихин. Но пострадает репутация российской нефти.

Процесс вытеснения российской нефти будет идти, считает Михаил Крутихин, но вот с какой скоростью, неизвестно. Замедлить процесс могли бы изменения в налоговой системе, отказ от опоры на крупные вертикально-интегрированные структуры в нефтянке, но это вряд ли будет сделано, считает эксперт.

«История с загрязненной нефтью лишь показывает, насколько уязвима позиция страны, пытающейся строить свою экономику на нефтяном экспорте», – говорит политолог Борис Кагарлицкий. И с ним сложно не согласиться.

В 2018 году общие доходы бюджета, согласно Минфину России, составили 19 454,7 млрд рублей. Из них нефтегазовых доходов – 9 017,8 млрд рублей. Это более 46% всех доходов. И хотя часть доходов от экспорта нефти уходит в «копилку» – Фонд национального достояния (ФНБ), это не решает проблему.

Во-первых, Минфин отправляет в ФНБ дополнительные доходы, исходя из цены нефти $40 за баррель в 2018 году. Но в бюджете на 2019 год заложена цена на нефть марки Urals в $63,4 за баррель, на 2020 год – $59,7 за баррель, на 2021 год – $57,9 за баррель.

В 2018 году средняя цена на российскую нефть составляла $68, что позволило закончить год с профицитным бюджетом. Повезет ли так в этом году – неизвестно. Пока цены на нефть идут вниз – только за последний месяц они упали почти на 14%. Если на пике прошлого года нефть марки Urals стоила $86,71 за баррель, то на момент подготовки данной статьи она опускалась до $61,72.

Минфин России уже внес проект поправок в бюджет 2019 года, в котором запланировал снижение нефтегазовых доходов на 58,7 млрд рублей. Ведомство объясняет это тем, что срок действия соглашения ОПЕК+ истекает в середине 2019 года, и в случае, если ограничения добычи не будут подтверждены странами-участниками соглашения, цены на нефть пойдут вниз. Кроме того, отмечает ведомство, в США во второй половине года будут введены дополнительные трубопроводные мощности, что должно снять инфраструктурные ограничения по транспортировке нефти, которые ранее сдерживали рост добычи сланцевой нефти. Возможное снижение цены российской нефти из-за аварии на нефтепроводе «Дружба» Минфином пока не учитываются.

Во-вторых, Россия так и не смогла превратить доходы от дорогой нефти в средство перехода экономики на современные рельсы, где доходы создаются инновациями, а не проеданием сырьевых запасов.

В результате, рано или поздно экспортная «кормушка» все равно захлопнется – но только сможет ли страна к тому времени заменить выпадающие нефтяные доходы? Надеемся, что не новыми поборами с граждан, а созданием новых, высококонкурентных на мировом рынке производств. Времени для ответа на этот вопрос осталось совсем мало. А пока скандал с грязной российской нефтью воспринимается правительством и нефтяниками как досадная, но разовая неприятность без особых последствий. 

Авторы:  Татьяна РЫБАКОВА

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку