Месяц / История

Автор: Леонид ВЕЛЕХОВ
01.08.2009

 
13 июля 1939

был лишен советского гражданства и объявлен вне закона один из героев Октябрьской революции и Гражданской войны, бывший командующий Балтийским флотом Федор Раскольников (настоящая фамилия – Ильин).
В числе первых он понял суть сталинской диктатуры и бросил ей вызов.
В апреле 1938 года, находясь на дипломатической работе в Болгарии, он отказался вернуться в Москву, понимая, что его ждет там арест и гибель, и начал по сути дела в одиночку идеологическую войну со сталинским режимом. Через несколько недель после лишения гражданства и объявления «врагом народа», в августе 1939 года, он опубликовал в эмигрантском журнале «Новая Россия», выходившем в Париже, свое знаменитое «Открытое письмо Сталину». Оно представляет собой поразительное по силе и убедительности обвинение режима и удивляет даже современного читателя глубиной осмысления событий.
Письмо начиналось словами: «Сталин, вы объявили меня «вне закона». Этим актом вы уравняли меня в правах – точнее, в бесправии – со всеми советскими гражданами, которые под вашим владычеством живут вне закона».
И далее: «Никто в Советском Союзе не чувствует себя в безопасности. Никто, ложась спать, не знает, удастся ли ему избежать ночного ареста, никому нет пощады. Правый и виноватый, герой Октября и враг революции, старый большевик и беспартийный, колхозный крестьянин и полпред, народный комиссар и рабочий, интеллигент и Маршал Советского Союза – все в равной мере подвержены ударам вашего бича, все кружатся в дьявольской кровавой карусели.
Как во время извержения вулкана огромные глыбы с треском и грохотом рушатся в жерло кратера, так целые пласты советского общества срываются и падают в пропасть…
…Лицемерно провозглашая интеллигенцию «солью земли», вы лишили минимума внутренней свободы труд писателя, учёного, живописца.
Вы зажали искусство в тиски, от которых оно задыхается, чахнет и вымирает. Неистовство запуганной вами цензуры и понятная робость редакторов, за всё отвечающих своей головой, привели к окостенению и параличу советской литературы. Писатель не может печататься, драматург не может ставить пьесы на сцене театра, критик не может высказать своё личное мнение, не отмеченное казённым штампом…
…В грозный час военной опасности, когда острие фашизма направлено против Советского Союза, когда борьба за Данциг и война в Китае – лишь подготовка плацдарма для будущей интервенции против СССР, когда главный объект германо-японской агрессии – наша Родина, когда единственная возможность предотвращения войны – открытое вступление Союза Советов в Международный блок демократических государств, скорейшее заключение военного и политического союза с Англией и Францией, вы колеблетесь, выжидаете и качаетесь, как маятник, между двумя «осями»…
…Во всех расчетах вашей внешней и внутренней политики вы исходите не из любви к Родине, которая вам чужда, а из животного страха потерять личную власть. Ваша беспринципная диктатура, как гнилая колода, лежит поперёк дороги нашей страны…»
Что к этому еще можно прибавить? Лишь собственное бесконечное изумление по поводу того, что многие наши соотечественники до сих пор «дискутируют» о роли Сталина в судьбе России, а миллионы – и вовсе его боготворят. Прочитайте, раболепные поклонники палача России, письмо Федора Раскольникова, написанное 70 лет назад, из самой гущи кровавых событий. Оно написано, кроме всего прочего, не «либералом», не «антисоветчиком», не «контрреволюционером», а убежденным коммунистом и гораздо более активным, чем сам Сталин, участником революции. Раскольников понял в 1939-м то, что многим не удается понять и в 2009-м…
Меньше чем через месяц после опубликования «Открытого письма Сталину», 12 сентября 1939 года, Федор Раскольников был убит подосланными к нему агентами НКВД и выброшен из окна госпиталя в Марселе, где он проходил лечение


   

20 июля 1944

состоялось покушение на Гитлера, после чего заговорщиками была развернута широкомасштабная операция по захвату власти в Третьем рейхе. Она вошла в историю под названием «Операция Валькирия» и имела конечной целью свержение нацистского режима и прекращение войны. Увы, в результате покушения Гитлер был лишь легко ранен, операция сорвана, заговорщики казнены. Тем не менее, значение этого события чрезвычайно велико. Это был не просто заговор – это было настоящее движение антигитлеровского Сопротивления, зародившееся в недрах германской военной, политической и дипломатической элиты еще до начала Второй мировой войны и собравшее под своими подпольными знаменами к 1943-44 годам действительно лучших представителей нации.
Душой заговора стал 37-летний полковник Генерального штаба, Клаус Шенк граф фон Штауффенберг (на фото слева) – боевой офицер, искалеченный на африканском фронте и всецело посвятивший себя идее уничтожить Гитлера и спасти Германию. В этой изуродованной физически и такой цельной духовно фигуре словно объединились средневековый рыцарь Ланцелот и современный Терминатор. Оставшимися на левой руке тремя пальцами он научился не только писать, но и разбивать капсюль взрывателя бомбы. Уникальный план «Валькирия» (о котором самые широкие массы теперь наслышаны благодаря голливудскому фильму с Томом Крузом в главной роли) сложился именно в его чрезвычайно одаренной голове. При этом он отнюдь не был фанатиком, сдвинувшимся на идее отомстить Гитлеру. Современники вспоминают его как невозмутимого человека с сильным темпераментом. Он трижды ходил в «Волчье логово» с бомбой – 11, 15 и 20 июля: такого хладнокровия был человек, такой отваги!
Еще один участник заговора, генерал Хеннинг фон Тресков (на фото справа), сказал накануне своей гибели, прощаясь с друзьями: «Когда-то Господь пообещал Аврааму пощадить Содом, если в городе окажется хотя бы десять праведников. Я надеюсь, что он сбережет Германию именно благодаря тому, что мы сделали, и не уничтожит…»
Что же, может быть, именно потому, что в Германии времен III-го рейха нашлись такие люди, как фон Штауффенберг, фон Тресков и еще сотни их товарищей по заговору 20 июля, судьба ее сберегла и дала ей возможность возродиться

 

 


 

31 июля 1944

над Средиземным морем, в окрестностях Марселя, пропал Локхид P-38 «Лайтнинг» модификации F-4 (самолет дальней фоторазведки). Им управлял Антуан де Сент-Экзюпери.
Море долго хранило тайну гибели летчика, о ее обстоятельствах ничего не было известно. Версии строились разные: был сбит, отказала кислородная система, стало плохо и потерял управление; была даже версия самоубийства. Лишь 54 года спустя, 7 сентября 1998 года в Средиземном море, близ острова Риу, на палубу судна  «Горизонт» один из матросов поднял со дна моря среди прочего «улова» браслет-цепочку с металлической пластинкой. После очистки на ней проступили слова «ANTOINE DE SAINT-EXUPERY (CONSUELO)» и почтовый адрес издателей Рейнал и Хичкок в Нью-Йорке. Консуэло – так звали любимую женщину Экзюпери.
Начались активные поиски. 20 мая 2000 года ныряльщик Люк Ванрель на 70-метровой глубине обнаружил обломки самолёта. Один из фрагментов оказался частью кабины пилота, на нем сохранился серийный номер 2734-L. Все совпало.
Впрочем, окончательной ясности эти находки так и не принесли: журналы германских ВВС не содержат записей о сбитых в этой местности 31 июля 1944 года самолетах, а на самих обломках нет явных следов обстрела.
Сколько возникло за эти годы легенд и мифов: находились даже «очевидцы», которые после войны якобы встречали на том самом острове Риу Экзюпери, ставшего отшельником. И плодила эти легенды даже не столько неясность обстоятельств гибели замечательного писателя-летчика: она, эта неясность, словно давала возможность не прощаться с Экзюпери навсегда.

 


26 июля 1959

подполковник Корпуса морской пехоты США Уильям Г. Ранкин, выполняя в небе Северной Каролины тренировочный полет на высоте 14326 метров, катапультировался из своего палубного реактивного истребителя F8U «Крусейдер» и попал в сильнейшую грозу. Мощные восходящие потоки воздуха раз за разом поднимали десантника, препятствуя приземлению. В результате спуск вместо ожидавшихся 11 минут растянулся на 40. Этот затяжной прыжок стал самым продолжительным в истории прыжком с парашютом.
Будь подполковник русским (и, к тому же, соверши он свой беспримерный прыжок лет на пятнадцать позже), он бы, конечно, не раз вспомнил за эти уникальные 40 минут Высоцкого с его «Затяжным прыжком»:
И обрывают крик мой,
И выбривают щеки
Холодной острой бритвой
Восходящие потоки.
И проникают в печень мне
На выдохе и вдохе
Бездушные и вечные
Воздушные потоки!..


 Леонид ВЕЛЕХОВ

Авторы:  Леонид ВЕЛЕХОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку