НОВОСТИ
Убивший в столичном МФЦ двух человек — психически больной антиваксер
sovsekretnoru

Месть

Автор: Николай ДОЛГОПОЛОВ
01.12.2005

 
Борден ДИЛ
Рисунок Юлии ГУКОВОЙ

Привлекательная женщина лет тридцати с волосами пепельно-серого цвета медленно направилась к моему столику. Она была невысокой, чуть выше полутора метров, но одежда на ней была лучше, чем та, в которую обычно одеваются жительницы маленьких городков. Сразу было видно, что у нее есть вкус. Возможно, она приехала в это захолустье из какого-нибудь большого города, а может, это умение одеваться было врожденным.

– Можно присесть? – спросила она, остановившись около меня. – Если не возражаете, я хотела бы поговорить с вами.

Я бросил мимолетный взгляд на ее левую руку и кивнул. При встрече с женщинами я всегда смотрю на их руки. Женские руки могут рассказать куда больше, чем лица. Со своими лицами при помощи пластических хирургов и косметики они могут делать чудеса, а вот руки не обманешь, они всегда выдадут правду.

Руки моей собеседницы с изящными длинными пальцами меня заинтересовали. Во-первых, колечко с потрясающим алмазом на несколько десятков тысяч долларов, во-вторых, у меня сразу появилось предчувствие, что разговор обещает быть интересным.

Незнакомка села и, нервно играя со стаканом, начала разговор с неожиданного заявления:

– Я хочу, чтобы вы убили человека.

– Вы ошиблись столиком, леди, – покачал я головой, сразу теряя к ней интерес. – Это не моя профессия.

– А зарабатывать деньги – ваша профессия? – холодно осведомилась она и пристально посмотрела на меня.

– Тут вы попали прямо в точку, – согласился я. – Зарабатывать деньги я умею и люблю.

– Тогда почему вы отказываетесь от двадцати пяти тысяч долларов? – вкрадчиво поинтересовалась девушка. При этом она наклонилась ко мне через столик, показывая красивую грудь.

Сначала я несколько секунд любовался ее прелестями, потом опустил глаза на тарелку и, наконец отодвинув ее в сторону, объяснил:

– Леди, я могу продать что угодно и кому угодно. Еще у меня неплохо подвешен язык. Если вам нужно заговорить кого-нибудь до смерти, то вы попали по адресу. В противном случае...

– Этого человека вам, к сожалению, не удастся заговорить до смерти, – тяжело вздохнула незнакомка.

– О ком вы говорите?

– О своем муже.

– Почему вы решили убить его? Разве не проще – просто уйти? Так будет гораздо меньше неприятностей, да и за решетку не попадете. У меня на улице быстрая машина, через несколько часов будем в другом штате.

– Нет, – упрямо покачала она головой, – бегство не годится. У него есть деньги, приличные деньги. Если я его брошу, то ничего не получу. После же его смерти все достанется мне.

– Я вам искренне сочувствую, но повторяю: вы все же обратились не по адресу. Я мокрыми делами не занимаюсь.

– Вы не забыли о двадцати пяти тысячах? – напомнила она.

– Я ничего никогда не забываю, – улыбнулся я. – Кстати, почему вы решили обратиться ко мне? Не проще попросить сделать это кого-нибудь из местных парней?

– Нет, местный в таком деле не годится. Мне нужен именно приезжий, человек, который приехал, пробыл у нас день-два, сделал дело и на следующий день уехал. Человек, которого я никогда больше не увижу и который больше никогда не появится в этой Богом забытой дыре. Вы ведь не намерены здесь долго задерживаться?

– Не намерен, – кивнул я. – Когда вы подошли, я как раз заканчивал ужин и собирался трогаться в путь.

– Вот видите, как удачно все складывается! Мне вас сам Бог послал! Можете провернуть это дельце сегодня вечером и тут же уехать. Вас никто не заподозрит. Ведь нас ничто не связывает – мы только что встретились и тут же расстались... И не забывайте, что вы уедете из этого города с двадцатью пятью тысячами долларов в кармане.

– Они у вас с собой? – осторожно поинтересовался я.

Она огляделась по сторонам, потом открыла большую сумку и показала мне ее содержимое. Сумка раздулась от тугих пачек долларов. Мне еще никогда не доводилось видеть столько денег. Наверное, поэтому у меня по спине побежали мурашки.

Впервые с момента начала разговора я серьезно задумался над ее предложением. В чем в чем, а в логике ей не откажешь. Риск на самом деле будет сведен к минимуму. Приезжий совершает убийство и тут же уезжает. Его никто не знает, естественно, главными подозреваемыми станут местные парни

– А если нас запомнит кто-то в этом ресторане? – осведомился я, стараясь предусмотреть все мелочи.

– Не бойтесь, – успокоила она меня. – Я здесь бываю очень редко, меня в этом ресторане никто не знает.

– И все равно, нам лучше уйти отсюда. Я ничего не обещаю, но поговорить можно. За разговоры в тюрьму не сажают.

Она встала и быстро вышла из ресторана. Я посмотрел на тарелку, но доедать не стал – у меня почему-то пропал аппетит. Подождав пару минут, я тоже покинул ресторан. Я догнал ее на тихой улочке в трех кварталах от ресторана. Она пересела в мою машину, и мы поехали. Я не сводил глаз с дороги. Мне не хотелось смотреть на нее, потому что я никак не мог ответить на вопрос: неужели я собираюсь убить человека за двадцать пять тысяч долларов?

Следуя ее указаниям, я выехал за город.

– Ну как, решили? – спросила она, когда я остановился на вершине маленького холма.

– Объясните, что вы хотите? – осторожно ответил я вопросом на вопрос.

– Все очень просто, – пожала плечами незнакомка. – Он вернется домой не раньше одиннадцати. Вы будете ждать в гостиной. Когда он войдет, застрелите его, убедитесь, что он мертв, разобьете окно, чтобы инсценировать ограбление, и уйдете. Я буду в спальне. Через десять минут после вашего ухода позвоню в полицию и скажу, что какой-то грабитель забрался к нам в дом и застрелил мужа.

– Десяти минут, думаете, хватит? – усомнился я.

– Вполне, если вы сразу уедете из города, – уверенно кивнула она. – Вы ведь сами сказали, что собирались уезжать.

– А деньги? Когда я их получу?

– Сейчас я вам дам пять тысяч, – она показала на сумку, которую держала на коленях. – Остальные двадцать получите после того, как сделаете дело. Сумка будет со мной в спальне.

– Что вы собираетесь делать потом? – спросил я, быстро рассовав деньги по карманам.

– Немного подожду, – улыбнулась женщина, – пока стихнет шум. Сразу деньги мне не получить, потребуется некоторое время. Потом уеду... Вы убьете его? – спросила она после долгой паузы.

– Да, – после не менее долгой паузы ответил я с тяжелым вздохом. – Как быть с оружием? У меня ничего нет.

Она достала из своей бездонной сумки револьвер 32-го калибра и, тщательно вытерев его шарфом, протянула мне.

– Застрелите его из этого револьвера, потом где-нибудь за городом выбросите... В половине одиннадцатого подъезжайте к дому. Входная дверь будет открыта. Входите в гостиную и ждите...

Я остановился у ее дома в 22.25 и закурил. Поднося зажженную спичку к сигарете, с удовлетворением отметил, что руки у меня не дрожат. Дело обещало быть легким, затруднений возникнуть не должно. Ровно в половине я подошел к крыльцу. Дверь, как она и обещала, была не заперта. Я прошел по короткому коридору и очутился в темной гостиной. Остановился в центре и огляделся по сторонам, выбирая место для засады.

В тот самый момент, когда я уже собирался спрятаться в дальнем углу, в гостиной неожиданно вспыхнул свет. Моя рука метнулась к карману, где лежал револьвер, но остановилась на полпути. В дверях спальни стоял высокий седой мужчина с морщинистым лицом и держал в руке револьвер, дуло которого смотрело мне в живот. Сначала я заметил, конечно, револьвер и только долей секунды спустя – звезду шерифа, приколотую к его рубашке. «Вот это влип!» – подумал я, не зная, что делать.

Сначала пожилой крепыш внимательно меня изучил, потом, очевидно решив, что особой опасности я не представляю, неторопливо направился ко мне. Я хотел выбежать из комнаты и умчаться из этого мерзкого городка, но так и не сдвинулся с места, потому что знал, что он тут же пристрелит меня. У него за спиной я увидел ту самую девицу, которая хотела с моей помощью избавиться от мужа.

– Вы пришли вовремя, – одобрительно сказал он. – Очень похвально, молодой человек. Сейчас осталось так мало пунктуальных людей.

– Что вы хотите этим сказать? – ошеломленно пробормотал я. – Я пришел вовремя?..

– Я знаю, зачем вы пришли, – с улыбкой кивнул он. – Вы пришли убить меня, не так ли? Вернее, вы думали, что пришли убить меня.

– Послушайте, – хрипло проговорил я, стараясь проглотить подступивший к горлу ком. Мой взгляд метался между стариком со звездой шерифа на рубашке и женщиной, заплатившей мне пять тысяч долларов за убийство надоевшего супруга. – Объясните мне, что здесь происходит?

Он подошел ко мне и бросил через плечо женщине:

– Забери у него деньги.

Не сводя взгляда с моего лица и стараясь не становиться между мной и шерифом, девушка неторопливо подошла ко мне и вытащила из внутреннего кармана пиджака бумажник. Конечно, она не забыла и о револьвере, который я сунул за пояс, перед тем как войти в дом

– Минуточку, – запротестовал я. – Там больше пяти тысяч долларов. Часть денег моя.

– Была ваша, – ухмыльнулся шериф, – а теперь стала ее.

– Все в порядке, – кивнула она, быстро сосчитав деньги. – Мои пять тысяч и еще три тысячи.

– Послушайте, – начал злиться я. – Какого черта?..

Когда он вновь рассмеялся, я поймал себя на мысли, что мне начинает надоедать его смех. Терпеть не могу оптимистов, у которых всегда рот до ушей.

– Ты так ничего и не понял? – с откровенной издевкой осведомился шериф.

– Не понял.

– Это любимый трюк Клары, – объяснил он терпеливым голосом, как будто разговаривал с маленьким ребенком или идиотом. – Заработок, конечно, не ахти какой, но для нее главное не деньги, а ощущение самостоятельности и независимости. Сам знаешь, какие сегодня бабы. Они стремятся к самостоятельности и хотят иметь собственные деньги, чтобы не зависеть от мужей.

– Вы хотите сказать... – совсем растерялся я. – Все эти разговоры...

– Совершенно верно, – терпеливо кивнул шериф. – У Клары всегда приготовлено несколько захватывающих историй. Эта, по-моему, самая убедительная, ты не находишь?

Клара нежно погладила деньги и с веселой улыбкой посмотрела на мужа.

– Удачный вечер, Карл. Нам еще никогда не попадался олух с такой суммой. Как раз то, что нужно.

– А звезду для чего нацепили? – возмутился я. – Вы думаете, что она дает вам право?..

– Я шериф этого графства, – расхохотался Карл, наслаждаясь моим удивлением. – Разве она тебе этого не сказала?

– Нет, – уныло покачал я головой. – Сдается, она мне много чего не сказала. Но если вы шериф...

– Конечно, я должен охранять закон, и я его охраняю, но я еще и очень люблю свою жену. – Шериф сел в кресло и вновь направил револьвер мне в живот. – Когда она вышла за меня замуж, я, конечно, догадывался, что любовью тут и не пахнет. Все дело в моих деньгах. Я пообещал ей делать все, что она захочет, и с тех пор стараюсь держать слово.

– И я люблю тебя, Карл, – ласково промурлыкала Клара. – Ты ведь знаешь это?

– Конечно, ты любишь меня, – рассмеялся он. – Потому что я позволяю тебе играть в твои маленькие игры.

– На следующей неделе поеду во Флориду, – радостно сообщила девица, которая уже давно перестала казаться мне привлекательной. – Еще не решила, что с ними делать. Наверное, просажу на лошадей и собак.

– И что дальше? – слегка дрожащим голосом поинтересовался я.

– Если ты умный парень, то немедленно уберешься из этого города, – пожал плечами шериф-грабитель. – Другого выхода у тебя нет.

– Пожалуй, вы правы, – горько согласился я. Мне вежливо показали на дверь, но я почему-то не уходил. Вместо того чтобы мчаться к машине и радоваться, что я жив и на свободе, я стоял посреди гостиной и переводил взгляд с шерифа на его очаровательную и изобретательную женушку.

Клара с горевшими счастьем глазами принялась заталкивать деньги в свою большую сумку.

– Секундочку, дорогая, – остановил ее шериф. – По-моему, ты забыла, что пять тысяч принадлежат мне.

– Карл... – захныкала она.

– Верни мне мои пять тысяч, – велел он голосом, в котором послышались металлические нотки.

Клара с неохотой подошла к мужу и сунула пять пачек ему в карман. Потом положила на столик револьвер 32-го калибра и села на подлокотник кресла. Одной рукой она обняла его за плечи, а другой ласково взлохматила ему волосы. Счастливые супруги, улыбаясь, смотрели на меня.

– Тебе пора, – напомнил шериф.

У меня в голове метались обрывки мыслей. Я знал, что влип и что выхода нет. Он мог пристрелить меня и легко выйти сухим из воды. Он мог засадить меня за решетку. Не стоит забывать, что я вломился в его дом с револьвером в кармане. Клара скажет все, что он захочет. Только последний идиот мог так вляпаться.

– Ладно, – вздохнул я. – Я пошел.

Я направился к выходу, но у самой двери остановился и посмотрел на них. Если бы не револьвер в его руке, с них можно было бы писать портрет идеальной супружеской пары.

– Шериф, – сказал я, – надеюсь, она не расскажет вам подробности. К примеру, на что ей пришлось пойти, чтобы уговорить меня пойти на убийство. – Увидев, что он моментально напрягся, я быстро продолжил, пока она не прервала меня: – Знаете, есть люди, готовые убивать ради денег, но большинству одних денег мало. Им нужна любовь. Я вас прекрасно понимаю. На вашем месте я бы, наверное, поступил точно так же. Ради такой страстной женщины я бы тоже пошел на преступление.

В последний раз я так бегал лет пятнадцать назад, когда выступал за школьную команду по легкой атлетике. Я сел в машину и завел мотор. Первый выстрел прозвучал, когда я тронулся с места...

Перевел с английского Сергей МАНУКОВ


Авторы:  Николай ДОЛГОПОЛОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку