НОВОСТИ
Начали «хамить пациентам». Визит антиваксеров в больницу превратился в балаган (ВИДЕО)
sovsekretnoru

Медаль с эфедрином

Автор: Дмитрий ЛЕДАШЕВ
01.10.2003

 
Дмитрий ЛЕДАШИН, Анна ХАРИТОНОВА, Виктор ХРУЩЕВ
Специально для «Совершенно секретно»

AP

В ближайшем будущем нам, скорее всего, предстоит увидеть новый виток борьбы против допинга в спорте. Проблема эта имеет много ипостасей. Ведь дело не только в том, что мощные стимулирующие препараты по крупицам отбирают жизненные силы атлетов. Допинговая гонка приносит миллионные прибыли фармакологам, разрабатывающим новые стимуляторы – а также препараты, скрывающие их или выводящие из организма. И наконец, наличие допинговой проблемы на руку и чиновникам всех мастей – и тем, что подталкивают своих подопечных к победе, и тем, что занимаются отловом нарушителей.

«Падение» Келли Уайт

 

Минувший август стал главным месяцем уходящего спортивного года. В отсутствие Олимпийских игр и мировых футбольных первенств центральным событием летнего сезона был чемпионат мира по легкой атлетике, что проходил во Франции. Но вот что интересно: на сей раз по ходу турнира более всего обсуждались не новый мировой рекорд или сенсационная победа неизвестного новичка. Главной «героиней» французского чемпионата стала двукратная его победительница американка Келли Уайт.

Сразу после завоевания темнокожей бегуньей первых мест в самых престижных легкоатлетических дисциплинах – беге на 100 и 200 метров – было объявлено, что Уайт виновна в применении допинга. Международная федерация легкой атлетики

(ИААФ) объявила, что проба американки содержит следы стимулятора, способствующего снижению утомляемости. Руководство федерации сочло неубедительными объяснения спортсменки: по словам Уайт, лекарство, содержащее запрещенный модафинил, прописал ей врач ввиду болезни, которой страдают все члены ее семьи. Почему она не поставила в известность тренеров и судей о приеме лекарства до начала стартов, Келли умолчала.

В список запрещенных препаратов входит не сам модафинил, а лишь некоторые его составляющие. Но ИААФ все-таки лишила Уайт обеих золотых медалей.

Шоком для легкоатлетического сообщества стало не только то, что на допинге попалась двукратная чемпионка. Многие были удивлены уже тем, что скандал разразился вокруг представительницы США. Американцы, где легкая атлетика очень популярна, обычно не дают повода для столь радикальных решений: медицина там поставлена на самый высокий уровень, контрольные допинг-тесты проводятся регулярно и тщательно, так что среди наказанных атлетов давненько не было представителей этой страны.

Даже пресса США не дает покоя своим кумирам, если те пытаются бросить тень на воплощение «американской мечты», каковым часто представляется спорт. Характерным можно назвать случай с семейством спринтеров – рекордсменом мира Тимом Монтгомери и олимпийской чемпионкой Мэрион Джонс. Когда две эти звезды захотели взять несколько уроков у одного из наставников канадского бегуна Бена Джонсона, их подвергли такой жесткой обструкции в СМИ, что Монтгомери и Джонс сочли за благо отказаться от дальнейшего сотрудничества с тренером. Причиной было то, что самого Джонсона в свое время лишили олимпийского «золота» за употребление допинга.

И вот Келли Уайт оказалась в ситуации, к которой американские спортивные функционеры были совершенно не готовы. До этого Уайт ни разу не попадала в круг подозреваемых в применении допинга, да и сама система работы с атлетами в США практически не давала сбоев. Правда, американская сторона предпочла не демонстрировать публично свое недоумение. Напротив, она постаралась даже из скандала извлечь максимальную прибыль. Во-первых, в американской прессе Келли Уайт представили как «честную трудолюбивую девушку, оскорбленную подозрениями». А во-вторых, местная федерация легкой атлетики объявила об увеличении контрольных допинг-проб для своих атлетов.

Лыжи против МОК «не катят»

 

Это было так похоже на ситуацию, сложившуюся на зимней Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити вокруг российских лыжниц Ларисы Лазутиной и Ольги Даниловой. И так непохоже...

Историю Лазутиной и Даниловой многое роднит со случаем Уайт. Во-первых, запрещенное вещество – препарат последнего поколения дарбопоэтин – у наших лыжниц (и одновременно у олимпийского чемпиона из Испании Йохана Мюллега) обнаружили только во время стартов, а до этого медицинские комиссии Международного олимпийского комитета (МОК) и лыжной федерации о нарушениях не сообщали. Во-вторых, поначалу, до ответных юридических действий спортсменов, президент МОК Жак Рогге заявил, что положительные анализы после гонки лишают спортсменов наград только за это конкретное состязание. Наконец, и в России, и в Испании лыжников поддерживала пресса. Но – подчеркнем! – отнюдь не спортивные чиновники

Испанские функционеры промолчали сразу, а российские провели бездарную пресс-конференцию прямо по ходу Игр, где заявили, что готовы в знак протеста снять команду с олимпийских соревнований, а затем бросили Лазутину и Данилову на произвол судьбы, отказав им в элементарной юридической помощи.

Именно это отличало «дело лыжников» от ситуации с Уайт. Россиянки и испанец решили все-таки побороться за свое честное имя с машиной по имени МОК и его президентом. Лазутина, Данилова и Мюллег подали апелляции в Международный арбитражный спортивный суд. При этом представители Испании шли, что называется, напролом: адвокаты Мюллега представляли дело так, что их подзащитный вообще «ничего такого» не употреблял. Безусловно, эта позиция была обречена на провал, ведь международные спортивные организации никогда не признавали, что их представители ошибаются при проведении допинг-проб.

Российский юрист Анатолий Кучерена взялся за дело с другой стороны: он налегал на то, что в ситуации вокруг «дела лыжников» масса организационных и процедурных проколов. И в том, как брались пробы, и в том, что уже после Олимпиады вдруг отыскали в архивах некий тест Лазутиной, который был сдан задолго до Игр и который, оказывается, тоже был положительным. «Почему мы узнали об этом постфактум? Почему чиновники МОК «подгоняют» документы? Почему сам суд состоит из людей, получающих деньги от Олимпийского комитета?» – вопрошал российский защитник. Но и подобные аргументы не убедили арбитраж. Лазутина, Данилова и Мюллег были лишены всех олимпийских наград и дисквалифицированы.

Именно после Игр в Солт-Лейк-Сити стало ясно, что Жак Рогге, избранный на пост президента МОК за полгода до Олимпиады, смотрит на проблему допинга иначе, чем его предшественник Хуан-Антонио Самаранч. По сравнению с испанским маркизом бельгийский доктор медицины оказался настоящим «ястребом» олимпийского движения. Возможно, поэтому американская сторона и не стала заступаться за Келли Уайт.

При Самаранче слишком громких скандалов на Олимпиадах не случалось. Так, единичные случаи употребления допинга отдельными спортсменами. Несколько дисквалификаций, из которых самой громкой стала история с уже упоминавшимся Беном Джонсоном. Хотя система работы с допингом и против допинга строилась долгие годы.

Таблетки для рыбок

 

Все началось, кажется, в разгар «холодной войны», когда очное соперничество двух систем наиболее остро разгоралось именно на спортивных аренах. И наиболее продуктивно поработали в развитии системы допинга медики и фармакологи Восточной Германии.

Известно, что в течение некоторого времени после Второй мировой войны немецкие спортсмены выступали на крупнейших соревнованиях под флагом Объединенной команды. Когда же МОК разрешил ГДР и ФРГ раздельное представительство, то на востоке Германии решили во что бы то ни стало опередить соседей с запада. Любой ценой. И на спортивные успехи бывшей ГДР стали работать целые медицинские институты, а система фармакологической подготовки спортсменов была поставлена на поток. Благо в те годы в МОК не столь тщательно составляли список запрещенных препаратов, который в начале 80-х годов ограничивался – смешно сказать! – несколькими десятками наименований.

Систему допинг-поддержки спортсменов ГДР раскрыли сразу после объединения Германии в начале 90-х годов. Более других стали известны откровения Кристины Кнаке, которая была первой женщиной в мире, проплывшей 100 метров быстрее минуты. Она рассказала, что их буквально пичкали таблетками. Кнаке призналась, что на одном из сборов они с подругами выбрасывали таблетки в большой аквариум и через некоторое время рыбки в нем сильно «подросли» и поменяли цвет чешуи. Только тогда пловчихи поняли, что кормят их отнюдь не витаминами.

В новой России подобных откровений не было, и многие архивы Советского Союза все еще закрыты. Но поскольку наши атлеты в те годы достигали значительных успехов, можно предположить, что питались они не одним только мясом. На Западе, кстати, считали и считают, что большинство наших побед на московской Олимпиаде-80 имело явно фармакологический подтекст: уж очень много среди чемпионов оказалось совершенно неприметных ранее спортсменов. Но, повторимся, документальных доказательств у критиков советского спорта нет

В новейшей истории, кстати, случаев массового употребления запрещенных препаратов спортсменами одной страны было не так уж много. Из наиболее громких – скандал с легкоатлетами Китая. В конце 80-х они вдруг начали бить рекорды в тех дисциплинах, в которых раньше ничем не отличались. На многочисленные «почему» китайцы загадочно улыбались и объясняли все... волшебной силой природы. Их атлетам якобы помогли какие-то фантастические вытяжки из женьшеня и других целебных кореньев. Но через некоторое время отряд китайских рекордсменов вдруг покинул дорожки и сектора стадионов. Произошло это после того, как одну из чемпионок поймали на допинге. А несколько лет назад похожая история произошла и с пловцами Китая.

Единицы, которые попадаются

 

AP

В мировом спорте есть два постулата. Первый гласит, что употребляют запрещенные препараты все, но попадаются лишь единицы. Второй не менее категоричен: «Если атлет попался на допинге, то его врач и тренер непрофессиональны». В современных условиях эти постулаты означают только одно: те, у кого есть деньги не только на злоупотребления, но и на их сокрытие, в любом случае выйдут сухими из воды.

На Западе при подготовке к соревнованиям запрещенные препараты тоже применяются. Но, как и в бывшем соцлагере, большие проколы случаются редко. Самый известный – дисквалификация почти в полном составе финской лыжной сборной на чемпионате мира-2001 в Лахти из-за обнаруженного в крови шестерых спортсменов препарата HES, который разжижает кровь и снижает уровень гемоглобина.

Значит ли это, что допинг в ходу у спортсменов и тренеров повсеместно, а не повезло только Лазутиной и Уайт? Похоже на то. Надо признать, что доказательств вины всех и вся у оппонентов действующей системы не так уж много, однако косвенные улики имеются, и они весьма серьезны. Чтобы пояснить это, вернемся к истории с Беном Джонсоном. Канадец, как известно, выиграл «золото» Олимпиады-88 с мировым рекордом, опередив в финале целую команду американцев во главе со знаменитым Карлом Льюисом. Позже пришло сообщение о положительной допинг-пробе Джонсона и его дисквалификации. Золотая медаль и титул быстрейшего в мире атлета перешли к американцу, но...

Через несколько лет, когда Льюис уже был почетным пенсионером от спорта, доктор Вайд Эксум, прежний директор допинг-лаборатории американской сборной, заявил, что Карл и еще несколько известных спортсменов получили допуск для участия в Олимпиаде в обход правил. В его контрольной допинг-пробе были обнаружены следы сразу трех запрещенных компонентов, но санкций к нему не применили. Самое интересное, что после дисквалификации Джонсона Льюис гневно обличал канадца, ратуя за «чистый спорт». О том, какой была его собственная победа (вернее – три, по числу медалей в Сеуле), Карл скромно умалчивал.

Еще одна история из жизни американских звезд. Всем любителям легкой атлетики известно, что феноменальные рекорды в беге на 100 метров (10,49 секунды) и 200 метров (21,34 секунды) среди женщин принадлежат знаменитой Флоренс Гриффит-Джойнер. Установленные в середине 90-х годов, они не побиты до сих пор. Говорили, что Флоренс обязана своими победами только таланту и знаменитым облегающим комбинезонам, которые именно она стала первой носить на беговой дорожке. Но скептики считают, что в ее звездной судьбе была и еще одна составляющая – фармакологическая. Прямых доказательств тому нет, но некоторые медики связывают со злоупотреблением запрещенными препаратами раннюю смерть спортсменки – она ушла из жизни в 39 лет, «сгорев» после окончания карьеры буквально за три-четыре года.

Однако, как было сказано, американцы практически не попадаются на допинге. Именно поэтому такое внимание привлекла история с Уайт, которую некоторые поспешили назвать наследницей Гриффит-Джойнер.

Допинг из аптеки

 

Зато в российском спорте в последние годы было много историй, связанных с запрещенными препаратами. За неделю до Олимпиады-2002 и прославившего ее дела Лазутиной и Даниловой Международная федерация лыжного спорта дисквалифицировала Наталью Баранову-Масалкину. Ранее в применении запрещенного бромантана уличили многократную олимпийскую чемпионку по лыжным гонкам Любовь Егорову. За употребление запрещенных мочегонных средств была дисквалифицирована фигуристка Елена Бережная.

И в летних дисциплинах россияне (а чаще россиянки) не раз попадали под подозрение и наказание. Отлучали от спорта синхронистку Марию Киселеву, прыгунью в воду Юлию Пахалину, художественных гимнасток Алину Кабаеву и Ирину Чащину. Долгое разбирательство пришлось пережить бегунье на длинные дистанции Ольге Егоровой. Случались и другие скандалы с участием менее известных лиц. Но картина выстраивается вполне законченная – употребляют многие, но попадаются прежде всего россияне, поскольку у нас отсутствует отлаженная система контрольных допинг-тестов

Впрочем, следует вернуться и к определению степени вины наших тренеров и врачей перед спортсменами. Так, дела с положительными допинг-пробами Киселевой и Кабаевой состоялись из-за того, что девушки принимали не запрещенные лекарства, а пищевые добавки, которые к употреблению разрешены. Но – вот ведь ситуация! – спортсменкам попались поддельные препараты, купленные в обычных аптеках, которые их и подвели.

Тем не менее из каждого случая с нашими чемпионками функционеры международных организаций сделали показательные процессы. Зачем им это надо? Во-первых, для устрашения всех прочих. Во-вторых – для обеспечения своего безбедного будущего. Не зря же столь бесцеремонно вторглось в мировую спортивную жизнь Всемирное антидопинговое агентство (ВАДА), созданное два года назад. Теперь большинство дел, связанных со злоупотреблением медицинскими препаратами, проходит через него, а МОК вместе с международными и национальными федерациями по видам спорта обязались поддерживать и, главное, финансировать агентство.

Таким образом, с приходом на пост президента МОК Жака Рогге и появлением организации ВАДА борьба с допингом вышла на новый уровень.

Число препаратов, запрещенных к употреблению, растет не по дням, а по часам. Список МОК включает уже более 30 тысяч наименований. И останавливаться на достигнутом спортивные власти явно не собираются.

Исключение для астматиков

 

При этом главным аргументом ВАДА является тот посыл, что все спортсмены, выходящие на старт, должны находиться в равных условиях. Однако таковых условий быть не может по природе. Судите сами – у кого-то из спортсменов уровень гемоглобина изначально высок, а у кого-то низок. Кто-то имеет врожденные пороки, а кто-то их лишен. Наконец, бывает, что человек лечится от какой-либо болезни и это самое лекарство помогает ему в определенных обстоятельствах показывать высокие спортивные результаты.

Взять, например, бронхиальную астму. Астматик, как известно, не может обходиться без специальных препаратов, многие из которых содержат запрещенный эфедрин. Так вот, в лыжных гонках, биатлоне и коньках сейчас развелось столько больных астмой, что впору проводить для них отдельные игры по типу соревнований инвалидов. Ведь имея на руках документ от врача, такие атлеты могут принимать почти все что угодно.

Говоря о системной работе по допинг-поддержке, чаще всего называют индивидуальные дисциплины, где важны сила, объем мышечной массы, реакция, обычная и силовая выносливость. Это, прежде всего, легкая атлетика, плавание, велоспорт, лыжные гонки. Среди спортсменов, которые попадались на допинге, нет ни одного представителя игровых видов. Это действительно так – в футболе, например, самым известным остается случай с употреблением кокаина Диего Марадоной. Однако ясно, что знаменитый аргентинец нюхал коку не для того, чтобы лучше обрабатывать мяч.

Специалисты считают, что большинство препаратов, воздействующих на силу или выносливость, в командных видах не помощники. Ведь от футболиста требуется не столько умение быстро бежать, сколько умение думать, решать тактические и стратегические задачи. И в этих условиях поклонники допинга вынуждены отступить. Побочное сиюминутное действие стероида или анаболика может сказаться на мозговой деятельности футболиста или ватерполиста, а это чревато поражением всей команды. Так что в футболе и иже с ним допинг как таковой почти отсутствует.

Нет, конечно, чиновники от футбола идут в ногу со временем и тоже проводят допинг-контроль. Но при этом характерно, что Международная федерация футбола (ФИФА) запретила ВАДА участвовать в проведении последнего чемпионата мира. Методы ВАДА слишком агрессивны (как пишет ФИФА в меморандуме, у этой организации «нет специалистов достаточной квалификации»), а система наказания чревата утратой у публики интереса к футбольным соревнованиям. Мировой футбол – слишком дорогостоящий коммерческий проект, чтобы допускать к нему чужаков. Именно поэтому допинг-контроль на чемпионате проводила медицинская комиссия ФИФА, и ни одного случая употребления запрещенных препаратов она, естественно, не выявила.

Прагматики в меньшинстве

 

ФИФА, кажется, олицетворяет в мировом спорте ветвь прагматиков, которые в пику представителям МОК и ВАДА готовы ради коммерческой выгоды закрыть глаза на отдельные нарушения, которые не способны повлиять на общий результат. В индивидуальных видах спорта подобное уже вряд ли возможно.

Стоит вспомнить, что несколько лет назад Хуан-Антонио Самаранч попытался отойти от строгой линии своего ведомства и предложил коллегам из МОК резко сократить список запрещенных препаратов. Ответом ему был скандал, который противники маркиза развернули вокруг взяточничества в Олимпийском комитете, и на этом фоне попытка допинговой революции провалилась. А преемник Самаранча Жак Рогге, напротив, всячески усиливает методы «кнута» по отношению к спортсменам. И нынешнему президенту МОК очень пригодились в этом смысле и дело Лазутиной, и дело Кабаевой, и новехонькое дело Келли Уайт.

Так что грядущая летняя Олимпиада вполне может затмить по числу допинговых скандалов зимние Игры в Солт-Лейк-Сити. Остается надеяться, что главными их героями станут не россияне...

 


Авторы:  Дмитрий ЛЕДАШЕВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку