НОВОСТИ
Замначальника УМВД Самары много лет работал на бандитов
sovsekretnoru

КРЫСЫ БИЗНЕСА

КРЫСЫ БИЗНЕСА
Автор: Татьяна РЫБАКОВА
12.12.2014
 
ВЫВОД «ТЕНЕВЫХ» КАПИТАЛОВ ЗА РУБЕЖ ПРИОБРЕТАЕТ ЛАВИНООБРАЗНЫЙ ХАРАКТЕР
 
Фраза «крысы, бегущие с корабля» звучит уничижительно. Однако крысы покидают корабль не просто так: они спасают себя, обнаружив течь, грозящую потопить судно. Поэтому когда отток капитала из России приближается к критической для экономического развития суммы, стоит понять не только, кто бежит, но и почему. Только в октябре чистый отток капитала, по данным Минэкономразвития, составил 28 млрд долларов. Данных за ноябрь еще нет, но, согласно прогнозу Центробанка, к концу 2014 года отток капитала составит 128 млрд долларов. Схожие оценки дает и Минфин. Глава ведомства Антон Силуанов говорит о 130 млрд долларов. Между тем, по мнению экспертов, уже при оттоке в 120 млрд долларов бизнес просто прекратит инвестировать в производство.
 
По результатам октябрьских опросов 72 % руководителей российских малых промышленных компаний назвали неопределенность текущей экономической обстановки одним из главных факторов, ограничивающих производство. Груз растущих издержек становится непосильным бременем и для крупного и среднего бизнеса. «У нас за последний месяц продажи сократились вдвое», – признаются владельцы франшизы производителя спортивной одежды.
 
«Цены мы вынуждены повышать, а средний чек уменьшился – люди покупают уже не просто самые дешевые товары, но и в гораздо меньших объемах», – тревожится владелец несетевого продовольственного магазина. «Я приостанавливаю деятельность. По результатам сентября прибыли – ноль, по октябрю – минус, по ноябрю – глубокий минус», – горюет импортер чая и кофе. Нет уверенности в завтрашнем дне – нет смысла и вкладывать деньги в бизнес.
 
«Видно, что инвестиции в основной капитал падают, причем нарастающими темпами: если в прошлом году они упали на 0,5 %, то в этом – уже на 2,5 %», – говорит Валерий Миронов, заместитель директора Центра развития НИУ ВШЭ.
 
НА НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИТУАЦИИ ЖАЛУЕТСЯ 34% БИЗНЕСМЕНОВ
 
Если говорить о бизнесе в целом, то, по данным проведенного опроса предприятий, главные причины, негативно влияющие на рост производства, – это недостаточный спрос на продукцию на внутреннем рынке (на это указали 48 %), высокий уровень налогообложения (38 %) и недостаток финансовых средств.
 
В октябре прошлого года на налоги жаловалось на 2 % больше, на спрос и финансы – на 2 % меньше. Что вполне объяснимо: в условиях падающей нефти, дешевеющего рубля и пустившейся вскачь инфляции (которая, даже по официальным оценкам, по итогам года превысит 9 %) налоговое бремя волнует меньше, чем беднеющие потребители и отсутствие нормальных банковских кредитов. Однако Георгий Остапкович, директор Центра конъюнктурных исследований Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ, обращает внимание на четвертый по значимости негативный фактор: неопределенность экономической ситуации. Если в октябре 2013 года на это жаловалось 21 % всех опрошенных бизнесменов, то в этом году – уже 34 %.
 
Когда более трети предпринимателей не знают, что будет дальше, какой инвестиционной активности от них можно ждать? «Они припрятали капиталы и выводят их за рубеж, – говорит Остапкович. – Отток капитала сейчас приближается к 100 млрд рублей, а если будет 120 млрд, то инвестиции будут нулевые». Стоит отметить, что проводимый его центром опрос касается лидеров российской промышленности: в нем участвуют руководители крупнейших российских предприятий. При этом, отмечает эксперт, «российский предприниматель –  самый предприимчивый предприниматель в мире».
 
«Если бы подобные частые изменения правил игры, причем во время самой игры, происходили с немецкими, французскими или другими зарубежными бизнесменами, то большинство из них уже давно бы сошли с рынка или поменяли вид промышленной деятельности на менее рискованный и более ликвидный – например, торговлю, финансовые услуги, ростовщичество и другие, – говорит Остапкович. – Однако отечественные предприниматели, привыкшие к подобным пертурбациям, за два-три месяца находят «белые», «серые» и «темные» схемы по минимизации возникших издержек, которые заключаются далеко не только в увеличении производительности труда, сокращении занятости или снижения зарплат, но и в переносе большей части издержек на конечного потребителя своей продукции.
 
Слабая внутриотраслевая конкуренция и зачастую квазимонопольное положение на рынке промышленной продукции, особенно на региональных рынках, а также молчаливое согласие заинтересованных чиновников в применении подобных схем позволяет многим предпринимателям благополучно решать возникшие проблемы».
 
ПРОИСХОДЯЩЕЕ БЛИЗКО К МАСШТАБАМ КРИЗИСА 2008 ГОДА
 
Вместо инвестиций экономика получила растущий отток капитала, уже угрожающий ее стабильности. Андрей Яковлев, директор Института анализа предприятий и рынков, вспоминает, что первоначальные прогнозы на этот год вообще делались на 35–40 млрд долларов. «А последние – 100–120 млрд – это уже близко к масштабам кризиса 2008 года». Главным источников бегства он называет именно экономическую неопределенность.
 
«Ведь с объективной точки зрения макроэкономическая ситуация достаточно стабильная, – поясняет эксперт. – Да, нефть дешевеет, но государственные резервы большие, так что это проблема завтрашнего и даже послезавтрашнего дня».
 
Другое дело, что сумма обещаний правительства по расходам на социальные и военные нужды превышают возможности бюджета, отмечает он. А последние дни только и слышим о просьбах государственного и квазигосударственного бизнеса профинансировать его издержки – и эти просьбы воспринимаются благосклонно. И у бизнеса складывается ощущение, что всем не хватит. А раз так – стоит ли вкладывать деньги в безнадежное дело? Лучше уж переждать в сторонке – благо неожиданный выигрыш Михаила Прохорова в 2008-м, показал бизнесу, что встречать кризис лучше в кэше, а еще лучше – в кэше, лежащем за рубежом.
 
«Так что кризис рукотворный – именно непоследовательность, нелогичность шагов правительства вызывают у бизнеса желание переждать это время в сторонке», – делает вывод Яковлев.
 
Сколько бизнесменов решили отойти в сторонку, неизвестно. «Наша статистическая система просто не ведет такого подсчета, так что определить их число невозможно», – говорит управляющий директор ГК «АЛОР» Сергей Хестанов. Однако признает, что в последнее время таких случаев все больше. «Малый бизнес просто сворачивается: вот был вчера магазин – а сегодня его нет, – отмечает эксперт. – Крупные предприниматели продают свой бизнес. Но сейчас продать бизнес – даже очень хороший, даже очень дешево – нелегко, потому что все находятся в похожей ситуации. Потому типичной является покупка квазигосударственными структурами или просто ликвидация. Например, мой знакомый, создавший в свое время одну из крупнейших компаний IT-телефонии, продал ее как раз такой квазигосударственной компании. Те купили ее не ради самого бизнеса – им нужна была его клиентская база».
 
УХОДЯЩАЯ НАТУРА
 
Если среди покупателей мы видим квазигосударственные структуры или бизнесменов, тесно связанных с властными структурами, то типы продавцов более разнообразны. Об этом свидетельствуют последние крупные сделки и объявления о ликвидации.
 
Во-первых, «продают» олигархи ельцинского призыва. Тут и стоящий на краю финансовой пропасти «Мечел», и держащийся из последних сил Олег Дерипаска, и даже вполне, казалось бы, благополучный Владимир Потанин. Все чаще появляется информация о том, что тот или иной из них расстался с очередным «непрофильным активом». Иногда за данный актив еще десять лет назад шли нешуточные бои с конкурентами. К примеру, «Интеррос» расстается с последними медиаактивами: продает сеть кинотеатров «Синема парк» структурам Сулеймана Керимова. А ведь битва Потанина за контроль над «Известиями», а затем и «Профмедиа» еще не выветрилась из памяти наблюдателей. Теперь все эти активы давно проданы, настала пора последнего – кинотеатров. Хотя еще в прошлом году, продавая «Профмедиа», Потанин оставил «Синема парк» себе, выведя этот актив из медиахолдинга. Тогда руководители «Профмедиа» поясняли, что он видит в кинотеатрах большую перспективу.
 
Ищет покупателя на «Трансстрой» – компанию, занимающуюся инфраструктурным строительством, Олег Дерипаска. Входящий в «Базовый элемент» актив, по слухам, готова купить как раз квазигосударственная структура.
 
Недавно продала своему трейдеру Нижнесалдинский металлургический завод группа «Евраз» – заявив, что это была продажа непрофильного актива.
 
И самое главное, что продавцы, в отличие от прежних лет, не заявляют о том, что на вырученные деньги они собираются приобретать новые активы. Не до того: одни еще с 2008 года обременены долгами, реструктуризация которых в условиях западных санкций затруднена, другие просто не видят смысла вкладываться в падающий рынок.
 
В целом, как отмечают эксперты, большинство из представителей этого типа привыкли работать в условиях государственного протекционизма. А сегодня условия изменились, что особенно ярко показал пример АФК «Система». Безусловно, кто-то сумеет сгруппироваться и научится работать в новых условиях. Но до этого мы наверняка еще увидим много громких продаж.
 
Вторая группа продавцов – это те, кто пришел в бизнес уже после знаменитых залоговых аукционов и сумел встроить свой бизнес «с нуля». В основном их бизнес был связан с IT-индустрией. Здесь сезон распродаж был открыт вынужденно: вначале Евгению Чичваркину пришлось продать свою «Евросеть» и уехать в Лондон, затем Павел Дуров лишился «ВКонтакте», а недавно владелец «Связного» Максим Ноготков потерял контроль над своим детищем, оказавшись на грани банкротства.
 
Причины ухода тут более разнообразные: от давления коррупционных силовиков до собственных ошибок управления. Однако обращает на себя внимание то, что сегодня все реже отбирают бизнес и все чаще бизнес мечтают кому-то отдать: сумев оседлать волну в начале «золотого десятилетия» высоких цен на нефть, далеко не все из этих бизнесменов смогли овладеть искусством серфинга на падающем рынке.
 
Есть и целые отрасли, пострадавшие от критического снижения потребительского спроса и неблагоприятной конъюнктуры. К примеру, сочетание запрета силовикам ездить за рубеж с рисковыми схемами финансовых пирамид подкосило турбизнес – а тотальное недоверие сохранившихся путешественников, вкупе с падающим рублем, добивает сейчас и добросовестных туроператоров. Вслед за ними, прочат эксперты, «посыпятся» и страховщики. Про банковский сектор и говорить нечего.
 
Потеря перспектив на российском рынке – третий вариант. Он представлен во многом зарубежными компаниями и брендами, работавшими в России на условиях франшизы и открытия российских «дочек». Это и иностранные банки, и модные марки одежды (например Zara), и нефтесервисные компании, боящиеся санкций. Как правило, они вообще уходят из России, и это самое скверное – потому что вместе с ними уходят и западные технологии, и конкуренция.
 
Вообще тенденция такова, что конкуренция будет уменьшаться, а бизнес-стратегии – упрощаться: вплоть до перехода на работу с госзаказом и бюджетными ассигнованиями. Понятно, что для бизнес-среды это плохой сценарий, грозящий увеличением желающих «закрыть лавочку».
 
С ЧЕМ УХОДЯТ?
 
Если иностранные компании уходят с российского рынка, забирая свое, то российские бизнесмены зачастую прихватывают и государственное – прежде всего невыплаченные налоги и иные платежи.
 
Схемы легализации и вывода за рубеж незаконных доходов в первую очередь базируются на так называемых транзитных банках. Транзитные операции этих банков (с разрывом платежей и сокрытием конечных отправителей и получателей средств) направлены на то, чтобы сначала аккумулировать, а затем перечислить деньги в обналичивающие банки или же перевести безналичные средства на счета нерезидентов в офшорные зоны. И хотя Центробанк планомерно закрывает такие «прачечные», пока это ведет, скорее, к повышению комиссии у оставшихся и монополизации этого бизнеса.
 
Крупный бизнес чаще пользуется схемой создания «центров прибыли». Суть их – в создании целой цепочки офшорных и российских компаний, которые, в связке со «своим» банком, через системы фиктивных контрактов и с помощью вексельных схем, могут выводить в офшоры значительные денежные потоки на протяжении долгого времени. Схема отличается тем, что каждый элемент цепочки совершенно легален – суть именно в их взаимодействии.
 
Несмотря на громкие заявления официальных лиц, вывод «теневых» капиталов за рубеж не снизился. Только с начала года, по данным Федеральной таможенной службы (ФТС), было возбуждено 29 уголовных дел по фактам незаконного вывода валюты за границу. Но лишь одно дошло до суда: Пятигорский городской суд вынес первый в истории страны приговор за валютные махинации. Местный предприниматель в начале года создал фирму, которая оказывала услуги по выводу денежных средств за границу. Всего за месяц ему удалось перевести на иностранные счета 6 млн рублей (в валюте), пользуясь подложными финансовыми документами. Для этого он оформлял внешнеторговые контракты, якобы заключенные между российскими и иностранными фирмами, – как показала проверка, эти юридические лица были «однодневками», зарегистрированными на подставных лиц.
 
Самое крупное из подобных дел было возбуждено в начале октября в Москве, где преступная группа в составе банкиров и руководителей фирм-«однодневок» сумела вывести из страны более 1 млрд рублей. Причем схема была точно такая же, как в Пятигорске: по фиктивным договорам в Прибалтике закупались запчасти, которые затем якобы завозились в Россию. Однако ни товарно-транспортных накладных, ни каких-либо еще свидетельств существования груза оперативники не нашли. Всего же, по данным ФТС, с начала года перемещено через границу (это только в рамках уголовных дел, возбужденных по ст. 193.1) более 1,2 млрд рублей.
 
Впрочем, сами таможенники признают, что это – капля в море. Да и ее удалось выловить только благодаря тому, что в июне прошлого года Уголовный кодекс пополнился статьей 193.1 – «Совершение валютных операций по переводу денежных средств в иностранной валюте или валюте Российской Федерации на счета нерезидентов с использованием подложных документов», принятой одновременно с законом «О деофшоризации» по рекомендации Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ), согласно которым ужесточение Уголовного кодекса России обеспечит более эффективное противодействие незаконному вывозу капитала за границу. Также благодаря новшеству в законе теперь налоговики, которые борются с отмыванием доходов или выводом средств за рубеж, могут пользоваться результатами оперативно-разыскной деятельности ФСБ и МВД.
 
СПРАВКА
 
С 1 января 2015 года начнет действовать «антиофшорный закон», согласно которому в Налоговый кодекс вводится понятие «контролируемая иностранная компания» – организация, не являющаяся налоговым резидентом России, но находящаяся под государственным контролем.
 
Документ предусматривает создание механизма налогообложения таких компаний. При этом законом устанавливается, что прибыль контролируемой иностранной компании учитывается при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций или по налогу на доходы физических лиц в том случае, если ее величина составила более 50 млн рублей. В 2016 году эта сумма уменьшится до 30 млн рублей, после 2017 года – до 10 млн рублей.
 
Законом также вводится понятие «контролирующего лица». Им признается физическое или юридическое лицо, доля участия которого в уставном капитале организации составляет более 50 %, с 2016 года – более 25 %. Если общая доля налоговых резидентов РФ в организации составляет более 50 %, то контролирующим лицом признается физлицо или организация, которая обладает долей более 10 %.
 
В тексте документа также прописаны критерии, которым должна отвечать контролируемая иностранная организация, прибыль которой будет освобождена от налогообложения. Это будет касаться, например, некоммерческих организаций, которые не распределяют полученную прибыль между акционерами, организаций, образованных в соответствии с законодательством государства – члена Евразийского экономического союза, банков и кредитных организаций, находящихся на территории государства, с которым у России действует международной договор по вопросам налогообложения.
 
Сумма налога, исчисленного в отношении прибыли контролируемой иностранной компании, будет уменьшаться на величину налога, уплаченного в отношении этой прибыли в соответствии с законодательством иностранного государства. Ответственность за сокрытие имущества и доходов в офшорах будет введена с 2017 года.
 
Вступление в силу этого закона кипрская пресса назвала «одним из фундаментальных элементов, меняющих правила игры на десятилетия вперед в отношении налогообложения иностранных компаний и борьбы с уклонением от уплаты налогов». На Кипре, где зарегистрировано огромное количество компаний с российским участием, ожидают, что крупные компании останутся, а вот более мелкие уйдут в «налоговые гавани». Однако это означает, что при настойчивости в применении новшества средний бизнес будет еще более активно свертывать свою деятельность в России, уходя в «черные» офшоры до более благоприятных времен.
 
«Антиофшорный закон» только ухудшает бизнес-среду, считает управляющий директор ГК «АЛОР» Сергей Хестанов. «Роль офшоров преувеличивается. Их много в IT-индустрии, но ее доля в экономике невелика. Через офшоры также проходит большое количество торгово-посреднических операций, но они также не являются определяющими для экономики», – говорит он.
 
По мнению Валерия Миронова, «антиофшорный закон» все же способен частично остановить тенденцию бегства капиталов, однако саму проблему решить не может.
 
«Более того, он может даже навредить, так как в офшоры уходят не только для снижения налогов, но и для получения финансовых возможностей, которых нет в России, – например экроу-счета (современный аналог аккредитива или банковской ячейки. – Прим. авт.)», – подчеркивает эксперт. Гораздо важнее сейчас всерьез взяться за улучшение инвестиционного климата.
 

Авторы:  Татьяна РЫБАКОВА

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку