«Когда-то нам тоже было по 25 лет…»

«Когда-то нам тоже было по 25 лет…»
Автор: Александр Вулых
09.09.2016

Как Станислав Черчесов спас журналиста от верной смерти

Месяц назад главным тренером сборной России по футболу был назначен Станислав Черчесов, известнейший в прошлом голкипер сборных СССР, СНГ, России и различных отечественных и зарубежных клубов. Во время одной из первых его пресс-конференций журналисты спросили Черчесова о его отношении к посещению футболистами сборной Александром Кокориным и Павлом Мамаевым одного из самых дорогих клубов Монте-Карло и вечеринке с шампанским. Главный тренер попробовал отшутиться, мол будет серьёзный разговор, потому что его не пригласили. Но потом вздохнул и сказал: «Когда-то нам тоже было по 25 лет…»

Футбольные истории, которые мы предлагаем сегодня нашим читателям – это практически отрывок из мемуаров поэта, журналиста и сценариста Александра Вулыха, человека, который написал стихи для многих сотен песен, которые поют главные звезды нашей эстрады от Филиппа Киркорова и Ларисы Долиной до Александра Маршала и Михаила Шуфутинского. А в восьмидесятые годы ХХ века, когда он трудился скромным корреспондентом «Вечерней Москвы», именно из-под его пера вышла одна из двух первых столичных публикаций о молодом вратаре Станиславе Черчесове. А в «лихие девяностые» все ещё молодой Черчесов был уже звездой отечественного футбола и, как выяснилось, любили и уважали его все: от государственных деятелей до бандитов. И именно ему обязан своим чудесным спасением один очень-очень известный журналист, а ныне редактор. А ещё поэт считает, что именно из-за него прекратила своё существование в качестве клуба высшего дивизиона команда «Сатурн» (Раменское). Но давайте прочитаем воспоминания Александра Вулыха.

Алексей БОГОМОЛОВ

 

Право на звонок другу

«В лихие девяностые была у меня одна случайная знакомая. Скучно с ней не было. Мы с ней часто проводили время, и она стала появляться в редакции «Вечёрки», где я тогда трудился. Сидела в кабинете, болтала по телефону с кем-то. Девушкой, звали её Наташа, была она крайне любвеобильной, но, как говорится с каким-то криминальным подтекстом. Чувствовалось это и в её манере разговаривать, и в том, что мы слышали во время её бесед по телефону. Но знал я о ней точно только одну вещь – она жена какого-то криминального авторитета, в то время отбывавшего длительный срок заключения.

Со временем, когда Наташа стала давать мой рабочий телефон своим знакомым, и в «Вечёрку» стали звонить ярковыраженные представители криминалитета, я решил, что нам с девушкой пора расстаться. И прямо ей об этом сказал. Наташа ответила: «Да, я понимаю», – и, нисколько не переживая (бывают такие натуры), пошла к выходу. Но на лестничной площадке третьего этажа она встретила Петю Лектора, в то время редактора отдела спорта дружественной нам газеты.

Пётр был тоже человеком крайне любвеобильным, не пропускавшим мимо себя ни одной красивой дамы (а Наташа была хороша собой), и, увидев её, немедленно остановился и сказал: «Девушка, а не поехать ли нам с вами за город, отдохнуть денёк от этой суетной жизни?» На это Наташа коротко ответила: «А то?»

Потом был ресторан, шампанское, звонок подруге, чтобы составить более весёлую компанию, затем опять шампанское. Ехать куда-то в дом отдыха на Клязьминское водохранилище и тратить лишние деньги Пете как-то расхотелось, и он спросил: «Наташа, а может быть, у тебя есть хата, где можно зависнуть?» Наташа достала из сумочки ключи и позвенела ими перед лицом Петра.

Когда троица подошла к квартире, и наша криминальная героиня стала открывать замок своими ключами, дверь неожиданно распахнулась. В прихожей и коридоре стояли несколько мужчин южного вида. Лица их наводили на мысль, что лет восемь строгого режима – для них – минимально возможный срок. Намерения у них были, похоже, самые решительные, но один из них просто сказал: «Заходите, мы вас ждали». И для убедительности продемонстрировал пистолет ТТ.

Уже через минуту девиц потащили в комнату, откуда почти сразу же стали раздаваться истошные крики и звуки ударов. Петю привели на кухню, налили ему стакан водки, дали какой-то закуски и почти ласково сказали:

– Ну что, попался? Не волнуйся, часа полтора у тебя есть.

– Какие полтора часа? Я вас не понимаю. О чём вы говорите!

– Прекрасно понимаешь. Вы взяли бабки, обчистили эту квартиру, и через полтора часа ты должен привезти всё сюда.

Сумма, названная бандитами, была нереальной, и Петя, который в юности закончил физико-математический факультет пединститута, быстро понял, что таких денег ему не заработать за двадцать лет, что Наташа была наводчицей, что она навела на бандитскую квартиру других бандитов, которые оттуда всё вывезли. Ещё он понял, что живым отсюда ему уйти вряд ли удастся, но делать что-то всё равно нужно.

Мысль журналиста стала работать в десятки раз быстрее, и его мозг превратился в мощный компьютер, который должен был отбросить непроходные варианты и найти единственно верное решение. По обрывкам разговоров и некоторым знакомым ему словам он понял, что его оппоненты принадлежат к осетинской преступной группировке. И тогда, обращаясь к бандитам, он сказал:

– Между прочим, я только-только прилетел из командировки со сборной СНГ по футболу, в которой играет мой друг Станислав Черчесов!

– Врёшь!

– Мы со Стасом – большие друзья! Я писал про него!

Тут Петя ничуть не солгал. Дело в том, что мы с ним были первыми журналистами, которые написали про молодого талантливого вратаря Станислава Черчесова, и между нами сложились самые добрые отношения. Петя, к тому же, не упускал момента написать про него что-то хорошее, так что теперь уже известный футбольный вратарь был ему в некотором роде обязан. А известность его была феноменальной. Он несколько раз становился лучшим вратарём страны, был дважды чемпионом СССР и столько же раз чемпионом России, играл на европейских и мировых первенствах. В Осетии, где он начинал свой спортивный путь, играя за нальчикский «Спартак», он вообще был национальным героем…

– Ты действительно Станислава Саламовича знаешь?

– Да я ему хоть сейчас позвонить могу!

– Звони, посмотрим, что он скажет. Но учти – это твой единственный звонок…

Лектор, понимая, что сейчас он как сапёр на минном поле и права на ошибку у него нет, дрожащими руками стал вращать диск телефона. Наконец в трубке раздались гудки вызова. Шёл четвертый час утра…

Конечно, Станислав Черчесов, у которого был спортивный режим, в это время крепко спал. Но не настолько крепко, чтобы не взять трубку.

– Алло, кто это?

– Стас, это я, Петюня!

Звонков от Лектора в принципе можно было ожидать в любое время – друзья уже привыкли, что когда он выпьет, в нём просыпается неуёмная жажда общения. Черчесов, конечно, был удивлён, но трубку не бросил:

– Ты знаешь, который час?

– Стас, а как вы с «Торпедо» сыграли?

– Проспись, ты же сам об этом матче отчёт писал!

Вдохновленный ответом, корреспондент с криком: «Слышите, это он! Он говорит, что я про него писал!» направил динамик телефона в сторону бандитов.

– Спасибо тебе, Стасик! Завтра созвонимся!

– Ладно, спать давай ложись, хватит гулять!

Черчесов повесил трубку, а Пётр победоносно взглянул на бандитов: «Вы слышали? Стас – это мой лучший друг! Он даже ночью мне отвечает!»

Под утро сильно напуганного, но целого, невредимого и практически протрезвевшего Лектора отпустили. Возможно потому, что его знакомство с героем осетинского народа действительно разжалобило представителей криминального мира, а может быть и по той причине, что Наташа с подругой под пытками признались, где спрятаны деньги.

В полшестого утра Петя вернулся домой. Тихонько попытался проскользнуть в свою комнату, но мама, Софья Михайловна не спала. «Петенька, – обратилась она к своему любимцу, – сейчас же такое время, что по улицам ходить опасно. Уж лучше бы ты оставался там, откуда пришёл…»

«Несколько лет назад мой друг, бывший пресс-атташе сборной России по футболу и блестящий спортивный журналист Илья Казаков, позвонил мне и сказал, что к нему обратился главный тренер подмосковной команды «Сатурн» Андрей Гордеев с просьбой помочь поднять боевой дух его футболистов. После ухода немецкого тренера и прихода нашего специалиста, команда начала выигрывать, как говорится «набирать обороты». Это было вполне в духе сложившихся взаимоотношений спортсменов и деятелей искусства. Перед важными соревнованиями поэты, музыканты, юмористы приезжали на сборы и выступали, являясь своего рода «группой поддержки». Поэтому Илья посоветовал Гордееву пригласить меня, провести такую встречу с поэтом, сказав, что я пишу замечательные весёлые стихи, которые наверняка расслабят игроков команды.

Единственное, о чём пресс-атташе сборной России забыл упомянуть, – это о том, что в моих стихах используется практически весь спектр слов и выражений, которые употребляют в обычной жизни десятки миллионов россиян, но которые почему-то именуются «ненормативной лексикой». На самом деле, на моих концертах люди по-настоящему расслабляются и смеются от души. Но, как выяснилось, мои взгляды на психологическую разгрузку и взгляды тренера «Сатурна» не во всём совпадали.

Андрей Гордеев – человек очень серьёзный. Сам – бывший футболист, но при этом настоящий интеллигент, начитанный, знающий не только футбол, но и основы современной и классической культуры. Он позвонил мне и пригласил меня на базу «Сатурна», ту самую, которую потом арендовала команда «Анжи», которую тогда спонсировал Сулейман Керимов. И мы с Ильей Казаковым и его супругой отправились в Раменское в гости к футболистам.

Честно говоря, я был удивлён роскошью этой базы, и теперь мне понятно, что владельцам этого комплекса, чтобы зарабатывать деньги, не нужен был никакой «Сатурн». Достаточно было аренд-
ной платы махачкалинского клуба…

Игроки собрались в актовом зале, пресс-атташе сборной России представил меня как настоящего модного и современного поэта.

Затем на сцену вышел я, посмотрел на спортсменов, которые пришли в зал сразу после тренировки и, скорее всего, не совсем понимали, зачем их сюда пригласили и что, собственно, будет происходить. Правда, сразу после занятия тренер собрал их в раздевалке и сказал следующее: «Ребята, я хочу, чтобы у нас была не только хорошая и дружная команда, которая отлично играет в футбол. Давайте, в конце концов, займёмся такой важной сферой нашей жизни, как культура речи. Подумаем о том, как мы общаемся друг с другом. Ведь вы без матерного слова передачу отдать не можете, не говоря уж о том, чтобы гол забить. А ведь есть прекрасный русский язык, есть совершенно другие слова и обороты. И на этом языке можно общаться не только в театре и консерватории, но и на стройке, на стадионе, на футбольном поле. Можно общаться на литературном русском языке, не употребляя этих слов. И сегодня, специально для вас, чтобы вы услышали, как прекрасен русский язык, сколь много в нем слов, которых вы, возможно, никогда в жизни и не слышали, мы пригласили поэта. Может быть, некоторые из вас впервые в своей жизни услышат стихи из первоисточника, от известного автора».

К сожалению, я был в полном неведении от того, что моё появление было проанонсировано подобным образом. Поэтому, когда я увидел футболистов, развалившихся в креслах, но посматривавших на меня достаточно тревожными взглядами, я решил, что называется, разрядить обстановку и поговорить с ними на знакомом им языке и о понятных спортсменам вещах. Моя первая фраза была следующей: «Игроки команды, в которой играет Вадим Евсеев, наверняка не упадут в обморок от слова х..!» И, конечно, полностью произнёс это слово из трёх букв. Тем, кто не знает, напомню, что во время отборочного матча чемпионата Европы с командой Уэльса, в котором решалось, кто именно, наши или валлийцы, выйдут в финальную часть, именно Вадим Евсеев «отличился». Забив решающий гол и думая, что его снимают только иностранные телекомпании, он от избытка чувств, вызванных событием, обращаясь к соперникам, громко крикнул в камеру: «Х.. вам, а не Европа!» И его слова ярко и убедительно прозвучали в телевизионном эфире всех стран, транслировавших игру, в то числе и в российском…

Честно говоря, я думал, что эта реприза, на мой взгляд, вполне подходящая, будет принята с аплодисментами или, во всяком случае, благосклонно. Но ошибся. Самого Вадима Евсеева на этой встрече не было, он получил травму и уехал лечиться. Но ведь команда знала, кто он такой и чем прославился на всю Европу. Но никаких реплик и даже оживления почему-то не последовало. Игроки только как-то странно смотрели на своего тренера, который почему-то закрыл лицо руками.

Только чешский вратарь клуба Антонин Кински как-то улыбнулся мне. И ещё улыбался сидевший в заднем ряду футболист, очень приятный молодой человек, с которым мы потом подружились. Звали его Евгений Левченко. Каким-то образом его занесло в «Сатурн» из Голландии. А последнее время, кстати, он играл в Австралии. Только у него и у Кински я заметил улыбку и какую-то заинтересованность. Все остальные игроки, особенно несколько чернокожих легионеров, похоже ничего не понимали. И ещё достаточно адекватно реагировал на стихи ветеран и капитан команды Дмитрий Лоськов. Все остальные, как только слышали элементы ненормативной лексики в моих стихах, начинали опасливо поглядывать на тренера. Я читал и историю про «Роллс-Ройс», и про телеведущую, слабую на передок, которая, будучи спортивным репортёром, вступала в беспорядочные связи со всеми футболистами, баскетболистами и другими «объектами» её интервью. К концу выступления игроки несколько оживились, но обычной эмоциональной реакции я не наблюдал и терялся в догадках, что же произошло? Легионеры следили за поэтом сочувственно, а тренер весь вечер сидел, обхватив голову руками. Потом, уже после окончания шоу, он подошёл ко мне и сказал: «Ну, вы хоть бы предупредили, что будете читать ТАКОЕ! Я, может быть, организовал бы встречу за столом, за чашечкой чая, а не в актовом зале.

Результатом этой встречи для меня стала дружба с Евгением Левченко, который сам пишет стихи и прекрасно знает мировую литературу. Мне было очень приятно узнать, что в футбол, к сожалению, уже далеко-далеко, играют такие интересные люди. А команда «Сатурн» на следующий день выиграла у нальчикского «Спартака» со счётом 1:0. И когда корреспондент телевидения спросил одного из игроков, как ему понравилось выступление поэта перед игрой, тот ответил: «Насчёт стихов сказать ничего не могу, я мало чего понял, но поэт чётко фартовый. Надо его ещё пригласить». Больше меня, правда, в «Сатурн» не приглашали. Думаю, что именно поэтому команда через два года прекратила своё существование».


Авторы:  Александр Вулых

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку