Хамон побери

Хамон побери
Автор: Татьяна РЫБАКОВА
30.06.2019

Последние годы российским гражданам часто советуют затянуть пояс и раскрыть кошельки. Предлог благовидный: пора нам в условиях усиления борьбы растить своих собственных производителей. А это требует некоторых жертв. Протекционизм, говорят нам, практикуют все страны. Россия просто до сих пор благодушествовала, за что и поплатилась. Но теперь все – чужой сыр не пройдет, свой вырастим. Однако приведут ли принимаемые властями меры к заявленным целям?

Первые запреты на ввоз продовольствия объявлялись как ответные меры на санкции, наложенные на Россию. И хотя народ был не очень-то доволен тем, что в «Ашане» уже не купить французского камамбера, в целом, к запрету отнеслись с пониманием. Тем более, что всевозможные лазейки нашлись тут же: от «белорусских устриц» до «гастро-туров» в Финляндию. Да и не только в Финляндию: багаж российских туристов, возвращающихся из Европы, уже привычно пахнет сырами и колбасами.

СЫР, ХАМОН И БАЛАБОЛЫ

Однако постепенно лазейки закрывались. Прижали белорусских «производителей», ролики на YouTube с раздавленными гусями и яблоками поначалу вызывали смех, а затем – раздражение. Ведь импортных продуктов действительно стало намного меньше. Правда, часть из них заменили производители других стран, но – только часть.

Ну и, само собой, продукты подорожали. Причем, не только импортные, но и отечественные. При этом их качество далеко не всегда оказалось на высоте: все чаще на этикетках можно прочесть «сырный продукт», «со вкусом лососевых» или даже «молочный продукт» и «со вкусом орехов»… Зато импорт в Россию пальмового масла бьет рекорды: по данным Росстата, в 2018 году пальмовое масло стало одним из трех популярнейших импортных продуктов, наряду с бананами и картошкой. А в январе-феврале 2019 года Россия увеличила импорт пальмового масла и его фракций на 13,8% по сравнению с январем-февралем прошлого года – до 193 тыс. т. Впрочем, в январе-феврале прошлого года импорт пальмового масла рос еще быстрее – на 36,7%.

Подождите, уговаривают нас власти: вот встанут российские производители на ноги, и все у нас будет свое и качественное. Потребители ждут, но надеются все меньше и все чаще везут или просят привезти продукты из-за рубежа. Интернет пестрит объявлениями: «Привезем вкусняшки из Европы».

Однако, похоже, бизнесу на запретных продуктах скоро придет конец. Сразу после майских праздников стало известно, что Минсельхоз РФ подготовил проект о запрете провоза животноводческой продукции в багаже для личного пользования. На сей раз это объяснялось опасностью завоза африканской чумы свиней.

Не в пример предыдущим запретам, граждане отреагировали бурно. Возможно потому, что причина была объявлена не столь патриотическая. А возможно потому, что стало известно кто именно пролоббировал запрет. Оказалось – крупнейшие российские производители, в числе которых – «Мираторг», «Черкизово» и ГК «Дымов». От имени Национальной мясной ассоциации они предложили заместителю председателя Правительства РФ Алексею Гордееву запретить ввоз частными лицами из-за рубежа мясной и молочной продукции для личного пользования. Инициатива объяснялась риском того, что вместе с мясными и молочными изделиями в страну могут попасть возбудители заразных болезней животных. В Минсельхозе и Россельхознадзоре меры поддерживали. А президент «Мираторга» Виктор Линник на поднятый в СМИ шум отреагировал резко. «Общественности нужно думать о развитии собственной страны, а не о хамоне и пармезане, чем мы и занимаемся постоянно. Из ничего истерику закатили, балаболы», – заявил он в интервью Forbes. «Балаболы» после этого призвали в соцсетях к бойкоту продукции «Мираторга».

Столь бурная реакция вызвала комментарии Минсельхоза: ведомство поспешило заверить, что речь вовсе не идет о новых запретах. Минсельхоз не планирует введение дополнительных ограничений на провоз гражданами из-за рубежа животноводческой продукции для личного пользования, сообщили в пресс-службе министерства. Напомнив, что с 2010 года в ЕАЭС действуют правила провоза подконтрольных товаров, которые разрешают провозить продукцию в упаковке весом до 5 кг для личных нужд без сопроводительных документов. На продукцию выше установленного веса необходимо разрешение на ввоз и наличие ветеринарного сертификата.

Когда в какой-либо стране возникает неблагоприятная эпизоотическая ситуация, Россельхознадзор вводит временные ограничения на ввоз продукции из этой страны и информирует Федеральную таможенную службу (ФТС) о временных ограничениях, в том числе на ввоз животноводческой продукции в ручной клади и багаже, пояснили в Минсельхозе. Разработанный законопроект направлен на установление механизма эксплуатации Россельхознадзором утилизационных печей и дезбарьеров в пунктах пропуска, заверили в ведомстве.

До хэппи-энда еще далеко, но есть надежда, что все же полностью запрет на ввоз сыра и хамона не введут. Однако далеко не все запретительные инициативы получают столь мощный отпор. Хотя и они схожи с данной историей: по просьбе российского бизнеса предлагается заставить потребителей раскошелиться на его продукцию.

В ПОРЯДКЕ ЧАСТНОЙ ИНИЦИАТИВЫ

В то же самое время, когда общественность призывала к бойкоту «Мираторга», стало известно, что правительство намерено вдвое увеличить список продуктов, подлежащих маркировке. С 2018 года уже маркируются изделия из табака и в качестве эксперимента – медикаменты, а с начала июня нынешнего года начнется контроль и меховых изделий. Предполагалось, что в 2019 году маркировка будет обязательна для фотоаппаратов, шин, обуви, блуз, верхней и кожаной одежды, парфюмерии, кухонного и постельного белья. Теперь же планируется добавить еще восемь групп товаров: готовые продукты из мяса и рыбы, бакалею, бытовую технику, детское питание, растительные масла, бытовую химию, косметику, безалкогольные напитки. А к 2024 году планируется создать сплошную систему маркировки и прослеживания, в которую войдет широкий список товаров.

Данная система должна оказать помощь в борьбе с контрафактом и уклонением от налогов, уверяет правительство. И повысить цены, добавляют эксперты: цена специальной марки, по которой налоговики будут отслеживать движение товаров вплоть до розницы, составляет до 100 рублей. И пример соседней Белоруссии, где такая система введена, если для дорогостоящих товаров цена маркировки не превысила 0,1–0,5% себестоимости, то дешевые товары подорожали значительно – до 20%. А ведь с этого года повышен еще и НДС, что также влияет на цены.

Однако самое главное, что интересантом маркировки стал не только бюджет, но и совершенно частная контора. Оператором системы маркировки товаров в конце 2017 года правительство назначило Центр развития перспективных технологий (ЦРПТ). Эта компания на 50% принадлежит структуре USM Holdings Алишера Усманова и его партнеров, еще по 25% – у «Ростеха» и Александра Галицкого, основателя и президента компании «Элвис-плюс», основателя и управляющего партнера фонда Almaz Capital Partners, а также основателя и руководителя многих технологических компаний в Европе и США. На создание системы отслеживания товаров компания потратила около 200 млрд рублей. Похоже, на дорогостоящих шубах и фотоаппаратах такие деньги быстро не отбить – слишком мал оборот. А вот на продуктах окупаемость инвестиций может оказаться фантастической.

Просили ли основатели ЦРПТ расширить список маркируемых товаров, неизвестно. Общественность услышала только их одобрительную реакцию уверения, что вскоре каждый сможет узнать, какой корм ела буренка перед тем, как дать молока. Зато известно, что АО «Глонасс», уже пролоббировавшее установку своих устройств во все автомобили, сейчас предлагает правительству хранить все данные с датчиков автомобилей в своей системе «ЭРА-Глонасс». Объясняется это, разумеется, заботой о безопасности: вдруг из-за рубежа взломают систему управления автомобилем. Однако глава департамента разработки беспилотных транспортных средств компании Cognitive Technologies Юрий Минкин считает, что вероятность взлома и кражи данных повысится как раз в случае их объединения в одной системе. Кстати, в феврале водители автопарка Управления делами президента пожаловались в Кремль на то, что перемещение депутатских машин отслеживают через спутниковую систему «ГЛОНАСС».

В Mercedes-Benz заявили, что унификация потребует длительной разработки стандартов и серьезных затрат со стороны автопроизводителей, что может увеличить цену автомобилей. Сколько заработает сама компания «Глонасс» на хранении данных, пока непонятно, но, по данным «Автостата», на начало 2019 года российский автопарк насчитывал 57,5 млн транспортных средств и 3,7 млн из них зарегистрированы в системе «ЭРА-Глонасс». Ежедневно количество машин, подключенных к системе, увеличивается на 3000–7000 единиц.

Чуть раньше, перед самыми майскими праздниками, правительство получило еще одно предложение от частного бизнеса. Ассоциация компаний интернет-торговли (АКИТ), объединяющая крупных российских ритейлеров, предложила заменить действующие пошлины на дорогостоящие посылки из-за рубежа единым сбором в 15% вне зависимости от цены товаров.

Напомним, что беспошлинный порог зарубежных покупок уже снижается. До 2018 года в России порог беспошлинного ввоза товаров для личного пользования автомобильным, железнодорожным или морским транспортом составлял 1,5 тыс. евро, а самолетом – 10 тыс. евро при общем весе не более 50 кг. Тогда порог беспошлинного ввоза установили в 1 тыс. евро для любого способа ввоза, включая посылки, а с 1 января 2019 года в России беспошлинный порог был понижен до 500 евро. Причем, если в течение календарного месяца этот порог превышен или общий вес заказов превышает 31 кг, покупатель обязан заплатить 30% от суммы превышения, но не менее 4 евро за 1 кг сверх лимита.

С 2020 года предполагается снижение суммы до 200 евро, но при этом сбор будут рассчитывать уже не на человека, а с каждой отдельной посылки, стоимость которой превышает порог.

После снижения беспошлинного порога число трансграничных посылок в Россию начало падать. В случае, если любая посылка будет облагаться пошлиной, падение может стать катастрофичным, предупреждают эксперты. Больше всего пострадают небогатые покупатели китайских товаров на AliExpress – средний чек российского покупателя здесь составляет 10 евро. Пострадает в этом случае и государственная «Почта России», которая крупно вложилась в новые терминалы для обработки интернет-покупок. Насколько повысятся доходы российских интернет-ритейлеров, не сообщается.

ОЧАРОВАНЫ ПРОТЕКЦИОНИЗМОМ

Идти навстречу интересам бизнеса – святая обязанность любого правительства. Кто-то идет путем всемерного облегчения ведения бизнеса и открытости (как, к примеру, Сингапур), кто-то – путем облегчения бизнеса только отечественным производителем. Последнее называется протекционизмом. Отношение к нему сложное. С одной стороны, он, безусловно, вредит свободе международного бизнеса и ограничивает честную конкуренцию. С другой стороны, дает возможность встать на ноги производителям развивающихся стран или новым технологическим направлениям.

Фото_06_10.JPG

ФОТО: ВИТАЛИЙ ПОДВИЦКИЙ/«РИА НОВОСТИ»

К примеру, сегодняшняя торговая война между Китаем и США во многом вызвана тем, что несколько десятилетий назад Поднебесной были предоставлены широкие льготы для экспорта своей продукции в США. Китай воспользовался этой возможностью на все 100%. Но сегодня Китай – уже не страна, только что справившаяся с голодом, а вторая по экономической силе страна мира после США и готовится стать первой. И теперь уже помощь требуется американским производителям, которые проигрывают китайским конкурентам. Не потому, что слабы, а потому, что Китай дает своим производителям гигантские льготы, ограничивая при этом возможность доступа на свои рынки продукции конкурентов.

Беспрецедентное давление Президента США на европейские страны относительно строительства второй ветки газопровода «Северный поток» вызвано также очевидной причиной: инновационные разработки сланцевых месторождений пока не могут конкурировать по цене с российским природным газом.

В России нулевых годов вопрос протекционизма стоял очень серьезно. Шли не только концептуальные споры экономистов о том, нужен ли протекционизм и в какой степени. Автору этих строк удалось наблюдать споры в правительстве о допуске иностранных банков в Россию: стоит ли разрешить их прямую работу как в Венгрии или же заставить создавать российские дочерние компании? Не менее ожесточенными были споры о допуске на российский рынок сотовой связи нового стандарта CDMA. Работавшая с ним компания была российской, но уже сложившаяся к тому времени «большая тройка» федеральных мобильных операторов работала на более дорогом стандарте GSM. окончательное решение было принято после того, как представитель одной из федеральных сетей сказал: «Если вы допустите стандарт CDMA, нам придется уволить весь персонал и нанять сторожей для охраны бездействующего дорогого оборудования».

Сегодня никаких споров о протекционизме не идет – поддержка отечественного производителя считается не только полезной, но и важным элементом национальной безопасности. Однако, вспоминая прежние времена, нельзя не заметить, что нынешние протекционистские меры стали несколько иными. Тогда речь шла о поддержке целых отраслей. Причем, отраслей важных для национальной безопасности, как банковская система; для сохранения и развития высокотехнологической промышленности, например, авиа- и автостроения, сотовой связи. Сегодня речь идет о поддержке тех, кто имеет хорошие лоббистские возможности. Причем, поддержка предполагается, в основном, не за счет ограничения зарубежных конкурентов, а за счет кошельков потребителей.

Прошлые меры протекционизма не всегда были удачными. Отечественные банки после бурного развития стали лопаться буквально от одного пристального взгляда ЦБ. И сегодня все ближе система государственно-частной олигополии: несколько крупных госбанков, их сателлиты – крупные банки близких властям групп, плюс региональные неустойчивые банки, чей успех зависит от покровительства местной власти. Подобная система уже сложилась в нефтянке – и, как показало недавнее загрязнение нефти в трубопроводе «Дружба», она вовсе не гарантирует строгий контроль и высокое качество. В автостроении государство пошло на попятную, дав возможность зарубежным автоконцернам проводить российскую сборку – и благодаря этому насытить рынок. А в авиастроении протекционизм ничего не дал – скандал со сгоревшим «Суперджетом» тому пример.

Такова «латиноамериканская» модель экономики России, констатирует экономист Яков Миркин. «Сверх концентрация, огосударствление вертикали при низкой доле среднего и малого бизнеса. Все активы сбить в пакеты, чтобы было проще управлять. К тому же еще и создание латифундий, концентрация собственности на землю. Стягивание собственности, власти, денег в Москву», – говорит он.

Недавно Федеральная антимонопольная служба (ФАС) с тревогой отмечала, что доля государства в экономике уже превысила 50%, что препятствует развитию конкуренции. Яков Миркин отмечает, что, по некоторым оценкам, доля государства еще выше – 60–70% экономики. «Если достигнет 85–90%, это уже будет другая экономика, подозрительно напоминающая административную», – беспокоится экономист.

«Если бы осуществлялась политика «пусть расцветают все цветы», крупнейшие компании становились бы международными игроками в окружении средних и мелких, если бы при этом становилась на ноги универсальная экономика России (мы потеряли до 70–80% номенклатуры) и росла доля мелкого и среднего бизнеса, то оставалось бы только кричать «ура!» и гордо распрямлять плечи. Но так пока не происходит», – печалится эксперт. А к чему приведет новый российский способ поддерживать отечественных производителей?

Протекционизм ограниченно полезен на ранней стадии развития отрасли, он позволяет не погибнуть от конкуренции с сильными зарубежными конкурентами, считает экономист Сергей Хестанов. Но протекционизм снижает конкуренцию, что пагубно влияет на качество продукции. «Именно поэтому важно вовремя от протекционизма отказаться. Иначе – застой в качестве неизбежен. Так собственно говоря, и произошло со всей советской обрабатывающей промышленностью», – отмечает он.

Сейчас же в России протекционизм – следствие банального лоббизма со всеми вытекающие последствиями: высокие цены и низкое качество, считает Сергей Хестанов.

Реальное импортозамещение началось только после введения санкций против России, но оно проводится в «извращенной» форме – скорее, через закрытие рынков, запрещения, чем через мягкое тарифное и нетарифное побуждение быть с производством внутри России, отмечает Яков Миркин. Он резюмирует: нужно не закрываться, защищать тарифами и нетарифными барьерами, когда это действительно выгодно, делать все, чтобы привлечь иностранные производства внутрь России.

Авторы:  Татьяна РЫБАКОВА

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку