НОВОСТИ
Москва засекретила, в какие регионы будет вывозить свой мусор
sovsekretnoru

Кабала по-русски

Автор: Владимир АБАРИНОВ
01.12.2000

 
Таисия БЕЛОУСОВА,
обозреватель «Совершенно секретно»

В начале 1990-х годов Всемирный банк решил предоставить России заем на структурную перестройку экономики. В качестве кредиторов выступили Международный банк реконструкции и развития (МБРР) и Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР). Первое соглашение о предоставлении займа на проведение приватизации было подписано в 1992 году. Реальная возможность воспользоваться этими средствами появилась только год спустя, когда приватизация уже «свершилась», а потому заем пошел на так называемую постприватизационную политику. С 1994 года к участию в проектах международных финансовых организаций активно подключаются российские регионы: одни на условиях софинансирования (90 процентов средств предоставляли МБРР и ЕБРР, 10 – регион), другие получали средства в виде субзаймов. На сегодняшний день на реализацию сорока двух проектов указанные банки выделили 10,5 миллиарда долларов. Механизм этих сделок следующий.

В России при федеральных министерствах и ведомствах создаются группы реализации проектов (ГРП) – некоммерческие фонды, призванные обеспечить управление, координацию и контроль за исполнением проекта. МБРР и ЕБРР дают Российской Федерации под гарантии ее правительства заем, который разбивается на несколько блоков. Часть денег идет на операционные расходы групп реализации проектов (зарплата, содержание офиса и пр.), часть – на оплату услуг иностранных специалистов, которые консультируют сотрудников ГРП. Основной блок займа распределяется между субзаемщиками – администрациями субъектов федерации (республик, краев, областей, городов, районов), муниципальными предприятиями, научными и учебными заведениями, кредитными организациями, а также акционерными предприятиями при условии, что у последних нет долга перед государством.

Субзаемщики заключают соглашения с Минфином, который выдает им кредит под гарантии субъектов федерации. За счет средств местных бюджетов они расплачиваются с федеральным бюджетом (акционерные предприятия – за собственный счет), а тот, в свою очередь, рассчитывается с МБРР и ЕБРР.

Бесплатный сыр – в мышеловке!

Основную сумму долга субзаемщики обязаны выплатить в течение 15–17 лет. Помимо этого, они обязаны ежегодно перечислять в федеральный бюджет процентные платежи – по ставке Всемирного банка 5–7 процентов годовых плюс маржа Минфина (до 2,5 процента годовых). Первые три года – льготные, в это время заемщик проценты не выплачивает. Зато со дня подписания соглашения он платит комиссию за резервирование неиспользованной части субзайма (0,75 процента от объема неиспользованных средств). При невыплате в срок процентов и комиссии взимается неустойка – за каждый день просрочки платежа 90–110 процентов годовых. Кроме этого, существуют высокие штрафные санкции, которые налагаются при нарушении условий соглашения, нецелевом использовании средств или оборудования и т.п.

Подписывая соглашение о займе, регионы должны были знать, что он предусматривает не выделение денежных средств, а предоставление консультационных услуг, новых технологий, современного оборудования и т.п. И все это идет через тендерные подрядные торги, через систему контрактов. А тендеры чаще всего выигрывают иностранные компании и фирмы, чьи товары и услуги обходятся региону или городу ой как недешево. К тому же начать осваивать средства сразу после заключения соглашения о займе невозможно, так как на подписание контрактов обычно уходит год-полтора. Ни это, ни кабальные условия, на которых выдавались займы, субзаемщиков не остановили. А после августовского кризиса 1998 года выяснилось, что российские регионы и города, муниципальные предприятия не в состоянии выплатить даже проценты с комиссией.

За морем и телушка полушка

Наиболее привлекаемый заем – на передачу ведомственного жилья. Поскольку после акционирования наши предприятия не могли содержать собственное жилье, то его решили сделать муниципальным, то есть передать на баланс городов, а перед этим провести косметический ремонт, сменить трубы, оборудование. На все это нужны крупные средства. Ежели поступать по-умному, то Россия вначале должна была использовать безвозмездную помощь правительств иностранных государств и международных организаций для реализации пилотного проекта. А уже потом с учетом накопленного опыта можно было привлекать средства Всемирного банка и контролировать разработку проекта, пригодного именно для России. Вместо этого наше правительство поторопилось подписать соглашение. Российские города также сунулись в мутную финансовую воду, не зная броду. Что из этого получилось, видно на примере Владимира

В октябре 1996 года администрация города при поручительстве областной администрации подписала с Минфином договор субзайма на 64 миллиона долларов. Однако этот договор не одобрило областное Законодательное собрание, полагавшее, что город сможет освоить не более 40 миллионов. Пока шли препирательства, область была вынуждена платить комиссию за неиспользованную часть займа. Только в апреле 2000 года законодатели разрешили администрации области выступить гарантом по возврату средств займа на сумму 19,6 миллиона долларов. Изменение размера субзайма позволит сократить ежегодные платежи из городского бюджета на 100 тысяч долларов. Но пока документы дойдут до Всемирного банка, пока примут соответствующее решение, Владимирская область будет платить комиссию.

За три с половиной года Владимир освоил всего 2,9 миллиона долларов. Из этих средств только 701 тысяча ушла на собственно ремонтные работы и оборудование, а 1,8 миллиона долларов были потрачены на инженерно-технические услуги и услуги консультантов по закупкам оборудования. При этом качество работ, выполняемых иностранными консультантами, мягко говоря, оставляло желать лучшего. Так, консультационная фирма «Бателле» (группа TAG), производившая технический и экономический анализ структуры жилищно-коммунальных услуг, за два года так и не смогла выполнить порученную ей работу.

Контракты на поставку оборудования заключались на конкурсной основе администрацией Владимира. Самый крупный контракт на поставку теплосчетчиков (226 тысяч долларов) был заключен с литовской фирмой «Катра». Завозили оборудование и из Германии. При этом области пришлось оплачивать его транспортировку, таможенный сбор и хранение. Будь российская сторона порасторопнее, поактивнее, заказы на это оборудование вполне могло получить владимирское производственное объединение «Точмаш».

Проект передачи ведомственного жилья разрабатывали западногерманские фирмы без учета специфики местных условий. Немцы, к примеру, запланировали замену труб и батарей только в жилых домах. Любой россиянин знает, что зимой аварии отопительной системы случаются не в зданиях, а на улице. Но проект не предусматривал замену теплотрасс и подводок от них к домам. Когда зимой стали рваться трубы на улицах, пришлось вносить изменения в соглашение. Реализация проекта затормозилась, но Всемирный банк это мало интересовало, ведь свои деньги он в любом случае получит, Россия рассчитается из федерального бюджета. А то, что Владимирская область задолжала казне 262 тысячи долларов, никого не волнует.

По данным аудиторов Счетной палаты РФ, неэффективные выплаты из городского бюджета (по последующим расчетам с МБРР – из федерального бюджета) составили по Владимиру 519 тысяч долларов. На наш взгляд, это преступное расточительство. Но Генпрокуратура состава преступления не нашла. Полмиллиона долларов пустили на ветер, а виноватых нет.

Субзаймы на проект передачи ведомственного жилья, кроме Владимира, получили Рязань, Петрозаводск, Волхов, Череповец, Оренбург, Саратов, Ижевск. Несмотря на то что средства займа освоены ими лишь на 6 процентов, что все они являются должниками федерального бюджета, процесс вовлечения новых городов в этот проект продолжается.

Любишь кататься, люби и запчасти возить

В проекте «Городской общественный транспорт» принимают участие Великие Луки, Вологда, Екатеринбург, Кострома, Нижний Новгород, Новгород, Омск, Псков, Ростов-на-Дону, Самара, Саранск, Смоленск, Тверь и Череповец. Эти города получили субзаем на приобретение турецких автобусов. Большим счастьем это не назовешь. Во-первых, к началу 2000 года города задолжали федеральному бюджету по платежам по обслуживанию долговых обязательств 30 миллионов долларов. Во-вторых, они оплачивают транспортировку автобусов и таможенные пошлины. В-третьих, дорогостоящие запчасти придется покупать в той же Турции, что крайне невыгодно. В-четвертых, неизвестно, как поведут себя турецкие автобусы зимой в Омске или Вологде. Не исключено, что ко времени выплаты основного долга от них останется одно воспоминание.

Казалось бы, если администрации городов планируют через два-три года накопить средства для выплаты процентов, комиссии, маржи и т.п., не выгоднее ли на эти деньги постепенно закупать российские автобусы? Поддержали бы отечественного производителя, сэкономили бы на транспортировке, с запчастями проблем не было бы. Сейчас к участию в проекте «Городской общественный транспорт» планируется привлечь еще шесть городов. И, будьте уверены, найдутся чиновники, которые подпишут эти заведомо невыгодные соглашения.

Ударим элитным жильем по «удобствам во дворе»

Когда города вовлекаются в жилищный проект, мы почему-то думаем, что на деньги Всемирного банка понастроят домов и все нуждающиеся получат квартиры. Но у этого проекта цель иная – приучить население к нормальному жилью. «Нормальное» – это по западным понятиям, по нашим же меркам – элитное. А на кой, спрашивается, шут мы занимаем деньги на элитное жилье, когда в России треть населения имеет удобства во дворе, другая треть живет в коммуналках и бараках?

Всемирный банк за то, чтобы мы стремились к «нормальному» жилью. Но, прежде чем к этому стремиться, надо иметь соответствующую стройиндустрию. МБРР на ее создание средства выделял. Правда, финансирование было своеобразным. К примеру, предоставлялись средства для закупки дорогостоящего импортного оборудования по производству деревянного бруса с перспективой последующих экспортных поставок. Но чтобы из этого бруса сделать косяки и оконные блоки, необходимо другое оборудование, деньги на которое должно было изыскать само предприятие.

Возможно, из-за таких условий желающих развивать стройиндустрию в России не нашлось, эта часть займа была сокращена. Стройматериалы пришлось завозить из-за границы, что, конечно же, сказалось на стоимости жилья. По проекту Всемирного банка себестоимость квадратного метра должна составлять 380 долларов, а в России этот метр в среднем стоит 622 доллара, что большинству россиян не по карману. Вот и пустуют шикарные коттеджи и квартиры улучшенной планировки в Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде, Новгороде, Твери и Барнауле. Фирмы, которые занимались строительством, не прогорают, потому как за них рассчитывается федеральный бюджет. Не покупают квартиры и не надо. У них цель – адаптация населения к элитному жилью, вот они его и «адаптируют». Еще в 1997 году Счетная палата предложила правительству РФ провести независимую экспертизу социальной значимости проекта, но у правительства руки до этого не доходят.

Спрашивается, что заставило Тверь и Барнаул брать займы в 5,4 и 4 миллиона долларов на строительство элитного жилья, если федеральному бюджету они не могут вернуть даже проценты? Тверь из 986 тысяч долларов внесла только 110 тысяч; Барнаул из 407 тысяч выплатил всего лишь 89 тысяч. Каким образом эти города планируют погасить основной долг, на что рассчитывают, одному Богу известно.

Этим же проектом предусматривалось, что города выделят собственные средства на инженерную подготовку новых территорий (водо- и теплоснабжение, электрификацию, строительство дорог и проездов). При проведении земельных аукционов победителям обещали, что для застройки они смогут получить кредиты МБРР (через уполномоченные российские коммерческие банки). На деле застройщики ничего не получили. Вопреки жилищному проекту, банки предпочли финансировать не организации, выигравшие тендерные торги, а своих постоянных клиентов, осуществлявших строительство в престижных городских кварталах, где уже имелась инженерная инфраструктура.

В настоящее время Всемирный банк рассматривает возможность участия в жилищном проекте (речь идет об инженерной подготовке территорий и создании инженерной инфраструктуры) Санкт-Петербурга, Самары, Тольятти, Тулы, Волгограда, Калининграда, Красноярска, Москвы, Тосно, Гатчины, Балакова, Гурьевска, Светлогорска, Сызрани и Иркутска.

В рамках жилищного проекта МБРР выделил средства на «техническое содействие» – финансирование Центрального и местных офисов по реализации проекта (ЦОРП И МОРП), а также финансирование услуг генерального консультанта. По итогам конкурса генеральным консультантом стал консорциум «Вэпстрой», куда входят три фирмы: «Ральф М. Парсонс Делавер» (США), «Эрнст энд Янг» (США) и «Внешстройимпорт» (Россия). В 1995–1999 годах за услуги генерального консультанта федеральный бюджет выложил свыше 11 миллионов долларов, из них 65 процентов ушли на зарплату сотрудникам «Вэпстроя».

Центральный офис реализации жилищного проекта, расходы которого оплачивает федеральный бюджет, тратил денежки не стесняясь. В 1995–1999 годах он израсходовал 3 миллиона долларов, из них 2,26 миллиона ушли на социальные выплаты и командировки. В 1997 году местом проведения конференции «Возрождение и реконструкция российских городов» был выбран Большой Кремлевский дворец, однодневная аренда которого обошлась в 26 тысяч долларов. На эти деньги наверняка можно было «реконструировать» и «возродить» какой-либо архитектурный памятник. В мае 1998 года за фуршет для участников парламентских слушаний и международного семинара российский налогоплательщик заплатил более 7 тысяч долларов.

Козе – баян, а рыбке – зонтик

Трудно сказать, чем руководствовалось правительство России, заключая соглашения о займах по проектам, заведомо невыгодным регионам, от которых в скором времени невозможно получить какую-то отдачу

По проекту поддержки осуществления реформы сельского хозяйства (АРИС) на 1 апреля 2000 года заключены сорок три субзайма на 106 миллионов долларов, а освоено всего 37,4 миллиона. Основная цель проекта – создание информационно-консультационных центров и центров рыночной информации. По идее, все это делалось для российских фермеров. Но ни для кого не секрет, что фермеров у нас – наперечет. И им в первую очередь нужны долгосрочные займы на приобретение техники, элитных семян и скота, удобрений. В итоге вместо создания новых центров регионы закупили оргтехнику и компьютеры и оснастили местные сельскохозяйственные департаменты и сельхозуправления. Но собранная ими информация до потребителя практически не доходит – у наших фермеров не то что компьютеров, подключенных к Интернету, обычных телефонов в усадьбах нет. А потому единственными пользователями закупленной техники и информации являются сами департаменты и сельхозуправления.

По проекту поддержки земельной реформы (ЛАРИС) субзаймы (от 1,3 до 8,5 миллиона долларов) получили Калининградская, Нижегородская, Пермская, Самарская, Архангельская, Ленинградская, Омская и Смоленская области, а также Мордовия. Средства эти предназначались для составления кадастра земель. Надеялось наше правительство, что вот-вот Государственная дума примет закон, разрешающий продажу земли, и тогда кадастр понадобится позарез. Закупив шведские приборы, местные филиалы Госкомзема измерили земли и теперь сидят с этой информацией, ждут, когда она кому-либо понадобится.

По проекту «Реформа здравоохранения» Калужская и Тверская области получили субзаймы в 30 миллионов долларов. Добро бы на все эти деньги можно было закупить новое оборудование и медикаменты, провести ремонт поликлиник и больниц, так нет – свыше 9 миллионов долларов области должны потратить на... консультационные услуги и пропаганду здорового образа жизни. Сделать это – не проблема, но ведь заем надо будет возвращать. Вот и умоляют правительство финансовые учреждения Тверской области избавить их от этого непосильного бремени.

В рамках различных проектов субзаемщиками нередко выступали коммерческие банки. После августовского кризиса 1998 года все они стали должниками федерального бюджета. «СБС-Агро» должен 20 миллионов долларов, «Мосбизнесбанк» – 9,7 миллиона, «Торибанк» – 5,5. Когда они расплатятся с казной, никто не знает.

Несмотря на то что сегодня почти все регионы в долгу у федерального бюджета (читай, у Всемирного банка), они продолжают брать новые субзаймы. Кто в этом виноват?

С одной стороны, виновато правительство РФ, которое не удосужилось изучить все документы и подробно разъяснить заемщикам, что собой представляют конкретные проекты, чем они выгодны или невыгодны регионам. Совершенно непонятно, почему наши чиновники с легкостью принимают проекты Всемирного банка, разработанные без учета российских условий. Правительство и Минфин РФ должны были разработать конкретный порядок предоставления займов, с учетом возможностей субъектов федерации. У нас же займы дают всем, кто захочет. Вот их и заполучили практически все российские регионы (за исключением Чукотки, Магадана, Карачаево-Черкесии, Калмыкии и Чечни). Рачительный хозяин ни за что не влезет в долги, не просчитав все плюсы и минусы. Провинциальные же чиновники, услышав о кредитах международных финансовых организаций, буквально теряют голову. Губернаторы и мэры, не ознакомившись толком с услугами Всемирного банка, не продумав, сумеют ли освоить выделенные суммы, стараются отхватить кусок пожирнее.

Впрочем, чего тут задумываться – местные власти меняются каждые четыре года, берут одни, а расплачиваться будут другие, пусть у них голова и болит. Зато сейчас область участвует в проектах Всемирного банка, и у команды губернатора или мэра есть возможность за счет местного бюджета выезжать за границу (в рамках займов предусматривают загранкомандировки – для стажировки, переговоров, приема оборудования и прочего). Но ведь местные бюджеты наполняются за счет налогоплательщиков. И почему они должны оплачивать эти вояжи, безумные проценты и комиссии, а потом и основной долг выплачивать – непонятно.


Авторы:  Владимир АБАРИНОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку