НОВОСТИ
В столичный ОВД нагрянула ФСБ и служба собственной безопасности и перекрыла целый этаж
sovsekretnoru

Из последнего интервью Евгения Дворжецкого

Автор: Андрей СУХОМЛИНОВ
01.12.1999

 
Вадим ЛЕБЕДЕВ,
обозреватель «Совершенно секретно»

В моем рабочем плане на декабрь значилось: «Интервью с Евгением Дворжецким». Мы договорились об этом еще в июле, во время съемок фильма «Остап Бендер. История прототипа», к которому я написал сценарий, а Евгений в нем сыграл роль ведущего. Первого декабря вечером мы должны были согласовать время встречи.

Накануне вечером Женя отыграл «Чайку» в Школе современной пьесы. Утром выехал на своей «девятке» из дома. Автокатастрофа произошла на Каширском шоссе – он должен был уступить дорогу зиловскому «бычку», но почему-то вместо тормоза нажал на газ.

В судьбе Евгения Дворжецкого было много мистического. Его родной брат Владислав погиб в тридцать девять лет, на взлете своей актерской карьеры. Женя тоже погиб в тридцать девять. И тоже на взлете своей карьеры. Ему не хватило всего полгода, чтобы превратиться в самого востребованного актера. Я знаю, что сегодня многие сценарии специально писались под Женю, под его голос, его пластику.

В день, когда умер отец Жени, Вацлав Янович, народный артист СССР, игралась пьеса, где первая фраза Жениного персонажа начиналась со слов: «У меня умер отец». Актеры, занятые в спектакле, знали о трагедии и боялись, что Дворжецкий не совладает с собой. Сорвется. Но он только побледнел и закрыл глаза.

Просматриваю свои записи, связанные с Женей... Многое сегодня видится в ином свете.

* * *

В кино есть такая традиция. Перед началом съемок актер, играющий главную роль, должен разбить о штатив камеры оператора тарелку, осколки которой на память разбирают участники фильма. Киношники верят, что от того, как разобьется тарелка, зависит судьба фильма. Наш исполнительный продюсер Тимур Абдуллаев специально для этого случая захватил тарелку из гостиничной столовой. В половине одиннадцатого вечера микроавтобусы со съемочной группой въехали в старый одесский дворик на Садовой улице. Там предполагалось отснять несколько эпизодов. Когда камера и свет были установлены, Женя взял у Тимура тарелку и со всего маху ударил ею о штатив операторской камеры. Тарелка вдребезги. Все бросились поднимать осколки. А Дворжецкий почему-то отошел в сторону. Я поднял осколок и для него. Когда подошел к Жене, заметил, что из его ладони крупные капли крови падают на асфальт. Тут же подбежала девушка-костюмер с аптечкой. Женя очень расстроился. И совсем не от того, что ему было больно от пореза. Нет. Он расстроился из-за того, что порезаться тарелкой – дурная примета. Именно так он и произнес: «Дурная примета». Его успокаивали всей группой. А режиссер-постановщик Сергей Русаков по-дружески обнял Женю и сказал: «Да брось, старик, верить в глупые приметы. У тебя будет еще сотня этих тарелочек». Дворжецкий как-то совершенно по-детски улыбнулся в ответ. Отпил минеральной воды из бутылки и скомандовал: «Начинаем!»

* * *

Вспоминается и другой случай, не менее мистический. Снимался эпизод на Востряковском кладбище в Москве. Сцена так и называлась – «Кладбище». По сценарию Женя должен был положить цветы на могилу человека, послужившего прототипом Остапа Бендера, и сказать несколько слов, завершающих фильм. Но неожиданно, что ему было вовсе не свойственно, изменил сценарий. После команды режиссера: «Мотор!» – он с цветами подошел к могиле и вдруг произнес такую щемящую душу фразу о том, что главное в жизни человека вовремя умереть, что все замерли. Через несколько секунд раздались аплодисменты. По злой иронии судьбы это были последние кадры в кино Евгения Дворжецкого.

Говорят, талантливые люди, а тем более актеры, остро чувствуют приближение беды, но мы даже не могли и подумать, что через несколько месяцев оборвется жизнь этого талантливого человека.

Все наши разговоры с Женей носили весьма занятный характер. Я расспрашивал его об отце, брате Владиславе Дворжецком, моем кумире детства. Евгений всегда обстоятельно отвечал на все вопросы.

«В детстве я жил и в Горьком, и у бабушки в Москве. А вот приехал поступать в театральное училище из Горького. Так уж получилось, что поступил в театральный не сразу. В первый год получил два балла по сочинению. Потом полгода работал чертежником-конструктором. На второй год поступил в Щукинское театральное училище на курс Л. Славской. До этих пор дружу со многими своими сокурсниками. После окончания училища показывался в разных театрах, но меня никто не хотел брать из-за отсутствия московской прописки. Прямо рок какой-то висел надо мной. Взял меня только Алексей Бородин в Российский молодежный театр. Я ему за это очень благодарен. Надеюсь, и он не пожалел, что доверился мне. Потом я встретил самую лучшую женщину в мире, Нину, играем с ней вместе в Российском молодежном театре. Она москвичка. Женился. Очень рад этому. Живем вместе восемнадцать лет. У меня потрясающая дочка, девятилетняя Аня, и мальчишка Миша. Ему уже семь месяцев.

Сейчас помогаю Бородину вести курс в Щукинском училище и при нашем театре. Понимаешь, для меня очень важны дети, которые у нас учатся. Я ведь и сам был такой. Мой преподавательский стаж перевалил за шесть лет, так что опыт имеется. Правда, сейчас на преподавание не хватает времени. У меня ведь есть и телевидение, и второй театр, и четыре спектакля в Школе современной пьесы.

Когда поступал в театральное, то мой отец весьма скептически отнесся к моей затее. Я сейчас его понимаю. Каждый отец относится к затеям своих детей, признаюсь как отец, скептически. Но когда ребенок что-то доказывает, есть возможность удивиться. Вот так это и у нас было. Я никогда не проявлял при нем своих способностей. В школе и детском саду участвовал, как и все, в самодеятельности. А чтобы в кружок ходить или в народном театре играть – не было такого.

Вот моя Анька сейчас постоянно этим занимается. Она может устраивать всякие концерты своей компанией, выступления. Забавно все это. Потом посмотрим, может быть, она вырастет каким-нибудь кибернетическим гением: что-то позже проявится. А может быть, дай Бог, будет просто хорошим человеком. Я, во всяком случае, буду стараться. Насколько это от меня зависит. Главное – не мешать! Не мешать развиваться, не делать лишний раз наставлений, пытаться направлять, а не учить и указывать. Больно уж много и без того указок.

Надолго мне запомнилась церемония, посвященная 50-летию Победы. Я вел в Кремлевском Дворце съездов! Представляешь? Даже было страшно. Стоишь один на сцене Кремлевского Дворца съездов, на этом стадионе, и тебе нужно сказать: «Уважаемые товарищи, сейчас объявляется минута молчания в память погибших во время Великой Отечественной войны. Прошу всех встать». И вот весь этот зал, не помню, кажется пять тысяч мест, начинает вставать. Полная тишина, только звон орденов. И первый ряд начиная от Ельцина и Алексия II до всех остальных – а я один на сцене. Когда ты артист, играешь в театре – это совсем иное. Проще, потому что занимаешься своим прямым делом.

Люблю смотреть на коллекцию фотоаппаратов – это просто фантастика! Я и сам очень люблю снимать. Ну, я ведь занимаюсь этим непрофессионально. Хотя некоторые фотографии, наверное, можно было бы продавать в желтые газеты. Я занес целую сумку в «Московский комсомолец». На старых фотографиях знаменитостей, что лежат у меня дома, много интересных интимных подробностей для бульварной прессы. Когда пересматриваю, сам иногда удивляюсь: ба, какие люди! Для меня это любительство, просто удовольствие. А вообще умею делать все. Ну, сваю не умею забивать, с парашютом не умею прыгать – страшно. А так: машина, компьютер...

Обожаю свой компьютер. Вот заработаю и обязательно куплю себе цветной принтер. Представляешь, какие фотографии можно печатать? Не представляю себе жизнь без компьютера. Прошел весь второй Blood. А начинал, конечно, как все – Doom, Quake, Heretic. Но в стратегию не играю. Не улыбайся. На это очень много времени надо: сидеть, думать. Я Интернет и то поставил только ночной. Это, конечно, не значит, что я ночи напролет сижу перед компьютером, утром ведь вставать и на работу топать, как всем. Иногда, конечно, тяжело бывает. Так устанешь, что хочется бросить все и уехать куда-нибудь одному отдохнуть. Но, думаю, что в одиночестве я бы больше трех-четырех дней не выдержал. А вместе с семьей выезжать не очень-то получается. А если и выезжаем куда, то все равно это не все вместе – собак-то в любом случае приходится на кого-нибудь оставлять, хоть и жалко. Это же члены семьи. Одной Чуче одиннадцать лет – уже старушка. А Шляпа еще молоденькая девочка, ей четыре года.

Мне нравится играть со своей женой в одном театре. Вот в «Беренике» играем вместе. Все равно ведь в семье все обсуждается – хоть работаешь вместе, хоть нет. Тем более, на сцене это уже партнер, а не жена. И как партнер Нина мне очень нравится. Она – классная актриса. Мне даже кажется, что лучше меня. Просто жизнь так складывается, что пока у нее нет телевидения и кино.

Если честно, то постоянно чувствуется нехватка денег. Приходится браться за любую работу. У меня же теперь и малыш есть. Сын Мишка. Представь, как нам с женой приходится трудиться. Но ничего, вылезем. Все будет хорошо.

Вообще на самом деле я мечтаю о спокойной жизни. Мечтаю, грубо говоря, о герани на окне и мягком диване. Но мечтать никому не вредно, а вот жизнь сама определит, какая мечта осуществится. Это жизнь. Просто иногда становится очень скучно, а иногда и тошно. Почему мы друг друга подкалываем всегда и во всем? Или говорим правду, выдавая ее за ложь? Не для того, чтобы кого-то там дурить, а потому что так легче жить. Разочаровывает все это. Иногда просто хочется убежать от всего этого».


Из досье «Совершенно секретно».
Евгений Вацлавович Дворжецкий. Родился 12 июля 1960 года в Москве. В 1982 году окончил Театральное училище имени Б. Щукина. Актер Российского академического молодежного театра и Школы современной пьесы.

Киноработы: Паша Исаев в «26 днях из жизни Достоевского», Эдмон Дантес в «Узнике замка Иф», Балаганов в «Мечтах идиота», Генрих III в «Графине де Монсоро» (32 серии), Ричард в «Иду на грозу», Мартов в «Расколе»; «Диссидент», «Танцплощадка», «Нежный возраст», «Два гусара», «Михайло Ломоносов», «Досье детектива Дубровского», «Остап Бендер. История прототипа».

В театре: сказочник в «Снежной королеве», Фауст, Эдмунд и Шут в «Короле Лире» (спектакль Театра на Малой Бронной), в пьесе «Береника» (играет вместе с женой Ниной). Играл также в Театре современной пьесы, в спектакле «Антигона в Нью-Йорке». Всего более пятидесяти работ. Ведущий телепередач и ток-шоу на ОРТ: «Бесконечное путешествие», «Про фото», «Золотой шар».

Трагически погиб в автокатастрофе 1 декабря 1999 года. Похоронен на Ваганьковском кладбище, рядом с Булатом Окуджавой.


Авторы:  Андрей СУХОМЛИНОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку