Июль — жаркий месяц «Большого террора»

Автор: Владимир ВОРОНОВ
20.06.2011

События июля

1 июля 2009 — в России введён федеральный запрет на азартные игры.
2 июля 1990 — начал работу последний  в истории партии, XXVIII съезд КПСС
3 июля 1998 — на своей даче в Подмосковье убит депутат Госдумы,  лидер созданного им «Движения в поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки» генерал-лейтенант Лев Рохлин. Организаторы и заказчики преступления не найдены.
4 июля 1989 — советский истребитель «МиГ-23» после катапультирования пилота пролетел через всю Европу и упал в Бельгии, рухнув на жилой дом. Погиб 19-летний бельгиец.
5 июля 1978 — КГБ избавился от приставки «при Совете Министров СССР», будучи выведен из формального подчинения Совмину.
6 июля 1918 — чекисты Яков Блюмкин и Николай Андреев убили германского посла в Москве графа Мирбаха. Начало так называемого «левоэсеровского мятежа» в Москве.
6  июля 1918 – начало антибольшевистского восстания в Ярославле, организованного местным отделением савинковского «Союза защиты Родины и Свободы».
7 июля 1807 — императоры Александр I и Наполеон заключают Тильзитский мир.
8 июля 1709 — состоялось Полтавское сражение между войсками шведского короля Карла XII и русскими войсками под командованием Петра I и Александра Меншикова. Шведские войска потерпели сокрушительное поражение.
9 июля 1762 — переворот в России: свергнут император Петр III, власть перешла к его жене Екатерине.
10 июля 1918 – поднял мятеж командующий советским Восточным фронтом Михаил Муравьев. Он объявил себя главкомом армии, провозгласив войну Германии. Убит 11 июля 1918-го.
11 июля 1942 — солдатами вермахта пленён командующий 2-й Ударной армии генерал-лейтенант Андрей Власов.
12 июля 1943 — «крупнейшее» танковое сражение под Прохоровкой.
13 июля 1993 — нападение боевиков на 12-ю заставу Московского погранотряда в Таджикистане на Таджикско-афганской границе. Погибло 25 российских пограничников.
14 июля 1941 — первое боевое применение реактивных систем залпового огня «Катюша».
15 июля 1930 — в СССР введены карточки на мясо.
16 (3) — 18 (5) июля 1917 — неудачная попытка большевистского переворота в Петрограде.
17 (6) июля 1762 — в Ропше, под Петербургом, убит свергнутый российский император Петр III.
17 июля 1918 — с санкции Ленина и  Свердлова в подвале Ипатьевского дома в Екатеринбурге расстрелян бывший император    Николай II с семьёй и прислугой.
18 июля 1972 — Президент Египта Анвар Садат потребовал от Советского Союза убрать из страны 20 000 военных советников, обвинив СССР в срыве поставок обещанного оружия.
19 июля 1991 — Б. Ельцин издал указ о департизации всех государственных органов России.
20 июля 1937 — по поручению Сталина Политбюро ЦК ВКП(б) дало указание наркому внутренних дел Ежову произвести арест всех немцев, работавших в оборонной промышленности.
21 июля 1906 — Петр Столыпин назначен главой правительства России.
В этот же день, 21 июля 1917 — Александр Керенский возглавил Временное правительство.
21 июля 1941 — самолёты люфтваффе совершают первый налёт на Москву.
22 июля 1930 — колхозникам в СССР установлена оплата труда не в деньгах, а в трудоднях.
23 (12) июля 1711 — Россия и Турция подписали Прутский договор, благодаря которому 38-тысячная русская армия во главе с Петром I, блокированная турецкими войсками (120 тысяч) и крымско-татарской армией (70 тысяч), получила возможность выйти из окружения. В обмен Россия возвращала Турции Азов, обязалась срыть укрепления Таганрога, дала обязательства не вмешиваться во внутренние дела Польши и разрешить Карлу XII свободно проехать в Швецию через Россию.
24 июля 1015 — по приказу своего брата Святополка был убит князь Борис.
25 (13) июля 1826 — на кронверке Петропавловской крепости были повешены декабристы Павел Пестель, Кондратий Рылеев, Пётр Каховский, Михаил Бестужев-Рюмин и Сергей Муравьёв-Апостол.
25 июля 1980 — умер Владимир Высоцкий.
26 июля 1993 — В России прекращается хождение денежных знаков СССР образца 1961-1992гг.
27 (15) июля 1841 — в Пятигорске на спровоцированной им дуэли убит поэт Михаил Лермонтов.
28 июля 1914 — началась Первая мировая война.
29 июля 1938 — начало советско-японского вооружённого конфликта в районе озера Хасан.
30 июля 1937 — чрезвычайные «тройки» НКВД получили право выносить смертные приговоры «врагам народа».
31 августа 1937 — апогей «Большого террора»: Политбюро ЦК ВКП(б) утвердило представленный Ежовым приказ № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов». В рамках только одной этой спецоперации с августа 1937г.  по ноябрь 1938 г. ,по подсчётам исследователей общества «Мемориал», «тройками» было осуждено 767 397 человек, из них 386 798 — к расстрелу.


 


 
   

Великий танковый миф

Советская официальная история десятки лет твердила, что битва под Прохоровкой была «крупнейшим танковым сражением в истории войн». Хрестоматийная версия гласит, что 12 июля 1943 года на поле под Прохоровкой, во встречном танковом сражении, лоб в лоб сошлись свыше 1200 советских и немецких танков и самоходных артиллерийских установок. Впрочем, эта цифра вообще «гуляющая»: одни официальные издания говорили о 1200 танках, другие – о 1400, а иные и вовсе умудрялись свести «врукопашную» с обеих сторон полторы тысячи бронемашин.
Ещё  считается, что Прохоровское сражение выиграно советской стороной, уничтожившей 400 танков противника.
Но сражение за Прохоровку началось вовсе не 12 июля 1943-го, как утверждают советские историки, а 10-го. И завершилось оно 16 июля, 12 июля – лишь кульминация этого сражения. Впрочем, с этим тоже согласны не все: есть основание полагать, что бои 10 и 11 июля по ожесточённости и масштабу превосходили сражение 12 июля.
Не было под Прохоровкой и никакого «встречного сражения», «лоб в лоб» советские и немецкие танкисты бились лишь в ненаучно-фантастическом киносериале Юрия Озерова «Освобождение». В реальности же был контрудар 5-й гвардейской танковой армии Ротмистрова. Только немцы не дали навязать себе ближний бой, предпочтя использовать преимущество своих танковых орудий – расстреливали танки армии Ротмистрова огнём с места. Несколько позже Ротмистров отрапортовал Жукову: «Когда же немцы своими танковыми частями переходят, хотя бы временно, к обороне, то этим самым они лишают нас наших манёвренных преимуществ и, наоборот, начинают в полной мере применять прицельную дальность своих танковых пушек, находясь в то же время почти в полной недосягаемости от нашего прицельного танкового огня… При столкновении с перешедшими к обороне немецкими танковыми частями мы, как общее правило, несём огромные потери в танках и успеха не имеем».
Тезис о «встречном танковом сражении под Прохоровкой», подменивший термин «контрудар», появился дабы скрыть, что танковая армия Ротмистрова, потерпев под Прохоровкой тяжёлое поражение. Контрудар провалился, надо было оправдываться, и была выдумана басня о превосходящих силах противника. Вот только ставший уже хрестоматийным тезис Ротмистрова о «превосходстве противника в танках» фактам не соответствует. «Конкретно» на том самом поле нашим войскам противостояло первоначально не свыше 220 танков и штурмовых орудий.
По одним данным, на острие главного удара части Ротмистрова имели 388 танков и САУ, доведя плотность бронетехники на 1 км фронта до 60 танков! По другим сведениям, в первом ударе участвовали 462 танка и САУ. Есть ещё несколько цифр участвовавших в сражении советских танков и САУ – 609, 670, 684… А уже по уточнённым данным последнего времени, выходит, что ударных единиц было от 840 до 860. Максимальное же количество немецких танков и самоходок, участвовавших в сражении, едва удалось «нарастить» то ли до 268, то ли до 311. Точнее, видимо, уже не сосчитать.
Потери сторон тоже лучше бы не сравнивать, но куда деваться… 12 июля 1943 года 5-я гвардейская танковая армия потеряла около 500 своих танков и самоходок из имевшихся 860 – 58% своего состава. Или почти 75% из принявших участие в бою. Немцев, если верить сводкам от Ротмистрова, его гвардейцы накрошили лихо, подбив… 400 танков. Как можно уничтожить немецких танков в полтора-два раза больше, чем их было, неразрешимая загадка. Известно лишь, что поле боя осталось за немцами, и в ночь на 13 июля они эвакуировали оттуда 54 танка – из 59 подбитых. Да ещё и прихватили несколько «тридцатьчетвёрок».
Гнев Сталина едва не оказался для Ротмистрова роковым: был поставлен вопрос о его снятии и отдаче под трибунал. Для «разбора полётов» и расследования причин разгрома 5-й гвардейской танковой армии была создана специальная комиссия во главе с членом ГКО и кандидатом в члены Политбюро ЦК ВКП(б) Георгием Маленковым. От заслуженных расстрельных выводов комиссии Ротмистрова спасли лишь мудрые непосредственные начальники: спешно бросили его армию в бой, пока комиссия не успела завершить работу.



 
   

Наш ответ Русту

  4 июля 1989 года всю Европу потряс необычный полёт советского истребителя МиГ-23М. Боевой самолёт с бортовым номером 29, внезапно материализовавшийся в воздушном пространстве стран НАТО, в 10 часов 37 минут местного времени упал в деревне Кооихем, возле бельгийского города Куртре (Кортрейк). Рухнув на жилой дом фермера, истребитель убил находившегося на веранде 19-летнего Вима де Лара, сына фермера.
А вот пилота краснозвёздного истребителя в его обломках найти не удалось. Как выяснилось, он катапультировался почти за тысячу километров от места катастрофы – в районе польского города Колобжег на берегу Балтийского моря. Весь свой путь над Европой самолёт проделал, без пилота. Таким образом мы дали ответ Матиусу Русту, приземлившему свою «Сесну»  у стен Кремля 28 мая 1987 года.
4 июля 1989 года злополучный истребитель поднял в воздух полковник Николай Скуридин. Он имел квалификацию лётчика 1-го класса и хороший общий налёт (более 1700 часов, в том числе 527 часов — на МиГ-23), но фактически был нестроевым лётчиком — начальником политотдела 239-й истребительной авиадивизии из состава ВВС Северной группы советских войск. Начальник политотдела авиадивизии для поддержания лётной квалификации тоже должен выполнять самостоятельные полёты.
Впоследствии лётчик рассказывал: «Это второй мой полёт в тот день. Всё шло нормально до высоты метров девяносто. Потом я услышал и ощутил хлопок в левом воздухозаборнике, скорость сразу упала с 550 до 350 километров в час, резко упали и обороты двигателя. Я передал, что принял решение катапультироваться, так как всё говорило об остановке двигателя — даже шума его не было! С земли получил команду: «Сто тридцать второй, к…», — то есть катапультируйтесь! Уже в воздухе, опускаясь на парашюте, я увидел, что за турбиной снижающегося самолёта тянется чёрный дым. Перед катапультированием повернул истребитель в сторону моря.
Над морем локаторы истребитель потеряли, а вылетевшие вслед за ним перехватчики аварийную машину не обнаружили. Решили, что самолёт упал в море.
Однако дальше произошло то, что впоследствии сами авиаторы назовут уникальным явлением: через 6 секунд после катапультирования пилота из-за изменения центровки самолёт прекратил снижение, а его двигатель начал увеличивать обороты. И МиГ продолжил полёт, набирая высоту в автоматическом режиме — автопилот продолжал работать. Беспилотный самолёт, послушно выполняя все команды автопилота, шёл строго по курсу до полной выработки топлива. Система опознавания «Я — свой», между прочим, оставалась включённой. Потому над территорией входивших тогда в Варшавский Договор Польши и ГДР никаких проблем с ПВО не возникло. Пройдя через всю Восточную Германию, МиГ пересёк границу и вторгся в ФРГ. Пересёк и её, затем пролетел над Нидерландами, преодолел Бельгию, прервав свой полёт на бельгийско-французской границе. До Лилля МиГу было уже совсем ничего, но, к великому счастью для Москвы, залёта к французам не случилось, иначе скандал был бы куда более грандиозный — именно в этот день состоялся визит Михаила Горбачева во Францию!
Но без скандала, разумеется, не обошлось –и не только из-за погибшего бельгийского паренька: неуправляемый полёт МиГа наглядно показал, что система ПВО НАТО оказалась несостоятельной. Ведь после пересечения «железного занавеса» полёт «всадника без головы» проходил над американскими и британскими группировками войск, их системами ПВО и аэродромами с истребителями. Однако прервать полёт советского самолёта натовцы не сумели. Позже представители бундесвера будут утверждать, что засекли советский самолёт и вели его. Однако истребители немецкой ПВО попытались настичь советский самолёт, лишь когда он уже пересёк голландскую границу. С голландской базы Сустерберг перехват попыталась осуществить пара американских истребителей F-15. Подойдя вплотную к краснозвёздной машине, американские лётчики разглядели шокирующую картину: в кабине никого нет! На командный пункт ушло сообщение: «В кабине нет пилота!» Приказа сбить странную машину отдать не решились — по трассе полёта были сплошные городские конгломераты.
Впоследствии натовцы пытались понять, почему полёт фактически прошляпила их система ПВО: «А если бы он нёс ядерное оружие! Или рухнул бы на штаб-квартиру НАТО в Брюсселе?!» — гневно вопрошали политики. Нидерланды и Бельгия направили в МИД СССР ноты протеста. Обломки самолёта и его «чёрный ящик» позже передали советским военным. Расследование установило, что всего лишь за один год двигатель целых пять раз был в ремонте. Однако причина его нестабильной работы так и осталась неразгаданной. Военные авиаторы валили всё на Министерство авиапромышленности. Авиапромышленники винили во всём инженерную авиационную службу. К пилоту претензий не оказалось: вины полковника Скуридина служебное расследование не установило — действовал строго по инструкции. Тем не менее на его карьере был поставлен жирный крест. А строевые лётчики ещё долго шутили, говоря, что такое мог учудить только замполит. Москва выразила семье погибшего бельгийца соболезнование и выплатила 800 тысяч долларов США. 


 

 


 
   

От Петра Иваныча

В романе Лазаря Карелина «Змеелов» (абсолютный бестселлер начала 1980-х) отсидевший в тюрьме продавец размышляет: «Передо мной два пути: или попробовать жить честно, или снова идти в торговлю». Интересная альтернатива. В сознании советских людей само слово «торговля» было синонимом жульнических махинаций и неправедного богатства. А продавец, зав.секцией, директор магазина – это непременно «торгаш» и «вор».
Отчего так получилось?
Дело в том, что в Советском союзе было много чего прекрасного – например, полёты в космос, щедро финансируемая фундаментальная наука, энтузиазм молодёжи на великих стройках типа БАМа. Что было – то было, не отнимешь. Но кое-чего не было или было крайне мало. Я не о свободе слова. Я о простом, о земном. О колбасе и сыре, о пальто и брюках. Нет, советские люди, конечно, не ходили голодные и оборванные. Но уж больно скуден был ассортимент еды и одежды. И год от года становился все скуднее и скуднее. Особенно по сравнению с Европой и даже на фоне братских социалистических стран – от Болгарии до Польши.
Это, конечно, не значит, что копчёной колбасы и элегантных туфель вообще не было. Они были! Но их было мало. А с годами их становилось всё меньше и меньше. Поэтому  дефицитные вещи – продукты и товары ширпотреба – можно было раздобыть двумя способами. Или получить официально, через «спецраспределитель». Или достать у продавцов. Как говорится, «из-под прилавка». Иными словами – по блату. То есть по знакомству.
Подружиться с директором магазина было нелегко. Перед ним заискивали обеспеченные и успешные люди – учёные и артисты. Угодить ему было нелегко, денег у него и так куры не клевали. Директору магазина нужны были билеты на премьеру, приглашения на вернисаж, пропуск в Дом кино. Директор магазина – это был пароль, знак всемогущества. И не только директор, но и самый обыкновенный мясник, то есть продавец мясного отдела. Потому что на прилавке лежали ошмётки жира с костями и редкими розовыми прожилками. А мякотью торговали со служебного входа.
Была в семидесятые годы популярная шутка. Разговаривают двое мужчин. Один говорит: «У меня выросла дочь, окончила институт, пора её замуж выдавать, хочу познакомить её с достойным молодым человеком». Другой отвечает: «У меня есть на примете молодой учёный, кандидат наук». – «Да нет, не то! Она таких не любит». – «Есть талантливый музыкант, солист филармонии». – «Да нет, не то! Он ей не понравится». – «А кто же твоей дочке нужен?» – «Ну, например, мясник». – «А что, она у тебя красавица?»
Наверное, сейчас мало кто поймёт, что тут смешного и вообще о чём речь. Молодёжь этого не застала, а люди постарше с удовольствием забыли, как они стремились подружиться с мясником.
Именно подружиться. Потому что, если бы всё решалось только деньгами, – экономика была бы просто рыночная. А она была «блатная». Блат – это рынок под страхом уголовного преследования за спекуляцию. Всё можно было достать хоть и с переплатой, но непременно по знакомству.
Надо было прийти «от Петра Иваныча». Петр Иваныч – это одно из трёх. Либо начальник районного звена, от которого прямо или косвенно зависит директор того магазина, куда ты пришёл со служебного хода. Либо директор соседнего магазина. Либо же давний и доверенный клиент, который уже много лет здесь пасётся. Если у тебя есть хороший Петр Иваныч, тогда нет никаких проблем с получением дефицитных товаров и услуг. Говори: «Я от Петра Иваныча». Плати, сколько скажут, и забирай.
Но сами по себе деньги, без поддержки со стороны Петра Иваныча, в советской системе не работали. И ах, как трудно было человеку, которого жизнь заставляла вступить на путь «блата», нужных людей и полезных знакомств! Честные и порядочные советские люди – и потомственные интеллигенты, и простые труженики – сходились в одном: «Ну, не умею я договариваться! Слов таких не знаю!»
Однако специальные слова и кодовые фразы были. Например, продавцу мясного отдела: «Мясо, значит, по два двадцать… А по три тридцать нету?» Мясник отвечал вполголоса: «Есть по три пятьдесят. Зайдите со двора в подсобку».
В гостиницах никогда не было свободных номеров. Но администратору можно было сказать: «Я по брони Госбанка». Если администратор был согласен, он отвечал «Давайте паспорт». Надо было вложить туда червонец и протянуть в окошечко.
А вот как поступал один мой знакомый, житель прекрасного южного города.
Он приезжал в Москву, приходил в ГУМ, заходил в пустую секцию мужской верхней одежды, подходил к продавцу и говорил: «Мне нужно два модных английских осенних пальто!»
Продавец смотрел на него, как на сумасшедшего, и отвечал: «Не бывает». Но мой знакомый ласково говорил: «Молодой человек, выслушайте меня, пожалуйста. Я хочу купить два пальто. Модных, понимаете? Английских, так? Два, понимаете? Одно себе, другое – вам!» Продавец светлел лицом и шептал: «Как раз сегодня утром подвезли. Пройдите вот сюда» – и вёл его в подсобку.
В фильме «Берегись автомобиля» Андрей Миронов сыграл персонажа по имени Дима Семицветов. У Димы был дом – полная чаша, и даже машина «Волга». Для 1960-х годов это было ой-ой-ой. Для 1970-х и 1980-х – тоже. Потому что Дима работал продавцом в комиссионном магазине. Он мог придержать магнитофон фирмы Грундиг и получить за это деньги. У него был свой круг клиентов, пробиться в который было непросто.
Комиссионный магазин – это не просто барахолка или секонд-хэнд.
Для обычных советских людей, которых не пускали в «спецраспределители», и которые не ездили за границу – то есть для 99% советских граждан, – комиссионный магазин был практически единственным местом, где можно было легально приобрести дефицитный заграничный товар. Легально – то есть не связываясь со спекулянтами.
В Москве были знаменитые одёжные комиссионки. Были технические (фото-радио) – на Новослободской, на Комсомольском, на Садово-Кудринской и на Смоленской-Сенной.
Знакомый продавец был очень нужен. Потому что хороший товар сразу распределялся среди своих.
В комиссионках часто продавались совершенно новые вещи. Потому что некоторые советские граждане ездили за рубеж. И привозили оттуда разное барахло, чтобы нажиться вдесятеро. Но многие из них боялись торговать самостоятельно, у себя на квартире. Поэтому они законопослушно несли всякие кофточки, брючки и магнитофончики прямиком в комиссионку. В комок, как говорили тогда. А продавцы бросались звонить своим клиентам.
Но, согласно правилам, вещь нельзя было держать в подсобке. Её надо было вынести в торговый зал. Но можно было пришпилить к ней специальную бумажку, чек. Дело в том, дорогие читатели, что товар у продавца надо было сначала «выписать», а потом этот чек нести в кассу. Зачем, почему? А потому, что товар был в единственном экземпляре. Вот я решил купить какую-то вещь, и говорю продавцу: «Выпишите, пожалуйста!». Он выписывает. И я спокойно иду с этим чеком в кассу, и никто меня не обскачет на повороте.
Более того. Я мог сказать продавцу: «Выпишите, а я схожу за деньгами». Вот как удобно! Можно было выписать на целых два часа. Продавцы этим пользовались. «Покажите мне эту кофточку!» – «Извините, она уже выписана».
Но некоторые опытные покупатели, вернее, покупательницы, говорили в ответ: «Выписана? А до которого часа? Покажите чек. До половины шестого? Отлично! Сколько сейчас времени? Без пяти четыре? Отлично. Я подожду». И ждали, стоя у прилавка. И ровно в половине шестого победно восклицали: «А вот теперь выпишите её мне!»
Продавщица зубами скрипела, но ничего не могла поделать.
Бедная продавщица, которая потеряла вознаграждение от клиентки. Бедная клиентка продавщицы, которая вся в мыле вбегала в магазин без двадцати пяти шесть, но увы! Бедная опытная покупательница, которая маялась полтора часа у прилавка и покупала кофточку более из азарта и злости.
Хорошо, что это закончилось наконец. 

Денис ДРАГУНСКИЙ

 


Авторы:  Владимир ВОРОНОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку