НОВОСТИ
Начали «хамить пациентам». Визит антиваксеров в больницу превратился в балаган (ВИДЕО)
sovsekretnoru

Истерическая пневмония

Автор: Дмитрий ФРОЛОВ
01.06.2003

 
Дмитрий ФРОЛОВ
Обозреватель «Совершенно секретно»

в людных местах во избежание передачи вируса рекомендуется носить защитную маску
АР

Атипичная пневмония (или ТОРС – тяжелый острый респираторный синдром) впервые была обнаружена в китайской провинции Гуандун в середине ноября 2002 года. К настоящему времени больные атипичной пневмонией зарегистрированы в 32 странах. Больше всего в Китае, Сингапуре и Канаде.

По числу упоминаний в прессе атипичная пневмония прочно заняла лидирующие позиции. Большинство населения уже не сомневается в том, что при этом диагнозе летальный исход гарантирован. Это неправда. Но те, кто нагнетает страсти, считают, что напугать – значит мобилизовать. Вопросы противостояния инфекции уже дважды поднимались на заседаниях правительства. А главный санитарный врач России, первый замминистра здравоохранения Геннадий Онищенко, поначалу скептически относившийся к угрозе эпидемии, сменил свое мнение на прямо противоположное. После этого высказать точку зрения, не совпадающую с официальной, способен разве что диссидент. А таковые в медицинском бомонде теперь не водятся.

 

Все это живо напоминает сказку о пастушке, который, спасаясь от скуки, созывал односельчан криком «волки!». В результате селяне перестали реагировать на его вопли, и вот тут-то хищники без помех перерезали все стадо.

Преувеличенные страхи ведут к великим заблуждениям. В связи с этим нелишне будет напомнить историю другой знаменитой эпидемии – чумы.

Третья пандемия

 

В сознании большинства людей чума ассоциируется с глубокой стариной. Действительно, первые упоминания об этой болезни относятся к концу II века. Тогда, в царствование императора Марка Аврелия, только в столице Римской империи погибли две тысячи человек. В VI веке чума, получившая имя «юстиниановой», за 50 лет унесла 100 миллионов человеческих жизней по всему миру.

Вторая чумная пандемия началась в XIV веке. «Черная смерть» за три года опустошила Европу. Погибла четверть населения континента – 25 миллионов человек. А 1664 год памятен лондонской чумой, унесшей 75 тысяч жизней.

Третья пандемия началась в 1894 году в азиатских портах Кантон и Гонконг и... продолжается по сию пору. Это обстоятельство неизменно приводит в ужас обывателей, которые узнают о нем в связи с очередной вспышкой исчезнувшей, по их понятиям, болезни. Последний шок общемирового масштаба случился осенью 1994 года. Очаг чумной эпидемии был обнаружен в индийском городе Сурат. Вместе с беженцами инфекция мигрировала сначала в Бомбей, а затем в Дели. Воздушное сообщение с Индией прекратили страны Персидского залива, Бангладеш, Шри-Ланка, Ливан, Малайзия, Пакистан, карантин ввели Австралия, Германия, Италия, Канада, Китай, Франция.

Для предотвращения распространения эпидемии в Китае принимаются экстренные меры безопасности: к северу от Пекина оборудована больница специально для зараженных атипичной пневмонией (персонал отгружает медикаменты)
АР

Россия поначалу сохраняла олимпийское спокойствие: гарантией ее безопасности считалась скоротечность заболевания, которая должна была помешать носителям инфекции добраться до пределов нашего отечества. Между тем угроза была не мнимой: только в Москву еженедельно прибывало до 18 пассажирских и 10 грузовых рейсов из Индии. Первыми тревогу забили военные, составившие компьютерный прогноз распространения инфекции в России. Результаты их так впечатлили, что медики в погонах приняли решение расконсервировать производство противочумной вакцины. Было изготовлено около миллиона доз препарата, эффективность которого оптимистами оценивалась в 80 процентов, а пессимистами всего в 50

После этого и гражданское санитарное ведомство вынуждено было включиться в противочумную кампанию. Однако тут же оконфузилось. Когда санврачи извлекли со складов спецкостюмы, то обнаружили, что практически в каждом комплекте отсутствуют бахилы. Разгадка была более чем прозаической – высокая прорезиненная обувка понравилась грибникам и рыбакам, которые с удовольствием раскупили эти предметы противоэпидемического гардероба у корыстных хранителей неприкосновенного запаса.

Чумная эпидемия до России так и не добралась. Однако сограждане были не на шутку перепуганы, по ходу дела узнав, что в нашем отечестве природные очаги чумы исчисляются десятками, а в сопредельном Казахстане занимают аж 40 процентов площади.

В прошлом году подобного рода «откровения» вызвали панику среди американцев. Началось с того, что под заголовком «Болезнь, опустошавшая средневековую Европу, появляется вновь» журналисты рассказали публике о супружеской паре, оказавшейся в нью-йоркской клинике с диагнозом «чума». Авторы сообщения, равно как и львиная доля их аудитории, искренне считали, что чума в Нью-Йорке появилась «ниоткуда». В леденящих душу версиях не было недостатка. Санитарные власти пытались втолковать перепуганным обывателям, что ничего сверхъестественного в случившемся нет. Однако опубликованная ими статистика лишь подлила масла в огонь: оказалось, что в штате Нью-Мексико, откуда прибыла заболевшая чета, в 1998 году было зарегистрировано девять заболеваний чумой, в 1999-м – шесть; единичные случаи чумы наблюдались в 2000-м и 2001-м. Узнав это, рассерженные налогоплательщики принялись сетовать на то, что зря кормят санитарные службы, не способные защитить их суперсовременную державу от какой-то средневековой заразы.

Эбола, Марбург и другие жители Земли

 

На самом деле современному миру куда больше угрожают другие инфекции – не столь «раскрученные» журналистами, но куда более опасные, нежели атипичная пневмония. Ярчайшими их представителями являются тропические геморрагические (то есть сопровождающиеся обильными внутренними кровотечениями) лихорадки Эбола и Марбург. Обе болезни, приводящие к смерти не менее чем в половине случаев, названы по месту своего обнаружения. Лихорадка Марбург попала в Германию вместе с зелеными мартышками и в 1967 году вызвала вспышку заболевания среди сотрудников клиники, работавшей с тканями этих животных. В дальнейшем случаи заболеваний наблюдались в Судане, Кении и ЮАР.

Эбола – название реки в Конго, где в 1976 году эта дотоле неизвестная геморрагическая лихорадка унесла сотни жизней. А в 1999 году вирус Эболы был найден в американском штате Техас. Для инфекционистов это стало куда более тревожным известием, чем сообщения об очередной вспышке чумы. До сих пор ученые не пришли к единому мнению о происхождении вирусов, вызывающих лихорадки Марбург и Эбола, не говоря уже о путях создания средств защиты от них.

Для продолжения исследований специалистам нужны деньги, а не преувеличенное внимание прессы, которую обычно заботит лишь точный срок создания вакцины. Желание общественности получить все и сразу может лишить ученых не только покоя, но и финансирования. Это наглядно показывает история борьбы со СПИДом. Вначале, когда создание надежного средства защиты казалось делом недолгим, недостатка в желающих материально помочь антиспидовской кампании не наблюдалось. Но как только стало ясно, что чуда ждать не следует, борцам с синдромом приобретенного иммунодефицита пришлось на себе испытать, что такое дефицит финансирования.

АР

Не менее прискорбными оказались и другие следствия эксплуатации темы СПИДа в прессе. Для среднестатистического россиянина она стала «отыгранной». Несоответствие апокалиптических прогнозов и реальных масштабов заболеваемости сбивало с толку обывателя, не искушенного в эпидемиологии. Самое большее, что он способен был выслушать, так это сводку об очередных жертвах. Тем более что речь шла о так называемых группах риска – гомосексуалистах и проститутках, – с которыми граждане не хотели себя отождествлять и которым не желали сочувствовать.

Эти настроения ненадолго изменила трагедия в Элисте. Тогда пострадали дети, и произошло это по вине медицинских работников. Национальной истерии не случилось, однако с тех пор подавляющее большинство россиян стали опасаться ВИЧ-инфицирования в результате медицинского вмешательства. Эпидрасследование началось в июне 1988 года, но еще несколько месяцев спустя очаги, подобные элистинскому, существовали в Ростове-на-Дону, Ставрополе, Волгограде. В результате общее число пострадавших детей достигло 255

В 1995 году в Москве при переливании компонентов донорской крови был заражен СПИДом мужчина, впоследствии передавший вирус жене. Случай не получил широкой огласки, хотя по сути был не менее вопиющим, чем массовое инфицирование детей. По документам Московской городской станции переливания кровь числилась серопозитивной (то есть зараженной ВИЧем) и, соответственно, уничтоженной. На самом деле из нее были изготовлены плазма, которую перелили пострадавшему, и эритромасса, в ходе расследования так и не обнаруженная. Официальный сценарий произошедшего звучал совершенно дико: этикетки «Антитела к ВИЧ не обнаружены» на емкости для донорской крови наклеивались заранее, а на роковом флаконе этикетку забыли (!) отклеить. Но и это чрезвычайное происшествие не изменило равнодушного отношения общества к заболтанной проблеме СПИДа. Судьба жертв этой болезни теперь уже никого не волнует.

Между тем Сергей Жлудов, генеральный директор компании «Росмедкомплект», поставляющей медикаменты государственным медицинским и научно-исследовательским центрам России, считает, что атипичной пневмонии уделяется избыточное внимание, и из-за этого упускаются из виду другие, более серьезные заболевания. Тот же СПИД, рак или вирусные гепатиты куда более распространены, а последствия их куда более опасны, говорит он.

С этим трудно поспорить: поддержание жизни одного больного СПИДом стоит около 10 тысяч долларов в год. Для проведения современной терапии вирусного гепатита требуется сопоставимая сумма. Совершенно очевидно, что бюджетных денег на это не хватит. И распределителям финансовых потоков удобнее сделать вид, что уже существующие эпидемии СПИДа и гепатитов не так актуальны, как гипотетическая угроза не столь затратной атипичной пневмонии.

Нещадная эксплуатация этой темы в скором времени грозит обернуться полным равнодушием к ней со стороны как простых граждан, так и власть предержащих. Сейчас никому не придет в голову упрекать кабинет министров в том, что он решил выделить 52 миллиона рублей на меры по предупреждению эпидемии в Российской Федерации. Однако через год, когда вакцины от новой инфекции не появится, а ажиотаж вокруг нее спадет, правительство вряд ли позволит себе такой широкий жест.

Побочные действия

 

Денежный аспект шумихи вокруг атипичной пневмонии может напрямую затронуть и интересы рядовых граждан. По словам Сирмы Готовац – генерального директора компании RMBC, специализирующейся на исследовании фармрынка, – весьма вероятно, что в связи с противоэпидемической кампанией импорт из Юго-Восточной Азии фармацевтических субстанций (то есть сырья, на котором работает лекарственная промышленность) будет затруднен. При этом следует учесть, что Китай занимает второе место по поставкам субстанций в Россию.

Граждане, прибывающие из Китая в Россию, проходят медицинскую проверку на вокзалах и в аэропортах, чтобы не допустить носителей вируса на территорию страны. Подтвержденных случаев заболевания атипичной пневмонией в России пока не обнаружено
АР

Этот прогноз аналитиков можно трактовать однозначно: восполнить потерю китайских поставщиков за счет внутренних резервов не удастся. Россия производит не более 10–15 процентов требуемого объема субстанций. Если же российские производители перейдут на немецкое или финское сырье, то отечественные лекарства сравняются по ценам с импортными. Препараты окажутся не по карману среднему россиянину, который оставляет в аптечной кассе не более 10–12 долларов в год.

В случае неблагоприятного развития событий страх перед новым заболеванием грозит перерасти в настоящее социальное бедствие. Все уже знают, что эта напасть имеет азиатское происхождение. Если опасения инфекционистов сбудутся и атипичная пневмония примет в России характер эпидемии, это может стать поводом для ксенофобии и, как следствие, ущемления прав иностранцев. Уже сейчас зоной особого внимания местных властей стали общежития, где живут китайцы и вьетнамцы, а также принадлежащие им магазины и рестораны. Бесцеремонность и полное пренебрежение к интересам тех, кто занесен в разряд потенциальных носителей заразы, не оставляют иллюзий относительно того, что случится, если за санацию «азиатов» возьмутся народные массы.

Представителям титульной нации не стоит обольщаться: их права тоже мало кого беспокоят. Подтверждением тому стала история жителя Благовещенска Дениса Сойникова. Подозрение на атипичную пневмонию сделало его всероссийской знаменитостью. При этом ни одному из медицинских начальников, склонявших имя лежавшего при смерти человека, не пришло в голову, что упоминание имени пациента является вопиющим нарушением врачебной тайны и прав на неприкосновенность личной жизни. Не дай Бог эпидемия станет реальностью: санитарная обсервация заболевших может обернуться их полной изоляцией, как если бы речь шла о преступных элементах. Словом, чем громче сейчас будет раздаваться крик «волки!», тем меньше у нас с вами шансов на то, что в случае вспышки эпидемии побороть ее удастся с минимальными потерями.

 


Авторы:  Дмитрий ФРОЛОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку