ПОДПИСКА Новости Политика В мире Общество Экономика Безопасность История Фото

Совершенно секретно

Международный ежемесячник – одна из самых авторитетных российских газет конца XX - начала XXI века.

добавить на Яндекс
В других СМИ
Новости СМИ2
Загрузка...

Турецкие страдания генерала Кутузова

Опубликовано: 4 Декабря 2018 09:11
0
2778
"Совершенно секретно", No.13/414 декабрь 2018
М.И. Кутузов. Литография В. Адама.
М.И. Кутузов. Литография В. Адама.
Фото: ru.wikipedia.org
Русско-турецкие отношения всегда складывались непросто, и дело в них многократно доходило до открытых военных столкновений. Да и в промежутках между войнами они часто развивались в обстановке взаимной раздраженности и недоверия. К сожалению, в русско-турецких отношениях очень многое зависело и зависит от так называемого «человеческого фактора». Типичный пример – события 1811–1812 годов.
 
Кначалу 1811 года отношения России и Франции настолько обострились, что предвещали близкую войну. А вот война с Турцией (Османской империей, или Блистательной Портой) в это время была в самом разгаре. Она началась в 1806 году, и в марте 1811 года командующим русской Молдавской (Дунайской) армией, воевавшей с турками, был назначен генерал от инфантерии Михаил Илларионович Кутузов. У него было около 45 тыс. человек, и он оказался в нелегком положении, ибо турецкая армия к весне 1811 года возросла до 70 тыс. человек. В связи с этим Кутузов признал необходимым действовать с особенной осторожностью.
 
 РАЗГРОМ ТУРЕЦКИХ ВОЙСК 
 
В данной статье нет смысла подробно описывать военные действия Кутузова. Отметим лишь, что 22 июня (4 июля) 1811 года армия под командованием Ахмет-паши атаковала русских у Рущука, но потерпела поражение и отступила. Многие русские генералы тогда настаивали на преследовании, но Кутузов, менее всего любивший рисковать, несмотря на одержанную победу, счел опасным оставаться под Рущуком, и русские войска переправились на левый берег Дуная.
Кутузова обвиняли не только в нерешительности, но и в трусости. В частности, бывший после отъезда заболевшего графа Каменского и до приезда Кутузова главнокомандующим Молдавской армии граф Александр Фёдорович Ланжерон в своих «Записках» так отзывался о деятельности Кутузова: «Поведение Кутузова было достойно порицания, так как он совершенно не воспользовался небывалыми успехами, которыми он обязан своему счастью».
После отступления Кутузова турки заняли Рущук, но в течение всего июля не трогались оттуда. А к началу августа у Ахмет-паши под Рущуком опять было более 60 тыс. человек. Еще 20 тыс. солдат и офицеров под командованием Исмаил-бея подошли к Видину. Эта группировка начала переправу на левый берег Дуная. В начале августа армия Исмаил-бея вступила в бой с войсками правого фланга русской армии под командованием полковника Александра фон Засса. Русским удалось остановить турок, и их планы одновременного наступления на двух направлениях были сорваны.
Потом переправу через Дунай начал сам Ахмет-паша, и русские не препятствовали этому. И каждый раз на тревожные доклады подчиненных Кутузов отвечал: «Пусть переправляются, только перешло бы их на наш берег поболее».
В течение трех дней Ахмет-паша переправил у Слободзеи 40 тыс. человек, и его на левом берегу реки блокировало полукольцо из 9 мощных редутов (при этом оба фланга русских примыкали к Дунаю). В результате все попытки турок наступать, расширяя плацдарм, оказались безуспешными.
А потом Кутузов отдал приказ генералу Маркову пойти с 7-тысячным отрядом по берегу Дуная, переправиться через реку в 18 км западнее Рущука, загнать оставшихся на правом берегу турок в Рущук и занять берег напротив войск Ахмет-паши. Оттуда Маркову следовало обстреливать турецкий лагерь из орудий, что и было исполнено.
На рассвете 2 (14) октября основная группировка турок оказалась полностью окружена. Ее осыпали ядрами одновременно орудия Кутузова, Маркова и Дунайской флотилии. Ахмет-паша бежал, потом в лагере начался голод, и остатки турецких войск вынуждены были капитулировать. В результате турецкий лагерь, вся артиллерия, суда и запасы великого визиря были захвачены. А войска Исмаил-бея вынуждены были отступить.
Такое положение дел заставило Порту просить мира. И мирные переговоры начались 16 (28) октября 1811 года в крепости Журжа.
П.В. Чичагов (неизвестный художник) / ru.wikipedia.org
 
 МЕДЛИТЕЛЬНОСТЬ КУТУЗОВА 
 
Кутузов взял на себя обязанности дипломата, но его переговоры тянулись мучительно долго. При этом граф Ланжерон утверждал: «Кутузов, по традиции и по собственному опыту, должен был знать, что редко от турок можно было добиться быстрых и выгодных результатов».
Но Кутузов был известен тем, что он никогда ничего не делал быстро. В связи с этим граф Ланжерон в своих «Записках» пишет: «Был уже декабрь месяц, но переговоры о мире не подвигались, чем в Петербурге были недовольны. Там поговаривали уже о вызове Кутузова. Жена Кутузова уведомила его о появившемся в обществе шуме и советовала ему найти возможность заключить мир до 
приезда его заместителя, но кого именно, она не знала.
В Петербурге же уже шептали друг другу на ухо, что избранным будет адмирал Чичагов, хотя это совершилось четыре месяца спустя».
Это выглядит удивительно, но Кутузов не спешил воспользоваться результатами победы русской армии.
 
 ПОТЕРЯ ВРЕМЕНИ  ЕСТЬ СОВЕРШЕННОЕ ЗЛО 
 
А в это время страшная опасность угрожала России с запада, и император Александр I, понимая, что войны с Наполеоном не избежать, торопил Михаила Илларионовича. В частности, 22 марта (3 апреля) 1812 года он писал: «Обстоятельства час от часу становятся важнее для обеих империй. Величайшую услугу вы окажете России поспешным заключением мира с Портою. Убедительнейше вас взываю любовью к своему отечеству обратить все ваше внимание и усилия к достижению сей цели. Слава вам будет вечная. Всякая потеря времени в настоящих обстоятельствах есть совершенное зло».
Но Кутузов, как всегда, все тянул и тянул.
Император Александр I, недовольный медлительностью переговоров, требовал от Кутузова именем Отечества обратить все возможные усилия к достижению мира, но при этом он совершенно не давал ему указаний о смягчении условий, требуемых от Порты. Кутузов ему отвечал: «Всемилостивейший государь, вы изволите вызывать меня именем Отечества, которое конечно я люблю всеми чувствами, но где имя ваше, государь, там не надобно мне гласа Отечества».
И опять все тянул и тянул.
В результате терпение Александра I лопнуло, и в апреле 1812 года он отстранил Кутузова и назначил Чичагова командующим Молдавской армией и Черноморским флотом.
 
 НАЗНАЧЕНИЕ АДМИРАЛА ЧИЧАГОВА 
 
Отметим, что Павел Васильевич Чичагов до ноября 1811 года был министром военно-морских сил России, а потом он стал членом Государственного Совета. Он был одним из фаворитов Александра I и получил от него чин вице-адмирала. Теперь же он был назначен не только главнокомандующим, но и генерал-губернатором Молдавии и Валахии. Плюс ему было поручено вести переговоры с турками, безнадежно затянутые Кутузовым.
Казалось бы, почему сухопутную армию поручили командованию адмирала? Ну, во‑первых, не только сухопутную, но и весь Черноморский флот, а во‑вторых, он должен был затем организовать нападение на французов с юга при поддержке славянских народов и Турции. То есть, по сути, была спланирована крупная военно-морская операция, в которой сухопутные войска и флот должны были действовать не просто скоординировано, а как единый механизм, и это могло обеспечить только единоначалие.
Еще одной из причин, побудивших Александра I назначить именно Чичагова, были, как утверждает военный историк генерал М.И. Богданович, «дошедшие до императора жалобы туземцев на притеснения, ими терпимые от наших войск». То есть от войск, которым и командовал Кутузов.
 
 ГЛАВНОЕ – НАСТУПАТЕЛЬНЫЙ И ОБОРОНИТЕЛЬНЫЙ СОЮЗ 
 
Император Александр I доверял Чичагову, как самому себе. Отправляя его на юг, он напутствовал его следующими словами: «Я вам не даю советов, зная, что вы – злейший враг произвола».
Также важно отметить, что Александр I не доверял Австрии, в то время уже вступившей в союз с Францией, и, как пишет М.И. Богданович, «предполагал обеспечить себя от враждебных покушений обеих держав, возбудив восстание славянских народов и направив Молдавскую армию, усиленную их ополчениями, к Адриатическому морю». Для такой операции ему было необходимо заключить с Портой оборонительный и наступательный союз.
2 (14) мая 1812 года император Александр I написал Чичагову: «Положение, в котором вы найдете переговоры в Бухаресте, значительно изменяет все замечания, которые вы делаете по поводу условий мира. Все уполномоченные уже подписали предварительные условия, на основании которых Прут и Дунай составят границу. Следовательно, самое простое, кажется, будет ничего не изменять в этих условиях, чтобы не помешать благотворному делу мира. … Если этот мир будет подписан, мы, без сомнения, получим значительные преимущества в современном положении дел. Но не должно скрывать от себя и то, что этот мир представляет и неудобства. Генерал Кутузов упустил из виду одно весьма важное обстоятельство: следовало предложить уступки, которые мы сделали в наших требованиях, лишь под условием заключения наступательного и оборонительного союза. Союз этот один лишь мог вознаградить нас за ту натянутость, которую этот мир внесет в наши отношения к сербам и славянским народностям, отношения столь важные для нас особенно в настоящее время».
Как видим, основной упор накануне войны с Наполеоном император Александр I делал не просто на установление мира с турками, но и на заключение с ними наступательного и оборонительного союза. К сожалению, Кутузов ничего этого не сделал. Более того, как пишет граф Ланжерон, он был «в отчаянии предоставить Чичагову заключать мир, что мог бы совершить он сам гораздо раньше. Он понял свои ошибки, раскаивался в них и находился в ужаснейшей ажитации». Это и понятно, Кутузову, уже знавшему, что его вот-вот заменят, никак не хотелось отдавать славу заключения такого важного для России мира кому-то другому. На каких условиях? Это неважно. Главное – забрать всю славу себе. В результате, как утверждает граф Ланжерон, «мир был заключен Кутузовым в конце апреля, тремя днями раньше приезда Чичагова, который мог бы иметь честь сделать то же, если бы приехал скорее». Далее граф признается: «Этот мир был и будет для меня загадкой».
 
 НЕДОСТАТКИ МИРНОГО ДОГОВОРА 
 
Когда Чичагов приехал в Бухарест, уже были подписаны предварительные условия мира, и изменить что-либо было невозможно. При этом Кутузов отступил от данных ему по некоторым статьям высочайших повелений. По условиям договора, подписанного 16 (28) мая 1812 года в Бухаресте, Россия получила Бессарабию, отодвинув границу с Европейской Турцией с Днестра к Пруту и Дунаю, обеспечивая свободу русского торгового судоходства по этой реке. Плюс обеспечивались привилегии Дунайских княжеств и подтверждалось внутреннее самоуправление Сербии, положившее начало ее полной независимости.
К сожалению, ни о каком наступательном и оборонительном союзе с турками в договоре не было сказано ни слова. При этом Кутузов написал императору: «Предаюсь великодушию Вашего Императорского Величества. Что я ничего лучшего сделать не мог, тому причиною положение дел в Европе; что я никаких не упустил стараний и способов, тому свидетель Бог».
В своих «Мемуарах», опубликованных потом во Франции и никогда в этой части не переводившихся на русский язык, адмирал Чичагов писал: «Этот договор, так быстро заключенный, имел недостатки. Прежде всего, он не предусматривал наступательного и оборонительного союза против Наполеона. …Затем он не содержал тех выгодных условий, которых можно было бы добиться. Тем не менее, я знал, что турецкие переговорщики имели приказ уступить по всем пунктам».
Да, согласно этому договору, «Блистательная Порта» уступила России восточную часть Молдавского княжест-
ва, которая позже стала называться Бессарабией, но остальная часть княжества осталась под турками. Плюс Россия обязалась возвратить Турции все пункты на Кавказе – Анапу, Поти и Ахалкалаки. Сербам было обещано добиться для них полной независимости от Турции, но в договоре «сербский вопрос» вообще оказался отодвинут на задний план, и было лишь высказано пожелание о том, что Турция «по правилам своим употребит снисхождение и великодушие против народа сербского». Как написал в своих «Мемуарах» адмирал Чичагов, «Бухарестский договор отдавал Сербию на отмщение Порте».
После такого, как отмечает граф Ланжерон, «Кутузов был осужден двором так же, как и теми из его армии, которые не были его креатурами. Ему не дали ни чина фельдмаршала, ни ленты Святого Георгия 1-й степени, которую он мог просить по статуту». Сдав начальство над армией Чичагову, Кутузов отправился в свое поместье Горошки в Волынской губернии, где он и находился вплоть до получения известия о переходе войск Наполеона через Неман.
А.Ф. Ланжерон. Худ. Джордж Доу / ru.wikipedia.org
 
 ОБИДА КУТУЗОВА НА АДМИРАЛА ЧИЧАГОВА 
 
Адмирал Чичагов был очень недоволен заключением такого мира. Он, как свидетельствует генерал М.И. Богданович, постарался «выказать в глазах Александра I невыгоды Бухарестского трактата и предлагал государю отказать в ратификации его и домогаться, чтобы Порта заключила с нами союз против Франции, либо, по крайней мере, дозволила нам провести Молдавскую армию через турецкие владения, в Иллирию и Италию, для отвлечения туда части наполеоновых сил».
Но выполнить этот замысел не удалось. Слишком мало оставалось времени. Итак, «благодаря» Кутузову, Россия не добилась столь важного для нее союза с Турцией.
Чичагов, оказавшись на берегах Дуная, привел в порядок Молдавскую армию. Он даже готовился к продолжению войны с турками и походу на Константинополь. Но началось вторжение Наполеона в Россию, и войска Молдавской армии, переименованной в Дунайскую, пришлось направить на север для удара во фланг французам. Про планы на юге пришлось забыть.
При этом адмирал быстро во всем разобрался и написал императору письмо, в котором подробно изложил все проблемы, оставшиеся после Кутузова. В своих «Мемуарах» Чичагов потом написал так: «Стоит ли удивляться распущенности солдат, если генерал Кутузов, предаваясь лишь удовольствиям, не постеснялся с помощью своих сообщников похитить и выслать из страны члена Дивана (местного административного органа. – Прим. ред.) Валахии, мужа одной из своих любовниц? Щедрый на потворство своим любовницам, он предоставлял их друзьям и протеже исключения из правил на дунайских таможнях. Караваны, приходившие из Андрианополя, делали из этих таможен настоящий источник богатства, который, однако, был истощен этой узаконенной контрабандой и казнокрадством чиновников, которые пожирали оставшееся. Таким образом, в этих столь плодородных княжествах, которые вместе с Бессарабией … могли давать двадцать миллионов рублей дохода, Россия была вынуждена содержать за свой счет армию, оставшуюся без денег и продовольствия».
Естественно, Кутузов не мог забыть Чичагову такой обиды и потом всегда старался представить его как неумелого полководца, который не выполняет приказы главнокомандующего. И это ему удалось на Березине, где именно Чичагов был сделан главным виновником того, что окруженному с трех сторон Наполеону удалось спастись.

поделиться: