ПОДПИСКА Новости Политика В мире Общество Экономика Безопасность История Фото

Совершенно секретно

Международный ежемесячник – одна из самых авторитетных российских газет конца XX - начала XXI века.

добавить на Яндекс
В других СМИ
Новости СМИ2
Загрузка...

Через полвека после вторжения

Опубликовано: 16 Ноября 2018 10:29
0
976
"Совершенно секретно", No.8/409, август 2018
советские войска в праге. август 1968
советские войска в праге. август 1968
Фото из архива автора

 

21августа 1968 года огромная группировка войск пяти стран Варшавского договора вторглись в Чехословакию, положив конец демократическим реформам Пражской весны. Хотя, конечно, невзирая на большой «коллектив», это было, прежде всего, советское вторжение, преследовавшее цель укрепления «слабого звена» социалистического блока, коим советское руководство полагало ЧССР.
 
Но, намотав на танковые гусеницы Пражскую весну, кремлевские стратеги на деле не укрепили «братское содружество», а нанес­ли по нему непоправимый удар, расшатав его устои и развеяв иллюзии о возможности «социализма с человеческим лицом». Всем стало очевидно, что социалистический лагерь – это действительно лагерь, опутанный колючей проволокой «железного занавеса», где ответом на реформаторские устремления всегда будут чекисты и танкисты. Всего лишь за одну ночь основную массу чехов и словаков превратили во врагов Советского Союза (и того же социализма), да еще и сделав это почти буквально в канун мрачного юбилея – 30-летия Мюнхенского сговора, разрушившего довоенную Чехословакию. Даже сейчас тема вторжения 1968 года воспринимается чехами и словаками весьма болезненно. Много лет спустя Кремль осудил это вторжение устами Генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачёва, назвавшего это ошибкой и вмешательством во внутренние дела. Слова осуждения позже звучали и из уст руководителей России: Бориса Ельцина – в 1993 году, и Владимира Путина – в 2006 году.
Но сейчас речь не собственно о событии – о его освещении и возможности исследования. Казалось бы, спустя полвека можно попытаться разобраться в ранее сокрытой от нас механике происходившего: как и на основе какой информации принималось решение, насколько эта самая информация была правдива и адекватна, просчитывались ли далекие последствия или решались задачи сугубо сиюминутные… Увы, но с документами по этой части туго. Да и мемуары не заполонили книжные полки: по событиям 1968 года их практически нет! Разве лишь 20 лет назад появились воспоминания генерала армии Александра Майорова, командовавшего во время вторжения войсками 38-й армии Прикарпатского военного округа: это предельно честное повествование, как еще с апреля 1968 года планировалось и готовилось военное вторжение. Но оно же – единственное: другие военачальники ушли из жизни, так и не оставив воспоминаний об операции «Дунай». Редкие и отдельные газетные интервью не в счет, равно как и все еще единичные «солдатские мемуары»: взгляд из-под каски, конечно, тоже порой небезынтересен, но не дает представления о сути событий и их механизме.
Секретность? Так ее сроки четко определены законом «О государственной тайне», согласно 13-й статье которого «срок засекречивания сведений, составляющих государственную тайну, не должен превышать 30 лет». Лишь в исключительных случаях этот срок может быть продлен по заключению межведомственной комиссии по защите государственной тайны. И, во‑вторых, отчего-то пресловутая «секретность» никак не воспрепятствовала целому ряду публикаций с привлечением действительно ценной фактуры относительно событий 1969 года на острове Даманский – это та же эпоха! Да по советскому вторжению в Афганистан опубликован ряд документов, пусть и немного, зато действительно важных. Не говоря уже о том, что все полки книжных магазинов забиты воспоминаниями участников афганской кампании. Еще можно привести пример освещения событий 1956 года в Венгрии: есть сборник документов «Советский Союз и венгерский кризис 1956 года», сделанный в высшей степени профессионально, действительно дающий представление, как работал механизм выработки решения о подавлении венгерской революции 1956 года силой.
С документальной же базой принятия роковых решений 1968 года по-прежнему не очень: по факту исследователям закрыт доступ к ключевым архивным фондам, где хранятся нужные материалы. Правда, некие исследователи вроде бы получали доступ к ним. Но, во‑первых, это люди не «с улицы», а особо избранные. Проверить же достоверность сделанных ими ссылок, точность цитирования документов, как и саму их подлинность, невозможно: «нормального» историка и близко не подпустят, например, к фондам Архива Президента РФ (АП РФ), Архива внешней политики РФ (АВП РФ), Центрального архива ФСБ (ЦА ФСБ), не говоря уж про Архив СВР. Но даже и лиц, облеченных доверием, проверенных и благонадежных, твердо следующих «генеральной линии партии и правительства», подпустят не к полноценному массиву документации, а к крайне ограниченной и фрагментарной выборке, в гомеопатических дозах. И уж точно не будет доступа к фондам и коллекциям, где отложились документы именно о механизме выработки и принятия решения относительно военного вторжения. Скажем, недоступны документы Политбюро («Особая папка», «Особой важности» и пр.), секретариата ЦК КПСС, секретариата Л. И. Брежнева, Международного отдела ЦК КПСС, целиком или частично хранящиеся в АПРФ, куда простым смертным доступ заказан. Недоступны и соответствующие документы Министерства обороны СССР: материалы секретариата министра обороны СССР, соответствующих структур Генерального штаба ВС СССР. Проще говоря, на закрытом хранении находятся именно фонды и коллекции, где отложились документы о самом интересном.
Впрочем, после краха СССР кое-какие сборники документов о событиях 1968 года все же издали. Смехотворно малыми тиражами и аж целых три: «Чехословацкий кризис 1967–1969 гг. в документах ЦК КПСС», Пражская весна и международный кризис 1968 года», «Чехословацкие события глазами КГБ и МВД СССР». Первое издание сделано наиболее профессионально и основательно, его составители действительно ввели в научный оборот достаточно объемный комплекс ранее засекреченных и недоступных документов. В том числе и из так называемого пятого фонда РГАНИ (Аппарат ЦК КПСС). Но даже столь фундированный сборник не может претендовать на комплексное и достаточно полное фиксирование и описание событий: колоссальный массив наиболее существенной документации так и остался под спудом секретности. В частности, хотя из пресловутого фонда № 5 РГАНИ опубликовано 95 документов, невозможно поверить, что кризисным событиям был посвящен столь незначительный комплекс документов целой кучи самых различных отделов аппарата ЦК КПСС, министерств, ведомств, советских посольств и консульств. Да и на пресловутом пятом фонде свет клином не сошелся: есть же еще фонды № 3 – «Политбюро ЦК КПСС» (1952–1991 гг.), и № 4 – «Секретариат ЦК КПСС (1952–1991 гг.). Но об использовании (и доступности) документов этих фондов можно не заикаться.
В другом же сборнике опубликованы материалы, связанные, в основном, с оценкой чехословацких событий международным коммунистическим движением. Третий же, «Чехословацкие события глазами КГБ и МВД СССР», любопытен лишь тем, что его составители как смотрели, так и продолжают смотреть на события 1968 года все теми же «глазами КГБ». Видя во всем исключительно происки западных спецслужб и …мирового сионизма! – Да-да, именно так. Составители – все, кстати, люди при погонах – словно позаимствовали основную концепцию у авторов известной фальшивки «Протоколы сионских муд­рецов»: «Партия и государство оказались полностью подконтрольными лидерам сионизма. Ни о каком лечении болезни силами самой партии не могло быть и речи». Но документов, которые должны были бы засвидетельствовать активность западных спецслужб в ЧССР (а равно и происки сионизма!), составители не привели – ни единого! Зато прокололись, выдав документ, в котором четко сказано: «На сегодняшний день мы не располагаем достаточно убедительными фактами и материалами, которые бы дали нам возможность развернуть широкую работу по разоблачению контрреволюционного подполья с точки зрения его связей с империализмом, с точки зрения участия в контрреволюционной деятельности зарубежных империалистических разведок, хотя такое участие и очевидно». То есть оно как бы и очевидно, но у нас на сей счет ничего нет?!
С таким вот багажом российские историки и подошли к полувековому юбилею крайне важного и судьбоносного события, потому стоит ли удивляться, что современные вузовские учебники по истории международных отношений по сей день напичканы перлами про разгул «политического ревизионизма, результатом которых стали выступления оппозиции в ЧССР».

поделиться: