ПОДПИСКА Новости Политика В мире Общество Экономика Безопасность История Фото

Совершенно секретно

Международный ежемесячник – одна из самых авторитетных российских газет конца XX - начала XXI века.

добавить на Яндекс
В других СМИ
Новости СМИ2
Загрузка...

Любовь, похожая на стон

Опубликовано: 1 Августа 2000 00:00
0
10625
"Совершенно секретно", No.8/135

 
Ирина МАСТЫКИНА,
обозреватель «Совершенно секретно»

Она умирала каждый раз, когда он собирал свои вещи и уходил. Жизнь теряла смысл. Отрешенное лицо, отсутствие всяческих желаний, кроме одного – вернуть его любыми путями. Тогда-то уж она обязательно станет другой: прекратит изводить его ревностью, нарываться на скандалы, предоставит полную свободу действий. Пусть до трех ночи пьет с друзьями, пусть уезжает на дачу, не предупредив, – только бы был с ней. И, истерзавшись до изнеможения, она опять первой набирала номер его телефона и предлагала больше не ссориться. Он долго измывался над ней в трубку, обвиняя во всех смертных грехах, но в результате возвращался. «К сожалению, я до сих пор люблю тебя...»

И все начиналось сначала. Домой он приходил за полночь, чаще всего нетрезвый. Заводил долгие и ненужные разговоры, мешая ей спать. Когда на рассвете, наконец, выговаривался, она проваливалась в нервный и тревожный сон. Утром вставала совершенно разбитой и убегала на работу раздраженной и злой. Когда отрицательные эмоции накапливались, достаточно было одного слова «дура», которым он так любил ее обзывать, чтобы она вспыхнула спичкой. Ссоры опять заканчивались в лучшем случае битьем посуды. В худшем – травмами головы или сотрясением мозга. Он снова уходил. А она глотала антидепрессанты, которые давно уже в малых дозах не помогали. Порой так хотелось принять их целую горсть, чтобы покончить навсегда с этим «семейным» адом. Останавливала только мысль о родителях. Она держалась сколько могла и... снова набирала его номер. Она настолько срослась с ним, что отрезанной половинкой жить не получалось. Собственных интересов у нее давно уже не было.

А он постепенно перестал впускать ее в свой внутренний мир. С кем засиживается вечерами, где, она даже не представляла. И эта пытка неизвестностью была нестерпимой. Она билась в истерике и лихорадочно разыскивала его по всем известным телефонам. А он, узнав об этом от друзей, закатывал такие скандалы, что мало ей не казалось. Упреки в том, что он сам довел ее до такого состояния, пропускались мимо ушей. Во всем виновата была только она. И она действительно чувствовала себя виноватой. Ему будто бы доставляло удовольствие постоянно подавлять ее. За многие годы совместной жизни он знал все ее больные места и бил по ним сознательно. Однажды во хмелю сам признался ей в этом.

Но хуже всего ей бывало, когда он вдруг уходил из дому поздно вечером, пробурчав: «У меня дела!». Ну какие дела могут быть у женатого мужчины ночью! Она металась по квартире, как раненый зверь, и не знала, как заглушить боль. Когда он, наконец, под утро являлся навеселе, она была на грани нервного срыва. А он лишь грубил в ответ: «Я вообще не обязан отчитываться, где и с кем провожу время». В одну из таких ночей нервы ее настолько сдали, что она схватила на кухне нож и попыталась ударить им мужа. Он успел перехватить ее руку... Ну что она могла! В ней постоянно боролись две женщины: одна, с уязвленным самолюбием, пыталась нокаутировать другую – готовую все простить. Но верх в конце концов всегда брала вторая – муки брошенной оказывались гораздо сильнее страданий от его наплевательского отношения. И она прощала.

А он от такого ее слабоволия становился все наглее. Когда она в постели робко интересовалась, когда же он, в конце концов, выполнит свои супружеские обязанности, он, как правило, отвечал: «Я тебя не хочу». Иногда, правда, в нем, пьяном, просыпался самец, и он грубо насиловал ее. Но даже в такие минуты не терял над собой контроль. Дети для него – худшее из зол. Он считал, что ребенком она привяжет его к дому, а свободу свою он ценил превыше всего. Во всем – в поступках, желаниях и деньгах.

Ей самой было непонятно, от чего она все это терпит. Умница, красавица, все знакомые мужики завидуют ее мужу, а она, будто привороженная, от него – ни на шаг. Вся истерзалась.

Их отношения настолько осложнились и запутались, что он заговорил о разводе. Ничего обсуждать, как всегда, не хотел. Умерев в очередной раз для себя и окружающих, она с истерикой отпустила его к родителям. А через день, не выдержав душевных мук, наглоталась снотворных таблеток. Одиночество оказалось нестерпимым...

Ее спасли. Она сама, вдруг опомнившись, позвонила в «скорую». А выписавшись из больницы, стала ходить по психологам и психотерапевтам. Она училась любить себя, училась жить без него. Какой ценой – известно лишь ей одной...

– В психологии существует шкала стрессов, где смерть близкого человека принята за сто процентов. Развод занимает второе место и составляет примерно семьдесят пять процентов, – рассказывает психолог семейной консультации Михаил Лабковский. –Человек вроде живой, но ты его теряешь. С этим трудно смириться. Это и есть психологическая зависимость. Она формируется в детстве независимо от пола. Многими способами. Например, когда властные родители лишают ребенка самостоятельности, выбора и опекают так, что без папы-мамы он шагу ступить не может. Если мы говорим о мальчиках, у которых властная мама, они вырастают психологически зависимыми от женщин – «подкаблучниками». Если о девочках, воспитываемых властным отцом, они всегда будут психологически зависеть от мужчины.

Второй путь формирования зависимости – прямо противоположный. Девочки, лишенные отцовского тепла, или мальчики, обделенные материнской лаской, всю взрослую жизнь будут искать компенсации недоданной им в детстве любви у своих супругов, которые в браке обязательно должны играть роль родителей. Поскольку мы говорим о патологической зависимости мужа от жены или наоборот, то у таких семей будущего нет. Это предопределено. Зависимых – чаще всего женщин, – неуверенных в себе, с заниженной самооценкой всегда бросают...

И вот тогда начинается самое страшное. Сначала они впадают в астению – состояние пониженного тонуса, потом – в сильнейшую депрессию. Часто и подолгу рыдают, замыкаются в себе, некоторые даже не в состоянии работать. А это прямой путь в клинику неврозов или в кризисный центр. И дело тут не только в психологии. От постоянных душевных травм изнашивается весь организм человека. Начинаются неврозы, вегето-сосудистая дистония, гипертония, бессонница, психосоматические расстройства – язвенные болезни, приступы бронхиальной астмы, а также кровотечения при месячных и скачки цикла. А если у женщины ко всему прочему не происходит выплеска эмоций, она все держит в себе, то это еще и онкология. Известен случай, когда у одной пациентки мозг переставал самостоятельно вырабатывать гормон счастья – эндорфин, если она подолгу не видела своего женатого возлюбленного.

Ну а если свет клином на муже сошелся, появляются суицидальные мысли. Тот, кто действительно хочет умереть, никогда не станет об этом предупреждать окружающих. Уйдет в мир иной без свидетелей. Таких, к счастью, немного. Большая же часть женщин попыткой самоубийства лишь пугают мужей с целью повлиять на ситуацию и хоть немного изменить отношение к себе. Хотя из всех обещающих какой-то процент все же заканчивает смертью. Некоторые просто «заигрываются». Сначала наглотаются безопасного аспирина, потом серных головок от спичек, которые тоже не приводят к смерти, ну а потом, не рассчитав дозы, и сильнодействующих пилюль. А то еще выпьют уксусной кислоты или каких-нибудь бытовых ядов. Спасти в последних двух случаях шансов у медиков практически нет.

По данным Федерального научно-методического центра суицидологии при НИИ психиатрии, женщины, в отличие от мужчин, выбирают более мягкие методы самоубийства: принимают разные таблетки или режут себе вены. Мужчины чаще вешаются, стреляются, бросаются под поезда или с высоты, пьют кислоту. Женщины так сводят счеты с жизнью раза в четыре реже мужчин. И умирают они тоже в четыре раза реже.

В московские семейные консультации приходит довольно много мужей и жен, которые хотели бы расстаться со своими зависимыми партнерами по браку. Но без помощи специалиста сделать это боятся – стоит им дома заговорить о разводе, вторая половина моментально прибегает к угрозам убийства или самоубийства. Как знать, чем они закончатся? В такую лотерею не хочет играть никто. Многие уже совершали попытки самоубийств, а у одного мужчины – инициатора развода – жена дважды влезала на перила балкона. Он чудом успевал перехватить ее.

Примерно полгода назад в практике Михаила Лабковского был похожий – очень тяжелый – случай. Пришли к нему на прием муж с женой. Женщина жаловалась, что супруг ее совершенно не любит. Тот оправдывался: как можно ее любить, если она невменяемая – бегает по квартире с топором и рубит мебель. Жена обиделась, обозвала мужа «козлом». Так, слово за слово, они разругались. Женщина так завелась, что вдруг вскочила и выбежала из кабинета. Поднялась на последний этаж здания и попыталась выброситься из окна лестничного пролета. Муж еле успел предупредить попытку суицида. А через неделю звонит психологу весь в слезах и рассказывает: «Стоим мы с ней на балконе – курим. Вдруг она спрашивает: «Ты меня любишь?» Ну, я замялся. Ты понимаешь, говорю, не знаю, как и сказать. А она взяла и с балкона прыгнула. Через двадцать минут в машине «скорой помощи» умерла».

Вторая пара пришла к Михаилу Александровичу в начале июня. Пять лет они были женаты, потом, со слов мужа, поссорились, он жену побил, и она подала на развод. Два года уже живут порознь, но зависимый муж очень хотел бы восстановить отношения, для чего и привел жену к психологу.

– А сам выглядел каким-то заторможенным, – рассказывает Лабковский. – Странно говорил, на вопросы отвечал через паузу, смотрел сквозь меня. Я и попросил его выйти в коридор, чтобы побеседовать с женой. Только он за порог – она поднимается со стула, а по ноге течет кровь. «Пока он с вами говорил, мне ножом ногу резал, – всхлипывает. – Боялся, что я признаюсь, как он в браке надо мной издевался – бил, насиловал, унижал, запирал дома, чтоб я занималась только им. Теперь вот заставил прийти к психологу, угрожая перерезать всю мою семью». Из дальнейшего разговора с женщиной выяснилось, что ее бывший муж – настоящий маньяк. Очень агрессивен, представляет реальную угрозу жизни. И психологическая зависимость его от жены носит более чем патологический характер.

За садистские выходки мужика явно надо было сажать. И, чтобы дать женщине время на подготовку бумаг для возбуждения уголовного дела, я запретил ему встречаться с ней два месяца, в течение которых якобы буду с женой работать. Больше они ко мне не пришли. Видно, заинтересовали прокуратуру... Такие агрессивные люди обычно заканчивают не тюрьмой, а местом похуже – тюремным отделением психиатрической больницы. Там запросто могут придушить ночью – от скуки – такие же агрессивные психи...

Агрессия заложена в каждом из нас. Равно как и садизм с мазохизмом. И все наши поступки зависят от преобладания того или иного качества. Наиболее ярко это выражено у психологически зависимых людей. Чаще среди них встречаются и личности с индивидуальными особенностями. От них можно ожидать чего угодно.

...Валя жила с Геннадием в гражданском браке, от которого родились двое детей. Многого у мужа никогда не просила – жалела его пухленький кошелек. Муж и привык «поощрять» ее скромность. Не хотел даже прописывать в свою квартиру. Так, на птичьих правах, мать его детей в доме и существовала. Стирала, готовила, убирала, исправно выполняла все супружеские обязанности. Свое предназначение видела только в служении мужу, которого безумно любила.

Со временем Геннадию наскучили ее разговоры о быте, и он стал уделять семье меньше времени. Иногда приходил под утро. Она почувствовала: у мужа появилась другая женщина, и переживаниями просто «сжигала» себя. Но вида старалась не подавать. Наоборот, стала вкуснее готовить, тщательнее гладить рубашки, занялась своей внешностью. Он же ничего не замечал. К жене охладел окончательно. А от нее по-прежнему – ни упрека. Страх остаться одной с двумя детьми на руках парализовал волю. Только когда Валя обнаружила на рубашке мужа следы губной помады, а в кармане брюк – начатую пачку презервативов, она решила: им нужно поговорить. И в ближайшую субботу помчалась к мужу на дачу. Там и застала его с женщиной.

Не помня себя от ревности, накинулась на любовников, царапала и колотила их. Муж еле с ней справился. С руганью вытолкнул на улицу и приказал ехать домой. Как она добралась, не помнит. Не помнит и как дома достала охотничье ружье и расстреляла их общую постель. Она все еще стояла с ружьем в руках, когда примчавшийся следом Геннадий окликнул ее по имени. Она выстрелила в упор. А потом на грани помешательства вскрыла себе вены...

Соседи не дали ей умереть, отвезли в ближайшую больницу. А оттуда Валя попала в суицидологическое отделение московского НИИ психиатрии. Ее подлечили. Затем передали следственным органам. Несчастной женщине предстояло держать ответ за убийство мужа...

Психологическая зависимость от кого-либо – это всегда очень болезненное состояние. В душе человека идет постоянный конфликт из-за неприятия такой жизни и невозможности ее преодолеть. Подверженные этой страсти почти всегда несчастны. Особенно если их привязанность к спутнику носит характер очень сильной любви. Всепоглощающей, сжигающей, жертвенной. Как правило, это проявляется в ревности, слезах, мольбах, упреках, уговорах, потакании во всем и всепрощении. Чаще всего зависимые люди не имеют своего собственного мнения, полностью подчиняются партнеру, растворяются в нем и в то же время постоянно ждут, что их разлюбят. Именно «благодаря» таким качествам и поступкам женщин у мужчин и формируется желание унижать их, подавлять, бросать. Куда как интересно жить с «серой массой»!

...Анна была женой военного. Не работала, воспитывала сына. Жила по библейской истине «да прилепится жена к мужу своему». А он был настоящим солдафоном. Любил порядок. Если что куда положил, запрещал даже прикасаться. Однажды утром на кухонном столе Петр оставил пустую пластиковую бутылку. А тут как назло пришел сосед и попросил Анну одолжить ему тару для пива. Она и отдала бутылку, предупредив, что вернуть ее обязательно надо до прихода мужа с работы. Но сосед не успел. Муж как увидел – бутылки нет, заставил жену отжиматься от пола пятьдесят раз. И она беспрекословно выполнила его приказание. В своем доме он, как и на службе, только приказывал.

О былых душевных беседах с супругом Анна уже даже забыла. Выговариваться теперь бегала днем к подружкам. Наплачется там – и назад, к своему тирану. А у него с ней разговор короткий. Оставит после уборки пыль в уголке – должна тридцать минут маршировать. Подвернет неровно на супружеском ложе покрывало – обязана столько же отстоять в углу на горохе. Ну а если ненароком вдруг сдвинет с места его любимую чашку – будет весь вечер отдавать ему честь. За более серьезные провинности он мог дать ей трое суток гауптвахты – запереть в ванной или избить. А она отлежится и снова обхаживает его как ни в чем не бывало. «Буду терпеть все его выходки, – упрямо твердила Анна подружкам. – Потому что люблю его и ни на кого другого не променяю».

Понимая, что жена от него психологически и материально зависит, Петр стал вести себя развязнее – приводил домой любовниц. А законную жену заставлял стелить им постель и бегать за шампанским. Жаловаться или плакать ей категорически запрещалось. В противном случае – расправа: останется без обеда и ужина или получит оплеуху. Дать волю чувствам она могла, только когда он неделями жил у другой. Но стоило ему вернуться – она бросалась ему на шею, не помня себя от радости...

Психологическая зависимость одного человека от другого мало чем отличается от алкогольной или наркотической. Причин здесь – масса. Главные – две. На первом месте, конечно, боязнь одиночества. На втором – секс. У женщин, кстати, этот фактор более распространен, чем у мужчин. Прежде всего потому, что им труднее реализовать себя в сексе из-за собственной избирательности. Если женщина привязывается в сексуальном плане к мужу, то лечь в постель с кем-то другим для нее очень большая проблема. У мужчин с этим проще. Они примитивнее.

– Широко распространена ситуация, когда в семейную консультацию приходит зависимая женщина с жалобой на то, что у них с мужем уже много месяцев или лет нет секса. Когда я приглашаю к себе мужа, он обычно отвечает, прямо при жене: «Я ее не хочу». Она пытается выяснить причину. Муж молчит, со скукой озираясь по сторонам. Да если б женщина не была психологически зависимой, то не бегала бы по психологам, а послала муженька куда подальше или нашла себе любовника. О чем я всегда открыто говорю в подобных случаях. А пациентка, как правило, отвечает: могу, мол, только с мужем.

У психологически зависимых мужчин, кстати, точно такая же проблема. Один вот развелся с женой на почве ревности, потом встретил другую женщину. Тут у него и начались нелады с эрекцией. Выяснилось, что когда он ложится в постель с любовницей, то постоянно думает о бывшей жене, с которой в сексе все было отлично. Психологическая зависимость часто проявляется физически. Супруги привыкают друг к другу, и после развода зависимому трудно перестроиться на другого партнера, дистанцироваться от прежнего...

Есть и еще несколько аспектов, объясняющих большую подверженность психологической зависимости именно женщин. Деньги, дети и невозможность стать самодостаточной. Большинству представительниц прекрасного пола неинтересно с самой собой. Для счастья им необходимы муж, дети, друзья. Друзей, кстати, у таких людей, как правило, мало. Потому что они не могут предложить им равноправных отношений, всегда что-нибудь требуют. Это сильный пол способен компенсировать отсутствие семьи работой. У слабого же пола на первом месте всегда любимые или мужья. И когда они уходят от своих зависимых спутниц, то выбивают у них почву из-под ног.

Зависимые браки в нашей стране – явление довольно частое. И потому, что мы с детства привыкли подчиняться родителям, воспитателям, учителям. И потому, что выходим замуж или женимся, прежде всего, убегая от одиночества. Особенно четко это просматривается по количеству звонков на телефон доверия и количеству посетителей семейных консультаций, куда приходят с конкретной просьбой – помочь избавиться от рабской зависимости и... наладить отношения с партнером. Хотя в девяноста девяти случаях из ста единственным выходом из создавшейся ситуации мог бы быть только развод.

Одна такая «раба любви» пришла к Лабковскому буквально на днях, едва выписавшись из больницы после перелома основания черепа – муж кулаком по голове ударил. О разводе даже думать не хотела, без Васьки, говорит, смерть. Когда же Михаил Александрович стал расспрашивать даму об их отношениях с Васькой, то выяснилось, что в первый раз он ее «приласкал» уже на свадьбе. От удара она тогда скатилась по лестнице и сломала руку. Когда родственники побежали за милицией, молодой муж попросил новоиспеченную супругу: «Не будь сукой, скажи ментам, что сама упала, а то меня заберут». Что она и сделала. После той поблажки зависимая жена, не чаявшая в муже души, была бита несчетное количество раз. Мать ей с детства внушала: «Бьет – значит, любит». Наконец, на шестнадцатый год совместной жизни не выдержала и обратилась за помощью к психологу.

И все же, как бы ни был серьезен этот случай, встречаются ситуации и потяжелей. Когда муж не только пьет, бьет, изменяет, но и отказывает жене в заботе, внимании, уважении, помощи, деньгах, сексе – то есть во всем, на чем базируется семья, как это случилось с героиней нашей первой истории. Она продержалась в невыносимых условиях шесть лет. Сколько сможет выдержать другая зависимая женщина, едва успевающая залечивать душевные раны, прежде чем в ней созреет протест? Это уже определяется запасом энергии личности, ее биопотенциалом и свойствами характера. Одна дама терпела холодность и пренебрежение мужа целых десять лет! И только на одиннадцатый год сексуального «поста» задалась вопросом: а, собственно, почему? Может, причина в муже, и тогда от него стоит уйти?

Цифры неутешительные, но на сотни женщин найдется лишь одна с выраженным самолюбием, которая изначально не потерпит к себе неуважительного отношения. Остальные, «зацикленные» на мужьях, долго еще будут терпеть. Или пока муж не подаст на развод, или пока к ним самим не придет прозрение. Последнее, к несчастью, случается крайне редко. Подавляющему большинству страдающих психологической зависимостью требуется помощь психологов, которые подводят их к объективному пониманию ситуации и, как следствие, – принятию самостоятельного решения.

Наиболее трудно это дается при патологической зависимости, когда отношения супругов – постоянный раздражитель для их психики и нервной системы. Лечение этого кризисного состояния сравнимо с лечением алкоголизма или наркомании. Патологически зависимый партнер годами может ходить на прием к психологу, прежде чем начнет смотреть на свою ситуацию отстраненно. И итогом этого марафона обязательно будет развод. По инициативе самого зависимого. Теперь-то он ясно осознает: пытаться сохранить семью в таких случаях – дело бесперспективное. А порой и опасное.

Многие современники Маяковского до сих пор считают причиной его самоубийства отношения с гражданской женой Лилей Брик. Она имела над ним необычайную власть. А он терпел ситуацию унизительную для себя: жизнь втроем, бесконечные измены, холодность. Ему же хотелось жара любви. Он страшно мучился из-за этого, забрасывал Лилю письмами: «Любишь ли ты меня? Любишь ли так, чтобы это мной постоянно чувствовалось?» И пытался найти этот жар любви на стороне. Но каждый раз возвращался к своей любимой женщине.

В быту Маяковский был абсолютно безвольным. Собственница Брик могла делать с ним все, что хотела. Почувствовав, например, однажды, что слишком плотный контакт губит их отношения, она потребовала от поэта двухмесячной разлуки. И Маяковский покорно провел это время в своей добровольной тюрьме. Ходил под ее окнами. Передавал рисунки, письма, записочки, в конце которых обязательно рисовал щенка и подписывался «Твой щен» или «Твой щеник», чем подчеркивал всяческую зависимость от нее. За всю их совместную жизнь он ни разу не повысил на нее голос. Хотя поводов было достаточно.

Еще более трудно складывались отношения в самой известной и скандальной семье того времени Сергей Есенин – Айседора Дункан, где зависимой стороной была Айседора. Она влюбилась в Есенина с первого взгляда. Его же притягивала к ней только ее слава. Есенин писал в письме к одному из своих друзей: «У нее нет не только виллы, о которой она врала, но даже маленькой виллочки. Одни ножки, да и те старые».

А Айседора бегала за ним, как собачонка. Он тысячу раз уходил от нее со свертком белья к друзьям. Но часа через два туда от жены прибывал швейцар с письмом, Есенин давал лаконичный и непреклонный ответ. Еще через час появлялся секретарь танцовщицы. Наконец, к вечеру врывалась она сама. Опускалась на пол возле стула, где сидел ее ненаглядный, и нежно произносила: «Ангел!» Есенин хлестал отборной бранью. А однажды грубо оттолкнул ее ногой: «Поди ты к ...» Айседора улыбнулась еще нежнее и еще нежнее произнесла: «Сергей Александрович, лублу тебья». Кончалось все одним и тем же. Сверток с движимым имуществом забирался, и Есенин возвращался к жене на Пречистенку.

Он особенно много пил в годы их брака. И, по собственному его признанию, только в пьяном угаре мог заставить себя лечь с ней в постель. Устраивал ей бесконечные истерики, порой душил. Заставлял танцевать, когда в гости приходили его друзья, даже если она не хотела. А посреди танца вдруг одергивал и кричал: «Брось задницей вертеть! Ведь старуха! Сядь. Лучше я буду стихи читать». Она послушно садилась. Есенин был ее господином, ее повелителем. Она, как собака, целовала руку, которую он заносил для удара, и глаза, в которых чаще, чем любовь, горела ненависть к ней.

Он только скажет: «Дуся, сигарет!» – и она летит за сигаретами. «Дуся, шампанского!» – и она снова вскакивает. Самое ласковое слово для нее у него было «сука». Но Айседоре отчего-то нравилась его грубость, хотя от нее она порой и страдала. Страдал и сам Есенин. У них был горький роман...


поделиться: