ПОДПИСКА Новости Политика В мире Общество Экономика Безопасность История Фото

Совершенно секретно

Международный ежемесячник – одна из самых авторитетных российских газет конца XX - начала XXI века.

добавить на Яндекс
В других СМИ
Новости СМИ2
Загрузка...

Месяц / История

Опубликовано: 30 Июля 2009 08:00
0
1582
"Совершенно секретно", No.7/242



6 июня 1944 был открыт Второй фронт. Операция союзников по высадке войск в Нормандии (Франция) – она же операция «Оверлорд» (D-Day) — началась рано утром. Высадка производилась в течение нескольких суток, как днём, так и в ночное время. Перед высадкой силы союзников концентрировались на базах, расположенных на южном побережье Англии, самой важной из которых был Портсмут. Операция была крайне засекречена. Точками высадки были преимущественно пляжи Нормандии: Омаха, Меч, Юнона, Золото, Юта. Битва
за Нормандию продолжалась более двух месяцев. Операция формально закончилась 19 августа 1944 года, когда союзники пересекли Сену, а реально – в конце августа, когда был освобожден Париж.
До сих пор эта высадка остается крупнейшей десантной операцией в истории — в ней приняли участие более 3 миллионов человек, которые пересекли Ла-Манш из Англии в Нормандию. Это потом стали говорить, что, мол, и без Второго фронта обошлись бы, и без американской помощи, которая поступала бесперебойно с начала войны до ее конца и по сути дела тоже была Вторым фронтом.
А тогда, во время войны, всякий знал: высадка союзников в Нормандии сыграла колоссальную роль, заставив Гитлера воевать на два фронта и положив начало концу нацистской Германии. А без помощи – американского пороха, взрывчатки, листовой стали, авиабензина, студебеккеров
и виллисов, американской тушенки, сахара, консервов, жиров, шоколада, спирта – без всех этих поставок по ленд-лизу на общую фантастическую сумму в 11 с лишним миллиардов долларов (больше 160 млрд в ценах 2009 года) Советский Союз точно не выстоял бы.

 




18 июня 1939
из 17-летней эмиграции на родину вернулась Марина Цветаева. Зачем – Бог ведает. Через два месяца, 27 августа, была арестована ее дочь, Ариадна. Еще через полтора месяца, 10 октября, – муж, Сергей Эфрон. Он был расстрелян в 1941-м, Ариадна провела 15 лет в сталинских лагерях. Марина через два года после возвращения, 31 августа 1941 года, повесилась, находясь в эвакуации, в захудалом городке Елабуга, что на Каме. Пятью днями раньше она написала заявление: «В совет Литфонда. Прошу принять меня на работу в качестве посудомойки в открывающуюся столовую Литфонда. 26 августа 1941 года».
Такой вот конец одной из лучших поэтесс XX века, дочери профессора, подарившего России Музей изящных искусств (ныне почему-то Музей им. Пушкина), прожившей блистательную и тяжелую жизнь, сводившей с ума и мужчин, и женщин, и сходившей сама не раз от любви с ума. И зачем, действительно, вернулась? Никто лучше нее на этот вопрос не ответил:
Тоска по родине! Давно
Разоблаченная морока!
Мне совершенно все равно —
Где — совершенно одинокой

Быть, по каким камням домой
Брести с кошелкою базарной
В дом, и не знающий, что — мой,
Как госпиталь или казарма <…>

Всяк дом мне чужд, всяк храм мне пуст,
И всё — равно, и всё — едино.
Но если по дороге — куст
Встает, особенно — рябина...

1934





26 июня 1284
в немецком городе Гаммельне случилось печальное происшествие. Оно началось с попытки изгнания из города расплодившихся крыс. Жители готовы были предложить любые деньги тому, кто спасет их от напасти. И вот неожиданно появился в Гаммельне причудливый человек. На нем был пиджак из разноцветной пестрой ткани, и он выдавал себя за Крысолова, обещая за вознаграждение избавить город от мышей и крыс. Жители пообещали ему заплатить, и тогда Крысолов вытащил свою дудочку и стал на ней играть. Вскоре из домов стали выползать мыши и крысы, собираясь вокруг него. Когда крысолов убедился, что все грызуны выползли, он двинулся в сторону реки Везер. Вся толпа крыс и мышей последовала за ним, бросилась в воду и утонула. Как только горожане узнали о победе над крысами, им стало жаль заплатить обещанную сумму. Не получив своего вознаграждения, огорченный Крысолов ушел из города.
Но 26 июня он пришел снова в образе охотника, с ужасающим лицом, в странной шляпе. И в то время, когда все взрослые были в церкви, вновь в городе заиграла дудочка. На этот раз на эти звуки пошли не крысы и мыши, а дети. Тогда он повел всех, продолжая играть, через восточные ворота города, в сторону горы, где и исчез вместе с ними. Tолько двое детей вернулись назад, так как они опоздали; один из них был слепым, а другой немым, поэтому они не могли ничего рассказать и показать, куда все ушли. Тогда пропали 130 детей.
Существует несколько концовок этой легенды. По одной из них, Крысолов утопил детей, так же как и крыс, в реке Везер. По другой, он привел их в страну радости и счастья.
Эта история хорошо известна из сказки «Гаммельнский крысолов» братьев Гримм, написанной в XIX веке. Но предание утверждает, что событие не выдумано, а имело место в действительности. 


25 июня 1959
в Москве, в Сокольниках, открылась первая в СССР американская национальная выставка. Ее открывали Никита Хрущев и Ричард Никсон, вице-президент США. Пришедших на выставку многочисленных москвичей американцы одаривали значками, яркими пластиковыми пакетами и угощали пепси-колой, что создало немалую давку: ничего похожего наши соотечественники в то время и не видели.
Тогда многие компании из политических соображений отказывались представлять в Москве свою продукцию. Президент «Пепси» Доналд Кендалл, личный друг Никсона, дал согласие, и его критиковали за то, что компания ввязалась в проект. Кендалл позднее вспоминал: «Вечером, накануне открытия выставки, был обед в посольстве. Я признался Никсону, что у меня большие проблемы дома, и сказал: «Мне нужно, чтобы у Хрущева в руках оказалась пепси». Никсон ответил: «Не беспокойся, я подведу его к вашему киоску».
Будущий президент сдержал обещание. Кендалл предложил Хрущеву сравнить пепси из Соединенных Штатов и аналогичный напиток, изготовленный в Москве специально для выставки, выразив уверенность, что в СССР можно делать пепси не хуже, чем в Соединенных Штатах. «Хрущев, – вспоминал Кендалл, – попробовал обе пепси и объявил: «Московский напиток намного лучше, чем пепси-кола, сделанная в Нью-Йорке». И стал предлагать московскую пепси окружающим со словами: «Вот хорошая пепси-кола». Пресса, конечно, посходила с ума. Наш рекламный лозунг в то время был «Be Sociable, Have a Pepsi» – «Будь общительным, пей пепси!». Фотографии разошлись по всему миру. В газетах на первых полосах были снимки Хрущева, угощающего всех пепси-колой, а подпись под фотографией гласила: «Хрущев хочет быть общительным».
Выставка впервые, может быть, заронила в умы мыслящих советских людей сомнение в превосходстве «нашего» образа жизни над «ихним». 


 Леонид Велехов

поделиться: