ПОДПИСКА Новости Политика В мире Общество Экономика Безопасность История Фото

Совершенно секретно

Международный ежемесячник – одна из самых авторитетных российских газет конца XX - начала XXI века.

добавить на Яндекс
В других СМИ
Новости СМИ2
Загрузка...

«Я бросаю вызов лично Путину»

Опубликовано: 1 Марта 2004 09:00
0
1564
"Совершенно секретно", No.3/178

 
Леонид ВЕЛЕХОВ
 

PHOTOXPRESS

– Какой смысл участвовать в выборах, которые с каждым днем все больше превращаются в фарс – причем стараниями их непосредственных участников? Нет ли опасности больше потерять в общественном мнении, чем приобрести, из-за этой атмосферы скандалов в духе Жириновского, путешествий нового Степы Лиходеева по фамилии Рыбкин и демонстраций откровенного неуважения к самой процедуре предвыборной борьбы со стороны власти в лице Путина и его «двойника» Миронова? Ведь роль «пробки, выстреливающей из бутылки, в которую закупорена воля российского народа», как вы определили смысл своего участия в президентской кампании, в подобном антураже тоже может оказаться комедийной...

– Что ж, в России все возможно. Однако я уверена, что от меня самой зависит, чтобы мое участие не превратилось в фарс. Мне совершенно неважно, что рядом со мной Рыбкин, Малышкин и еще кто-то. Я борюсь не с ними. Я включилась в эти выборы не для того, чтобы стать президентом. Отлично понимаю, что никогда им не стану. Когда я призываю проголосовать за меня, то прежде всего предлагаю людям продемонстрировать таким образом свой протест. Протест свободных, продвинутых граждан против архаичной власти, не адекватной сильно изменившемуся за последние годы российскому обществу. Нам сколько угодно могут пудрить мозги исследованиями о том, что наш народ отсталый, византийский, патерналистский, что он боится власти и никогда не идет против нее. Это не так. 7 декабря на выборах в Думу проиграли лидеры демократического движения, но не демократические идеи. В людях зреет протест. Но если не будет политиков, которые этот протест аккумулируют и выразят, власть решит, что можно беспрепятственно превратить весь народ в послушное быдло. Она сейчас и пытается это сделать, подменив информацию пропагандой и заполнив эфир «развлекухой». Если не пытаться переломить эту тенденцию, то у нас президент того и гляди превратится в избранника Божия. Своим участием в выборах я бросаю вызов лично Путину и говорю ему: «Я не согласна с вами, Владимир Владимирович. Вы хотите продемонстрировать всему миру, что можно построить рыночную экономику, «вставив» демократию в некие рамочки, за которые ей высовываться не положено, и подавив политическую конкуренцию в зачатке. А я говорю: не получится ничего из этого скрещивания авторитаризма с рынком!» И власть отлично знает, что если у нее до сих пор что-то и получалось, то исключительно за счет нефти. Поэтому и аккумулирует золотовалютные резервы в каких-то сверхъестественных масштабах. На сегодняшний день они достигли 170 миллиардов долларов. А весь федеральный бюджет – около 80 миллиардов. Средства собираются в закрома, экономика остается отсталой и примитивной, новые направления не развиваются, новые рабочие места не создаются, пенсии и пособия нищенские, основная масса населения не живет, а выживает, небольшая группа людей приспособилась к этому «рынку» благодаря тому, что кормит колоссальный бюрократический аппарат... Ну, протянем так года два-три, а дальше что?

Мы живем в безобразном государстве. Ничуть не лучше, чем жили раньше, но только прежняя жизнь еще наложилась на рыночные риски, терроризм и прочее. И мы будем называть это стабильностью? Я не требую, чтобы Путин решил все проблемы за четыре года, но я так и не поняла: а какие проблемы вообще решаются? Ни одной не решено, только новые прибавились. Чиновников стало больше, власть совсем уже не прозрачна, новым людям в нее вход закрыт. Все укатали, как асфальт катком. Выстроили чисто советскую «вертикаль» с новым политбюро – администрацией президента – во главе. Вся власть в руках силовиков, а те гражданские, которые еще остались, порой свирепее силовиков оказываются, вроде любимого Суркова, который такой «проект» в виде думских выборов заделал, что Путина выставил перед мировым сообществом, мягко говоря, не в лучшем свете. Перегнул палку.

48 министерств, всюду воровство и коррупция, которые прямо-таки стимулируются официальными низкими зарплатами: чиновникам все отдано на «откупа». Премьер-министр получает зарплату 600 долларов, а вы посмотрите на его часы и костюмы: с каких шестисот долларов это куплено?

– Но с этими выборами, положим, все ясно. Вот и выступали бы в 2008-м...

– Если сегодня мы не скажем власти «нет», если не дадим возможность людям, не согласным с такой полуфеодальной моделью, выразить свое мнение, то в 2008 году, на который так уповают многие политические либералы, нам просто нечего будет делать, кроме как голосовать за какого-нибудь «преемника» из спецслужб. Это для нас, для политической тусовки, нынешние выборы – фарс и ничего больше. Поэтому мы хотим встать в позу и устраниться от них. А для «обыкновенного» человека это не так. Он хочет услышать голос смелого политика, который выразит его позицию. Мы просто не достойны собственного народа, путаем его этими призывами к бойкоту выборов, к голосованию против всех, мы не можем договориться между собой, поливаем друг друга грязью и поэтому проигрываем. И проиграв, как это было 7 декабря, все равно не можем плюнуть на старые разногласия и объединиться вокруг человека, решившего бросить власти вызов. Поэтому мне ничего не остается, как, несмотря ни на что, выступать от своего собственного имени, использовать любую возможность, будь то похожие на фарс дебаты или ничтожное, в сравнении с путинским, телевизионное время, чтобы обратиться к людям напрямую, говоря им: «Голосуя за меня, вы голосуете за самих себя – если сейчас вы не покажете власти, что вас не устраивает сложившееся положение дел, то дальше уже выбора у вас не будет; за свое право избирать, а не получать от власти очередного «преемника» и «наследника»...»

Одиночка

 

– Таким образом, если я правильно вас понял, вы бросаете вызов не только власти, но и всему политическому классу...

– Демократическому политическому классу...

– Да, конечно, демократическому политическому классу, который вас «породил». Не случайно ваше самовыдвижение было для него полной неожиданностью, возникли даже разговоры, что вы подыгрываете власти, едва ли не вступили с ней в сговор, чтобы разрушить планы оппозиции. Ведь, насколько я понимаю, был замысел создать Путину этакий «искусственный офсайд», который мог бы в идеале обернуться проблемами с явкой...

– Был. И, в свою очередь, я уверена, Кремль был страшно заинтересован, чтобы какой-нибудь известный демократ вступил в выборную гонку на «договорных условиях» – не трогая Путина, под лозунгом «царь хороший, бояре плохие». Ему бы даже нарисовали пять-шесть процентов...

– ...но вы таким «демократом» не стали, потому что сразу резко выступили против Путина лично, с заявлением по «Норд-Осту». После этого разговоры о «сговоре с властью» прекратились, но вызов, брошенный одновременно и Кремлю, и оппозиции, остался...

– Я отлично понимаю, как сильно рискую. Но, вы знаете, порой большие риски оборачиваются и большими дивидендами. У меня теперь есть политическая перспектива – сделать партию, которая объединит все остатки демократических движений и привлечет новых людей. И мы наконец получим полноценный демократический оппозиционный проект.

PHOTOXPRESS

– Это и есть стратегическая цель вашего участия в нынешних выборах?

– Да. Причем я не претендую на роль единоличного лидера новой партии. Готова быть солидером – наряду с Владимиром Рыжковым, Гарри Каспаровым, Борисом Немцовым, когда он вернется в политику, после того как подзаработает себе в банке денег на жизнь... Главное, это должна быть нормальная, естественным путем возникшая демократическая партия, а не очередной политтехнологический проект.

– Случайно или нет вы не назвали Чубайса среди своих товарищей по будущей партии?

– Естественно, не назвала. Анатолий Чубайс – личность очень мощная, но в силу его «происхождения» в нем борются два человека. Демократ, правда, авторитарного толка, и чиновник. Вот разрушают НТВ – Чубайс-чиновник на это закрывает глаза. Правда, Чубайс-демократ тут же начинает создавать ТВС. А потом по требованию Кремля Чубайс-чиновник продает акции ТВС. Чубайс-демократ не выдерживает и резко выступает по поводу ареста Ходорковского, но затем Чубайс-чиновник Чубайса-демократа осаживает, и тот уже больше о Ходорковском не заикается и вновь готов сотрудничать с президентом. Что ж, это раздвоение личности типично для советского человека. Но я не для того потратила десять лет жизни, чтобы и сегодня считать это нормой. Четыре года мы сотрудничали, я вошла в команду СПС, потому что других команд просто не было, мы пошли по прагматическому пути, поддержав Путина в надежде, что он будет проводить либеральные реформы. Но я увидела, что либерализация экономики не только не сопровождается либерализацией общественной жизни, но, наоборот, в обществе пошли совершенно противоположные процессы – зажим свободы, введение тотальной цензуры, стимулирование самоцензуры... И теперь Путин абсолютно искренне говорит: «Я ни во что не вмешиваюсь». Ему и не надо вмешиваться, машина контроля и самоцензуры отлажена и работает сама. Установлены правила игры, не хочешь по ним играть – закроем, как это сделали с независимыми телеканалами и печатными изданиями.

Арест Ходорковского... Слушайте, ну нельзя же заводить уголовные дела во имя пиара – чтобы продемонстрировать люмпенизированной части населения, как Родина борется с олигархами и побеждает их. Умным-то людям все понятно: у ЮКОСа 30 процентов производства нефти, вот и надо было забрать себе такой «кусок».

Что произошло с «Норд-Остом»? Почему расследование велось так вяло, а теперь дело и вовсе собираются закрывать? Ведь никакой ясности мы так и не получили, правды так и не узнали...

Все во имя рейтинга

 

– Ирина Муцуовна, но почему свое мнение по поводу «Норд-Оста» вы держали при себе год с лишним и только в январе, вступив в президентскую кампанию, решили высказать?

– Не держала, дорогой мой, с самого начала все сказала.

– В такой резкой форме оно было сформулировано только в январе...

– С самого начала, едва выйдя от террористов, я сказала, что можно спасти всех заложников и ради этого стоит продолжать переговоры. Сразу после штурма мы, конечно, всего не поняли и решили, что он был проведен нормально. Но потом мы затеяли собственное, независимое расследование и пришли к выводу, что и штурм и спасение людей были проведены совершенно варварски. Вы знаете, что мы до сих пор не можем получить список всех заложников? Почему после 11 сентября в Нью-Йорке был поставлен памятник с высеченными на нем именами всех погибших – а их более трех тысяч? Где у нас такая мемориальная доска с именами всех жертв «Норд-Оста»? Едва началась президентская кампания, родственники погибших и оставшиеся в живых заложники обратились к кандидатам в президенты с вопросом, что они думают о событиях на Дубровке и собираются ли содействовать настоящему расследованию событий. Вот я и ответила. Многие меня не поняли: по их мнению, кандидат в президенты должен выдавать позитивную программу, а я про каких-то там давно погибших людей вспомнила. Пресса обвинила меня, что я «пиаром на крови» занимаюсь. При этом та же пресса как-то совершенно не склонна замечать, что Владимир Путин делает себе пиар абсолютно на всем. У нас вообще политика превратилась в сплошной пиар. В Кремле больше нет ни историков, ни аналитиков, одни политтехнологи остались. И единственная задача – рейтинг поднимать до заоблачных высот: семьдесят пять процентов, восемьдесят: кто больше? А что дальше? Зачем этот небывалый рейтинг? Во что он будет конвертироваться? В рост благосостояния населения? Или он «конвертируется» сам в себя, и поэтому, когда происходит теракт в метро, первое, о чем вспоминает президент, – о своем рейтинге. Он себя выдал, когда произнес что-то вроде: этот теракт будет использован против меня. Ну нельзя же все события в мире делить только на две категории: за меня и против меня!

– Вообще вам не кажется странным, что у нас выборам непременно теракты предшествуют: взрывы жилых домов в Москве в 1999-м, теперь вот – взрыв в метро? Это что, случайные совпадения?

– Откуда я знаю? Эти вопросы надо задавать Владимиру Владимировичу Путину.

– А вы чувствуете свою личную ответственность за ту политическую ситуацию, которая сейчас сложилась в России и которую вы теперь так жестко критикуете? Вы в одном из интервью совершенно справедливо сказали про Березовского, что он сам придумал нынешний режим и его лидера, а потом стал с ним бороться. Но ведь и вы лично и возглавляемая вами до недавних пор партия в свое время немало сделали, чтобы этот лидер стал популярен среди либерально мыслящей, продвинутой, как вы говорите, части населения...

После тяжелого поражения на декабрьских выборах из всех лидеров СПС в политике осталась одна Ирина Хакамада. Борис Немцов, почти как чеховский Гаев, пошел работать в банк; Анатолий Чубайс полностью посвятил себя вопросам энергоснабжения
ИТАР-ТАСС

– Чувствую. Признаю ошибку. Моя ошибка была знаете в чем? Когда Путин пришел, я решила, что он ограничивает свободы и права для какого-то крупнейшего прорыва в экономике, немыслимого без всеобщей дисциплины и мобилизации. А ведь хаос при Ельцине царил, вы помните, какой. И вот стоит какое-то время потерпеть, будет сделан рывок в экономике, а дальше и в остальном все встанет на свои места. Это была ошибка. Когда во имя чего бы то ни было ущемляются политические права – подавляется конкуренция, свобода высказываний, независимые средства массовой информации, – политика кончается как таковая, и власть забирает в свои руки бюрократия. А она жадная, ей никакие либеральные прорывы не нужны, ей нужно воровать, и больше ничего. И четыре года это наглядно показали. В структуре экономики ничего принципиально не изменилось. «Крышевание», бешеные взятки – в карманы взяточников уходит до 60 миллиардов долларов в год, – и если убрать нефтяную «подушку», то отчетливо видно: реального прогресса в экономике нет. На днях Путин нам сообщил, что готов потрудиться еще четыре года на наше благо, а дальше укажет преемника, который будет выдерживать тот же курс. А что это за курс? Кто-нибудь понимает, куда мы идем? Каждому своему собеседнику Путин втолковывает вещи, приятные для него. И получается, что мы каким-то необъяснимым образом одновременно и вместе с Европой и Америкой, и готовы интегрироваться с Казахстаном и Белоруссией, и Китай у нас лучший друг...

Дежа вю

 

– Вам не страшно? Вы свою программу полностью заточили на критику Путина, а он, как вы знаете, человек обидчивый. У кремлевских стен тоже есть уши, и молва доносит, что вы нажили в его лице злейшего врага после заявления по «Норд-Осту»...

– (Пауза.) Я что-то не подумала об этом. Но ведь я же не обвиняю Путина в том, что он устроил теракт в «Норд-Осте». Я даже не обвиняю спецслужбы. Просто говорю: вы очень много скрываете и непонятно зачем потравили такое бешеное количество народа и ни одного террориста не оставили в живых для следствия. Задаю вопросы. И если вместо того, чтобы ответить, они начинают беситься, значит, дело там действительно нечисто. Я не критикую Путина лично. Я критикую Путина исключительно как президента, который выстроил мутную, архаичную систему власти и непонятно, чего хочет добиться при помощи этой системы. Если он умный человек и просто-напросто политик, то такая критика не может вызывать у него личной ненависти. Политик привык к критике, к дебатам, он всю свою жизнь, идя к власти, спорит со своими оппонентами и знает, что должен победить в споре, в открытой дискуссии, а не сводить с ними счеты. Если же он не политик, а чиновник, посаженный во власть, у которого каждое возражение вызывает реакцию типа «ненавижу! всех в асфальт закатаю!» – то... тогда тем более надо с ним бороться!

– Кто финансирует вашу кампанию и какого порядка эти вложения и траты? В последнее время вокруг этой темы много слухов и спекуляций, вот появилось заявление якобы из штаба Глазьева...

– Это заявление сфабриковано, очевидно, спецслужбами, Глазьев к нему отношения не имеет. Леонид Невзлин тоже, думаю, свое заявление сделает, он нам помогает, но исключительно легально, перечисляя деньги на наш счет, и, конечно, не в таких масштабах, как живописуют «черные пиарщики». Дают деньги и другие бизнесмены, но вообще парадоксальная вещь – многие деньги давать готовы, но «по-черному». Вот к чему привело политическое давление на бизнес. Что, это свидетельствует о доверии общества к власти? Да какое это доверие? Было бы доверие – не боялись бы поддерживать политиков, чьи идеи разделяют, пусть они и в оппозиции к власти. Просто власть монополизировала политическое пространство, выдавила конкурентов и не оставила обществу выбора. Я отлично понимаю, что и я не конкурент, какой из меня президент – женщина, к тому же наполовину японка, но что делать, если не нашлось достойного русского мужика на эту роль, все разбежались?

– Ирина Муцуовна, вы политик с западным имиджем, образованный человек, отлично знаете все американские заповеди поведения на выборах, но действуете им вопреки. Ну где ж это видано, чтобы человек выставлял свою кандидатуру, приговаривая: «Я знаю, что никогда не выиграю, какой из меня президент» и т.д. ...

– Мы не в Америке живем, а в России. В Америке нет таких заоблачных «рейтингов доверия». В Америке не может быть, чтобы одного кандидата несколько часов по телевидению показывали, как он с доверенными лицами встречается, а у других было бы по девять минут эфира на всю предвыборную кампанию. В Америке кандидат, представляющий меньшинство, это гордость, достижение демократии, а в России – маргинал, на которого с недоумением смотрят: чего он тут делает, под ногами путается... И поэтому в России нужно быть реалистом и говорить людям правду. Я иду не побеждать, а протестовать. Мы начнем с протеста, а потом и победа придет. К тому времени, глядишь, и мужики в наш лагерь подтянутся...

– К слову, об Америке. Недавно вы были в США по приглашению специального совещания конгресса «Развитие демократии в России». Вам был оказан подчеркнуто теплый прием, причем не только со стороны тех конгрессменов, которые занимают жестко-критическую позицию по отношению к путинскому режиму, вплоть до требования исключить Россию из «большой восьмерки»...

– Против этого я, кстати, решительно выступаю. Не надо Россию исключать, а то она вообще маргинализируется...

– Согласен, но я не об этом. Получается какое-то дежа вю: так когда-то принимали на Западе советских диссидентов, вроде Солженицына, позднее, в конце 80-х, так принимали главного оппонента Горбачева, Ельцина. Все вернулось на круги своя?

– Вот это дежа вю, как вы выразились, – моя главная претензия к власти. Пятнадцать лет было потрачено в том числе на то, чтобы оппозиция выглядела в глазах Европы и Америки не диссидентами, а нормальной, полноценной политической силой. Шла модернизация политической системы – и это все видели. И всего лишь за четыре года это было разрушено, и теперь впору все начинать сначала. Сколько еще мы будем ходить по кругу?


поделиться: