НОВОСТИ
Москва засекретила, в какие регионы будет вывозить свой мусор
sovsekretnoru

Грипп бывает опаснее пневмонии

Автор: Дмитрий ФРОЛОВ
01.06.2003

 
Фото ИТАР-ТАСС
 

 

Так считает член оперативного штаба по защите территории Российской Федерации от проникновения вируса атипичной пневмонии, заместитель директора Института вирусологии РАМН Петр ДЕРЯБИН

 

– Насколько, с точки зрения вирусолога, оправданно то напряженное внимание, которое приковано к атипичной пневмонии? Есть ведь немало куда более смертоносных инфекций...

– Называть точные показатели смертности при атипичной пневмонии сейчас преждевременно, но, так или иначе, речь идет о летальных исходах в пределах 5-8 процентов от числа заболевших. А при заражении лихорадкой Эбола, Марбург или Мачупа летальность может достигать 100 процентов. И все же атипичная пневмония признана особо опасной инфекцией. Дело в том, что уровень смертности – не единственный критерий степени опасности заболевания: мы обязаны учитывать особенности источника возникновения инфекции, пути распространения и передачи ее человеку, возможность диагностики и профилактики. По всем этим позициям атипичная пневмония до сих пор во многом представляет собой загадку, и именно это обстоятельство заставляет нас относиться к ней предельно настороженно.

Вообще это традиционная практика. Вот, скажем, в нашей стране издавна известна болезнь, именуемая лихорадкой Западного Нила. Случаи этого заболевания фиксируются в Волгоградской, Астраханской областях, на юге России. Последняя крупная вспышка была у нас в 1999 году, и тогда же лихорадка Западного Нила обнаружилась на американском континенте. Поскольку до сих пор неизвестно, каким образом лихорадка оказалась за океаном, она числится в ряду особо опасных. Между тем смертность заразившихся лихорадкой Западного Нила относительно невысока – всего 10 процентов. Чуть выше, чем при атипичной пневмонии, но гораздо ниже той, что могла бы быть в случае циркуляции давно не встречавшегося или, наоборот, нового штамма гриппа.

– О появлении нового гриппозного штамма говорят уже не первый год. Значит, у инфекционистов есть идеи, откуда он может появиться. А судя по той растерянности, которую посеяла атипичная пневмония, ее явно не ждали.

– Это не значит, что возбудитель новой болезни доселе науке был абсолютно неизвестен. Причиной заболевания атипичной пневмонией является один из штаммов коронавирусов. Но дело в том, что коронавирусы до сих пор считались болезнетворными только в отношении животных и потому привлекали в основном внимание ветеринаров. Правда, в литературе можно найти несколько работ, где описывалась диарея, при которой у больных были выделены коронавирусы. Но это не давало достаточных оснований для того, чтобы считать их болезнетворными. Организм человека буквально нафарширован различными вирусами, которые могут быть для него совершенно не опасны. Чтобы достоверно определить, какой именно вирус следует ассоциировать с тем или иным заболеванием, необходимо не только провести сложную работу, но и правильно интерпретировать ее результаты. Нередко случаются ошибки. Вот и при выделении возбудителя атипичной пневмонии за виновника заболевания сначала приняли парамиксовирус – из того же семейства, что возбудители кори или паротита, называемого в обиходе «свинкой». Впоследствии выяснилось, что парамиксовирусы ни при чем.

– Почему же, если возбудитель определен, о перспективах создания вакцины говорят весьма туманно?

– Выделение вируса – только первый шаг. Нужно еще получить экспериментальные данные о том, в каких культурах этот вирус будет хорошо продуцироваться, потом необходимо изготовить концентрированные препараты этого вируса или его иммуногенных белков...

– А вы можете, хотя бы приблизительно, назвать срок, необходимый для получения вакцины?

– Скажу сразу: это не может произойти скоро. Даже если все будет складываться очень удачно, лабораторная стадия продлится не менее года. И это еще не значит, что после завершения работ в руках исследователей окажется готовый к применению препарат. Чтобы довести его до производства, надо пройти огромное количество инстанций, получить множество разрешений и только после этого перейти к клиническим испытаниям. На это уйдет около трех лет. Почему так долго? Да потому, что сейчас нет ни одной вакцины против коронавируса. Если бы речь шла о новом штамме гриппа, то работа пошла бы быстрее: технология получения вакцины отработана.

Вообще говорить о сроках появления вакцины – дело неблагодарное. Вирус СПИДа выделили давным-давно, а вакцину разрабатывают до сих пор. Вирус гепатита С открыли в 1986 году – та же история. И нет гарантий, что она не повторится в случае с вакциной от атипичной пневмонии.

Появление вакцины – это, конечно, очень важно, но не следует думать, что она мигом решит проблему. Уже существуют средства специфической профилактики против десятков инфекционных заболеваний, а искоренить удалось лишь одно – оспу.

 


Авторы:  Дмитрий ФРОЛОВ

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку