НОВОСТИ
Литвинович рассказала, как избивают женщин в российских тюрьмах
sovsekretnoru

Греховодник

Автор: Ирина МАСТЫКИНА
01.07.2000

 
Беседовала Татьяна СЕКРИДОВА,
обозреватель «Совершенно секретно»

Место действия: Сочи, Открытый российский кинофестиваль, или, как его называют в народе, «Кинотавр».

Действующие лица: плейбой и супермен российского киноэкрана Николай Еременко-младший, а также его подруги и партнерши по экрану и вне его и многочисленные поклонницы.

Итак, Сочи. Пляж гостиницы «Жемчужина». С раннего утра свободных мест нет. Тем не менее отыскать Еременко среди принимающих солнечные ванны не составляет труда. Его фигура видна с любой точки пляжа. Ну и, естественно, он в окружении прекрасных дам. Должна признаться, в течение двух недель наблюдая за нашим героем, испытывала настоящее эстетическое удовольствие от того, как элегантен он в общении с женщинами и корректен с мужчинами. Хотя наслышана и о совсем другом Еременко: злом, циничном и саркастичном...

Впрочем, в каждом из нас и доброго и злого намешано предостаточно. А уж в талантливом человеке, да еще в актере, проживающем сотни жизней своих персонажей, от количества граней и оттенков просто рябит в глазах.

Действие первое
ДИТЯ ЛЮБВИ

Похоже, ему на роду было написано купаться в неге любви, ведь родился Еременко-младший 14 февраля – в День всех влюбленных! И рос, окруженный любовью. Родители его – Николай Еременко и Галина Орлова – артистами тогда еще были начинающими, служили в Витебском театре. Пока отец не сыграл у Герасимова в фильме «Люди и звери» и не стал известным на всю страну, они жили скромно, ютились в одной комнате. Естественно, как театральный ребенок, Коля уйму времени проводил за кулисами. Но, как ни странно, театральный вирус не проник в его кровь. Так же как до поры до времени не волновала его и роскошная родительская библиотека.

– Если говорить о самом ярком впечатлении детства, это – мгновения, когда после холодных осени, зимы и весны бабушка в первый раз выпускала меня на улицу погулять босиком... Это было просто фантастическое ощущение: сначала бежишь по холодному полу и ступенькам подъезда вниз, потом вылетаешь на улицу и падаешь ногами на теплую землю. И потом уже и не бежишь – паришь над этой землей... Ну просто дикий восторг! Я это не только помню, ощущаю, будто происходило все буквально вчера!..

Потом первая детсадовская влюбленность. На лето наш садик выезжал на дачу, и я влюбился там в свою воспитательницу и дико ревновал к ухажеру, который приезжал ее навещать. Помню, настолько рьяно оказывал ей знаки внимания, что она даже стеснялась этого моего чувства, не зная, как на него реагировать... Потом была влюбленность в первом классе, уже в одноклассницу, и затем целая череда бестолковых увлечений в параллель половому созреванию – некая тренировка чувств. Отчетливо врезалось в память, как в первый раз поцеловался, зажав на батарее в темном подъезде какую-то девицу. И хотя произошло это абсолютно неумело, я чуть сознание не потерял от совершенно нового, не испытанного доселе ощущения... Так что довольно сильная чувственность сопровождала меня с детства.

Другая счастливая пора наступила, когда я открыл для себя Жюля Верна и Джека Лондона, всю классику на родительских книжных полках. Читал ночи напролет.

«Царская охота», 1990 г.

– В одной из своих книг Андрон Кончаловский поведал, как отец занимался его половым воспитанием...

– Нет, мой отец подобного участия в моей жизни не принимал. Тайны интимной жизни я постигал с помощью дворового ликбеза в глубокой тайне от родителей. И потому довольно рано стал понимать, как нелегко им было жить со мной, уже школьником, в одной комнате. А потом, что очень важно для юноши, вовремя смылся из-под родительской опеки, уехав в Москву и поступив во ВГИК. Мама же моя всегда была, да и сейчас остается, женщиной строгих правил и консервативных взглядов. Она до сих пор, когда видит «Царскую охоту», где я с обнаженными ягодицами стою перед своей партнершей, отворачивается от экрана... А ведь это все-таки искусство, и в том фильме все было снято достаточно корректно.

По собственному признанию, в Институте кинематографии молодой человек в считанные месяцы прошел через все мыслимые и немыслимые университеты. Хотя и пережил массу стрессов, ведь рос он все-таки нормальным домашним ребенком. А тут сразу Москва, общежитие и взрослые соседи по комнате...

– Я, помню, вошел в комнату, где меня поселили, а там гулял третий актерский курс из мастерской Бибикова и Пыжовой, отмечая какое-то радостное событие. Пьяные все были просто в дым. Накурено – хоть топор вешай. И мне сразу же бросился в глаза мой некогда хорошо уложенный чемоданчик, в котором перед моим уходом еще лежали мамины конфетки, – он был выпотрошен до основания... Все, что там было съедобного, пошло, естественно, на закуску...

Сейчас, рассказывая об этом, Еременко хохочет. А тогда было не до смеха. Зато очень повезло с Учителем, не только заменившим ему отца, но и ставшим серьезной защитой, поддержкой, опорой.

Еременко-младший стал одним из любимых учеников Сергея Герасимова. И, наверное, не случайно мэтр, воспитавший около двухсот учеников, именно его снял в шести своих картинах: «У озера», «Любить человека», «Красное и черное», «Юность Петра», «В начале славных дел», «Лев Толстой». Чаще снималась у него только Тамара Макарова!

– На примере Герасимова я понял, что грешники – лучшие учителя, а он бывал со мной очень откровенен. Однажды его пригласили в Польшу читать лекции, и он взял меня с собой. В ту поездку мы побывали не только на приеме у министра культуры, где меня познакомили с классиком Ежи Кавалеровичем и кинозвездой Беатой Тышкевич. До сих пор вспоминаю, как эта красотка стреляла в меня обворожительными глазками... А вечером Герасимов повел на настоящий стриптиз (между прочим, в глубоко советские времена). Голова моя пошла кругом, а Сергей Аполлинариевич смотрел больше не на сцену, а на меня – видимо, это зрелище было куда более захватывающим.

– И вы пустились во все тяжкие?

– Ну, применительно к тому опыту – громко сказано. Хотя разбираться в сущности своей профессии я уже пытался. Ведь на самом деле – что такое перевоплощение? Временная потеря личности, причем намеренная. Играя, ты влезаешь в шкуру другого человека. Это ли не грех? Но если копнуть глубже, значительная часть любого искусства как раз и замешана на грехе. Грех висит над искусством как дамоклов меч. Значит, если ты сознательно занимаешься греховным ремеслом, должен познать природу греха. Из этого следует – надо грешить!..

Действие второе
«КРАСНОЕ И ЧЕРНОЕ»

Четыре года позади

И то верно, не грешить такому красавцу – все равно что природе вредить! Да и студентки в мастерской у Герасимова и Макаровой подобрались одна краше другой: Белохвостикова, Аринбасарова, Гвоздикова, Бондарчук...

– Мы все тогда друг в друга перевлюблялись. Но скорее это был невинный юношеский флирт, который быстрее проходит, чем серьезные чувства. Хотя был момент, когда нам с Наташей Белохвостиковой показалось, что мы обречены друг на друга. Но только показалось...

В первой совместной картине – «У озера» – им выпало играть любовь и эротическую сцену. Вся съемочная группа сбежалась тогда в павильон, чтобы посмотреть на эту парочку.

– Это был настоящий ужас – опыта-то никакого! Хотя по сегодняшним меркам «эротическая» – сильно сказано: я должен был лишь целовать свою партнершу и неловко заваливать на постель... Наташа от волнения вся пошла малиновыми пятнами. Герасимов с нескрываемым интересом наблюдал за нами: как же мы переживем весь этот кошмар...

Когда я играл Жюльена Сореля в «Красном и черном», а Наташа Бондарчук – мадам де Реналь, было куда проще, поскольку студенческие влюбленности давно прошли, да и Наталья к тому времени вышла замуж за Колю Бурляева. Только вот тезка мой не сильно-то помогал своей супруге, захаживая на съемочную площадку во время интимных сцен – не каждая актриса такой контроль выдержит.

– Ну теперь-то вы актер опытный! Легко находите общий язык с партнершей? Или важны личные симпатии, когда играете любовь?

– Любовь, как известно, чувство трепетное и относиться к нему даже в кино нужно очень аккуратно. Иначе на экране все будет выглядеть крайне неестественно. К тому же женщина, даже если она суперпрофессиональная актриса, не всегда готова прилюдно обнажить свое тело, а вместе с ним и все свои женские секреты. Оттого часто бывает так, что режиссер снимает грудь одной, попку – другой, а голову – третьей..

Но мне-то надо играть чувство, а значит – максимально раскрепостить партнершу. А поскольку на съемочной площадке мы не должны попадать во власть чувств, в первую очередь я стремлюсь стать для нее не любовником (личные отношения, кстати, крайне мешают работе), а другом. И, между прочим, многие партнерши рассказывали мне потом, что даже не замечали, как обнажались в нужном для работы месте... Кроме того, я считаю, что любовь в кино должна быть точно так же режиссерски поставлена, как и драки. И если режиссер не дурак, он обязательно воспользуется моим опытом. Ведь посмотрите в жизни – драки выглядят оч-чень некрасиво. В кино же наоборот – достаточно эффектно. Я говорю, конечно, о зарубежном кинематографе. Это же касается обсасывания интимных сцен и секса на экране – cнимать их красиво мы никогда не умели. С мордобоем, с садизмом, с мазохизмом – замечательно получается. Что же касается чувственности, тонкости, эстетичности и изящества – с этим у нас напряженно. Как это ни парадоксально, был свой плюс у советского кинематографа. Запреты на все позволяли добиваться изысканности – эротика появлялась в совершенно неожиданных планах, причем более чувственная. И в этом мы были большие мастера. В той же «Царской охоте» у меня очень откровенные сцены, но в них нет похабщины.

Популярность Николая Еременко после «Красного и черного» не ведала границ. Поклонницы заваливали его письмами, исповедуясь в своих чувствах. Какое-то время ему это даже нравилось: как нормальному мужчине и из чисто актерского кокетства.

«Золотая» свадьба родителей

– Некоторые женщины писали мне такое, что при всей моей циничности до сих пор язык не поворачивается огласить.

– Вы никогда никому не отвечали?

– Однажды имел неосторожность ответить на потрясающие письма, которые писала мне одна девушка. Она заворожила меня своими замечательными стихами и глубокими размышлениями настолько, что я стал отвечать и даже волновался, если ее письма задерживались. И вдруг пришло послание от ее подруги, которая сообщала, что моя прекрасная незнакомка покончила с собой, поняв бессмысленность наших эпистолярных отношений: мол, я никогда не оставлю семью, а без меня она жить не может... В том же конверте были ее последние стихи и приписка о том, когда состоятся похороны. Внутри у меня все перевернулось, всю ночь глаз не сомкнул, решил наутро ехать в аэропорт. А потом какое-то десятое чувство подсказало снова перечитать письмо, стихи... И я понял, что со мной сыграли злую шутку. Слава Богу, сработала интуиция.

Знаете, мне в детстве снились жуткие сны, хотя страшнее Кощея Бессмертного мы в ту пору ничего не знали. Тем не менее я боялся спать. Засыпая, чувствовал приближение кошмара: все начинало крутиться, и я падал в какую-то бездну. Уже став взрослым, где-то вычитал, что подобные вещи происходят с детьми, наделенными повышенной интуицией и даром предвидения. И ведь на самом деле с интуицией у меня полный порядок.

– Вас не беспокоят ревность, зависть окружающих?

– Все дело в том, что я не обращаю на это внимания, поскольку сам обладаю очень сильной энергетикой, унаследованной от бабки и матери. Бабка ведь у меня была известной в своих краях знахаркой. С ней рядом постоянно ходили два кота. Когда люди видели, как эти милые создания, стоя на задних лапках, передними загоняли в сарай кур, а бабка лишь стояла рядом и наблюдала за процессом, – к ней тоже относились с определенным пиететом. Так вот я сразу и очень четко чувствую людей. Например, если мне человек не нравится, он ко мне и сам никогда не подойдет. Частенько наблюдаю за тем, как, находясь в определенном состоянии души, создаю вокруг себя некий круг, и даже в общественных местах люди не садятся со мной рядом... С теми же, кто переходит этот круг, у меня могут завязаться либо близкие, либо деловые, либо очень хорошие творческие контакты.

Действие третье
ИЗ ОГНЯ ДА В ПОЛЫМЯ

С легкой руки Герасимова за Еременко на долгие годы закрепился имидж героя-любовника. А он взял да и снялся в крутом боевике «Пираты ХХ века». Похоже, в очередной раз сработала интуиция. А может, просто надоело быть секс-символом?

– Однажды меня буквально шокировал один уважаемый человек, сказав, что красавцы плохо кончают. Мол, такие смазливенькие мальчики либо спиваются, либо теряют интерес и к себе, и к жизни... Когда я это услышал, решил про себя: не дождетесь! Да и Учитель сказал мне как-то за бутылочкой коньяка: «Вот идешь ты, Коля, по широким просторам жизни со своей высоко поднятой, гордой, красивой головой и так увлекся несением своего тела, что можешь вовремя не заметить, как перед твоим красивым лицом неожиданно появится шлагбаум. И можешь разбить ты его об этот шлагбаум в кровь. Так вот, надо иногда оглядываться по сторонам, чтобы вовремя пригнуться под шлагбаум, а потом идти дальше гордо и спокойно». Он научил меня в критических ситуациях не дергаться, не суетиться, а затихнуть и выдержать паузу, пока все не умиротворится само собой. Мне эта мудрость в жизни ох как пригодилась! Кроме того, я – реалист и понимаю, что все внешние качества – не вечны. А быть старым плейбоем – просто противно. Хотя... на моего отца и в очень зрелом возрасте женщины западали!.. Но этим надо очень тонко и умело пользоваться. Потому что мужик без самоиронии, извините, мудак! – просто жалкое зрелище.

Самоиронии и самокритики Еременко не занимать. Однако, наблюдая за актерами и мужчинами на сочинском пляже, заметила, что мало кто, как он, находится в отменной физической форме.

Сто дней до приказа

– Во-первых, моя внешность – это инструмент, на котором я играю. Это самое дорогое, что у меня есть. Значит, должен серьезно следить за тем, как выгляжу. Мне было бы просто стыдно обнажать бесформенное тело. Мужик должен чувствовать свои мышцы – от этого зависит его психологическое состояние, внутренняя сбалансированность. Рефлексирующие, дерганые меня очень раздражают. Хотя довольно часто бывают талантливыми. И в большинстве случаев вспыхивают как спичка и быстро сгорают. Я все-таки поставил перед собой задачу марафонца в искусстве. Тем более многие помнят, каким я был в молодости, в «Пиратах ХХ века». И тут вдруг разденусь – а у всех женщин глаза разом потухнут... Увидеть разочарование в глазах прекрасного пола – что может быть ужаснее! Что скрывать: я – женолюб!!! И все, что я делаю, конечно, прежде всего – для женщин! Они отдали мне столько любви, понимания, сочувствия...

– Чтобы держать форму, вы делаете над собой какие-то усилия или вас так щедро природа одарила?

– Усилий уже никаких не требуется – это уже в крови. Вот здесь, на «Кинотавре», мы все очень поздно ложимся, и утром ужасно хочется поспать, но я все равно рано встаю, делаю силовую зарядку и только после этого чувствую себя нормально. Кроме того, я не ем после семи вечера. Но с удовольствием выпиваю на ночь бутылку кефира, потому что кефирный грибок сжигает за ночь до килограмма веса. Еще обязательно хожу в бассейн и в парную баню.

– А как у вас обстоят дела с вредными привычками? Про ваши приключения во хмелю я такого наслушалась!..

– Не надо забывать, что я по своей натуре русский человек. И потому могу заложить такой крутой вираж, что никому мало не покажется. В свое время еще Василий Макарович Шукшин говорил, что если б он не пил, ничего бы в этой жизни не понял! И артист, на мой взгляд, должен многое в своей жизни попробовать и пройти через многие непростые ситуации. И, кстати, алкоголь дает иногда некие озарения и иллюзию приближения к истине. Только вот эта истина получается какой-то очень похожей на увеличительное стекло, которым дети выжигают на солнышке. Оно вроде и приближает, но и выжигает одновременно. Вот об этом эффекте нельзя забывать никогда.

– Не боитесь, что это может перерасти в зависимость?..

– Нет, алкогольной зависимости у меня нет, хотя погулять я могу долго. Правда, с возрастом стало тяжелее выходить из этого состояния. Поэтому сейчас живу по принципу: не пить так же прекрасно, как пить! Благо и творческий процесс не позволяет расслабляться: за последнее время я снялся в четырех картинах, и впереди еще несколько интересных проектов.

– И как это вам удается быть баловнем Судьбы?

– А я стараюсь не искушать Судьбу. Нет во мне того, что по большей части раздражает людей, нет во мне звездной болезни. Многое поняв в этой жизни, я стараюсь охранять от вторжения извне свою ауру, стараюсь, чтобы люди на меня не злились. Ведь в молодости, завоевывая свое жизненное пространство, свою творческую нишу, питаемый негативной энергией комплекса провинциала, я сделал очень много ошибок: был злым, заносчивым, высокомерным. Люди стали относиться ко мне настороженно. Многие просто уходили от контакта. Это стало серьезно мешать. В то время когда надо было приобретать друзей, я их терял. Но те, кто меня хорошо знал, отноcились ко мне все-таки по-другому.

Действие четвертое
«СЫН ЗА ОТЦА»

«Побег из тюрьмы», 1978 г.

Несколько лет назад Еременко поразил всех своим режиссерским дебютом, который сам расценивает не иначе как испуг. Валентин Черных показал ему сценарий с ролями для Николая-старшего и Николая-младшего. Отцу вот-вот должно было исполниться семьдесят. Совместное творчество в былые годы им предлагалось неоднократно, «младший» отказывался, желая всего в своей профессии добиваться самостоятельно. Но как раз в этот период ролей интересных не было, да и отец вызывал серьезное беспокойство: один за другим два инфаркта. Прочитав сценарий, Николай бросился искать режиссера. Сам снимать не решался. А потом, то ли под воздействием собственного «кризиса среднего возраста», то ли от того, что отца надо срочно вытаскивать из ощущения старости, понял, что должен взяться за работу сам. И ведь получилось. И отец ожил: ни разу не болел – ни на съемках, ни после.

– У меня мама очень строгая, до сих пор ее побаиваюсь. Ну а с отцом удивительные отношения. Хотя воспитателем он был довольно жестким и драл меня в детстве по-черному. Было за что, но взаимопониманию это, конечно, не способствовало. Я многое понял, повзрослев. Главное, мы никогда не ссорились с ним на почве идеологий и мировоззрений. И из-за его последовательности в этих вопросах всегда считал его человеком честным. Он для меня – мужик в лучшем смысле этого слова. Но иногда мне кажется, что он – мой сын. Я старше его, расчетливее, циничнее. А он до сих пор верит в идеалы...

Говорят, что в актерской среде вереницы свадеб и разводов – дело привычное... А вот родители у Николая Еременко до сих пор влюблены друг в друга.

– Такая любовь – редкость. Они вместе уже пятьдесят лет! А еще был пример моих учителей – Герасимова и Макаровой. У них не было своих детей – мы были их дети. И в нас они вкладывали все свое нерастраченное материнское и отцовское. Мне хотелось иметь такую же крепкую семью.

Хотя чего греха таить – постоянство не свойственно актерам. Многие мои коллеги раз по десять переженились, всякий раз давая повод светским пересудам. Артисты ведь – нелюди, эгоцентрики, они все и всех подминают под себя, любят свою профессию больше, чем своих близких. Это трагедия для близких.

– Ваша супруга не актриса...

– Нет, потому что жена-актриса – совершенно не мой департамент. Я бы не смог жить с актрисой. Я настолько хорошо знаю эту породу женщин, что мне хватает общения с ними на съемочной площадке.

– И ей хватает мудрости относиться философски ко всему, что связано с вашей профессией?

– Она же знала, за кого выходила замуж. А теперь уже двадцать пять лет супружества за плечами... К тому же далеко позади те времена, когда сексуальный интерес вызывало все, что движется... В этом смысле я назвал бы себя человеком довольно обстоятельным, привыкающим. И если я еще трезвый, то становлюсь совсем положительным. Это многих удивляет. Потому что видели меня и другим.

– Итак, азарт по отношению к женщинам перешел от количества к качеству?

– Да, приоритеты серьезно изменились. Опыт все-таки немалый.

– Ваше хобби?

– Да нет у меня никакого хобби. Увлекаюсь только женщинами. Ведь женщина – это бесконечная загадка. У нее всегда есть чему поучиться. Правда, сами они ничему не учатся. Самых умных обмануть – ничего не стоит. Прямо зло берет. Зато какой кайф, когда женщина становится подружкой! Мужчины столь бескорыстными и беззаветными в дружбе не бывают. Может, потому мы и прожили с женой так долго, что стали друзьями...

В связи с внезапной кончиной народного артиста СССР Николая ЕРЕМЕНКО-старшего редакция выражает соболезнования его родным и близким. Мы скорбим вместе с вами.


Авторы:  Ирина МАСТЫКИНА

Комментарии



Оставить комментарий

Войдите через социальную сеть

или заполните следующие поля

 

Возврат к списку